– В карету, вообще-то, – буркнула я, беря банки.
– Момент, – тормознула меня Вика, – вот еще это может понадобиться.
И она протянула мне кулек.
Я ушла в душ и начала расставлять всю привезенную утварь: даже зубную щетку положили! Ох, тут и бритва, какие-то банки с гелями… Да тут чтобы этим всем воспользоваться полчаса уйдет!
– Милаяяя! – нараспев крикнул Филипп, – я не слышу шума воды!
Я закатила глаза и ускорилась. А как мыть голову с гипсом? Сами когда-нибудь пробовали?
Я нашла какие-то штуки, напоминающие шапочки для душа, и намотала вокруг руки: идеально подошло! Даже резиночки какие-то были – я их зубами затянула.
Как же хорошо под душем! Сейчас бы помыться и в кроватку, но… Я ввязалась в какую-то сомнительную авантюру. И уже пообещала. Значит, надо выполнять!
Я вышла из душа и заметила, что народу поубавилось: в палате остались только Вика, Филипп и еще одна женщина. А вся кровать была завалена одеждой. Вика сидела в кресле у окна и что-то печатала на ноутбуке.
– Господа! У нас сорок пять минут до выезда, – сказала она, не отрываясь от экрана.
– Значит, примерим только эти два! – радостно воскликнул Филипп, – они идеальны по цветовой гамме, надо посмотреть, как сядут! Давай, душенька, надевай!
Он сунул мне в руки два платья, и я снова направилась в ванную комнату.
– Нет, стой! Дай волосы тебе подсушу, а то намочишь все! Прическу быстро сделаем, подчеркнем твою молодость легкой небрежностью!
Он что-то еще говорил, но за шумом фена я не разобрала, что именно.
– Вот теперь давай! Иди!
Я снова пошла в душ и развернула платье. Ого! Черное от Alexander McQueen! Я такие только на картинках видела! Я влезла в платье, но не поняла, как его застегнуть.
– Эмм, мне нужна помощь, – сказала я, выйдя из уборной.
– Викуся, ну ты взгляни, как хороша-то, а! – причитал Филипп, застегивая платье и расправляя огромный черный бант на плече.
– Как всегда с девушками Дена, – не отрываясь от набора текста, сказала Вика.
– В смысле «с девушками Дена»? – я отвела руку Филиппа и посмотрела на Вику, – я не его девушка!
– Как скажешь, – Вика даже не подняла на меня глаз, продолжая печатать.
Мне стало липко в этом распрекрасном дорогущем платье.
– Знаете что, «дорогие», вы меня наверно с кем-то спутали! Может, я вашему Дену и обещала, но ничего страшного, переживет! Снимите с меня это платье! И всего доброго! Расплатиться за медицинские услуги пока не смогу – у меня нет не то, что карты или документов, – они все у вас в офисе, – даже телефона! Так что запишите на мой счет!
Вика с интересом подняла на меня глаза.
– Кхм, – наконец сказала она и даже отложила ноутбук, – прости, я действительно к тебе отнеслась, как к одной из…
– Куриц вашего босса? – закончила фразу я, – так вот, я, может, и курица, конечно, но из другого курятника и…
– Да я уж вижу, – Вика улыбнулась, – прости, я измотана, с утра на ногах и мечтаю только о сне. Просто после сегодняшней сцены в офисе, многие подумали, что ты очередная… кхм… брошенная Деном разъяренная пассия.
– Чего? Я из-за него телефон сегодня с утра потеряла и в результате это привело к тому, что заодно и работу потеряла!
– Да, вот тут интересно: я мельком слышала от Ирмы, что вроде как вы с ней сотрудничаете, но не было времени вдаваться в подробности – я так и не поняла ничего.
– Да, если мы говорим об одном человеке, то я ей помогаю уволить одну вашу сотрудницу…
– Дамы. Время идет, – прервал нас Филипп, – может, мы уже продолжим?
Мы с Викой переглянулись и засмеялись: обеим хотелось говорить дальше. Но Филипп снова затолкал меня в душевую с еще одним платьем. О, Valentino, цвета нежной бежево-розовой пудры, простое, струящееся по фигуре.
Я оделась и вышла в палату, превратившуюся в гримерку показа мод.
– Оооооооо, – простонал Филипп, – я в восторге! Это то, что нужно! Ты сливаешься с этим платьем и получается… Такой целомудренный порок! Это идеально! Оставляем! Укладываемся и красимся! Виола! Очнись!
Я и забыла совсем про сидящую на стуле у входа женщину, уткнувшуюся в телефон. Вика и Филипп были настолько умопомрачительно красивыми и энергичными, что заполнили собой все пространство палаты.
– Начинай маникюр! – продолжал командовать Филипп, – я укладываю, крашу и едем!
Когда фен стих, я стала расспрашивать Вику:
– Слушай, а Жанна, уволенная со скандалом – это что, его бывшая?
– Нет, – ответила Вика, – Жанна была нашим рекламщиком. И очень хорошим. Но Ден выяснил, что она продала несколько заказчиков конкурентам. Поэтому, конечно, он ее и выкинул.
– А что значит «продала»?
– Встречалась с заказчиками, которых нашел Ден, и увела их в другую фирму. Наверно, ей там больше заплатили, но это очень подло.
– А Карина кем работала? Может, они вдвоем с Жанной…
– Карина никем не работала, – удивлено ответила Вика, – Карина была девушкой Дена.
Я была поражена. Он что, робот что ли? Совсем никаких чувств не имеет? Та сцена, что я увидела, больше напоминала разборки начальника и провинившейся подчиненной, но уж никак не людей, между которыми были какие-то отношения!
Я высказала свое мнение Вике.
– Да, Ден скуп на чувства. Спутниц меняет каждые два-три месяца. Но преданных делу людей очень ценит. А вот с отношениями в личной жизни… – Вика махнула рукой, – он и раньше был не постоянен, а уж после смерти отца – так и вовсе отгородился.
– Ох, он потерял отца? – спросила я.
– Да, скоро как четыре года. После автокатастрофы, в которую попал Евгений Давидович, врачи допустили ошибки, и лишь один хирург заметил это и начал трубить в колокола. Тогда Ден как-то организовал перевоз Евгения Давидовича сюда, в эту клинику. И взял того хирурга с собой…
– Ивана Павловича, – догадалась я.
– Именно так, Бердяев провел филигранную операцию, это все подтвердили. Но было уже слишком поздно. Евгения Давидовича не стало.
– Дамы, а вы можете о чем-то более позитивном поговорить, а? – Филипп не выдержал дальше слушать наши заупокойные разговоры.
Мы с Викой улыбнулись.
– Ну, дорогая, ты – звезда! – пропел Филипп и подвел меня к зеркалу.
Я ахнула! Это я?
Вот эта красивая стройная девушка – это действительно я? Как такое возможно?
Я покружилась перед зеркалом, любуясь собой.
– Супер! – сказала Вика, – а теперь, помчали! Уже опаздываем, а Ден не опаздывает никогда!
Мы побежали на улицу и погрузились в минивен.
– Вик, а чем компания-то занимается? Я не совсем поняла, – спросила я, пока машина неслась по полупустым улицам города.
– У нас холдинг. Когда-то Евгений Давидович основал строительную фирму и постепенно она росла. Сейчас мы строим коттеджи и отели по всей стране, а также занимаемся рекламой, стройматериалами. Мы занимаем практически половину здания.
– Ого, – выдохнула я, – а Денис давно управляет?
– Официально после смерти отца. Но Евгений Давидович его ввел в курс дела уже давно. Я сама пять лет работаю в компании, и уже тогда Ден вовсю помогал отцу. Ну, а после трагедии, понятно, он встал во главе. Сначала мы очень волновались, что все пойдет прахом – но нет. Наоборот. Ден развивает компанию и даже вырастил из рекламного отдела целую фирму. Ребята мало того, что обслуживают все наши проекты, так еще и много других ведут. Приносят стабильный доход.
– А ты довольна своей работой? – вдруг спросила я.
– Ох, даже не задумывалась об этом никогда, – улыбнулась Вика, – наверно, это значит, что довольна. Знаешь, мне нравится это чувство: быть нужной! У меня, если честно, кроме работы больше и нет ничего. Что логично: сама видишь, сколько сейчас времени, а я не дома. Но мне и правда нравится чувствовать себя феей: я точно знаю, что найду выход из любой ситуации. Найду решение.
– Да, я тебя понимаю! – кивнула я, – у меня так же. Могу уйти с работы под утро, потому что ищу решение. В моем случае, чтобы его найти надо много читать. Но когда ты понимаешь структуру, ты понимаешь, где рыть, в каком направлении работать – и в итоге приходит успех! А его вкус опьяняет и, правда, он становится самым важным аспектом твоей жизни.
Мы болтали с Викой всю дорогу и я бы многое отдала, чтобы продолжить беседу с ней.
Нет, у меня есть подруга Лика, мы еще со школы дружим. Кстати, надо же ей позвонить: она, наверно, с ног сбилась искать меня! Только вот телефон Пижон так и не отдал!
Лика поддерживала меня, когда моя жизнь разделилась на «до» и «после». Правда, она очень обидчивая и всегда подолгу дуется, если я вдруг не хочу идти с ней на вечеринку (которые я ненавижу – это ведь пустая трата времени, денег и сил), но что делать – она единственный близкий человек, который у меня остался.
Но в Вике сейчас я почувствовала родственную душу. С ней было легко и интересно. Можно было быть собой. А главное, я ее понимала.
– Приехали! Вон, Ден стоит, – сказала Вика, – машин куча, уже не припаркуемся, дойдешь сама, тут 15 метров?
– Конечно! Не волнуйся! – ответила я и чуть задержалась у двери, – спасибо тебе, Вик. И тебе, Филипп! Виоле привет! Не помню, когда последний раз маникюр делала.
– Оооооо, дааай я тебя обнимууу, – протянул Филипп и аккуратно, но очень нежно обхватил меня за плечи, – иди, моя дорогая, порви их там всех!
– Так! Я сейчас расплачусь, – засмеялась Вика, – вы навсегда чтоль прощаетесь? Ирма написала мне, и просила тебе передать, что завтра ждет тебя в офисе! Давай, Марсель, топай!
Впервые мне не захотелось поправить имя на Машу. Устами Вики оно было произнесено легко и в то же время с достоинством. Без издевки и насмешки.
Я вышла на улицу и направилась к Пижону.
Он, не отрывая глаз, смотрел на меня.
Глава 8. Девушка с кривой логикой
Денис
«Какая еще Маша?» – поморщился я, когда Рыжая представилась Бердяеву в палате.
Выглядит она вполне бодро. Да я и не сомневался, что она прекрасно выдержит предстоящее мероприятие.
Что она говорит? Сумка у меня в офисе? Какая замечательная у меня система безопасности! Какая-то девка с улицы заходит, оставляет сумку в одном из кабинетов и покидает здание. А сумка остается, и никто на нее не обращает внимания!
«Марсель? Она сказала, ее зовут Марсель? А вот это больше похоже на правду!» – проносится у меня в голове.
– Называйте меня Маша! – заупрямилась Рыжая.
«Детские комплексы пошли», – раздраженно подумал я. Но я не собираюсь называть человека так, как мне не нравится, особенно, когда мне известно его настоящее имя. И особенно, если оно мне нравится.
Когда вопрос с именем, как мне показалось, был решен, я перешел к главной части – ужину.
Но и тут Рыжую заштормило. Ну, какие еще эскорт-услуги? Она себя в зеркало вообще когда последний раз видела? Она, конечно, симпатична, но до ужаса не ухоженна!
Я чувствовал себя на переговорах с подростком. Я представляю тезисы и расписываю бонусы – мне в ответ какой-то юношеский бред и претензии, что я заранее все спланировал! Нет, все само собой из-под земли должно появиться: платье вместо твоих потертых джинс, прическа, вместо этой рыжей охапки сена – фея крестная прилетит (сразу, как ты изволишь согласиться), и наколдует.
Когда я исчерпал все логичные доводы – Рыжая внезапно согласилась. Ничего в ней не понимаю! Что там за кривая логика у нее в голове? Как она рассуждает?
Ладно. Не важно. Теперь нужно ей рассказать про Юсупова. Я сел к ней на кровать и стал показывать фотографии.
И снова произошло что-то странное: в какой-то момент я ловлю себя на том, что улыбаюсь ее шуткам, что наши головы почти соприкасаются над телефоном и мне… спокойно и…
Нет, это я что-то заработался. Усталость. Спать, наверно, хочу!
Надо собраться!
И вообще, где Вика?
Через пару секунд в дверь ввалилась моя ассистентка. С ней еще Филипп – его вроде рекламщики взяли на полный рабочий день – съемки стилизовать.
Я установил Вике тайминг и вышел из клиники.
Сел в машину и направился в офис. Надо оставить флешку айтишникам – может, все-таки смогут найти хоть какие-то следы.
Позвонил Паша, подтвердил наличие сумки с документами на имя Марсель Панкратовой. Не могу сказать, что я удивился или, наоборот, что испытал облегчение – я подсознательно был уверен, что Рыжая говорит правду. Просто потому, что, кажется, она просто не умеет врать. Нет такой опции в ее прошивке.
Я доехал до уже опустевшего офиса и поднялся на нужный этаж. Встретил охранника и забрал у него сумку Рыжей. Достал паспорт и сфотографировал. Вероятно, это не совсем этично, но, раз она у нас теперь работает – копия ее документов так и так кажется у нас. Да и Бердяеву я скан обещал.
Потом я зашел к программистам – все уже разошлись, поэтому я положил флешку в сейф к Феде – самому талантливому парню. Рядом оставил записку, что нужно делать, и запер сейф.
Теперь нужно домой. Переодеться.
