– Кир, ты совсем псих?! Оставь её в покое! Сюда её брат идёт!
На мгновение её взгляд останавливается на моих глазах.
– Плевать! – отвечаю, не глядя на Виталика.
– Не дури! Идём! – друг резко оттаскивает меня от девчонки. Я могу ошибаться, но она не хотела, чтобы я уходил. Послушно иду за Виталиком, в коридоре встречаемся с Борисом, как всегда с презренным взглядом. Наверное, стоит принять, что в нашем мире именно мрази смотрят на тебя так, как сами того заслуживают.
РИТА
– Что он от тебя хотел? – требовательно спрашивает Боря. А меня бесит эта его требовательность в голосе, как у отца. Перед ними я всегда должна отчитываться в своих действиях.
– Ничего. Просто поговорили, – отвечаю спокойно, хотя чувствую себя полностью наполненной адреналином. Очень сложно объяснить это состояние, волнение, смешанное с диким восторгом. Сумасшедшее чувство.
– Поговорили? И чём ты могла с НИМ просто поговорить?
– Борь, вот давай только режим отца со мной не включай! Я уже взрослая!
– Ты и взрослая? – шипит он, также как и отец не терпит, когда с ним разговаривают подобным образом. – Тебе напомнить, откуда я тебя не так давно забрал и в каком ты состоянии была по вине твоего собеседника.
– Не стоит мне каждый раз напоминать об этом! Я прекрасно об этом помню и без твоих нравоучений!
– А раз помнишь – тогда нечего вести разговоры с тем, с кем не нужно.
– Это ты будешь решать?
– Рита, я что-то не пойму, чего ты огрызаешься? Или забыла, как Тайманов разделал твоего парня, и он целый месяц находится на больничном.
– Хватит! Идём.
Я не выдержала натиска со стороны брата. Он как всегда знал, что и как мне сказать, чтобы я почувствовала себя виноватой. Мы прошли в кабинет, где нас ожидал следователь, отец, юрист и Рома. Следователь оставил нас для совещания и сказал, что позже нас пригласят в другой кабинет для очной ставки с Таймановым и его юристом. Отец давал инструкции юристу и Роме, как он должен себя вести и что говорить. Затем очередь дошла и до меня. Исходя из их стратегии, я должна была не просто подтвердить факт избиения Таймановым Ромы, а засвидетельствовать, что тот ни с того ни с сего набросился на него. Я послушно кивнула.
В кабинет для переговоров вошли только следователь, два юриста и Рома с Таймановым. Нам оставалось лишь ждать. Я надеялась, что они договорятся и без моих показаний, но увы, следователь пригласил меня в кабинет.
Тайманов держался уверенно, бросил на меня наглый взгляд и усмехнулся, видя, как дрожат у меня руки.
– Терехова Маргарита Андреевна, – обратился ко мне следователь, – готовы ли дать показания?
– Да, готова, – от волнения даже кивнула два раза.
Тайманов забавлялся, глядя на меня. Следователь предоставил первое слово адвокату Ромы.
– Маргарита Андреевна, скажите, где и с кем вы были в субботу 22 числа?
– Я была в кафе вместе со своим парнем.
– Вы сразу заметили Тайманова в этом кафе? – спросил адвокат Тайманова.
– Нет, не сразу.
– А как вы его заметили? – спросил юрист Ромы, всем видом намекая, чтобы я сказала заранее обговорённые слова. Но ничего подобного. Я сказала так, как и было на самом деле.
– Он смотрел на меня, – с вызовом в глазах посмотрела на Тайманова, тот в удивлении приподнял брови.
Рома в полном замешательстве переглянулся со своим юристом.
– То есть иными словами мой клиент в ваш адрес никакой агрессии не проявлял и вашего внимания добиться не пытался?
– Нет. Если не считать взгляда.
Тайманов снова усмехнулся.
– А для чего вы смотрели на девушку, которая была в обществе моего клиента? – спросил адвокат Ромы. И дальше уже юристы перетирали между собой какие-то статьи и спорили, пока следователь не остановил их.
– Скажите, Маргарита Андреевна, как по-вашему, в чём причина того, что гражданин Тайманов избил вашего жениха?
Я сглотнула. Рома был весь в напряжении и строго смотрел на меня. Тайманов не менял своей расслабленной позы.
– Наверное, – не уверенно начала я и не верила в то, что сейчас скажу, – он ударил его в ответ на не удавшуюся попытку Ромы.
– Маргарита Андреевна, правильно ли мы понимаем, – это уже юрист Тайманова, – что не мой клиент первым начал драку?
– Правильно, – выдохнула я, дрожа всем телом.
Рома был взбешён и смотрел на меня как бык на красную тряпку. Ухмылка с лица Тайманова сошла, и теперь он выглядел задумчивым. Следователь попросил меня выйти.
– Ну что там? Всё решено? – кинулся ко мне Боря.
– Что решено? – брат вызывал у меня раздражение.
– Ты сказала, то, что должна была? – это уже отец.
– Я сказала правду, папа.
– Какую ещё правду? – взъерепенился Боря. – Мы тебе битый час объясняли, что ты будешь должна сказать.
– Рита! – грозное обратился ко мне отец. – Объяснись! Сейчас же!
– Что я должна вам объяснить? Что не смогла соврать и сказала правду? Это я должна вам объяснить? – я сорвалась на крик.
– Не ори! Не позорь меня! Меня здесь все знают!!! Почему ты сразу не отказалась давать показания? Если бы сказала об этом сразу, мы бы исключили эту возможность. Рита!!! Нельзя же быть такой безответственной! Речь идёт о твоём женихе! Который пострадал от рук это бандита. И что теперь? Благодаря твоим же показаниям, Рома будет выглядеть круглым дураком.
Я снова не сдержалась и пустила слёзы. Может я и не права по отношению к Роме. Но с другой стороны… Тайманов прав. Он ударил его только после того, как увернулся от удара Ромы. Дверь кабинета открылась и первыми вышли Тайманов и его юрист. Никакого довольного лица, ехидных улыбочек. Быстрый взгляд на меня, после чего, нахмурив брови, он прошёл мимо следом за юристом. Трудно себе признаться, но я практически заволновалась, что его всё же обвинили в избиении. Но по раздосадованному лицу Ромы поняла, что всё хорошо. Стоп. Хорошо для кого?
– Ром, ты уж извини Риту. Я её уже отчитал! Ты пойми, запуталась девчонка, у неё нет опыта в таких вещах, – начал утешать Рому мой отец.
– Ну что вы, Андрей Петрович! Не стоит винить Риту, я всё понимаю.
Я вовсе не выдохнула с облегчением, потому что не поверила в его слова. И интонация голоса говорила об обратном.
– Факт избиения, естественно, признали. Но только в качестве самозащиты.
Дальше я не слушала, тихо пошла в сторону выхода. Вышла на улицу и набрала Соне. Мне нужно было выговориться.
РИТА
Прошло два месяца после моего прокола в полицейском участке. Отца я видела редко, и он больше не возвращался к этому вопросу. Рома хоть и делал вид, что не держит зла, но наши отношения стали натянутыми. А Боря упрекал при каждом удобном случае. Тайманова я не видела и ничего о нём не слышала. А сегодня мы договорились встретиться с Соней в торговом центре, после обеда. Я пришла раньше, и гуляла по бутикам, приглядывая для мамы подарок на день рождения. Хотелось подобрать ей что-нибудь особенное, оригинальное, хотя понимала, что с бюджетом, которым я располагала, это будет сложно. Поднимаясь по эскалатору на третий этаж, мельком увидела знакомую фигуру, показалось, что это отец, но он сейчас должен быть на работе. Но все же обращаю внимание и понимаю, что мужчина не один, а в компании девушки. И я ее знаю. Это же Марина, помощница отца в прокуратуре, ее сложно не узнать, яркая блондинка с внешностью фотомодели. Сомнений не остается, рядом с ней мой отец, и они держатся за руки. Почему? В последний момент успеваю переступить с эскалатора на мрамор. Нервно тереблю руками волосы, не понимая, что же мне делать. Я ведь не маленькая девочка, понимаю, почему взрослые люди держатся за руки, поэтому вывод только один. Их что-то связывает и далеко не служебные отношения. А раз так, то мне нужно убедиться в этом наверняка. Резко бегу к лифту, чтобы спуститься быстрее, мне везет, как раз, когда я подбежала, двери открылись, кто-то вышел, а я спускалась вниз и глазами искала отца с Мариной, которые уже выходили из здания. Боже, так я не успею! Выбегаю из лифта, мчусь на улицу, врезаясь в людей, и успеваю только увидеть, как отцовский форд отъезжает с парковки. И что теперь? О чем я думала, как я смогу за ними проследить? Пока форд стоит на светофоре, обвожу глазами парковку, как нарочно ни одной свободной машины такси. Раздражение зашкаливает, разворачиваюсь, чтобы пойти обратно в центр и снова в кого-то врезаюсь.
– Простите, – бормочу, обходя его.
– Вы не ушиблись? – спрашивает мужской голос.
Я поднимаю глаза и вижу Тайманова. Вот так встреча, как всегда неожиданно. Также неожиданно мне в голову приходит идея.
– Где твоя машина? – спрашиваю у него, – быстрее, мне очень нужно!
Вижу удивлении на его лице, жду что он сейчас далеко пошлет меня, но вместо этого Тайманов берет меня за руку и ведет за собой, я молча следую за ним.
– Это подойдет? – мы остановились перед мотоциклом.
Я пару раз моргнула, прежде чем ответить. Не в моей ситуации сейчас было выбирать.
– Вполне.
– Тогда прошу, – он протянул мне шлем, а сам оседлал мотоцикл.
Я справилась со шлемом, перекинула сумку через одно плечо и села сзади него, не решаясь дотронуться руками до Тайманова. Но когда раздался звук двигателя мотоцикла, руки сами собой обвили его вокруг талии, а потом, когда мотоцикл рванул с места, то я и вовсе вжалась в него всем телом.
– Боишься? – спросил Тайманов, когда мы остановились на светофоре.
Я покачала головой, а он усмехнулся.
– Куда хоть едем?
– Вон за той машиной, черный форд номер 323, – я указала рукой на машину, стоящую уже на другом светофоре, впереди нас. Номера машины было не видно, но я знала его наизусть. Когда Тайманов увидел машину, на которую я указала, мне на мгновение показалось, что он скинет меня с мотоцикла, такой был у него взгляд, ведь он знал, кому принадлежит эта машина, не мог не знать.
– Ты уверена? – спросил он. Я кивнула несколько раз для убедительности. И мы помчались вслед за машиной отца.
Через несколько кварталов Тайманов подъехал практически в плотную к отцовскому форду так, что я могла подсмотреть через стекло. Благо на мне был шлем, и отец не мог меня разглядеть. В его машине были тонированные стекла, но силуэты я видела. И эти силуэты целовались, без сомнений. Во мне появилась такая злость, что захотелось кинуть камень в стекло и плевать, что они бы меня увидели. Со всей силы впилась пальцами в ветровку Тайманова, от этого моего жеста он обернулся и посмотрел в машину отца, потом на меня. На светофоре загорелся зеленый, мы плавно тронулись с места, постепенно стали отставать, я даже начала думать, что Тайманов передумал их преследовать, а мне так хотелось узнать, куда же все-таки они едут, но, как оказалось, это все было сделано для следующего маневра. Мотоцикл вылетел на свободную полосу, обогнал несколько машин, и подрезал отцовский форд, просто встал поперек его полосы движения как вкопанный. Я закрыла глаза, и всем телом вжалась в Тайманова, послышался визг шин и гудки автомобилей. Открыв глаза, я увидела машину отца, которую из-за торможения развернуло поперек дороги. Отец вышел из машины и прошел вперед, он смотрел прямо на Тайманова.
– Ты совсем страх потерял, щенок! За такое, я могу прямо сейчас засадить тебя и твою шлюшку! – прокричал отец.
Господи! Это он меня назвал «шлюшкой»? Дожила. Я не шевелилась, ожидая уже самого худшего. До последнего думала, что вот сейчас Тайманов встанет, снимет с меня шлем, и, посмеявшись, уедет. Худшей ситуации я и представить не могла.
– Да пошел ты! – крикнул ему Тайманов и развернув мотоцикл, мы умчались вперед. Не знаю, каким образом, но лавируя между машинами, мы снова оказались позади отцовского форда, только в другом ряду и нас еще прикрывал небольшой грузовик. Я обрадовалась, потому что уже и не надеялась, что удастся за ними проследить.
Тайманов остановился возле какого-то салона красоты. А отец запарковался возле неизвестного мне клуба. По крайней мере снаружи это здание походило на клуб. Я слезла с мотоцикла, отдала Тайманову шлем и рванула вперед к этому зданию, отец с Мариной только что вошли внутрь него.
Я поднялась по ступенькам и собиралась войти, но дверь мне преградил охранник.
– Ваша фамилия?
– Что? Мне нужно войти туда.
– Ваша фамилия?
– Да зачем вам моя фамилия? – я и так не очень-то соображала ото всей этой ситуации, для чего охраннику моя фамилия понять никак не могла.
Охранник указал на вывеску «только для VIP клиентов».
– Пожалуйста, – я была в отчаянии, – мне очень нужно попасть внутрь.
– Как же вы достали! Иди домой, хватит по мужикам таскаться! Тебе хоть восемнадцать-то есть? Да как вы не поймете, что пользуются они вами и большего ничего!
Я вообще не понимала, о чем говорил охранник, понимала только, что любым путем должна попасть внутрь.
– Сколько?
– Чего сколько?
– Сколько вам нужно дать, чтобы пройти внутрь? – я полезла в сумочку за кошельком.
– Нет, ну вы, девки совсем уже обнаглели!
Охранник схватил меня за руки и стал спускать меня с лестницы, а я плакала и просила пустить меня.
– Руки от нее убери, – я услышала знакомый голос.
– Извините, Кирилл Севастьянович, – охранник отпустил мои руки и виновато смотрел на Тайманова, -вы что ее знаете?
– Можно и так сказать! – оскалился Тайманов.
– Кирилл Севастьянович, не сердитесь, я ведь думал, что это одна из тех, ну вы сами понимаете. Скажите, как ее фамилия, я отмечу сейчас.
– Ее фамилия тебе ни к чему.
– Ясно. Виноват.
– Ты уверена, что хочешь туда войти? – Тайманов посмотрел на меня.
– Да, – уверенно сказала я, хотя на самом деле в этом сильно сомневалась.
– Тогда идем, – он распахнул передо мной дверь.
Мы спустились вниз по лестнице, хотя я думала, что нужно будет подниматься. Если верить фасаду здания, то в нем целых три этажа. Всюду был полумрак и играла музыка, мы вошли в небольшой зал, по углам которого находились столики, по середине стоял подиум, на котором танцевали полуголые девушки. Вдоль стены находилась барная стойка, за которой стоял отец в обнимку с Мариной. К ним подошел парень из персонала, что-то им сказал, и они последовали за ним. Я рванула следом, но Тайманов крепко схватил меня за руку.
– Пусти! – закричала я.
– Сначала подумай, готова ли ты все это увидеть? Они ведь не в карты туда пошли играть.
