Страница 9 из 11
Возвращаясь в свой кабинет, я погрузилась в тяжёлые раздумья. Без этих записей дело Элифаса неизбежно квалифицируют как самоубийство. Ведь каким-то образом даже следов борьбы в его доме не обнаружили. Что же делать?
Может, стоит рассказать о его потайной комнате? И о том, что мы с матерью там нашли? Нет, это плохая идея. Такое признание лишь вызовет новые подозрения насчёт него, а голограмма, которую мы видели, вовсе не факт, что снова появится.
За размышлениями я не заметила, как дошла до своего кабинета. Уже занесла руку, чтобы открыть дверь, но меня остановил мужской голос:
– Детектив Лаусанская.
Я обернулась и увидела, что ко мне направляется офицер Диксон.
Точно! Диксон! Нужно у него взять образец крови. Но под каким предлогом? О подозрениях моей матери никто, кроме меня, не знает... Хм... Кажется, есть один вариант. Главное, чтобы он сработал.
– Офицер Диксон, – отозвалась я, – вы как раз мне и нужны.
На лице мужчины отразилось искреннее удивление, а я продолжила:
– Сверху поступило указание, касающееся и вас. У всех новичков необходимо взять кровь на анализ.
– А анализ на что? – полюбопытствовал он.
– На проверку магического потенциала, – солгала я, даже глазом не моргнув, – и возможных заболеваний. Если у вас обнаружится сильный магический потенциал, это хорошо повлияет на ваше продвижение по службе.
– Хорошо, – чуть подумав, согласился Эйгон и протянул мне своё запястье.
– Не здесь, – рассмеялась я его простоте. – Пойдёмте со мной.
Мы спустились к Джульетте. В тот момент женщина работала над трупом беременного оборотня.
– Детектив Лаусанская, – обратила на нас свой взгляд женщина, – офицер Диксон. Зачем пожаловали?
– У офицера Диксона необходимо взять образец крови, – пояснила я.
– Зачем? – удивилась лекэксперт.
– Указание свыше, – как можно беспечнее развела я руками.
Я видела, что Джульетта напряглась, явно что-то подозревая. Но она не выдала меня и аккуратно взяла образец крови у Эйгона. После этого я обратилась к нему:
– Я сообщу результаты, когда они станут известны.
Мужчина утвердительно кивнул и вышел, возвращаясь к своим прямым обязанностям.
Как только Эйгон покинул помещение, Джульетта скрестила руки на груди и спросила:
– Ну и что это было?
– Я потом всё объясню, – ответила я, забирая склянку с кровью. – Но пока, пожалуйста, держи это в тайне.
– Ладно, – вздохнула она, покачав головой, и вернулась к работе.
***
Вернувшись в особняк, я увидела, что Софи и Сабина уже поджидают меня на пороге. Сабина спокойно сидела в одном из кресел, закинув ногу на ногу, а Софи нетерпеливо шагала из стороны в сторону. Стоило мне появиться, как Сабина вскочила и, подойдя ко мне, быстро проговорила:
– Софи мне всё рассказала, – её голос выражал искреннее беспокойство. И оно было понятно: Сабина, как никто другой, желала как можно скорее поймать убийцу, ведь страдал её клан, её ведьмы. И по выражению её лица, которое я сейчас наблюдала, было ясно: она предполагала, что преступником вполне мог оказаться именно Эйгон – тот, кто солгал о своей сущности. – Его кровь нужно достать как можно скорее...
– Она у меня, – перебила я её, показав склянку с кровью.
– Шустро ты, – усмехнулась Софи.
– Тогда не будем терять время, – промолвила ведьма и, забрав у меня склянку, направилась в подвал особняка.
Мы с Софи проследовали за ней, но остановились у закрытых стеклянных дверей, чтобы наша энергетика случайно не помешала Сабине.
Ведьма тем временем подошла к котлу, добавила в него кровь и бросила зажжённую спичку. Содержимое в котле на мгновение вспыхнуло, но затем вернулось к прежнему спокойному огненному состоянию. Сабина неспешно развела руки в разные стороны, запрокинула голову и зашевелила губами. К сожалению, дверь и стены были звуконепроницаемыми, поэтому мы не слышали её слов.
– Как тебе это удалось? – нарушила тишину Софи, продолжая наблюдать за действиями ведьмы.
– Сказала ему, что это для проверки магического потенциала, – пожала я плечами. – И что, если его потенциал окажется достаточно высок, это положительно скажется на его продвижении по службе.
– И он тебе поверил? – усмехнулась женщина. – Даже ни у кого из коллег не поинтересовался, правдивы ли твои слова?
– Я не давала ему повода сомневаться во мне, – сухо ответила я.
С одной стороны, меня грызла совесть за то, что солгала Эйгону. Ведь он не мог оказаться нашим преступником. Просто не мог! Я хоть и не слишком хорошо его знаю, но вижу, что он хороший человек.
Но с другой стороны... Я понимала, что могу ошибаться на его счёт. Понимала: если сейчас всё не проверю и не узнаю, то сомнения будут терзать меня. И что, если я и правда ошибаюсь? Если он всё же не наш преступник, то зачем тогда солгал? Зачем скрыл свою сущность?
– Я думаю, что он слишком самоуверен, – с видом знатока вздохнула Софи, вырывая меня из собственных размышлений.
Сабина тем временем закончила заклинание и, опёршись руками о котёл, разочарованно опустила голову.
– Что-то не так, – хмуро промолвила мама.
– Да, – согласилась я с ней. – Котёл-то горячий, а её руки, кажется, не жжёт.
– Я не об этом, – только и успела сказать она, как мы увидели, что Сабина направляется к нам.
Открыв дверь и оставаясь на пороге, женщина промолвила:
– Мне нужно больше времени.
– Тебе точно не нужна помощь? – обеспокоенно уточнила Софи. – Ритуал-то лёгкий.
– Я сама справлюсь, – ответила ей Сабина. – Боюсь, хозяин крови не так-то прост. Скорее всего, мы ещё не встречали никого из его расы.
– Не встречали никого из его расы? – задумчиво озвучила я мысли вслух. – К какой же расе он тогда принадлежит?
– Пока не знаю, – покачала головой ведьма, отвечая на мои случайно озвученные вслух мысли. – Но он точно не из тех, кто нам известен. Мне нужно больше времени.
Она вновь повторила свои последние слова и вернулась к котлу, закрыв перед нами дверь.
– Ну и мы не будем просто так здесь стоять, – вздохнула Софи, обращаясь то ли к Сабине, которая её уже не слышала, то ли ко мне. Однако её следующие слова точно были адресованы мне: – Пошли.
– Куда? – спросила я, догоняя её.
***
Мы подъехали к особняку Лаберт. За всю дорогу Софи не проронила ни слова, сколько бы я её ни расспрашивала.
– Ну и зачем мы здесь? – в очередной раз попыталась я разузнать хоть что-то, почти не надеясь на ответ.
– Как сказала Сабина, – наконец соизволила она заговорить, – Реелика находится не просто в коме, а в магической коме, из которой её не могут вывести.
Я на мгновение замерла, пытаясь осмыслить услышанное, и осторожно предположила:
– Ты хочешь попробовать привести её в сознание?
– Нет, – ответила женщина. – Я хочу связаться с ней.
– Как? – ошарашенно спросила я.
– С помощью ритуала я попытаюсь проникнуть в её сознание, – уверенно объяснила Софи. – Реелика – единственный выживший свидетель. Она могла видеть лицо нападавшего.
Мы приблизились к массивной двери особняка, но не успели даже постучать, как дверь распахнулась сама, явив нам Калола, который ничуть не удивился нашему появлению.
– Софи! – его лицо озарилось искренней радостью. – Как же я рад тебя видеть!
– Калол, – тепло улыбнулась мама. – Маленький негодник.
– Почему это я негодник? – искренне изумился вампир, вскинув брови.
А я удивилась, почему мама назвала его «маленьким»? Калол явно был старше её по возрасту.
– А кто, скажи на милость, в честь рождения моей дорогой Адалинды устроил кровавый пир из людей? – женщина скрестила руки на груди, в её глазах плясали ироничные искорки.
– Что… что устроил? – у меня перехватило дыхание.
– Да ладно тебе, – легкомысленно отмахнулся он, словно речь шла о какой-то невинной шалости. – Всё обошлось без последствий. Ну… если не считать самих смертных.
– Ага, и только потому, что ведьмы потом за тобой прибрались, – хмыкнула Софи и, легонько отодвинув вампира в сторону, шагнула в холл особняка.
Осматривая помещение, Софи словно погрузилась в какие-то собственные воспоминания. На её лице промелькнула улыбка, тут же сменившаяся глубоким вздохом.
– Софи? – удивлённо воскликнул мужской голос сбоку.
Мы обе обернулись и увидели Джозефа: он опирался на дверной косяк гостиной, скрестив руки на груди. В его взгляде читалось неподдельное изумление.
– Какими судьбами? – спросил гибрид.
– Я к твоей сестре, – ответила ему мама.
– Боюсь, не получится, – он грустно покачал головой. – Реелика сейчас без сознания.
– Я знаю, – Софи сложила руки за спину, её поза выражала твёрдую решимость. – Именно поэтому мне и нужно к ней.
– Что ты задумала? – насторожился мужчина. На мгновение в его глазах мелькнула слабая, почти призрачная надежда, которая тут же угасла.
– Мама хочет с ней связаться, – вмешалась я. – Войти в её сознание.
– Где она? – спросила женщина у гибрида, который всё ещё пребывал в лёгком оцепенении от моих слов.
– Здесь, – наконец отозвался он, мгновенно приходя в себя. Джозеф первым направился к лестнице, ведущей на второй этаж.
Мы последовали за ним и вскоре оказались в небольшой светлой спальне. На двуспальной кровати мирно лежала светловолосая девушка. Её дыхание было ровным, лицо безмятежным, словно она просто уснула.
Без лишних слов Софи подошла к Реелике. Опустившись на колени у кровати, она положила одну руку девушке на лоб, а вторую – на солнечное сплетение. Женщина закрыла глаза, сосредоточившись.
В комнате повисла глубокая тишина. Ни я, ни Джозеф не решались пошевелиться, боясь нарушить концентрацию Софи даже дыханием.
***
Софи Кастелл
Открыв глаза, я оказалась в незнакомой комнате с белыми стенами и множеством дверей синего цвета. Пространство казалось одновременно пустым и переполненным, словно каждая дверь хранила в себе целый мир. Я сразу поняла, где нахожусь: нечто подобное мы детально изучали в магической академии.
Эти двери – воспоминания Реелики. Найти её саму можно в одной из них… Но интуиция подсказывала: это будет непростое испытание.
Сделав глубокий вдох, я выбрала одну из дверей и шагнула внутрь.
Передо мной открылся уютный дом: деревянные балки под потолком, тёплый запах свежеиспечённого хлеба и мягкий свет масляной лампы. За столом, накрытым льняной скатертью, сидели пятеро детей, светловолосая женщина и мужчина. Они склонили головы и молились, благодарили богов за пищу и кров, за мирную жизнь и спокойный сон.
На столе стоял кувшин с водой, большой глиняный горшок с дымящимся рагу и наполненные миски. Пламя свечи мерцало, отбрасывая танцующие тени на стены.
– Мальчики, – обратился к ним глава семейства, – завтра вместе со мной пойдёте на охоту.
– А не слишком ли им рано, Себастьян? – обеспокоенно спросила женщина. – Они же ещё дети.
– Не сегодня, так завтра наши дети станут мужчинами, – строго промолвил Себастьян. – Они должны уметь обеспечивать свою семью пищей.
– А можно и мне с вами? – раздался звонкий голос девчушки.
Себастьян строго посмотрел на неё, но, увидев расстроенный взгляд девочки, мгновенно смягчился. Уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.
– Нет, Реелика, – сказал он мягче. – Завтра побудешь с матерью. Поможешь ей по хозяйству. А в следующий раз я возьму тебя с собой.
– Обещаешь? – в её глазах тут же загорелся огонек надежды, а на щеках появились ямочки от улыбки.
– Обещаю, – ответил он, слегка потрепав девочку по волосам.
