Очередное открытие вызвало новую волну удивления среди присутствующих. Оказывается, Тень является джеарнэ! Неужели эта юная полукровка смогла победить в Большой Игре – ежегодной битве между сильнейшими ирнитами? Зато теперь хотя бы стало понятно, зачем она понадобилась архессе Бри-Ланди. О такой телохранительнице можно было только мечтать!
Тень пропустила слова демона мимо ушей. И только когда Солфира подала знак своей свите убрать оружие, джеарнэ подчинилась, как и другие ирнитки.
– С какой стати ты называешь себя архом Лэй-Бирли? – строго спросила у инкуба Ранайза. – Насколько всем известно, этот род прекратил свое существование со смертью арханы Олмы.
– Однако не всем известно, что до своей кончины она успела выйти замуж. Я – ее законный супруг! – заявил Склиф, вновь наслаждаясь изумлением на лицах гостей.
– Теперь я вспомнил тебя! – Арх Лу-Карс вскочил со своего места, устремляя на демона указательный палец с массивным перстнем. – По окончании Межмировой войны Олма должна была стать женой арха Бри-Ланди. Именно так планировали ее покойные родители. Но потом появился ты, и она отказалась от своих обязательств. Теодор пытался ее вразумить, однако ты успел основательно задурить девушке голову своими инкубскими чарами.
– Разве моя вина, что я родился инкубом? – возмутился Склиф. Затем он повернулся к Теодору, который за все это время не проронил ни слова. – Уж тебе-то можно меня понять? Если бы не выбор Олмы, ваши пути с Солфирой разошлись бы навеки.
– Считаешь, что поступок арханы Лэй-Бирли заслуживает моей похвалы? – усмехнулся Тео. – Скажем так, я не держу на нее ни зла, ни обиды, но и оправдывать ее предательство я не стану. Лучше скажи прямо: для чего ты здесь?
– Благодаря браку с Олмой я являюсь последним законным представителем рода Лэй-Бирли. Вот моя метка! – Демон высоко поднял левую руку, показывая шрам от магической печати. – И я требую, чтобы меня включили в состав архата!
– Этому не бывать! – заголосил арх Лу-Карс. – Ваш брак с арханой Лэй-Бирли был признан недействительным. Для этого решения у нас были серьезные основания: Олма пошла против воли родителей и не поставила в известность членов архата. Ее разум был затуманен инкубскими чарами и смертельной болезнью. На тот момент она была идеальной жертвой для охотников за ее титулом и приданным. И ты этим нагло воспользовался!
– Я женился на Олме, потому что мы действительно любили друг друга, – в голосе Склифа послышалась обида на несправедливое обвинение.
Но Лу-Карс жалостью к инкубу не проникся.
– Архесса Лэй-Бирли умерла от измора. Почему же ты ее не спас? Хотя именно демоны даровали людям лекарство от этой жуткой болезни.
– К сожалению, Олма до последнего скрывала от меня свой недуг. А когда я о нем узнал, процесс уже стал необратимым. Эликсир лунного дерева редко помогает на поздней стадии измора. Это вам любой целитель подтвердит.
– Сильно в этом сомневаюсь! И я категорически против твоей кандидатуры в архате. – Лу-Карс недовольно поджал губы, всем своим видом демонстрируя неприязнь к ирниту.
– Я тоже против, – вставил свое слово отец Морсиуса. – Во всяком случае, сегодня у нас есть дела поважнее…
– Наверно, не стоит спешить с выводами? – вмешался арх Ош-Майли. – Создается впечатление, что этот… господин недостоин стать одним из нас лишь потому, что он – демон. Ну что за предрассудки, друзья? Где ваша толерантность? В конце концов, наша обожаемая гранд-архана тоже ирнитка!..
– Угомонитесь все! – приказал Теодор, и сразу стало тихо. – Если бы брак Олмы был действительным, то ее род по-прежнему числился бы в записях миррата. Однако священный артефакт за все эти годы ни разу не упомянул имя инкуба. И в списке правящих семей нет более фамилии Лэй-Бирли. Уже один этот факт дает мне право отказать Склифу в его притязаниях.
В зале послышался одобрительный шепот. И Лассард невольно задумался: будет ли новый гранд-арх таким же мудрым, как Теодор Бри-Ланди?
– Но ведь по закону гранд-арх может внести поправки в миррат, – не сдавался ирнит.
– Только в исключительных случаях, – кивнул Тео. – И только с согласия всех членов архата.
– Что же ты молчишь, Солфира? – Склиф повернулся к гранд-архане, и его голос завибрировал, гипнотизируя. – Ирниты должны быть заодно, не так ли?
Лицо Солфиры помрачнело. И незаметно для других она изо всех сил вонзила в свою руку когти, чтобы боль отвлекла ее от чар инкуба.
– Увы, в моем лице поддержки ты не найдешь, – спокойно ответила она. – Я всецело разделяю мнение любимого супруга.
Демона аж перекосило от этих слов. Он опасно прищурил на нее черные глаза.
– Ну и каково это – отказаться от великого звания джеарнэ ради кантарийца? Каково стать тенью своего мужа? Неужели именно этого ты желала?
– Зря стараешься, – процедила Солфира. – Я не стану тебе помогать. И мне не нужно иметь звание джеарнэ, чтобы разорвать тебя на куски. Уходи, не испытывай мое терпение!
– А ты нисколько не изменилась. – Голос инкуба сочился ядом. – Прекрасна и жестока, как и раньше…
– Довольно! – Теодор сжал кулаки. – Архат не принимает тебя, Склиф. Убирайся прочь!
Демон утробно зарычал в ответ. Из его ноздрей вырвался пар.
– Неужели вы решили, что я пришел сюда, не имея на руках козыря? – Он медленно обвел тронный зал испепеляющим взглядом. – А вас не смущает тот факт, что архес Джей-Илк до сих пор не явился на собственную коронацию?
Страшная догадка заставила всех замереть, в ужасе глядя на инкуба. В наступившей тишине раздался испуганный вопль арханы Джей-Илк.
– Стража! Схватить демона! – придя в себя, скомандовал отец Морсиуса.
Стражники моментально окружили инкуба и заломили ему руки.
– Если вы меня убьете, то Морсиуса вам больше не видать! – предупреждающе закричал Склиф, стараясь уклониться от целящегося в него оружия. – Только я знаю, где архес.
– В таком случае ты сейчас же расскажешь, где он! – Арх Джей-Илк еле сдерживал порыв наброситься на ирнита. – Иначе тебе не избежать встречи с моим палачом, а он большой умелец по части пыток.
– Я предусмотрел такой ход событий и подстраховался, принеся кровавую клятву молчания. Всякий раз, когда я попытаюсь выдать местонахождение археса, я буду терять сознание. И потом у меня есть сообщники – если что-то пойдет не по плану, они убьют пленника.
Архана Джей-Илк снова издала громкий всхлип, и ее супруг подал знак стражникам отпустить демона.
– Если мы тебя примем в архат, что дальше? – спросил отец Морсиуса.
– Сначала я получу доступ к имуществу Лэй-Бирли. А когда мое имя будет внесено в миррат, то я выдвину свою кандидатуру на пост гранд-арха. Всем известно, что артефакт выбирает самого достойного, и я уверен, что окажусь вне конкуренции. Дальше я займусь продолжением рода Лэй-Бирли… – Инкуб кивнул на Эдельвейс, затравленно выглядывающую из-за спин светочей. – Пожалуй, начну с твоей дочери, Солфира…
Вот это Склиф точно сказал зря! Теодор с искаженным от злобы лицом подскочил к ирниту и ударил по голове так, что у того хрустнули зубы и тонкая струйка крови потекла по подбородку. Этот удар свалил бы с ног обычного кантарийца, но демон лишь с пошатнулся, издав болезненный стон.
– Гранд-арх, не губите! – закричала архана Джей-Илк, умоляюще заламывая руки. – У него мой сын! Признайте этого ирнита архом, я вас умоляю!
– В самом деле, мы не можем рисковать жизнью Морсиуса, – вставила Ранайза, испуганно прижимая к себе дочку.
Тео отступил, возвращая на лицо маску хладнокровия, лишь раздувающиеся крылья носа выдавали бушующую в нем ярость.
– Мы обязательно примем верное решение, но не здесь и не сейчас, – сухо заявил он. – Я объявляю внеплановый сбор архата в зале для совещаний Перламутрового дворца ровно через час.
– Я не желаю ждать, – зарычал Склиф, стирая рукавом кровь с лица.
– А придется! Даже если архат единогласно согласится с твоими претензиями, то понадобится время, чтобы изменить запись в миррате. А это, к твоему сведению, не так-то просто сделать!
Склиф на минуту задумался над словами гранд-арха, но потом расплылся в кривой улыбке.
– Что ж, я ждал больше двадцати лет – подожду еще немного. Главное, запомните, что время играет против Морсиуса. Уже догадались, где я его спрятал?
– В одном из укромных мест Ирна, – ответила Солфира, вызвав очередной крик ужаса у несчастной арханы Джей-Илк.
– Вот именно, – поддакнул инкуб. – Морсиус протянет там не больше месяца, так что советую вам поторопиться с решением. Кстати, пока мне не вернули резиденцию Лэй-Бирли, я займу покои археса в Розовом дворце. Вы ведь не против?
Склиф издевательски расхохотался, отпихнул плечом близстоящего стражника и нарочито небрежной походкой покинул тронный зал.
***
Лийт Гроу и эпарх Хейтон, получив срочный вызов от гранд-арха, поспешили в его рабочий кабинет.
Теодор сидел за чайным столиком, пытаясь собраться с мыслями после долгих переговоров с членами архата. Солфира стояла у распахнутого окна и отрешенно барабанила пальцами по подоконнику. Она едва взглянула на вошедших и вновь вернулась к прерванному занятию.
Гранд-арх без лишних разглагольствований перешел к делу.
– Как я и думал, архат не смог прийти к единому мнению. Наши голоса разделились поровну. Лу-Карсы категорически против Склифа, и я их прекрасно понимаю. Но на сторону инкуба встали Джей-Илки, и их позиция мне тоже ясна. Ош-Майли… Они считают, что если на кону стоит жизнь археса, то торг неуместен. Все по-своему правы. Но ответ может быть только один. Поэтому я решил воспользоваться тем временем, которое у нас есть в запасе. Мы уведомили Склифа, что якобы готовы выполнить его требования, но нам нужен месяц, чтобы внести изменения в миррат. За этот срок мы должны найти Морсиуса и передать ему власть.
– Если тебе нужна помощь в поисках археса, то мы готовы, – заявил Туран.
– Нет, ваш вклад будет несколько иным. – Гранд-арх промочил горло вином, прежде чем продолжить дальше. – Невозможно спрогнозировать все события, но в одном я уверен: найдутся желающие воспользоваться сложившейся обстановкой. Новые покушения чистильщиков, массовые волнения, дворцовые интриги и заговоры – вот к чему нам надо быть готовыми. Поэтому я решил спрятать дочь и Хранителя миррата подальше отсюда. На мой взгляд, Фиам – отличное место для укрытия. Туран, ты готов предоставить свой кров и защиту?
Эпарх Фиама представил красавицу Эдельвейс в своем замке, и его лицо просияло в предвкушающей улыбке. Уж он-то знал, как развлечь молодую девушку, тем более архессу!
– С превеликим удовольствием, Тео! Я все сделаю в лучшем виде. Окружу архессу заботой и вниманием, о котором она даже и не мечтала, – воодушевленно пообещал Туран.
Лийт Гроу, заметив неуместный восторг на лице друга, раздраженно закатил глаза. Ему изо всех сил захотелось отвесить Турану отрезвляющий подзатыльник.
Но Теодор, внимательно следивший за реакцией мужчин, неожиданно заявил:
– А знаете, мне будет гораздо спокойнее, если Эдельвейс расположится в крепости. Хранитель миррата пускай живет в резиденции эпарха, а с архессой останется только ее свита.
Туран и Лассард недоуменно переглянулись.
Лийт Гроу мысленно взвыл, представив, во что превратится воинская часть, когда там появится архесса, да еще и в компании Тени и светочей!
– Спасибо за ваше доверие, гранд-арх, но разве крепость – подходящее место для архессы? Разве ей не будет комфортнее в доме эпарха? – осторожно спросил Лассард.
– Моя дочь выросла при монастыре – ее трудно смутить аскетичными условиями. Главное, позаботьтесь о ее безопасности.
– Так точно, гранд-арх, – еле скрывая досаду в своем голосе, ответил Лассард.
– Вы в который раз выручаете меня, лийт Гроу. Жаль, что у нас снова не получилось пообщаться в более спокойной и приятной обстановке. Для возвращения в Фиам используйте мой личный портал. Эдельвейс и Хранитель миррата прибудут к вам завтра в полдень. А теперь идите. И да пребудет с вами божественное сияние!
Как только Туран и Лассард покинули кабинет, Солфира повернулась к своему мужу.
– Что на тебя нашло в этот раз?
– Ты о чем?
– Чем тебя не устроил замок эпарха?
– Да разве же в замке дело? Ты заметила, как Туран изменился в лице, когда я сказал ему про Эдель? У него чуть слюни не потекли! Похоже, он не шутил, говоря о том, что хочет соблазнить мою дочь…
– Он так никогда не говорил! Вернее, он не это имел в виду…
– Я до сих пор вижу его взгляд, полный похоти! Туран – неисправимый ловелас, и я не хочу, чтобы он разбил сердце моей дочери!
– Значит, так ты думаешь о своем друге? А лийт Гроу, по-твоему, совершенно безобиден?
– Лассард не производит впечатления дамского угодника. Он вояка до мозга костей, для которого долг и честь всегда превыше чувств. А что ты про него скажешь?
Солфира на мгновение задумалась, после чего с томной улыбкой выдохнула:
– Это великолепный зверь!
– Вот как? Ты серьезно?
Гранд-архана медленно облизнулась.
– О, да! Великолепный зверь…
– Раньше ты так называла только меня! – ревниво заметил Тео.
– Просто когда я смотрю на Лассарда Гроу, я вижу тебя в молодости. – Ирнитка села прямо на пол возле ног супруга и прижалась головой к его коленям. – В этом лийте я снова вижу дикого зверя, которого хочется приручить.
Теодор запустил пальцы в фиолетовые пряди.
Ему все меньше нравилась идея доверить Эдельвейс Лассарду. Кажется, гранд-арх его недооценил…
– Значит, ручной зверь тебя уже не устраивает? – Рука Тео спустилась на шею Солфиры и сдавила позвонки, заставляя ирнитку шипеть от боли. – Или ты просто дразнишь меня?
И тут же удовлетворенно улыбнулся, заметив проступивший на серебристой коже жены темный узор. Ирниты называли такие отметины мереями. Их появление означало, что рядом с демоном находится его истинная пара.
Теодор сгреб жену в охапку, мысленно послав в ядовитые дебри все проблемы и предстоящие дела.
Однако проблемы и предстоящие дела пока не собирались оставлять чету Бри-Ланди в покое…
Послышалось лязганье металла. Одна из картин с человеческий рост отъехала от стены в сторону, открывая потайной ход, из которого в кабинет проникли две женские фигурки. Кивнув гранд-арху и гранд-архане, девушки расположились на диване возле чайного столика.
– Значит, это правда: нам придется покинуть храм? – Девушка в светлом наряде принялась нервно перебирать звенья на своем браслете. У нее был приятный, мелодичный голос, словно она не говорила, а напевала.
Теодор хотел было ответить, но в этот момент Тень вытащила свой кинжал, вонзила острие в лежащее на блюде яблоко и с громким хрустом надкусила плод, не снимая его с лезвия. Затем она зачерпнула из вазочки крекеры и, набив ими рот, принялась с аппетитом чавкать.
– Эдель! – Нэя (а это, несомненно, была она) укоризненно покосилась на Тень.
– Будешь? – Эдельвейс с невозмутимым видом сунула Нэе под нос нанизанное на кинжал яблоко.
– Как ты можешь думать о еде в такой час? – Нэе пришлось отвернуться, ибо Эдель, забавляясь, продолжала пихать ей в лицо надкушенный фрукт.
– Эдельвейс, прекрати издеваться! – вмешался Теодор. Он встал напротив дочери, недовольно хмуря брови. – Лучше объясни мне, почему Склиф назвал тебя джеарнэ?
Эдель тут же отстала от Нэи и принялась тереть указательным пальцем подбородок, придумывая подходящее объяснение.
– Ты же мне обещала, – с упреком покачал головой гранд-арх.
