И испустила дух Елизавета.
А камеристка бедное дитя
Закутала и дрогла до рассвета.
Рождение Тристрама – автор Артур Хаджес (Arthur Hughes), витраж
Вот рассвело. И прямо к ним летят
Бароны короля. Они считают,
Что их король погиб и полагают,
Что трон страны Лионской покорят.
Но путь к короне для себя открыть
Наследник юный им теперь мешает.
Они младенца вздумали убить,
Пока о нём в стране никто не знает.
Но дама-камеристка начеку.
«Я допустить такого не могу! –
Она сказала графам и баронам,–
Господь помог на свет его родить.
В честь матери своей он должен жить
На радость честным жителям Лиона»!
И горяча и справедлива речь.
И удалось младенца уберечь
От рук корыстных, жадных, беззаконных.
Покойницу отправили домой.
По ней все люди горестно рыдали.
И сын её здоровый и живой
Пока не знает горя и печали.
А добрый Мерлин, полный новых сил,
Из плена короля освободил.
Да, да! Наутро, сразу после смерти
Елизаветы, сгинувшей в лесу,
Решил: «Я Мелиодаса спасу
В превратностях житейской круговерти»!
И Мерлина король благодарил.
Безмерно о супруге он грустил.
Рыдал неделю, сына не заметив.
Потом жену богато схоронил
И на руки поднял впервые сына.
Младенец от любимой чист и мил.
Король устроил для него крестины.
А имя нарекли ему Тристрам,
Как перед смертью завещала там,
В густом лесу, его Елизавета.
«Рождённый в горести», звучит оно,
По матери, уснувшей вечным сном,
Наполненное грустью имя это.
Семь лет сэр Мелиодас без жены.
Все мысли памяти о ней верны.
Но вот оно пришло – восьмое лето.
Король женился снова. А жена
Красавица бретонка Изабелла,
Умна, стройна, решительна она –
Дочь короля Бретонцев Хоуэлла.
И родила она ему детей.
Они свои – стократно ближе ей,
Чем сын, Елизаветою рождённый.
И стала думать, про себя роптать:
Что сделать, чтоб корону не отдать
Тристраму. Ведь наследник он законный!
Недолго помышляла, как ей быть,
И отрока решила отравить –
Убрать с пути родным своим препону.
И зелье ядовитое в кувшин
Из серебра чеканного налили.
Надеясь, что попьёт Тристрам один.
Все остальные на прогулке были.
Но так случилось: Изабеллы сын
Вошёл в покой и увидал кувшин.
Пить захотел и кубок зелья выпил.
И первый же отравленный глоток
Сбил отрока волной смертельной с ног,
Сразил мгновенно, как из лука выстрел.
От горя королева вне себя.
Сэр Мелиодас вместе с ней, скорбя,
Ребёнка хоронить в часовню вышел.
Но нет покоя! На пути Тристрам!
Она его к наследству не допустит!
И, предаваясь пагубным мечтам,
Сгубить его она желает пуще.
И вновь велит отмерить в кубок яд.
Манит вина прекрасный аромат.
В покой вошёл король, томимый жаждой.
Он кубок взял и улыбнулся ей –
Супруге и сподвижнице своей.
Поднёс к губам, как поступает каждый.
Но не успел он пригубить вино,
Как королевой пролито оно –
Она за кубком бросилась отважно
И у супруга кубок отняла.
Его сначала это удивило.
Затем вина другого налила,
И короля прозренье осенило!
Он за руку коварную схватил
И крикнул ей в лицо, что было сил:
«Предательница подлая, признайся!
Что за питьё в том кубке? Говори!
Какие в замке мерзости творишь?
Не ты ли отравила сына? Кайся!
И вытащил король свой острый меч,
И ей поклялся голову отсечь:
Всю правду мне открой, не отпирайся»!
Призналась в злодеяниях она:
