– Я могу делать с тобой все, что сочту нужным, за неповиновение. У меня есть все права как у командующего тобой, причем еще со вчерашнего дня.
– ......Что? Но… Почему?! Я не проходила никаких отборов, о которых ты говорил!
– Отборы? Это для других секций. Есть причина, по которой черная форма в ограниченном доступе, и лишь некоторые могут выдержать ее ношение. Файтеров не утверждают во время простого отбора. – заявляет Рэд и тем самым вызывает одобрительные усмешки у других бойцов. – Вчера ты выдержала проверку. Сейчас ты только что завершила другую. – его скулы сжались, а глаза требовательно прищурились. – Этого достаточно.
Вскакиваю с корточек, стряхивая пыль с одежды.
– Испытания?! Это ты подослал Яна наброситься на меня?
– Нет. Но вот тебе третье испытание за то, что постоянно препираешься.
Кто-то подкидывает палку Рэду, и он ловит ее, даже не глядя. Он тут же нацеливается нанести удар в мой бок, но я рефлекторно блокирую его, перехватывая палку.
Очевидно, мужчина не ожидал такого скорого ответа от меня и на секунду теряет контроль над ситуацией. Было бы глупо упустить свой маленький шанс на боевую славу.
Я резко толкаю палку, нацеливаясь в его бок, и, к моему огромному удивлению, он это никак не блокирует.
С глухим звуком палка врезается ему в живот, и лицо Рэда слегка искажается от недоумения.
– Кто дал тебе право нанести мне удар?!
– Я думала, это честный бой!
Собравшиеся вокруг нас файтеры весело свистят в знак одобрения такого продолжения.
– … Шутка, новичок. Видела бы ты сейчас свое лицо! – хрипло изрекает Рэд, опираясь о палку.
– Значит, я теперь одна из вас?… Файтер?
– … Лишь потому, что ты выдержала все испытания, которые кое-кто авторитетный попросил устроить для тебя.
В памяти всплывает образ Юны, проходящей мимо меня с подносом за обедом. Она тогда хитро подмигнула мне, и я только сейчас понимаю, что это означало.
Прикрываю глаза, сдерживая улыбку.
– Эй, новичок! – слышу, как Рэд зовет меня, внезапно оказываясь за моей спиной.
Быстрый взмах деревянной палкой, и я, не удержавшись, заваливаюсь на колени. От такого крутого удара у меня жгуче закололо в ногах.
Вокруг раздаются раскаты смеха. Рэд самодовольно ухмыляется, обходя меня, на ходу бросая палку другому бойцу.
– Не думай, что ты одержала здесь какую-то победу и теперь все будет проще простого. – небрежно бросает он мне, не глядя, и начинает уходить.
Какая-то девушка с загорелой кожей и вьющимися темными волосами склоняется надо мной. Я узнаю ее. Это она высмеивала мои действия тогда на овсяном поле.
– Просто любопытно. Ты правда думаешь, что старейшины станут собирать всех, чтобы выслушать какую-то новенькую сомнительную девчонку и позволить ей решать судьбу нарушителя? – насмешливо хмыкает девушка. – Да ты и впрямь крайне глупа, новенькая! От твоей глупой рожи аж тошнит!
– Ты часто в зеркало смотришься, Би? – вдруг раздается позади осипший голос Вика. Он беспечно приближается к нам, окидывая девушку цепким взором с оскалом.
Она мгновенно выпрямляется, ее лицо искажается в угрюмой гримасе. И все же Би ничего ему не отвечает. Метнув на меня еще один неприязненный взгляд, она поспешно ретируется вместе с остальными.
– Только между нами, тупица… Тебе повезло, что вчера это был тот кретин, а не я в его роли. – Вик плотоядно сощурился, склонив голову. – Честно говоря, понятия не имею, как, блин, ты вообще прошла все эти испытания! Счастливая случайность, не иначе. Еж – и то покруче боец будет, чем ты!
…
3 дня без воды, 3 недели без еды, 3 минуты без кислорода… 3 года без книг. – Дневник Макса
…
Теперь каждый мой день начинался в четыре утра. Я и раньше знала, что в секции файтеров не всегда занимаются сражениями… Но выполнять ежедневно одну и ту же проклятую рутину… Если бы кто-то разбудил меня посреди ночи, первое, что пришло бы мне в голову: бег на месте, приседания в прыжке, выпады, боковые подъемы ног, жим лежа и базовые подтягивания. И все это по десять подходов.
Я перебралась в секцию файтеров. Теперь у меня была целая отдельная комната в хижине для еще трех девушек-бойцов. Но каждый раз, возвращаясь в пустую комнату, я начинала безумно скучать по Мие. Конечно, мы до сих пор проводили время вместе, но это было уже совсем не то.
– Быстрее! Нужно доставить ее в медсекцию!!! – восклицает один из файтеров, спеша мимо моей тренировочной компании.
Двое других несут Би под руки, и я вижу, какое болезненное у нее выражение лица. О серьезности и мучительности змеиного укуса говорит в ней все.
На ее щиколотке отчетливо видны два ряда мелких точек от зубов.
– Это не ядовитый укус! – громко сообщаю я в их спешащие спины.
– Чего? – один из бойцов тормозит, растерянно оглядываясь на меня.
Указываю на ранку на ноге Би.
– У ядовитых змей два клыка, через которые они выделяют яд.
Гневные глаза Би наконец замечают меня, и я продолжаю: – Укус ядовитой змеи оставляет, как правило, два четких прокола. А укус неядовитой особи, наоборот, оставит два ряда следов от зубов. Этот укус… не от ядовитой змеи.
Би заметно напряглась и прошипела: – А что, если ты ошибаешься, новенькая? Неверное определение змеиного вида может стать роковой ошибкой! Смерть из-за ошибки, особенно твоей, была бы для меня худшей смертью!
– Сто отжиманий. Жим узким и широким хватом. – произносит Рэд в полуметре от меня, и по телу ползут мурашки от его ровного, ледяного тембра.
Резко оборачиваюсь, разбивая свою уверенность о его безучастное выражение.
– Почему? Что я сделала не так?
– Совершенно очевидно, что дневная тренировка стала для тебя слишком простой и скучной. Настолько, что остается уйма свободного времени на постановку диагнозов по змеиным укусам.
– Нет, я просто…
– Опять стремишься поразить всех своими познаниями? Начинай отжиматься. Живо!
– …Ладно.
Ты понятия не имеешь, к чему я стремлюсь, Рэд. Да и никогда не узнаешь.
После обеда Би догоняет меня, пытаясь схватить за плечо. Но я вовремя уклоняюсь, отчего ее лицо искажается от злобы.
