Когда до кабинета остаётся пару шагов, Артём останавливается, оборачивается к однокласснице и интересуется, вскинув бровь:
– Зачем ты туда пошла?
Его вопрос кидает Нику в краску. Она достаёт из кармана недавнюю записку и протягивает ему.
Смысла что-то таить уже нет.
«Приходи на длиной перимене к задней леснице на первом этаже. Мы погаворим и только после этого оставим тебя в покое».
Артём быстро читает написанное. По мере прочтения его лицо темнеет от злости.
Да, сейчас это послание кажется глупым и наивным. Королёва не способна на такое. Но Потёмкина была готова потерпеть, пока стерва не отплатит за свой телефон, лишь бы её больше не трогали. В ней теплилась хоть какая-то надежда, что можно от этого избавиться.
Жить каждый день с издевательствами дома и в школе – ещё то мучение.
Новенький сжимает бумажку одной рукой и говорит:
– Теперь все записки, какие будешь находить, показывай мне. Хорошо?
Ника пару раз кивает, нервно перебирая пальцы. После этого Артём тянется к двери и открывает её, впуская одноклассницу первой. На входе он выбрасывает бумажку в мусорку одним броском.
Весь класс уже сидит на своих местах.
– Побыстрее, пожалуйста, – подгоняет учитель Сафронова и Потёмкину.
Монотонный голос физика, объясняющего наискучнейшие формулы, и тихий шум работающего компьютера усыпляют ребят. Учитель не встаёт из-за стола, сам периодически зевает и лениво тыкает на клавиши, чтобы переключать слайды.
Школьники слушают его в пол уха, развалившись на стуле. Некоторые и вовсе спят. Их ровное сопение исходит с задних парт.
На улице тем временем спокойно. По небу плывут серые облака, неторопливо странствуя по всей земле и меняя свою форму.
За ними наблюдает Ника, подперев подбородок рукой. Пока смотрит, прокручивает в голове произошедшее. Теперь, когда эпизод с лестницей остался позади, она начинает понимать масштаб всей проблемы.
Если откинуть в сторону то, что девочка так по-идиотски повелась на записку и пошла к задней лестнице, открывается другое, более страшное понимание. Если бы Сафронов не появился и не спас её, она позволила бы девятиклассникам сделать то, что они хотели.
Неужели слова родителей о разгульности дочери окажутся правдой? Ведь первый, кто узнает о секрете, сможет с легкостью манипулировать ею в своих корыстных целях. И всё из-за дурацкого страха.
Куда ещё он может завести?
«Почему это происходит со мной?» – этот вопрос мучает девочку с самого рождения.
Порой Нике кажется, что её рождение изначально было запланировано как «мучение». По-другому и не скажешь. Судьба будто издевается над ней – посылает все несчастья, что поблизости, разбивает мечты, когда они уже на пороге, и не даёт выйти из этой игры. Снова и снова окунает в болото, до потери сознания.
– Ника? Идём? – зовёт новенький.
Девочка возвращается в реальность, быстро моргая, смотрит на него, затем на класс и понимает, что урок закончился. Одноклассники собирают вещи, а учитель выключает компьютер и выходит из кабинета.
– Ой. Да. Сейчас.
Она встаёт, снимает портфель и начинает торопливо собирать в него тетрадь и учебник, чтобы не тормозить Сафронова.
В этот момент к их парте движется Цветаева. Девушка не спускает глаз с новенького и как-то опасно поправляет лямку сумки на плече. Ника замечает её, когда уже застёгивает рюкзак.
– Ника и Артём, – Злата останавливается рядом с ними и щурит взгляд. – А где вы были?
Позади девушки появляется Картина. Она строго смотрит на подругу и говорит:
– Хватит приставать ко всем подряд. Где они были и с кем – это их дело. Что ты такая любопытная?
– Может, я переживаю о Нике? – заявляет Цветаева. – Вдруг Артём обижает или шантажирует её? Нужно же знать, если она в опасности!
Артём еле слышно усмехается и хватает с пола сумку, а Ника вспыхивает как огонёк и прячет лицо за волосами, низко опустив голову. Ей так страшно, что одноклассницы узнают о травле от Королёвой.
Карина скрещивает на груди руки и закатывает глаза, а Злата подскакивает к Потёмкиной, подхватывает её под локоть и тянет к выходу, нарочито отдаляясь от Сафронова, идущего теперь со Смирновой позади.
– Тебе Артём не сделал ничего плохого? – шепчет одноклассница. – Ты только скажи, и мы его живо поставим на место! Нечего обижать тебя.
Ника машет головой в стороны и тут же отвечает:
– Вовсе нет. Просто… мы решали некоторые вопросы по поводу… учёбы. В тихой обстановке. Классная руководительница просила меня помочь ему, вот и…
Она краснеет, пока говорит, и избегает зрительного контакта, глядя на проходящих мимо школьников, только бы Злата не раскусила её ложь.
Ей не нравится лгать кому-то, но правду говорить всегда труднее.
– Точно?
Одноклассница прижимается к ней сильнее и заставляет смотреть в глаза. И когда Потёмкина уже думает провалиться сквозь землю, весь удар на себя берёт Карина. Девушка догоняет и вклинивается между ними, разрывая объятия.
– Злата! – шипит она. – Ты скоро Нику одним только взглядом своим испепелишь. Думаешь, кто-то захочет рассказать тебе что-нибудь, пока ты себя так ведёшь? Прекрати уже!
Цветаева надувает губы и бормочет под нос:
– Ладно! Не обидел, вот и хорошо. Не пристаю больше!
Но её послушание длится до тех пор, пока голову не посещает новая идея.
– А может, он признался тебе в чувствах?! Ты поэтому такая смущённая? – сияет Злата.
– Да хватит уже! – восклицает Смирнова громко.
– Молчу-молчу.
Ника уже и забыла, какими весёлыми бывают Злата и Карина. Они как инь и ян.
Цветаева в компании как зажигалка. Каждый день надевает одну розовую вещь, так как обожает этот цвет, и поднимает настроение всем, у кого его нет. Часто от неё может болеть голова, из-за того как она обожает поболтать, но её все терпят, потому что очень любят.
Смирнова же – её противоположность. Одежда у неё в основном простенькая: джинсы и футболки. И к ней больше подходит слово «сдержанность». Карина никогда не пристаёт к кому-то, но может найти нужные слова и выслушать, когда это необходимо. А ещё она является тормозной педалью для подружки, останавливая ту на опасных поворотах.
Удивительно, как они ещё терпят друг друга.
Ребята входят в кабинет географии. Там всех уже подгоняет учительница в длинной синей юбке, в белой блузке и очках на тонкой цепочке.
– Быстро-быстро! Не будем задерживаться ни на минуту! Нас ждёт фильм!
Кирилл и Юра резко тормозят в проёме.
– Фильм? – спрашивают в один голос. – А какой? Художественный? Приключение?
– Нет, – женщина садится за стол с компьютером и надевает очки. – Научный. Про горные местности. Он длится почти час, но если мы начнём прямо сейчас, то успеем досмотреть его до конца.
Оба друга вздыхают и переглядываются.
– Значит, спать будем, – говорит Юрка.
– Значит, будем, – подтверждает его друг.
Одноклассники смеются, а Ника поднимает один уголок губ в улыбке.
Чернов и Васнецов всегда были такими. Жили на одной волне и любили покайфовать от жизни. Подружились на той самой линейке в первый класс и с тех пор неразлучны.
Юрка простой, всё время в спортивных штанах и футболках. Любит подтрунивать Цветаеву и есть в столовой за счёт других.
Кирилл, в сравнении с ним, закрытый. Он может одновременно и смеяться в компании, и быть где-то на своей волне. А ещё парень постоянно зависает на сайтах знакомств, что совсем непонятно, ведь девушки у него до сих пор нет.
Впервые за эти пару недель Ника чувствует себя чуточку лучше. Будто выспалась за долгое время. Она ни на шаг не отходит от Артёма, как обещала, и до конца учебного дня никто её не трогает.
Когда последний урок заканчивается, Сафронов выходит из школы вместе с Потёмкиной. Они останавливаются у дороги и прощаются с одноклассниками. Те расходятся в разные стороны, по пути созваниваясь с родителями и поглядывая на серые облака.
Молчаливую паузу первым нарушает Артём. Он поворачивает голову в сторону Ники и спрашивает:
– До понедельника?
Девочка кидает на него удивлённый взгляд и переспрашивает:
– До понедельника? Сегодня пятница?
Парень искривляет губы в улыбке и засовывает руки в карманы штанов. На удивление, он по-прежнему носит чёрные брюки и белую рубашку, в отличие от других.
– Ты совсем не следишь за временем? – задаёт вопрос.
В ответ Ника морщит лоб и отводит взгляд в сторону.
«Тяжело следить за временем, когда весь мир будто на паузе стоит».
Её лицо обдувает неожиданным порывом ветра, развивая волосы. Она убирает локоны от лица и заправляет их за уши.
– Значит, до понедельника.
Голос непроизвольно звучит тихо и даже грустно. Девочке на столько комфортно рядом с новеньким, что уходить от него не хочется. Особенно, когда впереди её ждут выходные в компании отца.
Артём расценивает реакцию одноклассницы по-своему и осторожно говорит:
– Я могу проводить тебя до дома, если боишься идти одна.
Подняв на него взгляд, Потёмкина машет головой в стороны.
– Нет. Со мной ничего не случится по пути домой.
Только отважный решится напасть на неё у всех на виду, ведь дорога от школы до дома проходит по главной улице, где больше людей и стоят кучки магазинов.
– Хорошо, – медленно проговаривает парень.
Появляется неловкая пауза, в которую Ника понимает, что уже должна идти домой. Родители считают каждую секунду времени, и опаздывать для неё опасно. Но перед тем как пойти, она прикусывает щеку с внутренней стороны, сцепляет руки в замок и, глядя себе под ноги, тихо говорит:
– Спасибо, что помогаешь мне.
Волнение заставляет кровь бешено носиться по венам и прилитьвать прямо к щекам. Ей редко приходилось кого-то благодарить. В основном это происходило машинально, потому что так нужно было. Сейчас же это её личное желание, исходящее из самой души. А искренние чувства, как правило, всегда вгоняют в краску, потому что приоткрывают дверь к нашему настоящему «я».
– Не стоит благодарности. Главное, чтобы ты была в порядке.
Бархатный голос Артёма заставляет Нику поднять голову. Она заглядывает в его глаза и встречает яркую зелёную радужку, полную теплоты.
Как же редко жизнь дарит ей доброту. Если б этого было больше, то и желание исчезнуть никогда бы не появилось.
Разве она много просит?
Ника увлажняет синюю тряпку под струёй воды в ванной. Когда ткань достаточно впитывает влагу, она закрывает кран, выжимает лишнюю жидкость и приступает к своим обязанностям.
Не успев доесть суп пару минут назад, отец наказал её убраться в доме, потому что сегодня суббота. Он часто так делает, когда дело доходит до чаепития: выставляет дочь вон, чтобы она занялась делами и не смогла поесть купленные сладости. В таком случае всё достаётся ему и жене, и к тому моменту, когда дела будут сделаны, сладости исчезнут.
Первым делом Ника решает убрать зал. Она проходит в него по скрипучему полу и подходит к старому стеллажу с парочкой выдвижных ящиков снизу. На его полках хранятся какие-то справочники, ненужные книги, документы, раритетная посуда, фотографии и деревянная шкатулка.
Влажная тряпка проходит по тёмной деревянной полке, оставляя после себя мокрый след, и останавливается около шкатулки. Свободной рукой девочка поднимает её, протирает место под ней и, прежде чем поставить на место, разглядывает.
Деревянная коробочка досталась от бабушки и дедушки. Она полностью вырезана из светлого дерева и залакирована ещё в девяностых годах. На крышке в замершем состоянии сидят две птички, похожие на синичек. Одна вытянулась, а другая прижалась к крышке, и обе смотрят друг на друга с нежностью.
Пока с кухни не пришла мать, магическим чутьём узнав о том, что дочь держит в руках запретное, Ника скорее ставит шкатулку обратно и продолжает уборку. Её взгляд мельком проходит по альбомам с фотографиями. Удивительно, но внутри нет ни единого снимка с ней, только родители с момента их свадьбы и до сего дня. Видимо, им с самого рождения дочери было наплевать на её существование.
Хотя что здесь удивительного? Родители давно твердят, что не хотели заводить детей.
После стеллажа идут пустые деревянные подоконники с облупившейся белой краской и жёлтыми круглыми разводами от горшков. К весне они будут заставлены рассадой, а пока что пустуют.
Ника давно бы поставила на них красивые цветы или экзотические кактусы, чтобы придать этому месту красоты, но родители против бесполезностей. Они считают, что овощи важнее, а цветы – для тех, кому делать нечего.
Протерев всё, в том числе низкий стол под телевизором, Ника выпрямляется и осматривает зал, чтобы проверить себя.
Её взгляд скользит по тонкому старинному ковру на полу, перекидывается на пылесос в углу и останавливается на клетчатом выцветшем диване напротив телевизора. Это самое любимое место отца. Он постоянно садится туда с баночкой пива, вытягивает ноги и включает телевизор. Капли алкоголя до сих пор заметны на подлокотниках после просмотра спортивных передач, а из-за одного и того же места сидения на диване образовалась вмятина.
