– Прошу! Остановись, умоляю тебя! Я уже сказала, что собираюсь уйти из секции файтеров! Я стану огородником! Ради Бога, перестань меня мучить! – умоляла она, срывающимся от отчаяния голосом.
Не обращая внимания на эти мольбы, парень, которого она называла Виком, следовал за ней, каждый шаг медленнее предыдущего.
– Ради Бога?… – мрачно хмыкнул он. – Какое Он вообще имеет к этому отношение? Жаль тебя огорчать, дорогуша, но здесь каждый сам за себя. А добрый здоровяк с белой бородкой на облачке не собирается помогать здесь никому. Он слишком близорук, чтобы разглядывать таких пресмыкающихся, как ты.
Ботинок Вика уперся в плечо девушки, надавливая на него. Ее болезненные стоны отдавались в моих ушах, и во мне все больше закипала ярость. Я больше не могла оставаться безмолвным наблюдателем.
Подобрав ближайший камень, я плавно приподнялась из своего укрытия. Стремительным броском я запустила камень в высокого рыжеволосого файтера. Он угодил ему прямо в спину, отчего тот мгновенно оцепенел.
Хариец убрал ногу со своей добычи и медленно обернулся, настороженно осматривая окрестности. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы заметить меня.
– Отпусти ее! – прокричала я, подступая ближе.
– Интересненько… И кто ты вообще такая, черт возьми? – несмотря на мой непредвиденный маневр, на лице парня по-прежнему играла извращенная ухмылка. Я не ответила, да и представляться не спешила.
– Я сказала, отпусти ее. – твердо повторила я, от нервозности впиваясь ногтями в ладони.
Помолчав какое-то время, Вик наконец поднял руки вверх и отступил назад. Притворство, пустой жест?
– Да я ее даже не удерживал! Все это – часть нашей тренировки! – его голос был непринужденным, даже пренебрежительным. – Но кто ты такая, чтобы разбираться в таких делах, ты… – его взгляд скользнул по моей фигуре и задержался на рубашке. – Простая беговая…шавка.
– Это не похоже на тренировку! Выглядит как умышленное избиение ради собственного наслаждения!
– Как я уже сказал, у вас, бегунов, не хватает мозгов, чтобы понять, почему другие тренируются иначе, чем вы – ребятишки, бегающие по лесу и радостно собирающие шишки! К тому же… – он нахмурился, прищурив глаза. – Какого хрена это вообще тебя касается?! Хочешь, чтобы тебя тоже отлупили, бегунок? – Вик ехидно оскалился, задерживаясь взглядом на моих бедрах.
– Она права, Вик. Заканчивай уже. Для первого урока новичка достаточно, – раздался сухой до боли знакомый голос с другого конца поля, когда на залитой солнцем поляне появилась группа из полутора десятков файтеров. Их грузные силуэты представляли собой устрашающее зрелище. В конце строя материализовалась высокая внушительная фигура Рэда.
Группа в черном остановилась в нескольких шагах от избитой девушки, и их снисходительные усмешки стали очередным ударом по ее уверенности.
"Вот шакалы!" – мысленно выругалась я.
Баритон Рэда снова прозвучал в открытом пространстве: – Лучше, вступи в поединок с ее защитницей. Посмотрим, сможет ли эта "так отчаянно желающая помочь другим" достойно отстоять свой громкий поступок. – он кивнул в мою сторону, его непроницаемый взгляд испытующе прошелся по мне, словно задаваясь вопросом, видел ли он меня раньше.
Остальные файтеры обменялись насмешливыми взглядами, похоже, восприняв такое предложение как элемент развлекательной программы.
– Если она такая же, как эта, – Рэд кивнул на девушку все еще лежащую на земле, обращаясь к Вику, – преподай ей хороший урок до ее первого вскрика, чтобы в следующий раз не нарушала тренировки других секций.
Какая-то брюнетка с густыми вьющимися кудрями резко выдохнула: – Серьезно?! Это же будет самым простым заданием для Вика! Только посмотрите на нее!.. – ее голос затих, когда зеленоглазый засранец прервал ее жестом и стал подбираться ко мне, уголки его губ искривились, а взгляд маниакально оценивал мои недостатки.
– Так и есть! Ни одного видимого мускула! Тощая, как доска! Спорим, она раньше разделяла трапезу с блохастыми дворняжками! – с издевкой произнес парень, сплевывая на землю. – Из какой щели ты бы сюда ни выползла… Сейчас я запихну тебя обратно!
Бурный хохот прокатился среди файтеров. Только Рэд остался безучастным в этом балагане, его лицо оставалось маской спокойного равнодушия.
Разозлившись, я решительно приблизилась к девушке, которая все это время не решалась подняться, и протянула ей руку.
– Не трогай ее. Она уже проиграла свой бой, – строгое вмешательство Рэда заставило меня замешкаться, но оно не возымело действия, так как я все-таки дождалась, когда она примет мою помощь.
Поднявшись, девушка растерянно уставилась на меня.
– Спасибо, конечно, но ты что, дура, что ли?… Они же тебя сейчас разорвут на куски за это!
Я невольно нахмурилась на ее полушепот, соотнеся такую реакцию с ее недавним паническим состоянием.
Воздух гудел от напряжения, когда Вик приблизился ко мне сзади, пространство между нами стремительно сокращалось. Я не поворачивалась. По слепой вере я полагала, что напасть со спины в присутствии его секции будет низко даже для такого отбитого парня.
– Уже признаешь свое поражение, да? – подтрунивал он.
– Эта бегунья испытывает свою судьбу. Думаю, десяти секунд Вику вполне хватит. – раздался шепот позади меня, когда девушка с темными кудрями отошла в сторону, ее интерес к наблюдению за поединком угас. Несколько файтеров последовали ее примеру.
– Никто не спрашивал твоего мнения. – ответила я.
Она едва не хохотнула, обернувшись в профиль, изумление промелькнуло на ее лице.
– Не только борзая, но еще и тупая!
Вик обходил меня по кругу, изучая так, как только голодный волк может изучать свою добычу. Для него это была игра, охота.
– Не замечал тебя раньше, бегунок. Новенькая? А то бы я точно запомнил такую недалекую мордаху!
Устав от издевательств, я огрызнулась: – Насколько я помню, у тебя был простой приказ. Так может, уже заткнешься и вступишь со мной в бой?
– Боже! Твой язык омерзителен даже для бегунка. Впрочем, всегда забавно, когда тупое воображает, что оно отважное… – прошипел хариец, останавливаясь и разминая шею, – Но я с тобой долго церемониться не буду… По мне, так ты вообще не стоишь никаких усилий.
– А у вас в секции всегда первым делом язык разминают? – огрызнулась я, когда его кулак метнулся в мою сторону.
Бой был жестоким и односторонним с самого начала, выпады харийца были похожи на стремительные и хлесткие удары змеи. По большей части мне удавалось уклоняться благодаря многолетнему опыту охоты в пустыне. Краем глаза я замечала, как несколько файтеров покидали зрелище, но Рэд продолжал наблюдать за поединком железным взглядом.
Когда я впервые попыталась нанести ответный удар, все мои попытки оказались тщетными. Вик расхохотался в нездоровом веселье, когда его корпус налетел на мои кулаки. Он был намного выше, сильнее и искуснее – бывалый файтер, и я ему явно в подметки не годилась.
Спустя, казалось, целую вечность, он издал ленивый возглас: – Довольно этого сраного шоу!!! – и, прежде чем я успела среагировать, он вцепился мне в горло, отбрасывая назад.
Я растянулась на земле – овес смялся подо мной, царапая оголенную кожу. Воздух выбило из легких, и пока я пыталась прийти в себя, хариец мгновенно навис надо мной.
Парень склонил голову, обозревая меня с ног до головы, – если раньше он доминировал в схватке, то теперь превосходил и сам термин.
Его рука потянулась к чему-то под воротником – черному кресту. Я заметила, как он развернул его вокруг шнурка на шее, отбрасывая на спину.
– А теперь начинается самое веселое, тупица!
Он поймал меня за локоть и одним резким рывком вздернул на ноги. Не давая мне опомниться, файтер обрушил на меня шквал ударов, каждый из которых приходился в живот или по ребрам, лишая меня возможности дышать и сопротивляться. Я пыталась заслоняться руками, но это не помогало.
– По правилам, я могу тебя дубасить до твоего первого вскрика… – процедил сквозь зубы Вик прямо мне на ухо. – …Идиотина, ты что, язык проглотила???
Сквозь мучительную дымку я заметила, как последние наблюдатели расходятся – заскучавшие, нетерпеливые, не впечатленные.
Девушка, та, за которую я вступилась, стояла в безмолвном ужасе, прикрыв ладонями рот.
Я попыталась немного отползти в сторону, чтобы хоть как-то восстановить дыхание, но Вик среагировал мгновенно – грубый захват моих спутанных волос вызвал у меня судорожное мычание.
