– Она уже все рассказала! Хватит на нее давить! – раздраженно бросила Лея.
– …Читал. – вдруг прошептала Эна. – Он читал в своем кабинете.
Группа впала в молчание. Было слышно только потрескивание дров. Рэд сохранял нейтральное выражение, продолжая работать над чем-то в планшете. Вик только ухмыльнулся, закинув ногу на ногу.
После продолжительной паузы Эна подала голос: – … Я точно знала, что всякий раз, когда он за завтраком читает свою газету, я вполне могла включить радио на полную, и он все равно бы ничего не услышал. Он по-прежнему бы читал о всяческих нововведениях и постановлениях властей… Что уж говорить о моих тихих шагах за его спиной.
Она опустила взгляд, ее короткие светлые волосы заслонили лицо.
– Не так уж сложно было вонзить кухонный ножик в его неприкрытую шею… Он и звука не издал.
– Почему ты не скрылась после этого? – невозмутимо осведомилась Би.
– Наша экономка. Как увидела меня, бредущую к уборной по пояс в крови, сразу же сообщила обо всем в инстанции. Чертова крыса… Как будто я одна не относилась к ней как к живому человеку, а не как к куску дерьма, как мой муженек!
– Вполне заслуженная кончина. – неожиданно произнес Вик, его тон был на редкость холодным.
Странно было слышать это от такого человека, как он. Особенно от него.
– Мне до лампочки на твое мнение, Вик. Но… Спасибо, наверное. Даже как-то полегчало от того, что в кои-то веки озвучила все это вслух…
– Не обнадеживайся. Меня твоя кровавая биография и близко не колышет. И будем честны, всем присутствующим здесь тоже чуток насрать.
Прошел еще час, пока каждый из пятнадцати человек в кругу поневоле заводил разговор о том, что их беспокоит, что кажется им странным или пугает на этом острове. Многие обсуждали повторное появление бездумцев. Меня же удивило, насколько мои собеседники не поддавались панике, будучи уверенными, что наш лагерь надежно защищен от угрозы и что эта ситуация в ближайшее время будет решена. Возможно, так же думали и остальные в лагере. Поэтому во время собрания, посвященного оглашению этой новости, все было относительно спокойно.
Девушка, сидевшая рядом со мной, заканчивала свою историю жизни, и было вполне ясно, что она сочиняет ее на ходу. В центральной части лагеря раздался колокольный звон, и я с облегчением выдохнула. Это означало, что настало время ужина для всех секций и мне не придется участвовать в этом диалоге у костра со своей лживой версией.
Рэд распустил собравшихся, но попросил вернуться к костру после ужина всех, кто еще не высказался.
Я уже направилась к столовой, когда услышала, как кто-то приближается ко мне сзади.
– Слышал, кто-то здорово подточил свой зуб о твою веревку. – Вик склонился вплотную к моему уху, заставляя меня замедлиться. – Удачи тебе завтра с пчелками, тупица. Будь готова полетать вместе с ними! – от его хохота у меня внутри все сжалось от неприятного ощущения.
Я резко обернулась, но его уже и след простыл.
Не заостряя на этом особого внимания, продолжаю путь к столовой, но только теперь на моем лице пролегли неспокойные тени, а в голове поселились тревожные мысли.
Я покинула заведение последней. Мне предстояло решить, возвращаться ли к костру или же нет.
По мере того как я приближалась к месту, где все еще полыхал костер, его звуки становились все громче, смешиваясь с отдаленными отголосками смеха и тихих разговоров с других поседелок. Ночной воздух был хрустящим и окутывал меня прохладой, что заставляло поплотнее закутаться в куртку.
Подойдя к нашей поляне возле плотницкого отсека, я разглядела лишь одну фигуру, сидящую спиной ко мне, перед которой мерно отплясывали языки пламени. Я замешкалась, размышляя, не лучше ли повернуть назад и ретироваться в свою хижину.
Но что-то заставило меня проследовать дальше. Я устроилась на самом дальнем от собеседника бревне, стараясь быть как можно более незаметной. Возможно, скоро подойдут и другие участники.
– …Боишься меня? – голос Рэда был тихим, почти теряясь в потрескивании огня.
Ощущая на себе тяжесть его янтарных глаз, отвожу взгляд.
– Нет.
Вопрос задержался между нами, сделав воздух густым. Я обхватила себя за локти и слегка откинулась назад. Но моя попытка казаться более расслабленной выглядела скорее неловко.
– Почему тогда не села метров на тридцать дальше? – послышался его усталый вздох.
Неловко повернувшись, понимаю, что между нами и правда огромное расстояние. Да. Это был осознанный выбор.
Выдохнув, я приподнялась и бесшумно переместилась на несколько метров ближе к нему.
Но как раз в тот момент, когда я уже собиралась приземлиться, мужчина поднял на меня глаза. И непринужденно похлопал ладонью по месту прямо возле себя.
Я удивленно застыла на миг, но все же повиновалась. Нехотя опустилась на указанное им место, и жар от костра обогрел мою кожу. Блики играли на его лице, придавая мужским чертам потустороннее очарование, очерчивая острый профиль.
– Это пятая ежегодная терапия. После ужина сюда никто не возвращается. – произнес он после затяжной паузы, наблюдая за искрами. – Почему вернулась? Поговорить охота?
Его вопрос обескуражил меня, и на мгновение я потеряла дар речи. Дым от костра, казалось, нарастал, затмевая все вокруг.
Взглядом опускаюсь на поросшую мхом землю, прохладная почва подо мной навевает озноб.
– Но ты же сам сказал нам…
Рэд лишь утомленно выдохнул, не сводя взора с огня.
Мы так и остались сидеть в тишине на какое-то время. Я изучала замысловатые узоры теней на земле, а он неподвижно смотрел в одну точку, как мне казалось со стороны.
Вскоре он достал еще несколько веток, подбрасывая их в огонь. Пламя взметнулось выше, заливая нас теплым заревом. На большом его пальце блеснуло обсидиановое кольцо, и я не смогла оторвать от него взгляда.
– …Красивое кольцо. – шепнула я.
Рэд закончил подбрасывать щепки и снова привалился спиной к бревну.
– Перстень памяти. Знаешь о таком?
Качаю головой в ответ, заинтригованная названием.
Мужчина вытянул руку, демонстрируя кольцо на фоне костра, вены на его руке выделялись на светлой коже и говорили о наличии тяжелых тренировок.
– В него можно вложить любую фотокарточку и при повороте ободка перстня проявлять ее, – пояснил Рэд, поворачивая черный камешек.
На моих глазах начал проявляться неясный крошечный образ в темноте обсидиана. Это была молодая женщина со светлыми волосами и пленительными карими рассенскими глазами. С каждым мигом черты лица становились все отчетливее.
– Это моя жена. Даника.
Он опустил руку и повернул кольцо в изначальное положение.
Меня захлестнула волна совершенно неопределенных эмоций, а на голову будто бы плеснули ведром с ледяной водой. В горле образовался горчайший ком.
Стремительно отводя отчего-то влажный взгляд, я быстро моргаю, пытаясь совладать с собой.
