ISBN :
Возрастное ограничение : 16
Дата обновления : 01.06.2024
Глава 2
На дворе стоял день. Из оконца сквозь кожу в комнату попадал тусклый свет. Встала с сундука, пошла, подкинула дров в печь, подошла к столу. На нем стоял чугунок с варевом. Я заглянула внутрь: разваренная птица, какие-то коренья, травы и, видимо, крупа. Взяв большую ложку, наложила в миску варева и с аппетитом его съела. Малыш завозился, я, размяв кусок мяса в своей миске, принесла щенку. Он шумно зачавкал, пытаясь есть. Ну, хоть так что-то будет в желудке волчонка.
Мне было явно легче, решила посмотреть, что под повязкой. Смочив ткань водой, отодрала от раны присохшую кашицу. Рана явно заживала, края съехались, и уже синевы вокруг было меньше, хотя наблюдался все тот же странный рисунок вен. Сбоку мне его было плохо видно, посмотреть бы в зеркало…
Дверь скрипнула, и в нее вошел наш спаситель. Принес дрова и пару кроликов, уложив последних на стол, а дрова – перед печью, он подошел ближе.
– Рана затягивается, надо еще раз наложить мазь, – он постучал мисками на печи, и снова вернулся. Поставил рядом со мной, кинул чистый кусок ткани. – Вам надо уходить, лес полон серых, они явно кого-то ищут.
Я вспомнила сон, как рву серых волков. А если это не сон? И я случайно выжила, хотя явно должна была умереть от отравленной стрелы.
– Они нас ищут, но сможем ли мы уйти? Да и куда? – я смазала рану, и замотала её тканью. Собрала грязное, и закинула в огонь.
– Ближайший замок – это жилище белых волков. Непонятно, что делают на их территории серые, это же откровенное неуважение и призыв к войне, – мужчина быстро натер кроликов специями, надел на железный прут и сунул в печь. Потом наложил себе еды из чугунка и сел есть.
– Как тебя зовут?
– Мейе.
– Ты какой зверь? – смотрела на него, не особо понимая, как вообще можно отличить одного от другого. Серые, белые…
– Нет у меня зверя. Больше нет, – он вздохнул. – Я – из красных волков…
– Прости, я не особо все это понимаю. И ничего не помню… – мне стало неудобно.
– Ты точно – не отсюда. Вроде волчица, но странная, вернее, твой зверь не простой. А память… Кто-то сознательно тебе ее стер, чтобы ты не смога отомстить, или вспомнить, на что ты можешь претендовать.
– Откуда ты это знаешь? Почему живешь здесь? – мне стало страшно. Вроде, нашла островок безопасности, и тут опять какая-то опасность.
– Много живу… А эта полоса леса – нейтральная, между стаями. Меня не трогают, потому что я никому не нужен…
– Когда нам надо уходить? И куда… – я понимала, что против стаи волков не выстоять, и надо искать защиту там, где ее точно смогут дать.
– К белым. Самок они защищают и берегут. Серые слишком вольно себя ведут, и с чужими самками обращаются, как с добычей…
Я поежилась: в лесу, одна, с младенцем… и в средневековье, где женщину считают законной добычей.
– Уходить нужно сегодня ночью, серые все ближе и ближе к границе стай. Как бы не было беды…
Задумчиво посмотрела на огонь в печи. Попаданкам обычно везет сразу, ну, по крайней мере, в тех книгах, что я читала. Мне вроде тоже…, жива, уже повезло, на этом подарки закончились.. Значит, надо надеяться ни интуицию, и идти туда, где сулят защиту.
– Думаю, я смогу идти, – вздохнула я. – Мне бы корзинку для сына. Обувь, вроде бы, целая, – подняла с пола высохшие сапоги.
– А оборачиваться не можешь еще? – он окинул меня взглядом.
– Я даже не знаю, как это делается… – отвернулась от него. Его взгляд обжег мое оголенное плечо.
– Волчица вспомнит, когда будет нужно, – он встал, заглянул за печь, достал оттуда корзинку, уложил в неё небольшие шкурки кроликов, и поставил рядом со мной.
– Идти далеко? – я плохо себе представляла дорогу в зимнем лесу.
– До ближайшей сторожевой башни белых – всю ночь и часть утра, для меня. С тобой – не знаю, – он пожал плечами. Потом начал собирать по комнате вещи и предметы в большой заплечный мешок. – И тебе надо снять вещи, они пропахли кровью, – он снова окинул меня взглядом. – Встань!
Подхватив сына на руки, я отошла от сундука. Мейе поднял крышку и, прижав ее к стене, начал перебирать там что-то. На пол упали мягкие сапожки из кожи – уги, на крышку он повесил что-то светлое, в виде рубашки, несколько отрезов ткани, следом легли штаны и платье, белое с синей окантовкой.
– Переодевайся, потом еще раз поешь, и будем уходить. Через час начнет садиться светило, а зимний день еще короток, – буркнул он, и вышел из дома.
Я почему-то обрадовалась смене одежды: после родов и раны, моя уже была непригодной для носки. Неприятно пахла, да и выглядела так же. Поэтому я, аккуратно уложив сына в корзинку, быстро, насколько позволяло раненное плечо, скинула с себя все. Обмотала грудь и бедра тканью, остатки намотала на ступни, вместо носков. Надела нательную рубашку, мягкие штаны, сверху – платье и пояс. Сапоги были чуть великоваты, но это только порадовало, прежние мне жали…
Все к походу, или побегу, готово. Постаралась не размышлять о том, чья эта была одежда, главное – чистая, и почти мой размер.
Мейе вернулся быстро, и я, в общем-то, уже была готова, и сейчас раскладывала по мискам остатки супа.
Мужчина достал хлеб из котомки, разломил его на две части и положил на стол. Я села на табурет и начала есть, аппетит был, конечно же, зверский, видимо, организм сейчас пытался восстановиться. Ранение и роды – дело не шуточное. На мои мысли о сыне, малыш завозился в корзинке.
Я, выловив кусок мяса из супа, разжевала его и понесла малышу. Дикая птица, даже варенная, была жесткой, и я не уверена, что малыш справится с ней. Положив на ладонь мясо, поднесла его к волчонку, он мгновенно его проглотил, и я не думаю, что он его жевал. Размяв в миске овощи и мясо, я снова вернулась к малышу. Ему надо есть, хотя бы как волчонку, как человеческое дитя я его пока накормить не могу…
Когда волчонок поел, я укутала его в шкурки, и начала сама надевать свой теплый плащ. Взяв корзинку в руки, я смотрела, как собирается Мейе, он подложил дров в печь, собрал все со стола и, закинув на спину заплечный мешок, вышел из домика.
Поспешила следом за ним, пройдя на крыльцо, и сразу выходя на тропу, что сейчас была передо мной. Мужчина шел впереди, я, как могла, шла за ним. Было тяжело, тропинка едва виднелась, и большую часть времени я пробиралась по рыхлому снегу, стараясь попадать в следы от его ног.
Ночь уже опустилась на зимний лес, и мне казалось, что из-за каждого дерева на меня смотрит волк. Прижимала корзинку к себе что есть сил, стараясь не отставать от проводника.
Меня снова начали одолевать мысли. Почему – я? Вернее, даже для начала: как вообще все это произошло? Как я здесь оказалась? Судорожно рылась в памяти, пытаясь отыскать воспоминания о том, что случилось дома.
Вот я достаю пирог из плиты, ставлю его на подоконник, чтобы остыл. Окно приоткрыто, хоть и зима, но на кухне душно. Ставлю на плиту чайник, начитаю убирать все поверхности…
Закипел чайник, заварила свежий чай, порезала уже теплый пирог…
Села за стол… и – провал, все, больше ничего не помню. Все весьма странно!
Пыталась понять, что мне вообще дальше делать. Сейчас главная задача – выбраться из леса живой, мне кажется, серые волки очень этого не хотят. Ведь сны – это, возможно, воспоминания?
– За нами следят, – я, не заметив, что Мейе остановился, почти врезалась в его спину, едва успевая схватиться за его плащ.
– Мы не успеваем выйти из леса? – я оглянулась, но мне ничего не было видно.
– Если это один разведчик, то успеем выйти, но нам это ничего не даст, если нас не увидят со сторожевой башни и не выйдут навстречу.
– Поспешим? – честно говоря, это я громко сказала. Сил уже не было, я уже задыхалась.
– Попробуем, – он снова зашагал по снегу, я – за ним.
Я уже бежала, откуда-то вдруг взялись силы, но теперь и я почувствовала не одну пару глаз, смотрящую на нас.
– Быстрее, нас нагоняют! – вскричал Мейе и, схватив меня за локоть, буквально потащил по снегу. В просвет между деревьями уже было видно поле, а я теперь не только чувствовала взгляды, но и слышала дыхание волков, загоняющих добычу…
Слух обострился, и я бы могла их сосчитать, даже не видя преследователей…
Не меньше двух десятков…
Мы выскочили на поле, пересекли овраг, и неслись к большой деревянной башне, или чему-то, похожему на небольшой замок. Оттуда разнесся звук рога, ворота распахнулись, нам навстречу выскочило несколько конных воинов и с десяток белых волков.
Но до нас было несколько километров… И как я так далеко вижу?
Перед глазами помутилось, ноги отказывались бежать, и я точно рухнула бы на землю, если бы Мейе не придерживал меня. Он резко остановился, развернулся, вытаскивая меч из-за пояса, а меня толкнул себе за спину.
Я рухнула на колени, пытаясь просто дышать, но это выходило плохо, словно воздух не мог попасть в легкие. Сейчас я кашляла и хрипела, обхватив корзинку руками.
Перед глазами – пелена с искрами, лёгкие разрывало от боли, и слышался только звук рычания вокруг.
– Вы не посмеете напасть на чужой земле! Вы преступили закон! – раздался голос Мейе.
– А кто сказал, что мы боимся войны? Белые остались без Альфы, кто нам что-то скажет? – раздался чей-то насмешливый голос.
– Тогда зачем вам она? Что за охоту вы устроили?
– Не твое дело, рыжий! Иди в свою избушку, и доживай свой короткий человеческий век! – зарычал кто-то. – Отдай девку и ее выродка! Или сдохнешь здесь, как безродная псина!
– А ты иди, возьми сам, без своих прихвостней! – Мейе рычал, словно зверь.
– Чего это ты, облезлый, осмелел? А? – и раздался звук – лязг металла.
Мое зрение вернулось, и я взглянула в сторону сторожевой башни, до нас им было еще далеко. Отряд помощи не успевал, за моей спиной сейчас разворачивался бой.
В двух шагах от меня стояли два десятка волков, они взяли нас в круг.
Глава 3
Я – не боец, совсем, и против волков, которые выше меня на голову, мне нечем противостоять. Все, что я могла, это надеть шкурки кроликов на руки и, расстегнув плащ, укутать сына. В руках у меня был кинжал, единственное оружие против этих огромных зверей. Хотя, какое это оружие: чуть больше клыка самого большого зверя…
Нет, я не боялась, во мне снова зашевелилось что-то темное, жестокое, и оно жаждало крови… Оно распирало меня изнутри и требовало выпустить его.
Я сейчас внезапно стала сильнее, откуда-то взялась смелость, и я посмотрела прямо в глаза волка, что стоял прямо напротив меня. Смотрела, и обещала ему смерть…
Он внезапно опустил морду, а я по наитию начала переводить взгляд на других волков. Они, друг за другом, опуская глаза, исчезали из моего поля зрения, уходя куда-то за спину. Словно признавали за мной право стоять здесь и угрожать им…
Бой сместился чуть правее, а так как я уже могла встать, то поднялась на ноги, лицом к тем, оставшимся, волкам… Раз это сработало, то надо убрать их всех.
Продолжала смотреть каждому в глаза, заставляя их уходить за кромку леса, прятаться там.
Мне кажется, это не я делаю, потому что в их глазах, на смену злости и ненависти, появлялся ужас. Я не могла внушать ужас: даже когда я стояла на ногах, эти звери мне были почти по плечо…
Теперь я следила за двумя мужчинами, которые рубились небольшими короткими мечами. И Мейе явно проигрывал здоровяку… но и помощь уже была на подходе, был слышен стук копыт о землю.
– Айзек, прекрати! – раздался голос одного из всадников, – ты на нашей земле!
– Ненадолго она ваша! – воин отступил, его заволокло туманом, и на снегу стоял большой волк. Он развернулся, и неторопливо побежал к лесу.
Повернувшись к прибывшим, я посмотрела на них. Сын, потеряв меня, заскулил, я, откинув с него кокон из плаща, выхватила его из корзинки, прижимая к себе.
– И кто тут у нас? – один из мужчин спрыгнул с лошади и подошел ближе.
Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он смотрел на меня как… ну, как на нечто ничтожное… он вдохнул воздух, словно принюхивался.
– Леди Аделла и ее сын ищут пристанища у белых волков! – за моей спиной встал Мейе, я почувствовала, как мне стало легче, чувствуя его защиту.
– Знакомый запах… – он резко нагнулся, принюхался к волчонку.
– Ты знаешь, кто его отец? – Мейе поднял мой плащ и, накинув мне на плечи, словно спрятал меня и сына от чужого взгляда.
– Сейчас подготовимся и отправим вас в замок… – он повернулся, вернулся к лошади и, запрыгнув в седло, направился в обратную сторону. Почему он не ответил на вопрос?..
Современная женщина во мне хотела высказаться по поводу такого неуважения к женщине с ребенком, но теперешняя я, молча пошла следом, подхватив корзинку у ног. Но один из всадников подъехал ко мне, и Мейе неожиданно подхватил меня за талию и помог сесть за воином.
Сам же он просто схватился за уздечку коня и побежал рядом. Почему-то молча?..
Минут через пятнадцать, мы прибыли в башню, ворота перед нами распахнулись, и снова со скрипом закрылись за нами. Мейе снял меня с коня и повел в ближайшую дверь, вернее, в стене она была всего одна. Мы вошли в нее, и попали в большую комнату с камином, там стояло два длинных стола, и за ними сидело с десяток мужчин. При виде нас они даже не встали, продолжая сидеть, а на меня смотрели без особого интереса.
Мейе усадил меня на край лавки, и только тогда я откинула капюшон и высвободила сына из плаща. Дверь в комнату снова открылась и закрылась, запустив холодный воздух.
– Я – Рат, капитан восточной башни. Прежде, чем мы тронемся в путь до белого замка, я хочу знать… – мужчина подошел и сел напротив меня. – Кто ты, и что делаешь на наших землях, зачем пришла?
– Имя ты уже слышал. Я хочу зашиты, это все, что тебе нужно знать… – я не испугалась его взгляда.
– Ишь, какая смелая… – хмыкнул он, – а если я скажу, что замок белых тебя не примет? Что будешь делать? Дальше – только горы…
– А что за ними? – снова посмотрела на него.
– Никто не знает… – он пожал плечами. – Ты сама откуда?
– Издалека, – буркнула я, и прижала завозившегося волчонка к себе.
– От тебя пахнет кровью… – он снова принюхался.
– Серые плохо целились… – раздражено сказала я. Плечо болезненно дернуло.
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом