– Не скажу. – В голосе появилась игривость. – И ты про меня молчи.
Мильбен вернулся, когда Тави и Кенрат, о чём-то весело болтая, в очередной раз стукнулись кружками и опрокинули в себя их содержимое. Юноша присоединился к друзьям, несмотря на протесты измученного желудка. Тем более к столу только что подали паучьи лапки с гарниром – после дороги ребята решили немного себя побаловать.
– …ну и потом эта штука ка-а-ак жахнет! Ох и влетело нам тогда! – Он вытер рукавом блестящие от жира губы. – В основном мне, конечно, но не суть.
Эльфийка залилась звонким смехом, да и Кенрат улыбнулся, вспомнив эту историю. Приятель, конечно, слегка приукрасил реальность, но происшествие и правда было забавным. Мильбен рассказывал байки одну за другой, не стесняясь выдумывать на ходу различные подробности. Тави с интересом слушала каждую, иногда перебивая уточняющими вопросами.
За дни, пока девушка жила у Кенрата на чердаке, поговорить с ней толком не получалось. Даже с больной ногой родители всегда находили для него занятие, и урвать момент, чтобы навестить друга, было почти невозможно. Поэтому сейчас Мильбен с удовольствием навёрстывал упущенное.
Тем временем музыкантам наконец-то удалось поймать общий ритм. По крайней мере, звуки инструментов перестали сливаться в единую какофонию и превратились в какую-никакую мелодию. На радостях менестрели принялись играть ещё громче, а многие гости отставили стаканы и пустились в пляс. Кто-то даже не стеснялся зажимать по углам пышногрудых служанок – те для виду сопротивлялись, но не то чтобы активно.
– Тоже так хочу, – надулась Тави. – Все танцевают, а мы чем хужее?
По мере того как кружка пустела, язык девушки начинал заплетаться, и это смешно накладывалось на зейхейрский акцент.
– Ну так пошли!
– С ума сошли?! – одёрнул их Кенрат. – Нам сейчас только внимание пьянчуг привлекать не хватало, особенно тебе! – Последние слова он произнёс, пытаясь ухватить эльфийку, но та ловко увернулась.
– Дружище, привлекать сейчас внимание – это сидеть с постной рожей, когда все веселятся! – парировал Мильбен и предложил Тави руку.
Девушка с довольным видом вышла из-за стола и тут же оступилась, едва не отдавив парню ногу. Тот в последний момент успел отскочить, поймав эльфийку за талию.
– Тебе вообще удобно в этих штуках? Они же, поди, весят как гири!
Тави непонимающе моргнула, а затем проследила за направлением его взгляда. Ещё дома Кенрат позволил девушке выбрать что-нибудь из одежды, оставшейся от матери, благо всё пришлось впору. Эльфийка подошла к делу ответственно, собрав небольшой гардероб из удобных и практичных вещей, однако совершенно проигнорировала обувь, упорно продолжая ходить в своих сапогах, один вид которых мог довести до икоты любого мастера. Высокие, словно собранные из множества кожаных чешуек, укреплённых металлической сеткой, протёртые и наскоро залатанные в четырёх местах, с наборной подошвой толщиной пальца в три, не меньше. На вид жутко тяжёлые и неуклюжие, однако зейхейрка ни разу не показала, что испытывает в них хоть малейший дискомфорт. По крайней мере, на трезвую голову.
– Я сильная! И гря… гро… груцивозная! – заявила девушка, надувшись. – Но если настаиваешь…
Одним движением она выпрыгнула из сапог и, схватив Мильбена под локоть, увела прямиком в шумную толпу.
Оставшийся в одиночестве Кенрат с недоверием оглядел трактир, особое внимание уделив тем немногим, кто, как и он, сидели за столами, предпочитая веселью хмельной дурман. В голову снова лезли непрошеные и неприятные мысли, прогнать которые никак не выходило. Махом допив остатки, парень глухо стукнул кружкой о стол и поспешил к друзьям. В конце концов, если хочешь спрятаться, прячься на самом видном месте.
***
Обитую железом дверь сложно было назвать хлипкой, но против разъярённого дортхонца с топором она долго не выдержала. По какой-то причине хозяин запер дом лишь на обычный замок, проигнорировав знаки, обильно украшавшие притолоку. Тем лучше. Цандр активировал светокристалл и вошёл, распихивая ногой обломки досок.
По словам Елана, беглую зейхейрку приютил у себя сын местного кузнеца. Но не обычного, а из той редкой породы, что умели работать с оружием. Мастера такого уровня, как правило, не разменивались на ковку гвоздей и лемехов для деревенщины. Зато имели немало заказов от весьма влиятельной клиентуры, даже если, как этот, предпочитали селиться в глуши. Впрочем, убранство дома слабо походило на то, чего ожидаешь от жилища востребованного специалиста. Поди лепит тесаки местным решалам и мнит из себя невесть что. Эльф невольно ухмыльнулся, представив, как у мужика затрясутся поджилки, когда тот узнает, кому его сын перешёл дорогу.
Хотя дом явно покидали в спешке, вещей было разбросано не так много. Словно убегавший точно знал, что следует брать с собой на случай непредвиденной ситуации, а то и вовсе имел заранее готовый тревожный саквояж.
– И что мы тут, по-твоему, должны отыскать? – Цандр пинком отбросил валявшийся на полу выпотрошенный кошелёк. – У нас нет времени рыться по всем шкафам!
– А по всем и не надо, нам нужен один конкретный. – Елан продефилировал в дальнюю комнату, запертую на дополнительный замок. На этот раз магия оказалась активна, и парню пришлось вытащить из-за пояса ярко блеснувшее в полумраке шило. Лунная сталь справилась, как всегда, отлично, и голубоватое сияние знаков в тот же миг погасло.
– После тебя. – Елан издевательски поклонился.
– Будешь и дальше ёрничать, могу тебе случайно что-нибудь сломать, – огрызнулся главарь.
– Будешь скалить зубы, тебе уши надерут, дортхонец.
Из голоса Елана на миг пропала манерность, а взгляд сделался очень колючим. Цандр уже собирался поставить выскочку на место, но промолчал. Пригнув голову, эльф зашёл в комнату, не забыв по пути «случайно» цепануть парня плечом, да так, что тот непроизвольно попятился.
– Похоже, хозяйская, – констатировал Цандр и принялся обследовать спальню.
Комната многое может рассказать о своём обитателе. Порой даже больше, чем он сам выдаст под самой страшной пыткой. Кровать односпальная – значит, ночи проводит один, причём уже много лет. С учётом взрослого сына, скорее всего вдовец, так и не сумевший отпустить покойную супругу. Прикроватный столик пуст – значит, либо не сентиментален, либо, напротив, настолько боится показать слабости, что дорогие вещи всегда носит с собой.
Он пробежался взглядом по корешкам книг на полках стеллажа в углу, мельком отметив, что большинство их них выглядят очень дорого, но при этом, судя по состоянию, ни разу не открывались. Цандр вчитался в названия – сборники стихов, любовная проза, биографии правителей… словом, чепуха, чтобы забить место. Или отвести любопытные глаза.
Эльф присмотрелся к более потрёпанным книгам. Справочники по грибам и растениям, в том числе экзотическим, путевые заметки и разговорники из разных стран… дортхонец хмыкнул, подметив, что книга про его родину явно открывалась чаще прочих. А ещё пособие Гарнизона по созданию формул – штука редкая и подотчётная. Читать такие, как правило, дозволяют только в библиотеках Стальных башен и только в присутствии дозорных. О том, чтобы хранить подобное дома, не могло быть и речи!
Какой-то странный кузнец.
Цандр уже отвернулся, но внезапно его осенила догадка. Ещё раз осмотрев полки, он убедился – среди книг не было ни одной по металлургии или оружейному мастерству.
– Начинаешь понимать в чём дело, да? – донеслось в спину.
Дортхонец не слушал. В два шага он оказался напротив платяного шкафа и, зажав светокристалл зубами, распахнул створки. Внутри, среди повседневной одежды и аккуратных стопок нижнего белья, скромно висел тёмно-синий китель с серебряной оторочкой.
Если бы рот не был занят, Цандр бы очень грязно выругался.
– Стальные часто покидают Гарнизон, но бывших Стальных не бывает. – Елан похлопал его по плечу. – Интересный поворот, не правда ли?
– Ты знал? – Эльф утёрся рукавом.
– Конечно, знал. Но не отказывать же себе в удовольствии посмотреть, как вытянется твоя рожа, – хихикнул подручный.
Цандр вновь пропустил колкости мимо ушей, продолжив изучать содержимое шкафа. На форме отсутствовала лента, по цвету которой можно было бы определить, в каком именно корпусе служил кузнец и в каком звании. Не было нигде и браслета – набора маленьких камней с боевыми формулами, которые Стальные используют наравне с мечами и копьями из лунной стали. Неудивительно – бросать такую штуку без присмотра будет только полный идиот.
– Я всё жду, когда до тебя дойдёт.
Эльф медленно обернулся, будто случайно забыв отвести луч и засветив Елану прямо в глаза. Тот поморщился и зашипел, как змея, на которую наступили в темноте.
– Я тоже жду, когда до тебя дойдёт, что однажды ты можешь упасть лицом в молотилку.
– Как грубо! – Полный парень надул щёки и отвернулся. – Вот и не буду тебе ничего говорить!
Дортхонец снова хмыкнул и вернулся к шкафу. А затем запоздало сообразил.
– Ты знал не только про то, что наш кузнец из Стальных, – проговорил он, понимая, что Елан опять расплылся в своей мерзкой улыбке. – Ты с самого начала знал, кто он!
***
Утро выдалось не из лёгких. Хотя голова после вчерашнего была на удивление ясной, не считая слабого звона в ушах, зато руки и ноги болели так, будто он вчера не танцевал, а единолично разгружал фургон с камнями. Возможно, сыграло роль и то, что спать пришлось отнюдь не на перине.
Пускай они вчера очень чётко (как уж сумели) просили номер с тремя, или хотя бы двумя отдельными кроватями, улыбчивый трактирщик, хитро подмигнув, вручил ключ от комнаты, посреди которой стояла одна-единственная постель королевских размеров. При желании в ней могли бы поместиться не трое, а сразу пятеро гостей… чем бы они ни собирались заниматься.
Кенрат и Мильбен, впрочем, подобно настоящим кавалерам, забрали пару подушек с одеялом и постелили себе на жёстком полу. Игнорируя протесты сонной дамы, бормотавшей, что она совсем не против поспать втроём, а если надо, то и сама готова улечься на доски.
Мильбен потянулся и с отвращением цокнул языком. Во рту стояли гадостный привкус и ужасная сухость. Как назло, кувшин на столе оказался пуст, хотя ещё накануне в нём плескался ягодный морс.
Юноша окинул взглядом комнату. Кенрат, как обычно, спал, скрестив пальцы таким образом, чтобы прикрывать глаза. Привычка, которую Ондар заставил сына выработать с детства, оставшаяся с ним на всю жизнь. Тави же… парень смущённо отвернулся. Он несколько иначе представлял себе спящих эльфиек.
Девушка валялась на кровати по-диагонали, раскинув руки и ноги. Оставшиеся подушки вместе со скомканным покрывалом лежали под спиной, отчего голова оказалась ниже груди, а живот, наоборот, стремился к потолку. В довершение всего зейхейрка завалилась в постель в одежде и храпела так, что Мильбен сразу распрощался с мечтами поспать ещё хотя бы полчасика.
За окном уже вовсю кипела жизнь. Постояльцы, многие из которых тоже вчера повеселились от души, снаряжали конные и самоходные повозки, обсуждали планы и ругались насчёт самого короткого маршрута. В трактир заступала утренняя смена, и с кухни уже доносились аппетитные запахи – у ворот вовсю толпились новые путники, желавшие отдохнуть с ночной дороги.
– Долго рассиживаться не будем. Быстрый завтрак – и в путь, Шахтёр уже отдохнул, – донеслось сзади. – Если поторопимся, завтра к утру будем в столице.
И когда только он успел проснуться?
Завтраки в подобных местах, как правило, не отличаются элегантностью, но зато всегда очень сытные. Кухари прекрасно понимали, какие потребности гости их заведения испытывают с утра.
– На главный тракт не пойдём, будем держаться просёлочных дорог, объезжать деревни, – рассказывал Кенрат, который уже успел где-то разжиться простенькой картой окрестностей. – Время, конечно, потеряем, но зато избавимся от возможного хвоста… вы двое меня вообще слушаете?
Тави издала неясный звук. Девушка усердно массировала виски и всё ещё сердилась на парня, который не дал заказать с утра ещё кружечку мутной браги или хотя бы разбавленного вина.
– Умгхм, – поддакнул Мильбен, неимоверным усилием проглатывая всё, что успел откусить. – Не думал, что как раз в глуши нас и могут поймать? На тракте-то хотя бы народу побольше.
– В этом и дело…
Закончить мысль Кенрат не успел. Дверь зала скрипнула, и с улицы вошли трое мужчин и две девушки в одинаковых тёмно-синих одеждах: однобортных кителях с серебристым кантом, высоких сапогах, в которые были заправлены штаны с наколенными вставками, и объёмных плащах, расшитых по краю магическими формулами, благодаря которым ткань словно слегка парила над плечами и спинами. Грудь каждого Стального наискось пересекала широкая лента: у одного из мужчин зелёная, у всех остальных – белые.
– Дозорные! – В голосе Мильбена слышались одновременно страх и восхищение, у парня словно перехватило дыхание. – И кто-то из внутренней службы…
Эльфийка съёжилась и пригнула голову так низко, будто собиралась спрятаться под столом. Впрочем, не исключено было, что действительно собиралась.
Обладатель зелёной ленты отошёл к стойке, тогда как остальные заняли столик поодаль. Немногочисленные гости с опаской покосились на бойцов Гарнизона, однако, осознав, что те не собираются даже проверять документы, вернулись к своим делам.
– Какого Пекла они тут забыли? – Кенрат глядел на Стальных с нескрываемым раздражением.
– Может, местные? – осторожно начал друг и тут же прикусил язык.
– Для местных они слишком послушные, слишком подтянутые и одеты в слишком чистую форму. Вспомни наших, бармирских – в сельские Стальные башни вечно направляют всякий сброд. А эти будто на парад собрались…
Стальной из внутренней службы кинул трактирщику несколько аккуратно сложенных купюр и взял сразу пять кружек. Мужчина за стойкой, лихо собрав деньги одним движением, дал знак служкам, которые тотчас принялись паковать припасы в мешок с активной формулой холода.
– В любом случае это не наше дело, – резюмировал Кенрат. – Тем больше будет поводов скорее свалить отсюда.
Увы, план «свалить скорее» успехом не увенчался. Едва трое вынужденных спутников разделались с едой, их стол с нескольких сторон обступили четверо бородатых мужчин средних лет.
– Далеко собрались, циркачи? – с деланным добродушием спросил самый коренастый. Вопрос он дополнил кривой улыбкой, продемонстрировав три золотых зуба.
– Чего это мы циркачи? – Мильбен тоже попытался изобразить радушие, краем глаза подметив, что доходяга слева держит руку за пазухой.
– Так вы ж тут вчера со зверушкой развлекались! – Стоявший справа парень с мерзкими светлыми усиками обладал ещё и на редкость противным голосом. – А потом и в спальню кувыркаться повели!
– Погань ушастая, – сплюнул последний из четвёрки, не обладавший никакими примечательными чертами.
Тави стиснула кулаки так крепко, что, казалось, сможет выдавить бриллиант из угля.
– Мы уже уходим. – Кенрат поднялся, но золотозубый грубо усадил его, толкнув в плечо.
– Не уходим. – Улыбка сползла с его лица. – Нечего с животными в приличные заведения…
В этот момент Мильбен не выдержал и бросился на мужика с кулаками. На миг парню даже показалось, будто он сможет сильнее проредить наглецу челюсть, но тот лишь отмахнулся, играючи оттолкнув Мильбена в сторону своих дружков. Самый неразговорчивый из четвёрки одним движением заломил руку юноши за спину, а обладатель мерзкого голоса со всей силы двинул коленом в ребро.
– Вот те, гад, за наглость!
Кенрат, пользуясь замешательством, выскочил из-за стола и слегка встряхнул левой рукой. Доставать козыри раньше времени не хотелось, но если его вынудят…
– Прекратить! – Окрик для острастки сопроводили громким хлопком.
Позади мужчин стояли Стальные с белыми лентами. Копий из лунной стали никто их них при себе не имел, но и без этого связываться с дозорными для простых деревенских забияк было бы верхом глупости.
– А, господин дозорный! – Коренастый снова блеснул улыбкой. – Мы тут свои дела делаем, магией не пользуемся!
– Помогите нам! – вдруг крикнул Мильбен, освобождаясь от хватки. – Вы же Стальной гарнизон, вы…
Светловолосый снова ударил его под дых, у парня перехватило дыхание.
– Обладатели патентов есть? – Дозорный равнодушно окинул взглядом обе стороны.
– Нет, – ответил один из буянов.
– Есть, – в один голос с ним заявил Кенрат, протянув Стальному документ. – С правом на самооборону, – подчеркнул юноша, глядя на золотозубого.
Во взгляде Стального на секунду появился интерес к происходящему. Ещё раз посмотрев на бузотёров, он протянул патент владельцу и жестом скомандовал своим вернуться за столик.
– Вы не можете, вы же… – Мильбен всё-таки сумел выкрутиться из хватки, бить его больше не решались. – Неужели вы просто оставите нас с ними?!
Лидер дозорных остановился и, не оборачиваясь, бросил через плечо:
– Мы не армия и не стража, а у твоего приятеля достаточно прав, чтобы защититься. – Он на секунду умолк. – Стальной гарнизон не вмешивается в дела гражданских, пока не замешана магия.
Тем временем Кенрат и золотозубый закончили играть в гляделки. Последний, отведя взгляд, нехотя кивнул дружкам, велев отпустить троицу. Коснувшись плеча Тави, юноша легонько подтолкнул её в сторону выхода – эльфийка, будто в трансе, покорно пошла к двери, не глядя ни на обидчиков, ни на друзей.
– Цел? – спросил он у Мильбена. – Нам тут делать больше нечего, чем скорее уйдём, тем лучше.
– Но как же…
– Идём! – Кенрат сказал это так, что желание спорить и возмущаться пропало само собой.
