Клэр увидела, как Человек отрубил мёртвому голову, отчего её вырвало недавно съеденным чизбургером.
– Я сказал: отвернись! – заорал он.
Ощущая кислый привкус во рту и стекающую жидкость по подбородку, Клэр всё-таки повернула голову. Неосознанно она вновь заплакала, задыхаясь, слыша, как Человек расчленяет мёртвого. К сожалению для неё, Клэр уловила боковым зрением слишком многое, потому что связанное положение не позволяло сильно повернуть голову. Клэр наблюдала, как Человек отрезал мёртвому кисти, видела море крови, от которой тошнило. Перед глазами рубиновые и бордовые оттенки, а ещё потухший взгляд умершего. Человек загрузил части тела по разным мешкам.
– Тебя трясёт. Температура? – Он вдруг подошёл к ней, отчего Клэр ещё сильнее заколотило.
– Ты…. Его порубил. Как… животное какое-то, – голос предательски дрожал, а в голове была полная путаница.
– А он и есть животное. И вообще, люди – звери. Ты вся в крови. Он исполосовал тебя, я изрезал его. – Человек присел на корточки рядом с ней. – Справедливо, разве нет? Тебе приятно?
От его слов Клэр вновь захотелось истошно кричать.
– Нет! Это жестоко.
– Какие мы моралисты. Сильно тебе твоя благородность сейчас помогла, – хмыкнул он, невесомо прикоснувшись к её коже на животе, стараясь не занести в рану инфекцию. – Так, вроде нет глубоких порезов. – Человек поверхностно глянул, а затем снял окровавленные перчатки и выкинул в один из мусорных пакетов, где лежала нога умершего. – Когда я выброшу это. – Он с презрением пнул один из тёмных мешков. – Его растащат какие-нибудь слишком голодные животные. И сгрызут.
Клэр в очередной раз затошнило, она не могла смотреть на Человека, который достал новую пару перчаток.
– Потерпи. Нужно тщательнее осмотреть. – Он вновь стал пальцами проходить по её коже, вызывая глухие стоны от боли. – Так-так… а вот это глубокий порез. – Он вдруг запустил палец внутрь, отчего Клэр загнулась от дискомфорта. – Придётся зашивать. Что поделать? Впрочем, всё могло быть хуже. По крайней мере, все конечности на месте. Так, я вижу, что тебе плохо. – Человек встал, схватив её за подбородок. – Как самочувствие?
– Как в аду. Я хочу умереть, – проскулила она, прикрыв глаза.
– Со смертью всё легко устроить, так что не переживай. Много ран, – цокнул он языком, осматривая грудь, отчего Клэр смутилась. Она только поняла, что всё это время по пояс голая перед ним, а он осматривал её совершенно холодно. Клэр подалась вперёд, когда он схватил её за грудь, профессионально осматривая. – М-да, ну и порез. У тебя здесь будет большой шрам.
Он вдруг встал, не спуская с Клэр взора.
– Ещё не хватало, чтобы ты умерла от кровопотери или болевого шока. Нужно обезболивающее. Таблеток у меня нет. Кончились. Морфий недавно потратил. Придётся сходить за кое-чем другим.
Человек схватил мешки и пошёл к выходу.
– Хах, кстати, как думаешь: в какой контейнер его отнести? В бумагу? Металл? – Человек вдруг заразительно расхохотался. – Распределение мусора – это важно. Забота об окружающей среде.
Клэр тяжело сглотнула, теряя сознание.
– Не уходи, пожалуйста, – промямлила она. – Мне страшно.
Почему-то Клэр теперь больше доверяла Человеку, вернее, причина была вполне понятна: его подчинённые издевались над ней просто так, Человек хотя бы желал выудить информацию.
– Я сейчас быстро вернусь. Они больше не придут, – подмигнул он и вышел из подвала. Клэр сидела в прострации, никаких мыслей не было, перед глазами проносились недавние яркие образы, что впечатывались на подкорку навсегда. Клэр и не заметила, как быстро Человек вернулся с бутылкой текилы в руке. Она подняла на него взор, ничего не понимая, а он схватил её за челюсть и потянул вниз, подставляя горлышко бутылки. – Давай, Клэр. Легче станет.
Она глотала, ощущая, как напиток опаляет горло. Клэр закашлялась, ощущая огонь в груди.
– Ты не пила текилу, что ли? Извини, закусить нечем. Она вроде не слишком крепкая. Опьянеешь, и станет легче. – Человек отложил бутылку на столик и пошёл к ящику с лекарствами, откуда достал иголку. – Придётся потерпеть сейчас.
– Ты умеешь зашивать? – прохрипела она, всё больше теряя связь с действительностью, теперь ещё и от алкоголя.
– Я врач по образованию. Хирург. – Он присел перед ней с чистой водой в тазике. Клэр почувствовала, как он холодной тряпкой стал омывать раны. – Так что пытаю мастерски.
– Что-то легко ты от меня избавился. Задушил и всё, – невесело посмеялась Клэр, удивляясь, что у неё хватало на это сил.
– Да понял, что толку от тебя никакого. И не ожидал, что ты так быстро умрёшь. – Человек пожал плечами, промачивая тряпку в воде, Клэр с ужасом отметила, как быстро вода окрасилась в красный.
– На мне много порезов? – Она склонила голову, еле шевеля губами.
– Хочешь взглянуть в зеркало? Много шрамов останется. Они изуродовали тело.
У Клэр не было сил на грусть или апатию, она чувствовала себя выпотрошенной.
– Сейчас потерпи. – Он схватил её за кожу, приготовившись зашить рану на правом боку. – Посмотри вперёд куда-нибудь.
Клэр вскрикнула, когда иголка проникла под кожу, однако эта боль была уже намного терпимее того, что ей довелось испытать.
– Как ты оказался тем, кто продаёт наркотики? Раз ты врач? – прошипела Клэр, стараясь отвлечься.
– В семье было мало денег, с ребятами стали варить метамфетамин. Стандартная история. Потом всё закрутилось, завертелось, от продажи наркоты очень много денег, не то что от бюджетной работы. Да и пытать людей мне понравилось. Меня именно за этим и взяли. – Он чуть приподнял уголки губ, закачивая с одной самой глубокой раной. – Знаешь, они были настолько увлечены тобой, что и не заметили меня, – вдруг Человек переключился на другую тему, от которой у Клэр засосало под ложечкой. – Что бы они сделали с тобой, если бы не я?
– Ждёшь аплодисментов? Мне наплевать. – Её глаза вновь заполнили слёзы от обиды. – Меня и так уже растоптали. Так что…
Человек тем временем молча промывал оставшиеся раны, оставаясь беспристрастным в лице. Клэр то и дело морщилась и кривилась, не зная, как ей пережить всё это. Пришлось выпить ещё раз, потому что тело продолжало ломить. У неё закружилась голова, и Клэр просто уставилась в одну точку, не ощущая потока времени.
– Вот и всё. Пока что. Завтра ещё раз обработаем. – Он потёр руки и встал. – Клэр, ау!
Она медленно подняла на него взор, ничего не соображая.
– Я обработал тебе десятки ран, где спасибо? Или ты выключилась?
– Я ничего не понимаю. Не хочу быть в этом теле, – бормотала она, у неё сильно прикрывались веки.
– Нам надо поговорить, – стальным голосом заявил Человек. – Предполагаю, что тебе не столь удобно быть нагой, поэтому пойду искать какую-то одежду. Не скучай.
Клэр казалось, что она проживала один момент снова и снова. Совсем скоро Человек отвязал ей руки и поднял вверх. Именно тогда Клэр поняла, насколько же она ослабла. Она не могла даже начать вырываться. Он усилием надел на неё чёрную футболку и вновь привязал к стулу.
– Бюстгальтера нет, уж извини. Зато нашёл вот футболку. Твои же вещи все искромсаны. – Он бросил взгляд на пол. – Теперь поболтаем. Могу я первым начать.
Клэр вдруг как будто сильнее сфокусировалась на лице собеседника, алкоголь смог дать ей немного прозрения.
– Что у тебя с лицом?
– Что у меня с лицом? – хмыкнул Человек, подавшись вперёд.
– Как будто не все мышцы сокращаются, – пробормотала она. – Что-то не так.
– А ты наблюдательна, – улыбнулся он. – Наука идёт вперёд, но ещё не совсем совершенна.
– Это что… – Она сузила глаза. – Очередная маска?!
– Да, силиконовая. – Он потянул подбородок вперёд, шокируя Клэр.
– Выглядит так… по-настоящему. Невероятно, – с тяжёлым придыханием произнесла Клэр, зачарованно наблюдая. – То есть это не твоё настоящее лицо?
– Мало кто знает мой истинный облик. Нынче так легко притворяться кем-то другим. – Он склонил голову и прожёг Клэр взглядом. – И самое удивительное: только единицы замечают, что это лишь маска. Вот те оболтусы, например, не замечают. – Он поджал губы и указал головой на дверь, через которую недавно вышли те, что мучили Клэр. Она поёжилась от воспоминаний, продолжавших изводить её.
– И много у тебя таких масок?
– Достаточно. – Он ухмыльнулся, потирая подбородок. – Со временем набралось. Обожаю притворяться кем-то другим. Вот, например, сейчас ты видишь перед собой мужчину средних лет, который работал продавцом в магазине, а потом раз – и умер. – Он развёл руки в стороны. – Но его лицо живёт и служит мне.
– Это ты его убил? – Клэр тяжело сглотнула, покрываясь дрожью. – Ради его личности?
– А ты только и делаешь, что осуждаешь меня! – упрекнул Человек и выпрямился. – Но что мы обо мне всё. Интереснее кое-что другое. Клэр, я был сегодня в твоей школе.
Сердце пропустило удар, и Клэр как будто по-новому взглянула на своего мучителя.
– Поэтому я уезжал. К слову, говорил им тебя не трогать, но они ослушались. За это извини. Я переговорю с ними. Вообще, как я понял, они вдруг коллективно выпили и пошли развлекаться, – Человек рассказывал словно какую-то историю, которая не имеет к Клэр никакого отношения: буднично и без эмоционального вовлечения. – Но я пришёл вовремя, как знал, что их нельзя надолго оставлять одних.
– Я всё понимаю. – Клэр прочистила горло и старалась не зарыдать в очередной раз. – Но раз ты решил меня надолго здесь оставить, то хотя бы дай разок нормально поспать. У меня в голове как будто метро едет каждую секунду.
– Неудобно спать сидя? – с искренним сочувствием спросил он.
– Иначе я говорить не буду, – со злобой проговорила Клэр, еле держа глаза открытыми.
– А ты с характером, я смотрю. Тебя чуть не изнасиловали пятеро человек, а ты думаешь о том, как бы тебе выспаться.
– Ты же понимаешь, что я не смогу жить с постоянной болью во всём теле, – промямлила она, неожиданно поняв, откуда в ней возникли силы храбро высказываться: алкоголь.
Клэр до сих пор чувствовала кислый привкус блевотины во рту и то, что остатки еды прилипли к её подбородку. И уже не знала, на чём концентрировать своё внимание – на какой именно боли? В голове, в руке, в животе?
Как же Клэр хотелось просто лечь спать и забыться после такого происшествия, но даже во сне для неё теперь не было спасения: надолго уйти в царствие Морфея не выходило.
– Вижу, что у тебя прикрываются глаза, – хохотнул он. – Ты утомлена. Однако считаю, что этот разговор тебя пробудит. Продолжаю: я сходил в твою школу. И узнал много чего интересно…
– Как ты не побоялся?
– А чего опасаться? Я приходил к Чарльзу не с этим лицом, эту мою личность в Сейнтхилле не видели. Я притворился папой одного ученика, что планирует перевестись в школу. Ох, и как же много можно узнать, только лишь побывав в школе! И расспросив только одного человека.
Клэр нахмурилась, не понимая, кого он имеет в виду. Однако осознала, почему Человек вдруг так одет сегодня: ходил в школу «пристраивать сына».
Человек вытащил из кармана чёрный смартфон и начал что-то искать там. Клэр еле сохраняла глаза открытыми, в теле больше не осталось сил: переутомление, слабость после алкоголя, эмоциональное потрясение.
– Итак, Клэр. – Он всё-таки нашёл, что искал. Повернул экран к Клэр, отчего у той сердце упало глубоко вниз. – Поговорить о своём парне не хочешь? Адаме Уинтере.
Глава 6. Воспоминания о нём
Сердце пропустило удар, по спине пробежал холодок – а затем снова, как только её глаза впивались в знакомые черты на экране. Любимые черты её парня.
– Парень-дилер, неплохо, да, Клэр? – усмехнулся Человек. – Что расскажешь мне про него? Я вот знаю, что вы вместе три месяца. Что у Адама ещё в детстве умер отец. Можешь что-нибудь добавить про него?
– Чего ты добиваешься? – Голос нервно задрожал. – Зачем ты вообще ходил в школу?
– Информация, Клэр, мне нужна информация про них всех. Включая твоего милого парня, – невзначай ответил Человек, не спуская пристального взгляда.
– Адам ничего не знает о том, кто покровительствует Чарльзу. Он бы уже выдал его, чтобы меня спасти.
– Так-так, с этого места поподробнее. То есть он знает, что ты жива? – требовательно прозвучал его голос посреди мёртвой тишины. Клэр съёжилась, захотелось прикусить язык от того, что она так нелепо проболталась. Слабое состояние давало о себе знать.
– Как я уже говорила: могу двигать предметы, хоть это и тяжело. Я общалась с Адамом с помощью написания в блокноте. Но не могу долго это делать: возвращаюсь обратно в тело, – рассказывала Клэр, испытывая давящее чувство в груди.
– Ага… Занимательно. – Человек кивнул, словно совсем не удивлённый. – И что говорит Адам? Как у них дела в банде?
Клэр не знала, стоит ли сообщать Человеку о ближайших планах Чарльза касательно поставки. Просто потому что за товаром погонят Адама, а Человек мог сделать что-то ужасное именно с ним.
– Адам возненавидел Чарльза из-за того, что это он подставил меня и сдал тебе. И… ещё за кое-что, – замяла Клэр, не желая вдаваться в подробности. – Хочет отомстить за меня и не знает как.
– Вообще прекрасно. Это не так уж сложно устроить. Подожди, что значит: Чарльз сдал тебя?
– Я услышала слова Меган, его девушки. Она говорила: до Чарльза дошли слухи о том, что ты собираешься похитить его девушку, и именно поэтому Чарльзу пришлось выкручиваться. И он ненавидел меня, решил вот так избавиться…
– За что же он тебя возненавидел? – Человек склонился к ней ближе. – Такую бедную овечку? Вряд ли ты ему как-то могла насолить.
– Да было дело. Примерно такая же ситуация, как сегодня. Только вместо пятерых – один. Вместо ножа – бутылка. – Она спрятала глаза.
– Понимаю. Я так и знал, что у меня завелась крыса. Интуиция редко подводит. – Он расфокусированным взглядом устремился как будто сквозь лицо девушки. – Найду – урою. Эта крыса и сливает всё Чарльзу. Но ладно. Это я улажу. А теперь снова о твоём парне. И давай ещё выпьешь, чтобы поразговорчивее была. – Человек поднялся и в очередной раз схватил бутылку. Только в этот раз Клэр упрямилась: качала головой, упрямо сжимала губы и всячески упиралась. – Вы только посмотрите на неё: сколько стараний, чтобы не сдать невзначай парня. Ты же в прошлый раз мне не всё рассказала, что случилось, да? Ты говорила со своим суженым? – Он стальной хваткой сжимал её подбородок. – Алкоголь развязывает тебе язык: возьму на заметку. Открой рот, либо я применю силу. Или мне позвать обратно ребят?
– Я тебя ненавижу! – трясясь от злости, выкрикнула она, а Человек воспользовался моментом и влил текилу. Клэр чуть не захлебнулась и начала откашливаться.
Человек отложил почти пустую бутылку и сел на привычный стул, подняв что-то с пола: это был небольшой чемодан, из которого он вытащил бумаги.
– Стал пробивать Скорпионов по базе. Твой парень, оказывается, кристально чист. Ни одного преступления. Как это так?
– У тебя есть доступ к полицейской базе? – в полубреду пробормотала Клэр. В горле жгло после алкоголя, лёгкие словно горели, а в голове всё больше становилось тумана.
– Ты даже не представляешь, насколько я могущественен.
– О да, сидишь тут в подвале, и какой-то ноунейм Чарльз тебя сделал, причём дважды: сначала украл твой товар, стоимостью в кучу денег, а потом ещё подсунул левую девушку.
– Дерзишь, значит. А я хотел с тобой по-хорошему. – Он вдруг встал и взял скальпель в руку.
– Стой! Пожалуйста, не надо. – Клэр понимала, что ей серьёзно достанется за сказанное.
– С тебя кожу когда-нибудь снимали? Сделаю всё красиво. Однако не безболезненно, увы.
– Я всё скажу! Человек, умоляю, я всё скажу! Только… – Её грудь часто вздымалась и опускалась, в горле полностью пересохло, а пальцы дрожали. – Не надо.
– Видишь, как мы вдруг с тобой душевно стали общаться. – Человек отложил скальпель и спокойно присел обратно на своё место.
– Только дай попить. Воды, – сделала она акцент на последнем слове. – Говорить сложно.
Он закатил глаза и вышел из помещения, вернулся с бутылкой в один литр и присел.
