Счастливчик

– Ничего то они не знают, эти взрослые – пробурчал Серёжа себе под нос. – Только говорят…

Вскоре малыш наелся, но как только Варя уложила его обратно в коробку, он снова начал плакать и проситься обратно к ней на руки.

– Он не хочет один оставаться, – сказала Варя.

– Просто грелка остыла, – догадался Серёжа. – Придётся идти на кухню и ставить чайник.

– Хорошо, – сказала Варя, – только недолго, а то я замёрзла.

Я быстро, – пообещал Серёжа и уполз.

Варя осталась сидеть одна, в холодном закутке, при свете фонарика. Раньше ей и подумать было страшно забраться под дом ночью, а сейчас, держа малыша на руках, она совсем не боялась.

– Не бойся, малыш, – говорила она Счастливчику и поглаживала его мягкую шерстку, которая изумрудно искрилась в электрическом свете. – Всё хорошо, всё хорошо. Спи, а я тебе спою колыбельную.

И она действительно принялась тихонечко напевать песенку, которой её научила мама и сама чуть не заснула. Потом она услышал, как кто-то пробирается к ней в темноте и посветила фонариком. Это был Серёжа с бутылкой горячей воды в руке.

– Вот, готово, – сказал он.

Он обмотал бутылку шарфиком и положил её в ящик. Варя осторожно положила Счастливчика в его кроватку и тот, не просыпаясь, обхватил свою грелку лапками, потыкался в неё своим розовым носом и затих. Ребята переглянулись и тихонько засмеялись.

Уже светало и птицы в саду начинали петь, когда они выбрались из-под дома. Блеклые звёзды ещё висели кое-где на небе, но ночь уже отступала и розовая заря поднималась над лесом как далёкое зарево. Ребята неслышно вошли в дом, заперли за собой дверь и уснули, едва коснулись головами подушек. Они не слышали, как проснулись их родители, и как радовался Степашка, когда его выпустили на улицу. И когда папа и мама заглянули к ним, они по-прежнему спали, укутавшись в свои одеяла.

– Похоже, они и вправду вчера утомились, – сказал папа, глядя на них.

– Не удивительно, – ответила мама. – Вчера у всех было много хлопот…

– Пускай ещё поспят, – сказал папа. – А мы выпьем пока по чашке чая, и я пойду наверх и поработаю немного. У меня появились замечательные идеи. Нужно срочно их записать.

– А как же режим, – сказала мама, которая не любила, когда кто-нибудь допоздна валялся в кровати.

– Дадим им один день, – мягко сказал папа. – Они не ленились и вправду устали. А завтра, обещаю тебе, всё будет как положено.

– Отлично, – согласилась мама, которая была не такой уж строгой, какой иногда казалась. – Когда мы им скажем?

– Думаю, надо ещё немного подождать, – сказал папа с лукавой улыбкой. – Может быть завтра?

– Давай не будем слишком затягивать, – сказала мама.

– Почему нет? – улыбнулся папа. – По-моему, это весело.

– Возможно, – ответила мама, обнимая его одной рукой, – но это не очень честно по отношению к ним.

– Думаю, ты права, – согласился папа. – Скажем сегодня вечером. А пока, пойдём-ка и немного перекусим, а после позавтракаем ещё раз, как следует, уже все вместе.

Они вышли на улицу, и пошли на кухню, со смехом глядя, на Степашку, который кувыркался в мокрой траве, пытаясь поймать кузнечика.

– Он просто котёнок, – сказала мама.

– Т-с-с – сказал папа, – а то он услышит!

– Думаешь, он обидится? – делано испугалась мама.

– Нет, – ответил папа, – просто с его то «ловкостью», он свалится с первого же дерева, на которое решит забраться, узнав, что он кошка…

Степашка, в очередной раз упав в траву при неудачном прыжке, оставил попытки поймать кузнечика, сел и огляделся по сторонам. Роса блестела на его бровях, бороде и кончике носа.

«Всё-таки лето – это хорошо, – подумал он. – Когда ещё можно с самого утра валяться в траве и гоняться за кузнечиками?..»

Стёпа слизнул росу с носа, отряхнулся и затрусил к маминому цветнику.

«Пожалуй, у меня есть немного времени до завтрака, чтобы выкопать яму, – решил он. – Пока мама не видит, я смогу отлично покопаться в её клумбе, а потом…»

Размышления Степашки прервала трясогузка, которая приземлилась на газон и принялась бегать по нему, подхватывая отяжелевших от росы мушек.

«Так, так, так! Кто это тут бегает по моему газону?!! Безобразие! Эти птицы совершенно распустились! Ну, я ей сейчас покажу…»

И Степашка, потешно прижавшись к земле, стал осторожно подкрадываться к трясогузке, которая, отлично зная его повадки, не слишком беспокоилась, потому что ещё не было случая, чтобы маленький скотч-терьер поймал кого-нибудь крупнее обыкновенной бабочки.

Глава 7

Когда ребята проснулись, то солнце было уже довольно высоко, и шум оживших дач наполнял майский воздух негромким гулом, словно рядом стоял огромный улей. Воздух пах цветами, тёплой землёй и готовящейся повсюду едой. Запахи кофе, жареных яиц, гренок, сыра, ветчины и прочей разной аппетитной снеди, витал над участками, разносясь по всей округе, и люди принюхивались к ним и спешили на свои кухни, что бы насладиться первым дачным завтраком на свежем воздухе, слаще которого нет ничего на всём белом свете. Варя вскочила с кровати, отворила окно и прислушалась.

– Не пищит? – спросил со своей кровати Серёжа.

– Нет, – сказала Варя.

– Нужно вставать, а то он скоро проснётся. Сколько времени?

– 10 минут двенадцатого, – сказала девочка, глядя на старинные настенные часы с неработающим боем, которые висели над камином.

– Ого! – воскликнул Серёжа, проворно натягивая штаны и рубашку. – Как погода?

– Солнышко!

– Отлично, – сказал он. – Давай скорей, а я побежал, проведаю Счастливчика.

– Я с тобой! – закричала Варя, но мальчик уже выскочил из комнаты. Девочка гневно топнула босой ногой и начала быстро одеваться, размышляя о вечном вопросе, почему мальчики могут так быстро собраться.

«Это потому что у них штаны! – думала Варя, надевая платье, – и короткие волосы, которые они могут не расчёсывать и ходить растрёпанные, а девочки не могут».

Эта вопиющая несправедливость досаждала ей, и она твёрдо решила, что когда вырастет, тоже будет носить короткие волосы.

«Я буду как мама, – решила для себя Варя. – Мама всегда собирается быстрее, чем папа и ничего не забывает…»

Устроив, таким образом, своё будущее и повеселев, она вышла на улицу. Серёжи нигде не было видно, и она хотела уже забраться под дом, как увидела папу, который делал зарядку стоя босиком на дощатой веранде бани. Он крутил головой по кругу и смешно размахивал руками, громко вдыхая и выдыхая через нос.

– Варвара, – сказал он, не прекращая упражнений, – доброе утро! Как спаслось?

– Хорошо, папочка. А тебе?

– Великолепно, – сказал он, начиная приседать. – Я всегда говорил, что этот воздух творит чудеса! Я словно помолодел.

– А разве так можно? – удивилась Варя, – помолодеть?

– Конечно можно, – сказал папа, утирая пот. – Только нужно вовремя ложиться, рано вставать и делать зарядку.

– И я тоже помолодею? – спросила Варя.

– Мы все помолодеем! – уверенно ответил папа. – Особенно мама.

– Почему, особенно мама? – удивилась Варя.

– Потому-что все женщины хотят помолодеть, – как то очень весело ответил папа, ложась на спину и делая вид, что он крутит педали невидимого велосипеда.

– Я не хочу молодеть, – сказала Варя. – Я хочу повзрослеть!

– Тогда ты – повзрослеешь, а мама – помолодеет, – сказал папа и засмеялся. – Все желания исполняются, если очень захотеть!

– А Степашка помолодеет или повзрослеет? – поинтересовалась Варя.

– Насчёт Степашки, можешь не переживать, – сказал папа, закончив крутить велосипед и подняв ноги над головой, подперев спину руками, так что его лицо сделалось пунцовым. – Чтобы с ним не случилось, он всегда будет маленьким и смешным!

– А где мама? – спросила Варя.

– Мама на кухне, беги, умойся и помоги ей накрыть на стол.

– Хорошо, папочка, – сказала Варя и пошла на кухню.

Когда она проходила мимо дверцы, за которой скрывался Счастливчик, она услышала громкий шёпот её брата.

– Варя…

– Ой! – подпрыгнула от неожиданности девочка. – Ты меня напугал.

– Т-с-с, – прошипел Серёжа. – Не смотри на дверцу! Отвернись, а то папа догадается, что я здесь.

– Хорошо, – сказала Варя и встала спиной к дверце.

– Что папа делает? – спросил Серёжа.

– Лежит.

– Он уже закончил зарядку? А то я не могу выйти.

– Закончил, но он не уходит.

– Отвлеки его.

– А как?

– Я не знаю, как! Как-нибудь. Скажи ему, что его мама зовёт. Нет! Скажи, что тебе помочь надо.

– А в чём мне нужно помочь? – спросила Варя.

– Откуда я знаю! Придумай что-то! – сердито зашептал её брат. – Я тут уже давно сижу…

– Я попробую, – сказала Варя.

Она постояла немного, а потом побежала к папе.

– Пап, пап!

– Что, – ответил папа, лежащий на спине с закрытыми глазами.

– А помоги мне, пожалуйста.

– Прямо сейчас?

– Да!

Папа открыл один глаз и скосил его на Варю.

– Это срочно?

– Очень! Я хочу нарвать цветов для мамы и поставить их в вазу, но я боюсь её разбить. Она высоко стоит.

– А ты успеешь нарвать цветов? – спросил папа. – Мы уже садимся завтракать, помнишь?

– Я успею, – сказала Варя, не представляя, где она успеет достать цветы.

– Хорошо, – сказал папа, поднимаясь на ноги. – Какую тебе нужно вазу?

– Большую, – ответила девочка. – Ту, которая у вас в комнате стоит.

– Ладно, принцесса, – сказал папа, поднимаясь. – Цветы для мамы, это святое!..

– Спасибо!

– А что мне будет взамен? – неожиданно спросил папа и крепко схватил Варю.

– Ой, только не щекотать, не щекотать! – завизжала Варя.

– Тогда – поцелуйчик! – засмеялся папа.

– Ты колючий, – сказала Варя, но поцеловала папу в щёку. – Как ёжик!

– Это поправимо! – сказал папа и направился к дому. Как только он свернул за угол, Серёжа пулей вылетел из своего укрытия и подошёл к Варе.