– Ага, сплю и вижу.
Я улыбаюсь, но за этой пародией на радость скрывается боль и разочарование. Пять лет назад в университете я встретил Олю. Лучезарная и милая блондинка пленила меня одним взглядом. Я утонул в любви к ней. Она, словно солнце, освещала все вокруг. И казалась ангелом во плоти. Пока я не узнал об ее многочисленных изменах. Я не устраивал скандалов, не злился, не обвинял ее во всем. Это был ее выбор, который убил во мне веру в это чувство под названием “любовь”. Было бы все куда проще, если бы мы разбежались и забыли обо всем. Но через месяц она пришла ко мне с тестом на беременность.
– С чего ты взяла, что это мой ребенок? – сухо спросил я.
– Последний раз я занималась сексом с тобой. – Оля стояла на пороге моей квартиры с самым невинным видом. А меня еще чуть-чуть и стошнило бы.
– И почему я должен этому верить? – горькая усмешка вырвалась из меня.
– Не хочешь – не верь. Давай сделаем тест ДНК.
И мы его сделали. Оказалось, что ребенок мой. Я предложил ей помощь. И мы обусловились, что я поддерживаю их материально и в любое время смогу навещать сына. Да, позже выяснилось, что это мальчик. Матвей. Моя копия.
Каждый день я просыпаюсь и ненавижу себя за то, что не могу быть постоянно рядом с ним. С Олей у нас очень натянутые отношения. Подозреваю, что она специально часто уезжает из страны, чтобы я не мог видеться с Матвеем. Но я ничего не могу ей сказать или сделать. По ее мнению, я – никто.
От всех воспоминаний разболелась голова, поэтому я решил уехать домой. Пока шел по залу вновь натолкнулся на ту девушку, чей хвост напоминал лисий. Она посмотрела на меня так строго, будто угрожала. Меня же это позабавило. С характером лисенок.
Машин на дорогах почти не было. До коттеджного поселка я доехал всего за полчаса. Вот бы всегда так было. Оказавшись дома, я облегченно вздохнул. Успокаивающая тишина полностью окутала меня.
В клуб я поехал только из-за Арса, с которым в последнее время редко видимся. Он занят подготовкой перед открытием нового бара, а я решил вернуться в спорт, поэтому почти все свободное время провожу на ринге.
Освежившись в душе, я падаю на кровать и по привычке открываю галерею, в которой находятся в основном фотографии Матвея. Здесь он сладко спит и пускает слюну с игрушкой в руке. Тут стоит и испуганно смотрит в камеру, придерживаясь за диван. И моя самая любимая: Матвей сидит у меня на руках и смеется, глядя мне в глаза. У него такие же темные волосы и синие глаза, как у меня.
Мысль о том, что это маленькое чудо – моя частичка, заставляет улыбнуться. Единственный человечек, которого я люблю и всегда буду любить.
Из пелены мыслей меня вырывает сообщение от Кирилла – одного из тренеров спортивного комплекса и моего университетского друга.
“Дэн, я уже утром улетаю, а одну клиентку никто не смог взять. Она как раз у меня боксом занимается. Не хочешь вернуться в тренерскую нишу на пару недель?”
“Скинь ее расписание. Я подумаю.”
“Она ходит три раза в неделю: суббота, понедельник и среда. Ты все равно в зале постоянно торчишь.”
Кирилл скидывает график ее занятий.
“Ладно, я ведь тебе должен.”
Я отправляю ему сообщение и кидаю телефон на тумбочку.
Неделю назад Кирилл встретил Арса, когда тот снова был пьян, как черт. Он позвонил мне, но я был не в городе, поэтому попросил его позаботиться об этом идиоте.
***
Утро начинается днем. Хмурые тучи заволокли небо, а холодный ветер задувает в открытое окно. Плетусь на кухню, потому что живот громко и недовольно урчит. Обычно на завтрак я готовлю что-нибудь интересное – панкейки с кленовым сиропом, оладьи с яблоками или тортилья с яйцом и сыром. Процесс готовки успокаивает и навевает воспоминания из детства, когда мама с трепетом возилась на кухне, а я маленький играл рядом. Но сегодня не было ни желания, ни сил заморачиваться, поэтому простой омлет с томатами и черный кофе осчастливили мой желудок.
Через час мне позвонила Оля по видеосвязи из Турции. Они с Матвеем там были уже половину месяца. Оля ссылалась на то, что нашему сыну нужно больше солнца, чтобы организму хватало витаминов. В чем-то она была права, но сердцу было тоскливо каждый раз, когда Матвей находился не в пяти километрах, а в тысячах километров от меня.
Сын не сразу меня узнает через небольшой экран смартфона, но потом на его лице появляется заразительная улыбка. “Папа, та!”, – кричит он, указывая на меня. Его лепет и несвязные предложения, в которых не всегда можно разобрать слова, наполняют мое сердце теплом. Он пытается рассказать мне о новой игрушке – синей машинке, насколько я понял, – и это выходит у него очень забавно и эмоционально.
– Когда обратно? – спрашиваю я, а в мыслях уже забираю сына на выходные.
– Не знаю, здесь так хорошо. Может, мы и перезимуем тут, – пожимает плечами Оля.
– Но у Матвея день рождения в декабре! – моему возмущению нет края. Как же она меня раздражает. Всегда сначала думает о себе, а потом уже вспоминает о других. Жаль, раньше я этого не замечал. Хотя, глядя на смеющегося сына, понимаю, что не жалею. Все так и должно было случиться, без вариантов.
– Ну..
– Нет, Оля. Я не виделся с ним уже почти месяц и день рождения не собираюсь пропускать. Тем более мой отец хотел приехать, у него будет отпуск.
– Боже, ладно, – она недовольно закатывает глаза, будто я какой-то изверг.
Когда я закончил “разговор” с Матвеем, Оля почти мгновенно отключилась и даже не попрощалась. Ну и к черту тебя! Сначала я пытался построить с ней отношения, вверяя свое сердце. Потом смирился с тем, что ей было откровенно плевать на меня. Переступая через себя, старался сохранить все то хорошее, что когда-то было между нами. Но она просто ни во что меня не ставит. Будто это не я был отцом нашего ребенка, будто это не я ежемесячно перевожу ей крупную сумму, будто я – это чужой человек. И если Матвей вселяет в меня надежду на то, что я могу еще что-то чувствовать, то Оля рушит все внутри меня, заставляя старые раны снова кровоточить.
Я открываю диалог с Кириллом, чтобы найти расписание. Через два часа мне уже надо быть на месте.
***
С подросткового возраста я обожаю спорт. На тренировках можно забыть о суете, накопившейся за день. Ты выбиваешь мрачные мысли, а потом какое-то время наслаждаешься приятной пустотой в голове.
В раздевалке спортзала, как и всегда, царит чистота и порядок, каждый шкафчик имеет свой номер и ключ, где личные вещи клиентов находятся в безопасности. Все по высшему разряду. Все, как я люблю.
Переодевшись в белую футболку, черные тайтсы, шорты и кроссовки, я направился в сторону зала, где располагается ринг.
Светлые и темные тона интерьера создают достаточно комфортную атмосферу, а большие панорамные окна наполняют все пространство светом. В центре зала располагаются разнообразные тренажеры, на которых уже сосредоточенно занимаются люди. Рядом с каждым тренажером есть инструкции и рекомендации по использованию, что делает процесс тренировки более понятным и безопасным, если поблизости нет инструктора, который смог бы подсказать. Но мне уже давно не нужен инструктор.
Воздух в спортзале всегда свежий и чистый благодаря мощной системе вентиляции и кондиционирования. Музыка ненавязчиво играет фоном.
Группа женщин проходит мимо меня по направлению к фитнес-залу. Молодые парни, занявшие штанги, уже говорят о сауне, в которую отправятся после тренировки. Все воодушевлены и краснощеки.
Есть еще вопросы, почему я люблю это место?
На канвасе2 я уже вижу зевающую девушку, которая кажется мне знакомой. Волосы убраны в пучок, на ногах обтягивающие леггинсы черного цвета и такая же темная спортивная кофта с длинным рукавом. Приблизившись, я понимаю, что волосы у нее рыжие. Стоп. Та самая стриптизерша? Это совпадение заставляет меня усмехнуться.
Я перелезаю через канаты.
– Привет, – я протягиваю ей руку, и она лениво ударяет мою ладонь, как будто дает “пять”. – Я Дэн.
– Мирослава, – откликается она, нагло изучая меня взглядом. Интересное имя для девушки, раздевающейся перед публикой.
– Надеюсь, Кирилл сказал, что в ближайшее время тебя тренировать буду я.
– Да, успел предупредить. – Ее глаза полны дерзости и насмешки.
Ничего, я собью спесь с этой танцовщицы. Я опускаю взгляд на ее руки, ожидая, что она не замотала запястья эластичным бинтом. Но придраться не получилось.
– Мы начнем? Или продолжим играть в гляделки? – спрашивает Мирослава.
– Ты..
– Уже размялась, – она отвечает на мой незаданный вопрос. Уголок моих губ приподнимается.
Интересно, что из этого выйдет.
– Надевай перчатки, – говорю я и беру в руки лапы3.
Ее движения были плавными и точными, словно она была рождена для бокса. Она легко наносила удары, демонстрируя свою скорость и ловкость. Решимость и уверенность в своих силах сквозила от Мирославы. С самомнением у этой малышки все в порядке.
В какой-то момент она так увлеклась, что мне показалось, будто передо мной не девушка, а разъяренный лев. Еще чуть-чуть и воздух наэлектризуется вокруг нас от ее движений. У всех стриптизерш такая хорошая физическая подготовка?
– Эй, полегче! Откуда в тебе столько злости?
– Разве это плохо для бокса? – спрашивает она и делает джеб4.
– И да, и нет, – отвечаю я и опускаю руки. – Послушай, я понимаю, что для тебя бокс – это возможность вылить весь негатив наружу. Но попробуй не бездумно бить.
– Зачем? Ведь я именно за этим здесь.
– В таком случае тебе отлично подойдет груша.
– Это не то, – качает она головой.
– Тебе обязательно нужно бить человека? – усмехаюсь я. – Да ты жестокая, лисенок.
Глаза Мирославы темнеют. Сквозь зубы она цедит:
– Не называй меня так.
– Почему же? – Во мне начинает играть любопытство. – Почему ты злишься, когда я называю тебя лисенком?
– А тебе не кажется, что мы впустую тратим время? – она меняет тему.
– Уходить будешь от ударов. Так в чем твоя проблема, Мирослава?
Она утрированно вздыхает, закатывая глаза. Кажется, зверек злится. МИ мне это нравится. Боксер должен уметь контролировать эмоции. Нельзя позволять чувствам взять верх, ведь тогда ты теряешь фокус.
– Если я скажу, что это прозвище ассоциируется с неприятным прошлым, ты отстанешь?
– Отстану, но ненадолго. – Уголок моих губ приподнимается в ухмылке от того, что я вывожу ее на эмоции. – Давай продолжим, только теперь я буду отвечать, а ты просто блокируй удары. – Делаю паузу, после чего издевательски мягко добавляю: – Понимаю, задача для тебя не из легкий, но ты уж постарайся для меня.
Вижу, как она закипает.
Но черт, Мирослава ни на толику не растерялась и смело приняла вызов. Она быстро передвигалась по рингу, уклоняясь от моих ударов и нанося свои собственные. Она не смотрела на меня, перед ней стоял образ кого-то другого, кто разжигал в ней пламя ненависти.
Пряди выбились из пучка и мягко спадали на лицо. Только сейчас я понял, что в клубе мне не показалось. У нее не просто темные глаза, а два черных омута. Зрачки просто растворились в этом мраке. Сейчас на Мирославе не было макияжа, и ее естественной красоте могла бы позавидовать самая востребованная модель.
Твою ж, да о чем я думаю?
За тренировкой время летит безжалостно быстро. И когда мы заканчиваем, Мирослава уходит, не сказав и слова. А мне вдруг становится тоскливо. Хочется продлить занятие, чтобы еще немного понаблюдать за ее огнем, который так отчаянно пытается вырваться наружу.
Глава 4.
Не будь стервой
⤝Мира⤞
Если бы мы не договорились встретиться сегодня с Асей, я бы провела целый день в кровати. Мышцы ноют от напряженной смены и вчерашней тренировки. Этот парень – как там его, Дэн? – любит совать свой нос, куда не следует. Он что, возомнил себя Профессором Икс, раз лезет мне в голову? Любопытство – не порок, но ему незачем знать обо мне слишком много. И, вообще, почему мои мысли занимает этот всезнайка-брюнет?
– Нет, я все понимаю, – возмущается Ася, пока мы идем по одной из главных улиц города. – В мире полно неразумных существ, но хотелось бы верить, что среди людей – созданий, у которых есть сознание и речь! – уже не осталось подобных животных.
Я смотрю на подругу, пока моя бровь высоко выгибается.
– Что? – спрашивает она.
– Ничего, просто я таких персонажей встречаю не то чтобы часто, но и не редко. Привыкла пропускать их тупость мимо, иначе никаких нервов не хватит. Сама понимаешь.
– Не хочу это понимать. Насколько нужно быть наглым и тупым, чтобы подкатывать к девушке, которая четко обозначила, что не одна? Да и на свидании так-то! Честное слово, мне кажется, я в тот момент покраснела, как рак, от злости. Он думал, раз у него крутая тачка и смазливая внешность, то все девушки должны падать к нему прямо на колени?
Если Асю сейчас не остановить, то этот театр одного актера затянется надолго. Но я не выспалась, поэтому слушать подругу как радио – самое то.
– И я ведь стояла, как идиотка, на месте. Нет, чтобы уйти к Нику и постоять рядом, пока готовят кофе. Нет! Я встала истуканом и даже слова вымолвить не могла.
– И что, твой Никон и ухом не повел?
– Ну, там было много людей, он не слышал всего, – растерянно оправдывает своего ухажера Ася. – Да и знаешь, он довольно тонкая натура.. Он не какой-то дворовой парень, который полезет в драку.
Боже, как высокопарно она описывает его неспособность вступиться за свою девушку.
– Угу. Такой одухотворенный Никон, – театрально произношу я. – И когда нам ждать выставку его икон?
Ася толкает меня в бок. Ее вечно тянет на каких-то странных и слишком мечтательных парней. Что она в них находит? Конечно, я не поднимаю эту тему, потому что из меня советчик, как из синицы ястреб.
Еще час мы гуляем и просто разговариваем о каких-то отвлеченных вещах. Ася старается не спрашивать про мою работу, потому что смущается, а я не говорю ей о том, что она придумала себе идеальный образ мужчины, которого старается увидеть в любом встречном. Возможно, поэтому наша дружба до сих пор такая крепкая. Мы не лезем друг к другу в голову, если знаем, что сейчас не время. Нет, у нас нет никаких тайн. Просто понимаем, что мы разные, и к некоторым темам относимся с особой осторожностью.
Ноябрьский день, словно художник, раскрашивал город в серые оттенки. Небо покрыто толстым слоем облаков, которые сливались с горизонтом. Казалось, что пространство вокруг бесконечно. В воздухе витает грусть, смешанная с ожиданием зимы. Но начавшийся дождь все-таки напоминает о том, что права еще у осени. Улицы большого города кажутся пустынными, будто все жители спрятались от непогоды. Редкие прохожие спешат по своим делам, пряча лица под капюшонами и зонтами. Ветер, как неутомимый танцор, кружится среди зданий, поднимая в воздух опавшие листья и пыль. Дома, одетые в каменные мантии, выглядят мрачно и неприветливо. Но в окнах мерцают яркие огоньки света, словно маяки надежды, дарящие тепло и уют тем, кто скрывается от холода и ненастья.
Пока мы бежали до метро, успели до нитки промокнуть. У Аси потекла тушь, но ей это только добавляло шарма.
– Может быть, ко мне? – предлагает подруга, а я соглашаюсь. Домой ехать не хочется, там царит пустота, которая так и не смогла исчезнуть за полтора года, что мы с братом там живем. Пустота не покидала и мое сердце, напоминая об упущенных возможностях и суровой реальности. Где деньги решают, если не все, то многие проблемы, а внутренние монстры запирают тебя в клетке собственного разума.
Ася живет недалеко, поэтому мы быстро добираемся до ее квартиры. Здесь намного уютнее и теплее. Это место временами дарит мне ощущение дома. Того самого, когда ты сидишь у себя в комнате, но все же слышишь смех родителей на кухне, а затем брат без спроса влетает к тебе, чуть не снося дверь, и начинает доставать глупыми придирками, и вы в шутку деретесь.
– Ставь чайник, а я пока смою это безобразие, – говорит Ася и скрывается в ванной. А я направляюсь на кухню, где включаю лишь подсветку от гарнитуры. Не люблю яркий свет, мне по душе потемки.
Через пару минут Ася входит на кухню и кивает в сторону тарелки с фруктами.
– Хочешь что-нибудь? – спрашивает она.
– А что есть?
