***
Герцог принимал в гостиной и, несмотря на то, что был немало удивлён внезапным визитом, велел подать чай. Его обескураженный вид красноречиво говорил о том, что он понятия не имеет, где на самом деле находится его дочь.
Виктор усмехнулся, расстегнул сюртук и сел, прислонив к софе трость.
– Прошу меня простить, ваша светлость, что явился без предупреждения… но я бы хотел встретиться со своей невестой до объявления о помолвке.
Густые брови герцога сошлись в переносице.
– Друг мой любезный… разве не ты говорил об обратном? Почему твоё мнение внезапно изменилось?
Виктор откинулся на спинку, обитую красным бархатом, вольготно устраиваясь, закинул ногу на ногу.
– Разве вы против? Мне показалось, всё-таки стоит сначала представиться вашей дочери, чтобы во время приёма она чувствовала себя более уверенно.
– Вот как… – задумчиво протянул герцог. – Дело в том, что Мэй ещё утром умчалась в столицу в ателье мадам Шаттэм – забрать готовый заказ, а потом она планировала прогуляться со своей верной подругой по ювелирным лавкам. Боюсь, вернётся только к вечеру.
Виктор едва сдержал ироничный смешок. Вроде бы герцог никогда не был глупцом, так почему он так слеп и глух, когда дело касается его ненаглядной, но чересчур своенравной дочурки?
– Тогда… не знаю даже, как лучше донести до вас… Но буквально час назад я был свидетелем удивительной сцены. Ваша дочь, господин Асвид, проходила собеседование на факультет алхимии в моей академии, – невозмутимо закончил Виктор.
Герцог стремительно побледнел.
– Это какая-то ошибка… я не давал своего согласия, – хрипло вымолвил он и, нервно сглотнув, потянулся за чашкой с ароматным корсианским чаем.
Виктор фальшиво улыбнулся.
– Я видел подписанное согласие, отмеченное родовой печатью своими глазами. Полагаю, Мэй не сильно-то стремится выйти замуж и решила взять жизнь в свои заботливые руки, – иронично произнёс он, хоть и давал себе зарок не потешаться над таким честным и открытым драконорожденным, как Ральф Асвид.
… только годы, проведённые на военной службе, а потом и в стенах Драгхара на должности ректора оставили свой неизгладимый след. И без того непростой характер Виктора испортился окончательно, став скверным.
– Ты же не думаешь, что я специально устроил это с целью одурачить тебя? – недоумённо крякнул герцог, едва не расплескав чай.
Видимо, ему очень тяжело поверить в то, что его очаровательная и невинная, будто ангел, дочь решилась на обман. Не просто обман, на воровство родовой печати.
Виктор был готов проститься с тысячью флоров, только бы увидеть, как нахалку накажут. Но… сейчас у него совершенно иные цели.
– Вам нет никакой выгоды дурачить меня, ваша светлость, – учтиво произнёс он. – Тем более таким образом.
Герцог поставил чашку на блюдце и взволнованно облизал губы.
– Тогда… могу я рассчитывать, что ты не примешь заявление моей глупой дочери? В знак нашей многолетней дружбы…
Виктор бесшумно втянул воздух носом. Он бы хотел отплатить герцогу добротой на добро, но… речь шла о его будущем. Один неосторожный шаг, и он потеряет несмышлёное, но безумно упрямое белокурое создание.
«Я и так тянул до последнего…» – подумал, успокаивая себя и свою не вовремя проснувшеюся совесть.
– Вы знали моего отца, господин Асвид… и были моим наставником в период становления. Вы помогли мне не «сгореть» от силы драконорожденного и даже ваша супруга была добра ко мне… Я был бы рад заверить вас, что не допущу поступления Мэй в Драгхар и верну её домой, но…
– Что «но»? – глаза герцога обеспокоенно сверкнули.
– Но я не могу… – глухо вымолвил Виктор и виновато улыбнулся. Вполне искренне. – Я знаю, как вы боитесь потерять дочь, и у вас есть все основания переживать за её судьбу, но… мы не можем быть уверены, что беда не случится с ней дома. На улице, в саду, на обычной прогулке. Беда, ваша светлость, подстерегает не только на факультете алхимиков… – лицо герцога побагровело от едва сдерживаемого гнева, и он поторопился закончить свою пронзительную речь, которая вышла не такой уж и пронзительной, как хотелось бы. – Если бы вы слышали Мэй во время собеседования, вы бы всё поняли…
Герцог шумно сглотнул, вытащил из нагрудного кармана платок и утёр им лоб.
– Но ты же ректор… как же твоя репутация? Ты по-прежнему намерен жениться на моей непутёвой дочери?
Виктор едва заметно облегчённо выдохнул. Герцог не спешил хвататься за сердце, да и затевать драку вроде не собирался, что несказанно радовало. Драться с будущим тестем такое себе удовольствие…
– Я намерен набраться терпения и вам советую, – произнёс осторожно. Взял чашку и отпил восхитительный жасминовый чай. – Увидев Мэй в зале приёмной комиссии, я понял, что она ещё не готова выходить замуж, а услышав её речь, я осознал насколько она серьёзна в своём стремлении стать алхимиком. Надавим на неё сейчас и сделает только хуже… Вы лучше других знаете свою дочь, ваша светлость. Она и маленькой была своенравна, всё делала по-своему. Вспомните хотя бы её страсть к стрельбе из рогатки? – многозначительно напомнил Виктор, не скрывая лукавой улыбки.
Герцог непроизвольно усмехнулся.
– Ты прав… – печально вздохнул он. – Я всё время забываю, в кого моя дочь пошла характером. Точная копия Люсильды… – он задумчиво пожевал губу, но, кажется, наконец смог оправиться от шокирующего известия. – Если сейчас поднять шумиху вокруг фальсификации согласия, то я нанесу ущерб и своей, и твоей репутации. Ничего хорошего из этого не выйдет. Более того, если верну дочь домой… она снова сбежит. Но на этот раз я могу потерять её навсегда…
«Слава Мудрой Эллене… это оказалось не так сложно…» – облегчённо подумал Виктор и поспешил направить мысли герцога в нужное русло.
– В академии ваша дочь будет под моим надёжным присмотром, я смогу позаботиться о ней и тем самым отплатить вам за доброту.
Герцог грустно улыбнулся.
– А после того, как Мэй выпустится? Кто за ней присмотрит?
– Я, – уверенно произнёс Виктор. – Ведь всё ещё собираюсь жениться на ней. А в академии у меня будет больше возможностей получить расположение невесты и её согласие на брак. Нет желания принуждать Мэй, пусть сделает свой выбор самостоятельно.
Взгляд герцога заискрился весельем.
– А если моей дочери приглянётся какой-нибудь одарённый адепт?
Губы Виктора растянулись в хищном оскале.
– Будьте уверены, ваша светлость… Я не оставлю Мэй и шанса выбрать кого-то другого…
Герцог приглушённо рассмеялся.
– Тебе уже за тридцать, а ты всё такой же юнец, Виктор. Не зря говорят, что драконорожденные взрослеют гораздо медленнее обычных людей.
– Мы и живём дольше, – не растерявшись, парировал Виктор.
– Твоя правда, – согласился герцог, вернув себе непринуждённый собранный вид. – Но меня волнует один момент… Если честно, я не ожидал, что предложение жениться на моей непутёвой дочери поступит именно от тебя.
Виктор вопросительно вскинул бровь.
– Почему же, ваша светлость? Я произвожу впечатление не очень серьёзного и надёжного мужчины?
Герцог хитро улыбнулся.
– Вовсе нет. Но разговоры… ты не подумай, что я слушаю сплетни, но в высшем свете вокруг твоей персоны множество разговоров. Слышал, от приглашений на приёмы отбоя нет? Кажется, каждая уважающая себя аристократка Флорарии мечтает заполучить тебя в мужья, но ты выбрал… Мэй? В чём подвох?
Виктор усмехнулся в кулак.
– Ваша светлость, вы говорите так, словно Мэй из низшего сословия или из семьи наёмников. Разве она не дочь герцога из древнего рода?
Герцог неожиданно вздохнул.
– Не пойми меня неправильно… Как ты верно заметил, я безумно дорожу своей дочерью и мне бы не хотелось… чтобы ты женился на ней из-за чувства долга передо мной или каких-то корыстных соображений, если говорить прямо. На самом деле, я всегда желал для дочери самого лучшего, ведь сам женился по любви. По очень большой любви, друг мой…
«Удивительно, что именно этот человек верит в любовь…» – усмехнулся про себя Виктор.
– Я прекрасно понимаю ваши сомнения и тревоги, но вы же дали своё согласие на наш брак, – красноречиво заметил он. – Я лишь могу заверить вас, что никогда не обижу Мэй, не причиню ей вреда. Причина, по которой я выбрал её… несколько личная и может показаться вам смехотворной. Я бы не хотел выглядеть полнейшим дураком в ваших глазах… – уклончиво произнёс Виктор.
– Хорошо, – сдался герцог. – Пусть Мэй лучше учится в Драгхаре под твоим присмотром, чем сбегает из дома и шатается неизвестно где и неизвестно с кем. Но Вик… – проникновенно вымолвил герцог, вмиг перевоплотившись. В глубине голубых глаз сверкнуло алое пламя силы драконорожденных. – Я доверяю тебе свою дочь и не позволю над ней насмехаться. Если твои помыслы нечисты… то лучше откажись от своей затеи сейчас.
Виктор непринуждённо усмехнулся.
– Вы были рядом в самый сложный период моей жизни, обидно, что я всё ещё не заслужил ваше доверие… – Герцог даже бровью не повёл, тогда Виктор продолжил. – Вы, наверное, запамятовали… но я приходил к вам и раньше. Три года назад. Когда Мэй только достигла брачного возраста. Тогда вы сказали мне, что не хотите спешить с замужеством дочери и желаете дать ей возможность насладиться свободой, подурачиться. Верно? Это ведь были ваши слова?
Герцог неуверенно кивнул, подозрительно сощурившись.
Виктор ухмыльнулся.
– С того момента мои намерения не изменились. Я всё так же хочу Мэй… сделать своей супругой, – исправился он, осознавая, что едва не позволил истинным чувствам прорваться наружу. – Будь мои помыслы нечисты, как вы выразились, я бы сильно спешил, но я готов ждать столько, сколько потребуется.
Герцог вздохнул, потирая пальцами переносицу.
– Прости… я сильно перенервничал, услышав от тебя, что Мэй прошла собеседование. Не ожидал от неё такого… предательства. Не думал, что она пойдёт против моей воли…
– Она хотела исполнить мечту, – улыбнувшись, заметил Виктор. – И поэтому я буду рядом.
«Всё из-за глупого обещания…» – закончил мысленно…
Глава 2. Слабоумие и отвага
Мэй Асвид
Списки поступивших огласят вечером, но у меня не хватило бы никаких душевных сил и нервов сидеть под дверями зала приёмной комиссии в ожидании «чуда». Извелась бы вся…
Поэтому я заехала на наёмном экипаже за Бри и отправилась с ней заедать стресс лучшими во всей столице пирожными с заварным кремом и клубникой. (Отцу я сказала, что пройдусь с ней по ювелирным лавкам. Считай сдержала слово).
Я меланхолично закладывала в рот десерт, почти не ощущая вкуса, а подруга неторопливо помешивала кофейный напиток с густыми взбитыми сливками и карамельным сиропом.
– Учёба начнётся только через две недели. Даже если тебя зачислили, ты всё равно будешь вынуждена вернуться домой. Ты ведь не планируешь скрываться от своего отца? – прищурившись, поинтересовалась она.
Я отложила ложку на край тарелки, взяла салфетку и прижала её к губам.
– Конечно, нет. Похоже, что я собираюсь добровольно сунуть голову в петлю? – произнесла довольно флегматично, несмотря на обуревающую меня тревогу, что грызла изнутри. Я улизнула от сопровождения: если не придумаю правдоподобное оправдание, быть мне наказанной. – Если поступила – всё честно расскажу, если нет – сделаю вид, что ничего не случилось, – закусила губу и отвернулась к окну.
Я успела накрутить себя до такой степени, что от мыслей начала раскалываться голова. Появились сомнения в собственном здравомыслии, захотелось всё бросить и вернуться домой с повинной, упасть отцу в ноги, но…
– Нет, – произнесла твёрдо, повернувшись обратно. Подруга подняла на меня удивлённый взгляд. – Я не отступлю. Чего бы мне это ни стоило, отцу придётся принять мой выбор, и я не оставлю попыток стать величайшим алхимиком во всей Флорарии!
Бри деликатно кашлянула, прикрывая рот накрахмаленной салфеткой, положила её на край стола и равнодушно поинтересовалась:
– Мне-то зачем всё это говоришь?
– А кому ещё? – опешила я. – Какая ты чёрствая, – проворчала недовольно и грустно усмехнулась. – Я всегда хотела быть похожей на маму…
– Ты и так на неё похожа, – флегматично заметила подруга, поправляя тугие смоляные локоны. – Додумалась же своровать у герцога печать, как только духу хватило…
– Не своровала, а одолжила на время, – промямлила, оправдываясь.
– Думаешь, в этот раз герцог спустит тебе эту выходку с рук? – проникновенно поинтересовалась она.
Я вздрогнула. До того пугающим был взгляд янтарных глаз.
Говорят, прабабка Брианы была ведьмой с Безграничья, что умела обращаться лесной дикой кошкой и владела безграничной тёмной магией. Но никто не знает наверняка, правда это или нет. Прадед воспитывал бабушку Бри в гордом одиночестве и унёс тайну её появления на свет с собой в могилу. И, казалось бы, это произошло больше века назад, только слухи вокруг рода Лассе никак не утихали.
Правда, меня это мало заботило. Будь подруга хоть трижды потомком тёмной ведьмы. Она единственная, кто выносила мой несносный характер и участвовала во всех моих дурацких затеях.
– В этот раз я, и правда, зашла слишком далеко… – признала, невесело улыбнувшись. – Попытаюсь донести до отца свои чувства. Он вправе наказать меня, но пусть не пытается выдать замуж, чтобы уберечь от опасности. Иначе…
– Что «иначе»? – подруга приподняла бровь. – Сбежишь из дома? – в её ровном голосе звучала ирония, но меня не обманешь. Я знаю равнодушную неприступную «принцесску», как прозвали Бри за глаза, с детства.
Она волновалась.
– Почему нет? – непринуждённо пожала я плечами в ответ. – Отправлюсь на север. Слышала, там женщины живут наравне с мужчинами, имеют те же права. Поедешь со мной? – прищурилась хитро, подавшись вперёд.
Подруга закатила глаза и усмехнулась.
– Если ты заявишь об этом герцогу, твоя авантюра может увенчаться успехом. Он лучше позволит тебе учиться, но не допустит побега.
– Я знаю, – самодовольно улыбнулась я, гордо задирая подбородок. – Слушай… а может, тебе тоже поступить?
Бри поперхнулась и потянулась за стаканом с водой.
– Тебя чем-то одурманили, пока проходила собеседование? – поинтересовалась она, быстро справившись с удивлением. – У меня нет тяги к алхимии и силы драконорожденной во мне, как и в тебе: капли две-три. Так что я забыла в Драгхаре? Адептов, если только пугать…
– Не знаю, – отозвалась непринуждённо. – Но ты самая смелая и боевая девушка из всех, кого я встречала. К тому же на время учёбы можно забыть о замужестве, а это, знаешь ли, целых три года. Три года свободы, – добавила шёпотом, многозначительно поиграв бровями.
– Замужество мне и так не грозит, – деланно-равнодушно отмахнулась Бри, но я-то знала, что вопрос происхождения её немало тревожит. Ведь именно из-за него у ворот поместья Лассе не выстраивалась очередь желающих породниться с их богатым и тоже древним родом. – Но я подумаю над твоим предложением. Может быть, решусь. Никто не знает, как повернётся моя судьба в следующем году…
Я накрыла сжатую в кулак руку Брианы и ободряюще улыбнулась.
– Нет причин переживать о том, что ещё не случилось. Даже если в тебе пробудится дар тёмной ведьмы, ты всё равно останешься моей подругой.
… в янтарных глазах читалась благодарность.
Я сделала вид, что ищу взглядом настенные часы, чтобы сгладить возникшую между нами неловкость. Достала из кошелька деньги и положила их на стол.
