– Что?.. – выдыхаю испуганно.
– Что нас ничего не связывает?
– Да, – стараюсь говорить как можно твёрже.
Разочарованно качает головой.
– Ну ок. Как скажешь… Но мы ещё посмотрим.
– На что посмотрим?
Не отвечает на вопрос. И просто уходит, бросив через плечо:
– Иди на обед. Потом у тебя встреча с Юрасовым. Он сам тебя найдёт.
– А ты мой секретарь-референт, что ли? – давясь ядом, выкрикиваю в его слишком широкую и внушительную спину.
– Типа того, – вальяжно отмахивается, не обернувшись.
От злости хочется топать ногами. Ну давай, Кирилл! Скажи уже наконец, почему ты вернулся! Хватит ходить вокруг да около! Раньше ты был гораздо прямолинейнее.
Шесть лет назад
Оживлённо болтая, выходим со Светкой из универа.
– Наши сегодня в пиццерию собираются. Вроде как у Ваньки квартира свободна, и потом все к нему рванут. Мы в теме, Лесь?
– Я даже не знаю…
Нет у меня лишних денег по пиццериям ходить. Хотя наши парни чаще всего платят за девчонок, но мне всё равно неудобно.
– Да ладно тебе! – теребит меня за плечо Света. – Поехали. Весело будет! Завтра же выходной.
Сбиваюсь с шага, вдруг заметив знакомую иномарку. И парня возле неё… На крыше авто стоит большая корзина с цветами.
Останавливаюсь.
– Это за кем такой греческий бог приехал?– замечает Кирилла Света.
У меня в горле стоит ком, и я не могу ответить. А ещё нарастает жуткая неуверенность, что этот парень с шикарной корзиной цветов дожидается здесь именно меня. Ведь, и правда, греческий бог. А я… простая. Обычная.
Но смотрит он всё же на меня. На его губах появляется дерзкая ухмылочка, когда Кирилл подзывает меня, поманив пальцами.
Кусая губы, с трудом прячу улыбку и вопросительно тычу себе пальцем в грудь. Мол, ты меня зовёшь? Точно?
Кирилл кивает.
– Лесь, я что-то не поняла… – оживает рядом Света. – Он к тебе, что ли?
– Похоже, что да, – говорю шёпотом.
– Ничего себе!.. Так иди давай, – подталкивает в спину. – Расскажешь потом.
– Ага… Пока…
Как пьяная иду к Кириллу на ватных ногах.
С тех пор, как этот парень купил мне принтер, подключил его к моему старенькому ноуту и выпил чай с моими родителями, прошло два дня. Он не попросил у меня номера телефона и свой не оставил. Я решила, что наша встреча была просто чудесным эпизодом.
Ну кто способен угадать, что происходит в головах у этих мажоров? Может, раз в год Кирилл Торопов помогает какой-нибудь случайной девушке, ничего не требуя взамен?
Бред, конечно… Но что ещё я могла подумать?
Останавливаюсь прямо перед Кириллом.
– Привет, Олеся.
– Привет…
– Ты закончила? Можешь составить мне компанию на этот вечер?
Вальяжно облокотившись на машину, скрещивает руки на груди. Такой шикарный… Чёрная рубашка, узкие джинсы, немного небрежная укладка…
– А ты как меня нашёл? Я же не говорила, где учусь.
– Не говорила, верно. Но в нашем городе не так уж много универов с филологическим отделением.
– Немного, ты прав. Но всё же есть и другие, – недоверчиво смотрю парню в глаза.
– Я объездил все, – внезапно признаётся он. – И вот нашёл.
У него такая заразительная улыбка, что я тоже улыбаюсь.
– То есть… Ты возле каждого универа стоял с корзиной цветов на крыше машины?
Кирилл бросает взгляд на корзину и тут же снимает её.
– Да, так всё и было. Хорошо, что цветы не завяли. Ты примешь их, кстати?
Мне кажется, что он даже немного смущается.
– К-конечно. Очень к-красиво!.. – вдруг начинаю заикаться.
– Корзина тяжёлая, я поставлю её в машину, – говорит Кирилл и открывает заднюю дверцу.
Из салона вылетает воздушный шарик. Парень успевает поймать его за ленточку и засовывает обратно. Сквозь лёгкую тонировку стекла вижу, что таких шариков там много.
– Они нужны для твоей работы? – вспоминаю, что он говорил что-то о сфере развлечений.
Кирилл фыркает, потом закашливается.
– Эмм… нет. Шарики тоже для тебя.
Ставит корзину на сиденье и захлопывает дверцу.
– Так ты составишь мне компанию? – протягивает руку ладонью вверх.
Как можно отказаться?
– Да, с удовольствием, – вкладываю руку в его ладонь.
Между нами будто бы пробегает ощутимая такая искра. Зависаем, глядя друг другу в глаза. И я чувствую, как тону в этих безднах – тёмно-карих глазах парня.
Кирилл первым отводит взгляд и ведёт меня к пассажирской двери. Помогает забраться в салон, пристёгивает… А я никак не могу отделаться от мысли, что меня снимает скрытая камера, и всё это какой-то развод. Прикол. Розыгрыш…
Глава 5
Шесть лет назад
Кир
Олеся Дождикова. Двадцать лет. Филфак, третий курс. Парня, судя по всему, нет…
Я изучил её страничку в соцсети. Скромница, хорошая девочка. Никаких компрометирующих фотографий. В друзьях какие-то ботаны и скучные девчонки. В альбомах: букетик кленовых листочков, прижатый к груди; Олеся в кухонном фартуке со скалкой в руке и перемазанными мукой щеками; несколько снимков с подружками на фоне универа…
Найти Олесю было несложно. Но я два дня провёл в муках, пытаясь понять, что мне с ней делать.
И всё ещё сомневаюсь в правильности нашей второй встречи.
Ужин в ресторане не случился. Олеся постеснялась идти туда в обычных голубых джинсах и белой футболке. В итоге перекусили в кофейне. А вместо предложенного мной отдельного випа в кинотеатре образовалась прогулка в парке.
Сто лет не гулял вот так с девушкой…
Темнеет. Выходим к пруду, на берегу которого расположились беседки.
– Пойдём, посидим, – тяну девушку за руку к одной из них.
– Да дорого это всё, – смущается она. – К тому же мне пора домой.
Никак у нас с ней не клеится. Олеся мне не доверяет – это очевидно.
– Детское же время, – бросаю взгляд на часы. – Да и в ресторан мы не пошли. Можем хоть закончить этот вечер по-моему? – неощутимо давлю я.
– Ну хорошо, – сдаётся Олеся.
Усаживаю её на качели и ухожу на поиски того, кто отвечает за беседки. А тут, оказывается, полный сервис. И плед, и свечи, и вино на выбор.
Возвращаюсь с вином и водой для себя. Закутав девушку в плед, сажусь рядом. Она заботливо накрывает меня половинкой пледа.
Ну ладно…
На вино Олеся смотрит скептически с явным намерением отказаться. Но я вновь продавливаю её и, налив вино в бокал, заставляю немного выпить.
Нелепые тосты, разговоры ни о чём…
– За этот вечер! – чокаюсь с ней.
Олеся делает маленький глоточек вина.
– Ты почти не пьёшь, – небрежно замечаю я. – Не умеешь расслабляться?
– Не умею, – признаётся она. – Дважды в жизни напивалась, и оба раза как-то всё не очень прошло.
– Со мной можешь расслабиться, – мягко уговариваю её. – Доставлю тебя домой в целости и сохранности. Обещаю.
Она смотрит на меня так, словно не верит ни одному слову.
– У тебя красивые глаза, – понижаю голос.
Это правда, кстати. У Олеси огромные светло-голубые глаза. И наивность во взгляде только подчёркивает их красоту. А ещё длинные и пышные ресницы. Явно свои, а не приклеенные, как у Ангелины.
– Спасибо, – смущённо отводит взгляд.
– За твои глаза, – вновь подставляю бокал. – Давай до дна, хорошо?
Чокается. Выпивает. Наполняю снова.
Она что-то лепечет об универе, о будущей профессии. Слушаю вполуха. После четвёртого бокала Олеся явно пьянеет. Взгляд расфокусированный, щёки румяные, на губах виноватая улыбка.
Забираю у неё бокал, ставлю на столик. Ловлю кисть девушки. В начале мая вечера ещё холодные, и Олеся явно замёрзла.
– Иди ко мне, буду греть.
Откинув плед, раскрываю объятья. Она сомневается, медлит.
– Иди, я не кусаюсь, – тяну девушку за руку. – Давай же… Не хватало тебе ещё заболеть.
– Да мне домой, наверное, пора, – лепечет она, но всё же поддаётся моему напору.
Качели широкие, размером с диван, и я забираюсь на них с ногами. Усаживаю девушку спиной к себе и прижимаю к груди. Сверху прикрываю нас пледом. И шепчу, зарывшись носом в её волосы:
– Домой мы поедем позже.
Возможно, ко мне домой.
Олеся настороженно ёрзает. Сжимаю в объятьях. Грею, потирая ладонями предплечья. Вожу носом за её ушком. Губами касаюсь мочки.
Эта девочка не совсем в моём вкусе, но… У меня стоит.
