– Распишитесь, – протягивает какую-то бумажку. – За доставку.
– Подождите, я не заказывала цветы, – отмахиваюсь от незнакомца.
– Тааак, Женька! – рявкает Семёновна. – У меня тут Хюррем никак до покоев султана не дойдёт, а ты стоишь и время моё тратишь! Давай, забирай цветы и шуруй в комнату.
Знаком руки предлагаю мужчине отойти немного в сторону. Уточняю, не напутал ли он чего-нибудь.
Убедившись в том, что цветы прибыли по адресу, и никакой ошибки нет, забираю букет и возвращаюсь в свою комнату.
– Ого! – восклицает Эльвира.
Закрывает косметичку и разворачивается ко мне.
– Это от кого?
– Ты глаз один не докрасила, – отвлекаю девушку от своей скромной персоны.
Украдкой вдыхаю аромат цветов. Волшебно…
Мне ведь никто никогда цветы не дарил. Ну, то есть дарил. Тот, о ком я не хочу сейчас думать.
Но думаю. Мысли упорно лезут в голову.
Руслан просто заваливал меня цветами, которые я, к сожалению, была вынуждена оставлять в доме подруги. Тётя тогда ещё не знала про наши отношения, мы встречались тайно. И чтобы не вызвать её гнев, я скрывалась, как могла.
– Так от кого цветы, Жень? – соседка никак не успокоится.
На весу держит настольное зеркало и докрашивает ресницы, умудряясь при этом бросать жадные взгляды на мой букет.
– Не знаю, – веду плечиком.
– А открытка? Ты смотрела?
Следую совету девушки и аккуратно ныряю пальцами между стеблей.
– Ну, вот, а ты говоришь… – кивает на мою находку.
Переворачиваю глянцевую карточку и обмираю, не в силах пошевелиться.
«Евгения, желаю скорейшего выздоровления. С нетерпением жду возможности познакомиться с Вами лично. Селиванов Р.Р.»
Глава 7
Руслан
– Руслан Романович, – в кабинет заглядывает Ерохин. – Можно?
Киваю, и парень проходит.
Показывает мне исправленный проект. На этот раз не пытается сделать вид, что сам всё сделал.
Поражаюсь, с какой точностью выполнен каждый нюанс. Будто я долго и упорно лично объяснял этой Кудряшовой, что и как необходимо исправить.
Ерохин подробно изложил мои пожелания? Сомневаюсь.
Или эта девушка опять мои мысли на расстоянии прочитала? Всё любопытнее посмотреть, что за телепат у меня в агентстве завёлся.
А ещё узнать, почему её моя дочь вдруг мамой называть решила.
– А где сама Евгения? – спрашиваю без малейшего налёта злости.
Это странно, но я не сержусь на девушку за то, что весь день игнорировала мои распоряжения. А ведь я дважды Милане напоминал, что хочу увидеть Кудряшову.
Но сейчас, глядя на результаты трудов этой практикантки, вся моя злость улетучивается. Перед глазами красочно вырисовывается картинка, как девушка сидит за столом и старательно выполняет задание.
Стремится к тому, чтобы каждый штрих, каждая деталь была безупречной. Прикусывает в порыве негодования нижнюю губу, когда что-то идёт не так. Перекидывает через плечо падающие на стол длинные пряди волос. Интересно, а Евгения блондинка или брюнетка?
Подсознательно не хочу, чтобы у неё были светлые волосы, как у той, которую предпочитаю не вспоминать. Сторонюсь живых женщин, обжегшись один единственный раз, зато сижу и фантазирую насчёт незнакомой девушки.
Псих, не иначе.
– Женя отпросилась, сказала, что нехорошо себя чувствует, – сообщает Ерохин.
Неудивительно. Наверное, как выжатый лимон сейчас, бедняжка. Такой объём работы выполнить меньше, чем за два дня не каждому профессионалу под силу. А тут новичок.
Бросаю короткий взгляд на Вадика. А чего это он так по-свойски девушку Женей называет? Когда сблизиться с ней успел?
Мысленно одёргиваю себя: ну, ты совсем Селиванов, поплыл. Может, там крокодил какой-нибудь неповоротливый. Или заучка нудная, которая ни о чём, кроме учёбы, думать не может.
Но разве во внешности дело? Этот фактор никогда не был для меня в приоритете, скорее так, приятный бонус.
– Скажи-ка, Вадим, а Кудряшова в общежитии проживает, или снимает квартиру? – спрашиваю, уверенный в том, что этот любитель «юбок» точно успел разузнать у девушки всю её биографию.
– В общаге, – отвечает, с трудом маскируя удивление в голосе. – Вроде бы… Женя не слишком общительная.
Отпускаю Ерохина, а сам всё думаю, как быть. Неплохо бы поблагодарить девушку за её старания. Но каким образом?
Набираю в поисковике адрес колледжа коммуникаций и рекламы и смотрю адрес общежития. Отлично.
Звоню в службу доставки цветов. Прошу выбрать что-то не слишком вызывающее. Красные розы однозначно мимо. Ромашки – слишком просто.
Советуюсь с менеджером цветочного салона по поводу значения цветов. Терпеливо выслушиваю краткую лекцию, на которую сам напросился. Узнаю, что выразить своё восхищение девушке я могу, подарив каллы или лилии. Выбираю последние.
– Что написать в открытке к цветам? – интересуется женский голос на другом конце линии.
Точно, открытка. Мы же всё ещё незнакомы, но я надеюсь, что девушка знает имя генерального директора агентства, в котором проходит практику. В противном случае, ей придётся долго гадать, кто такой Селиванов Р.Р.
Менеджер из службы доставки сообщает время, в течение которого букет будет доставлен, и я, как одержимый, начинаю следить за часами.
Спасибо сестре, которая всегда умеет звонить не вовремя. Сейчас её звонок очень кстати. Пока болтаю с Улькой, проходит не меньше сорока минут.
– Руся, – тянет вредина. Знает, что так меня называть нельзя ни в коем случае, но специально провоцирует. – Ну, не будь занудой, дай тачку.
– Ульяна, я сказал же, нет! – скриплю зубами.
Сестрица недавно водительское удостоверение получила, и теперь никак не угомонится – мечтает объездить мою «Мазду».
И сказать бы, у них с матерью не было машины – есть. Отличный «Хюндай», даже новее моего авто. Но эта с шилом в одном месте явно что-то такое задумала, на что мама никогда не согласится. Вот и пытается меня уговорить.
– Ну, Руся, – хнычет на том конце провода. Коза мелкая. – Я с Мией буду сидеть все выходные, и летом тоже, каждый день! – выдыхает восторженно. – Нет, через день, – исправляется, когда понимает, что погорячилась.
Я ведь и согласиться могу, Мия с тёткой ладит отлично. Но Ульяна у нас девушка занятая – в университете учится, первый курс заканчивает. Но скоро ведь каникулы, и я вполне могу напрячь её помочь мне с Мией. Это гораздо лучше, чем оставлять ребёнка с няней. Которую, кстати, надо заменить.
– Каждый день! – начинаю торговаться. – И в субботу моя «Мазда» в твоём распоряжении весь день.
Лёгкое сопение недовольной сестрёнки перерастает в возмущённое фырканье.
– Всё лето в рабстве у этой маленькой султанши за один единственный день катания на «Мазде»? А ты не охренел ли, братец?
– Чего? – аж дыхание перехватывает от возмущения.
Вскакиваю с места и делаю несколько шагов в сторону окна. Не открываю, так как в кабинете работает кондиционер. Просто смотрю вниз, любуясь отличным видом.
Моё турагентство расположено рядом с городским парком. Прямо под окном – огромная арка в виде сердца, увитая ярко-красными плетущимися розами.
Влюблённые парочки в очередь выстраиваются, чтобы сфотографироваться внутри этой цветущей композиции. А меня почему-то всё это жутко бесит, поэтому обычно я стараюсь не смотреть в ту сторону.
– Во-первых, что за слова? Ещё раз услышу – язык с мылом мыть заставлю! – рычу на избалованную девчонку. – А во-вторых, почему моя дочь – султанша?
– Потому, что принцессы – мягкие и воздушные, – парирует без запинки. Всегда знает, что ответить даже на самый каверзный вопрос. – А твоя – хитрая, и головы из-за неё летят только так.
Отчасти права Ульяна. Мия хоть и маленькая – та ещё кокетка. И нянек я увольняю достаточно часто, мало кто дольше двух месяцев задерживается.
– Ладно, – сдаюсь, потому что предложение сестры слишком заманчивое. – Я дам тебе машину на несколько дней. Но ты отработаешь каждый час катания на моей «Мазде», поняла?
– Хорошо, – деловито соглашается.
И мне бы напрячься, потому что Ульяна – не тот, человек, который будет что-то делать в ущерб себе любимой.
Но на вторую линию поступает звонок из службы доставки, и я откладываю продолжение разговора с сестрой на потом.
Менеджер сообщает о том, что букет доставлен по адресу. Благодарю, опускаю трубку.
Связываюсь с Миланой по коммутатору, прошу номер телефона практикантки. Понимаю, что поступаю импульсивно, но ничего не могу с собой поделать.
Звоню девушке. В голове прокручиваю возможные варианты диалогов. Мне импонирует тот факт, что молоденькая студентка с головой погрузилась в работу. А ведь могла бы в первый же день прибежать со мной знакомиться, чтобы выпросить себе местечко потеплее. Договориться о дальнейшем трудоустройстве, например.
Но нет, Евгения ответственно подошла к своему заданию, и меня это ужасно подкупает.
Точно предложу ей место, но только при личной встрече, не по телефону же такие вещи обсуждать.
– Алло, – раздаётся в телефонной трубке, и меня будто током прошибает.
Кажется, что я этот голос уже где-то слышал. Пытаюсь вспомнить, но очередное «алло» прерывает этот процесс.
– Добрый вечер, Евгения Евгеньевна, – стараюсь сохранять официальный тон.
Представляюсь, задаю пару вопросов по поводу самочувствия девушки. Ещё раз желаю выздоровления и жду хоть какой-то ответной реакции, но её нет.
И вроде бы абонент на связи, но звенящая тишина в трубке заставляет меня засомневаться в этом.
Глава 8
– Флешка где? – в сотый раз спрашивает Вадим.
Стирает со лба испарину и нервно взлохмачивает короткую шевелюру.
– Всё на месте, – приподнимаю руку, демонстрируя маленький предмет с логотипом турагентства.
Ерохин волнуется из-за предстоящей презентации, а я на удивление чувствую себя спокойно.
После вчерашнего звонка Руслана я твёрдо решила больше не прятаться от него. Бегать до бесконечности невозможно, пусть уже сегодня всё разрешится. Тратить нервы и ресурсы ещё и на переживания из-за бывшего я не собираюсь. Пусть ему будет стыдно, это ведь он меня бросил, а не я его.
Я твёрдо уверена, что Руслану нечего мне предъявить, поэтому спокойно готовлюсь к презентации.
Босс сегодня задерживается, но мы вместе с Миланой и Вадимом как раз успеваем подготовить всё необходимое к приходу Селиванова.
Даже остаётся немного времени на то, чтобы выдохнуть и собраться с силами. Всё-таки это моя первая презентации вне стен колледжа, и я волнуюсь, как бы не старалась скрыть этот факт.
– Босс приказал вчера перед уходом для тебя кое-что подготовить, – произносит Милана и начинает копаться в одной из папок с документами. – Вот.
– Что это? – касаюсь пальцами белого листка бумаги. – Договор?
Всматриваюсь в чёрные буквы и не верю своим глазам. Селиванов предлагает мне выполнить ещё один проект. Пока краткосрочный, но всё же. И среди прочих условий я вижу невозможность расторжения в одностороннем порядке ни одной из сторон.
Ерохин присаживается на диван рядом со мной и пытается подсмотреть, но я предусмотрительно отодвигаюсь от парня.
– Правда, Руслан Романович не уточнил, когда тебе это отдать… – начинает колебаться девушка.
Нервно поправляет воротник кремовой блузки. Бросает острые взгляды в сторону Ерохина, который, как приклеенный, ко мне придвигается.
– Наверное, после презентации всё же, – Милана тянет руку и пытается ухватиться тонкими пальцами за край листа, но не успевает.
Дверь кабинета распахивается, и на пороге появляется Селиванов.
Все трое мы синхронно поворачиваем головы в сторону дверного проёма, большую часть которого занимает мощная фигура босса. В чернильного цвета пиджаке и брюках, белоснежной рубашке, начищенных до блеска туфлях, он будто только сошёл с обложки бизнес-журнала. Слегка отросшие иссиня-чёрные волосы убраны назад, а едва проступившая щетина на светлой коже из-за контраста кажется слишком яркой.
А Руслан изменился. Стал крепче, мужественнее, крупнее. И строже. Не единого намёка на улыбку, и ледяной холод на дне потемневших зрачков. В холле я его толком не разглядела, ведь все мысли были заняты одной проблемой: только бы не узнал.
