Макар даже не сразу узнал вторую супругу своего несчастного тестя. На Лигле ему было не до неё. Теперь же он внимательно рассматривал эту довольно привлекательную женщину, стараясь придать своему взгляду выражение надменной ярости.
Его недолгий, но насыщенный событиями опыт работы инспектором доказал эффективность этой маски. Особенно в самых отдалённых уголках вселенной. Местные жители всегда испытывали страх перед свирепыми имперцами.
— Пока нет, — ответил он с заметной паузой, выделив первое слово.
Она спокойно выдержала его взгляд, лишь сдержанно улыбнувшись.
— Вероятно, он не в состоянии постичь чувства отца, который защищает жизни своих детей, — решительно заключила коренная лиглянка.
Горделивая осанка массивной фигуры, чьи достоинства подчёркивались роскошной одеждой, дополнялась сложной высокой причёской, которая, словно корона, венчала её голову.
На её лице играла привычная полуулыбка, а длинные тонкие светлые косы спускались на грудь. Чуть раскосые глаза, круглое лицо, похожее на ночное светило, и эти светлые волосы, которых она не стеснялась, многое могли рассказать жителю Лиглы.
Молодому лидеру мира ещё предстоит столкнуться с этим новым вызовом: энергичные и состоятельные «белоглазые» люди всё увереннее заявляют о себе.
Аверин этого не заметил, но проницательный взгляд инспектора сразу уловил дорогие украшения на мачехе Нэрис и её сияющий вид — результат тщательного и дорогостоящего ухода за внешностью зрелой женщины. Совсем недавно ничего подобного не было. Как интересно...
— Конечно... — с сарказмом сказал капитан. — Мне никогда не понять, почему вы, «любящие и заботливые родители», жертвуете старшим ребёнком ради жизни и благополучия младших. Сколько раз вы продавали её? Дважды, трижды? Или, может быть, каждый год выставляли на ярмарках вашу дорогую девочку? Какая же удача она для вас, правда?
— Алана, уйди, — в голосе главы прайда Рейн вдруг прозвучал твёрдый холод.
Женщина уже хотела что-то ответить, даже сделала движение рукой и прикусила губу, но, взглянув на мужа, почему-то передумала и отступила. Отец Нэрис молчал несколько долгих секунд, словно ожидая, пока она выйдет.
В кают-компании крейсера, помимо Аверина, находились Гесс и Бер — легендарный космический адмирал, ставший новым штурманом. Все трое внимательно изучали и обсуждали отчёт Диля, переданный капитану. Внезапно поступил вызов на сеанс связи с Лиглой. Макар уже почти час пытался установить контакт с отцом Нэрис. Его друзья, понимая ситуацию, предпочли не вмешиваться и сохраняли молчание, не выдавая своего присутствия.
Разговор с родственниками был утомительным и даже изнурительным. Они не смогли продвинуться в нужном Аверину направлении ни на шаг.
— Я не имею представления о том, что связывало тебя с её матерью, — наконец нарушил молчание Мак. — И знать не хочу. Но хочу, чтобы ты понял: та Агата умерла. И, судя по моим данным, совершенно напрасно. Твоя бывшая жена доверилась обещаниям родственников с Зигейны. Да, это только мои предположения, но...
— Судя по тому, как на меня орал младший Винк, Нэрис сейчас на Зигейне? — перебил его Рейн.
— Да. И... — начал было Макар.
— Это безнадёжно, — голос Рейна внезапно ослаб, и последние слова он почти прошептал. — Возвращайся туда, откуда прилетел, и забудь эту историю, — с трудом произнёс отец Нэрис. — Просто забудь. Очень скоро ты получишь сообщение о разводе и станешь свободен.
— Снова выбросить её, как старый хлам? — Макар вскочил, и голос его снова загремел. В этот момент на его плечо опустилась сильная рука друга. Очень вовремя. Умел Гесс отрезвлять.
— Я пытался защитить Гату все эти годы, — Рейн внезапно показался намного старше, его губы задрожали, а седая щетина на подбородке стала заметнее. Он отвёл взгляд, словно пытаясь спрятаться от своих мыслей. — Я любил её... Но это бесполезно, капитан. С Зигейной связаны влиятельные люди на Деусе. Они занимаются биотехнологиями, омоложением и обещают, что люди больше не будут стареть и получат бессмертие. Тебя просто сотрут.
— Как Агата попала на Лиглу? — Макар взял себя в руки и подавил навязчивое желание разорвать сеанс связи.
— Как и ты, «совершенно случайно». Ты всё ещё не веришь в случайности, капитан?
Вопрос был действительно своевременным и давно терзал сознание капитана, как червь, подтачивающий его уверенность.
Случайна ли была их встреча с тем крошечным шариком, взрыв на котором чуть не стоил им с Гессом жизни?
И Горыныч. Этот загадочный персонаж так непринуждённо влился в их команду. Кем были те двое, чьи останки почти не тронуло разложение? Перед глазами Аверина до сих пор ярко всплывало трогательное сплетение их мёртвых тел.
Капитан с трудом выдавил из себя:
— Нет, не верю... Но и у меня нет причин тебе верить. Ты так легко предаёшь и всегда находишь оправдание своим поступкам.
— Для них я был всего лишь репродуктором, носителем генов, идеально подходящим для их целей. Ты, капитан, тоже в их глазах не более чем инструмент.
Если этими откровениями Рейн вдруг рассчитывал произвести на Аверина нужное впечатление, то он прогадал.
Нэрис он доверял безоговорочно, а всё остальное для него не имело особого значения.
В работе инспектора нет места романтике, зато предостаточно возможностей убедиться в уязвимости человеческого разума.
— Самцы высших животных проявляют заботу о потомстве, защищают и оберегают своих детёнышей. А также их мать! — неожиданно произнёс Гесс. — Ваша старшая дочь очень похожа на вас внешне, но она гораздо сильнее.
Рейн с усталым видом обратился к обоим собеседникам:
— Ты ещё вспомнишь мои слова, но боюсь, будет поздно. Эти люди безжалостны. Они одержимы своей целью и не ценят чужие жизни. Даже собственные дети для них лишь средство достижения цели.
Макар пристально смотрел на этого человека, который выглядел постаревшим и смертельно уставшим. Его судьба вызывала лишь сочувствие.
— Есть ли что-то ещё, что ты хотел бы добавить? — вежливо спросил Аверин.
Отец Нэрис на мгновение замер, а затем стремительно наклонился к экрану и торопливо ответил, будто опасаясь, что его зять внезапно отключится.
— Этот... как его... Гэл, кажется? Я могу ошибаться. В первый раз он связался со мной вскоре после рождения Нэрис. Сказал, что он брат Агаты, и сообщил мне, что она наследница королевы. Разумеется, я не поверил ему и ничего не сказал ей...
Рейн крепко сжал пальцы и нахмурился, пристально изучая их. Казалось, он надеялся найти там ответы на мучившие его вопросы. Молчание затягивалось.
— У нас мало времени, — напомнил о себе капитан, заставив собеседника вздрогнуть.
— Да... это ненадолго. С тех пор люди с Зигейны неоднократно пытались давить на меня разными способами. Мне пришлось оставить политику и практически спрятать семью в нашем замке. А затем произошёл этот взрыв...
— Ты хотел сказать: землетрясение? — капитан перебил его, напрягаясь.
— Я сказал то, что хотел. И я убеждён, что следы той трагедии тоже ведут к Зигейне. По крайней мере, когда этот субъект появился на Лигле в качестве дипломата, он вдруг оказался весьма... осведомлённым.
— Ты вдруг решил, что Агата предала тебя? — Макар всегда отличался острым умом и способностью быстро анализировать информацию. — Что она захотела вернуться, оставив тебя и детей, восстановить свой статус наследницы и сделать тебя виноватым?
— Не сразу... — неохотно ответил лиглянин. — Но потом у него появились... некоторые доказательства.
— Весьма занимательно и многое проясняет, — произнёс Гесс, и его голос внезапно стал ледяным. — Но каким образом эта история может помочь нам спасти твою дочь?
— Зигейнский извращенец не способен иметь детей. Однажды я случайно подслушал его беседу, хотя и понял не всё, но запомнил несколько ключевых моментов. Он говорил о том, что ему надоело жить, что он чувствует себя опустошённым и вынужден искать новый смысл своего существования. Кроме того, он упоминал о серьёзных проблемах, связанных с каким-то важным имперским законом. Думаю, это важно. Его уязвимость.
Рейн замолчал, ожидая ответа, словно приговора.
— Я подумаю над этим. И жду от тебя подробный отчёт о взрыве на шахтах. Ты сам, конечно, проводил там расследование? — наконец ответил капитан. — Если ты хочешь помочь своей старшей дочери и, возможно, сыну. И не струсишь опять.
Рейн скривился. Ему крайне не хотелось связываться с этим Авериным. Однако новый правитель Лиглы точно не позволит ему снова укрыться в глубинах замка. Диль, неожиданно вышедший с ним на контакт, был полон решимости.
У его злополучного зятя, очевидно, имелись свои сильные карты в этой серьёзной игре.
— Я отправлю всё, что у меня есть, — проворчал Либерум Рейн, выдержав паузу. — И если... — он замолчал, будто раздумывая, стоит ли говорить, а потом резко выдохнул. — Если у тебя что-то получится, передай Нэрис: я очень любил её мать и всех наших детей. Но... так уж вышло. Это цепь роковых случайностей.
В конце фразы лиглянец нажал на панель управления связью и мгновенно отключился. Он сбежал.
Дал же Солнышку родственничков Создатель...
¹ Прайд — социальная структура на планете Лигла, аналогичная клану или большой семье, обладающая политическим влиянием.
✦✧✦
© Нани Кроноцкая 2024
Глава 6. Подпольный заговор
Планета Зигейна (b Малиста), двойная звёздная система Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula). Резиденция королевы Агаты.
Нэрис Аверина ☛
Куста всегда утверждала, что вода способна смыть все печали и забрать все недуги. И вот, словно по волшебству, её слова всплыли в памяти с неожиданной силой, и я застыла под тёплыми струями душа.
«Личинка», стоявшая рядом и внимательно следившая за каждым моим движением, вздрогнула, бросив на меня выразительный взгляд.
Я и не собиралась сбегать. Прямо сейчас это было бы глупо. Куда я такая денусь? Безоружная, слабая, голая и голодная.
Очнувшись от внезапного оцепенения, я с грустью вышла из-под ласковых струй. Эта влажная нежность пробуждала воспоминания, вызывая целую бурю эмоций. Но память предательски молчала, словно часть меня перешла на сторону врагов, которых оказалось немало.
Разберёмся. Как любил говорить кто-то мне очень близкий и хорошо знакомый.
— Просыпайся, — буркнула карлица, коснувшись невидимой мне панели.
И в ту же секунду подул тёплый ветер. Я закрыла глаза, снова вспомнив. Изумрудная зелень бескрайнего горизонта, чёрный мягкий и зыбкий песок под ногами, свежий ветер, щекочущий ёршик коротких волос. Я бегу, задыхаясь от бурлящего, радостного восторга, ноги трогают тёплые волны, догоняющие меня на бегу. Где это было, когда и со мной ли?
— Одевайся! — меня снова выдернул в реальность назойливый, стрекочущий голос.
Я открыла глаза и с любопытством посмотрела на одежду, которую мне протянула карлица. Это был тонкий, полупрозрачный чёрный комбинезон. Он выглядел необычно: длинные просторные штанины, оканчивающиеся эластичными широкими манжетами на лодыжках, и такие же рукава. При этом плечи оставались открытыми, а декольте было весьма откровенным. Комбинезон был бесшовным и должен был плотно облегать тело, но полупрозрачная ткань... Белья, ну конечно же, не оказалось. Логично.
— Я этого не надену! — оттолкнув руки девушки, твёрдо заявила я.
— Холодно голой ходить! — резонно возразила она.
— Эта одежда предназначена только для того, чтобы привлекать внимание чужих мужчин, но в ней нет тепла! — внезапно вырвалось у меня, и я сама не поняла, откуда взялась эта мысль.
Она снова нахмурилась. Тёмная бровь вопросительно изогнулась, и её взгляд остановился на мне.
— У тебя не такая! — я выразительно ткнула пальцем в её плотный комбинезон, даже на вид очень удобный.
— Я — уродец, неправильный человек! — она произнесла это с уверенностью и даже с ноткой гордости. Увидев на моём лице явное недоумение, громко добавила: — Личинка нормального человека, убожество!
Шервовы жабры, что же здесь творится? Память моя может и не самая лучшая, но всё человеческое сознание восстало против услышанного. Малышка была настоящей красавицей: огромные тёмные глаза на выразительном смуглом лице, крошечные ручки, силу которых я уже испытала, крепкое и стройное телосложение, мускулистые линии которого не могла скрыть даже плотная ткань комбинезона. Её волосы были поводом для искренней зависти многих женщин. Она не была уродливой или неполноценной.
Спор на столь деликатную тему мог затянуться на часы, но к нужному мне результату он бы всё равно не привёл.
Что же мне делать?
Не стоит разгуливать по Зигейне без одежды. Внезапно услышав громкий грохот за спиной, я вздрогнула и испуганно обернулась.
В углу пустой комнаты, где посредине возвышался массивный постамент с капсулой, предназначенной для меня, внезапно обрушился каменный пол. Из появившегося квадратного провала поднялось облако пыли, сопровождаемое грубым кашлем. Судя по звуку, это был мужчина.
Этого мне только не хватало... Вырвав полупрозрачное одеяние из рук «личинки», я попыталась хотя бы прикрыться. Одеваться бессмысленно, да и не успею.
К моему удивлению, девушка оставалась совершенно спокойной. Казалось, в приличных зигейнских домах именно такой порядок приёма гостей считается обычным.
— Кто это? — нервно вырвалось у меня.
— Рыжий задниц, — ответила она, пожав плечами.
Я не успела удивиться, как из угла вылезла... та самая рыжая и нахальная задница. Правда, немного пыльная.
Наконец-то ему дали правильное имя. Оно Горынычу шло явно больше, чем прежнее.
Хвост, выглядевший жутко из-за почти полного отсутствия живых тканей, энергично и даже угрожающе двигался. Его белые кости весело стучали по каменному полу.
Какой же он длинный, этот рыжий негодник! Когда же он наконец закончится головой? Или у него теперь хвост с двух сторон и рыжая задница? А думает чем? А болтать как нам с ним теперь по душам?
Пёс, словно уловив мои мысли, полные неуважения, громко фыркнул и наконец-то предстал передо мной. Его длинная, узкая, горбоносая голова с мягкими ушами и сморщенным выразительным носом выглядела внушительно. Глаз не было видно, он зажмурил их от непривычно яркого света.
У выхода из подземелья пёс остановился и, развернувшись, направился к нам.
— Пчипхи! Я же просил богиню не обижать! — то ли чихнул, то ли рявкнул мой рыжий приятель.
— Голая! — девушка обличительно ткнула в мою сторону пальцем и сурово нахмурилась.
— Послушай, Горыныч... — я попыталась вставить слово, и оба они тут же обратили на меня возмущённые взгляды. — Она хотела навязать мне вот это, — я помахала перед его рыжей физиономией своей как бы одеждой и почему-то почувствовала смущение.
— Пчипхи! — рявкнул Горыныч на девушку так, что она отступила. — Это что за порнуха?
Судя по вытянувшемуся лицу моей гостьи, она, вероятно, не была знакома со словом «порнуха». В её глазах промелькнул страх.
— Хозяин сказать... — начала она было.
— Я сейчас разозлюсь! — Горыныч внезапно поднял хвост, встал на цыпочки, поднял холку и, хищно оскалившись, обнажил неожиданно крупные белые зубы.
Даже я испугалась.
— Понимаю! — девушка вскрикнула и поспешно устремилась вглубь открывшегося перед ней коридора.
— Пчипхи, у тебя пять имперских минут! — вдогонку ей гавкнул Горыныч.
