– Естественно, – заметил Доу – Ведь это ты приголубил его дубиной.
Цверг спрятался за кресло с капитаном.
– Да если бы не моя дубина, неизвестно, чем бы все закончилось! – возмущенно кричал он.
– А по-моему парень просто испуган. – заметил Доу – Предложи ему кафф, может он и забудет про тебя.
– Ага, щас! – огрызнулся цверг – Я не хочу раньше времени превратиться в воротник или меховую подкладку! Да он, если захочет, сможет разорвать меня голыми руками!
Гат Доуэт порылся в карманах брюк и извлек ключ от наручников.
– Что ты собираешься делать! – вскрикнул обезумевший от страха Сопли.
Доу молча швырнул ключи мрачному эллурианцу. Тот поймал их на лету и ловким движением отстегнул стальной кружок, удерживающий правую руку. Цверг бросился под стол, но освобожденный узник направился не к обидчику, а затопал в санузел, где прикрыл за собой дверь.
– Фу, кажется, пронесло! – шумно вздохнул Сопли, выбираясь из убежища.
Цверг решил, что эллурианец простил свою обиду, и снова принялся разглядывать алмазы. Но узник на обратном пути так пнул сапогом беспечного Сопли в бок, что тот отлетел в сторону. Цверг не стал хватать драчуна зубами, а обиженно затявкал:
– Говорю же тебе, по нему тюрьма плачет. Он мне ребра чуть не сломал, мстительная тварь!
Эллурианец подхватил со стола пару стаканчиков с остывающим варевом и невозмутимо направился к металлической лестнице. Пододвинув кресло, он удобно на нем пристроился, щелкнул наручниками на руке и швырнул ключ обратно. Блестящий предмет больно стукнул Доу по лбу.
– Следует раздобыть где-нибудь коммуникатор – проворчал капитан, наклоняясь и подбирая упавший ключ – Надо объяснить парню, что на «Лахудре» членов экипажа не заковывают в кандалы.
Он подошел к лестнице и повесил ключ на торчащий из трубы штырь. Так, чтобы эллурианец мог свободно до него дотянуться.
– Вдруг парню снова понадобится в сортир! – пояснил он цвергу – Я никого не собираюсь держать на привязи. В конце концов, здесь не Каррибан, и тюремное ведомство не выплачивает мне жалованье.
Раздав указания насчет приборки, Доу отправился дрыхнуть в носовую рубку. Бриллианты он запер в сейф и растянулся в пилотском кресле. Дождавшись, когда его бормотание превратится в спокойный, равномерный храп, Сопли вызвал обслугу из космопорта, как следует на нее наорал, и прикорнул рядышком с капитаном, но не на кресле, а на подстилке из шоколадных оберток и клочков бумаги.
Прикованный к лестнице эллурианец наслаждался горячим каффом. Он глотал ароматный напиток опуская в стакан росшие на подбородке хоботки. Инопланетчик расплачивался с пищевым автоматом мелкой эллурианской монетой и приглядывал за сновавшими повсюду ботами-уборщиками. Похожие на паучков самоходные утюги протирали экраны ТиВи, лампы и стеллажи, грохотали передвигаемыми тяжелыми ящиками.
Через несколько часов палуба и каюты «Лахудры» приобрели стерильный, нежилой вид. Эллуриански жабы были накормлены сухим кормом, отловлены и помещены в наполненный свежей болотной водой аквариум. Живой груз был сдан на хранение в местный зверинец. Вся тара на прогулочной палубе оказалась сложена аккуратной пирамидой, а царапина на левом борту яхты заделана кусками расползающейся металлопасты.
Сирос-солнце взошло над причальной площадкой, и прозрачный колпак над прогулочной палубой яхты слегка потемнел, сохраняя привычный для экипажа уровень освещения. Пытаясь сохранить в помещениях остатки прохлады, зажужжали ботовые кондиционеры. Задыхаясь от жары, Доу подскочил с кресла как пережаренная картофельная чипса со сковороды. Синхронизированные с местным временем часы отбили полдень.
– Вставай, бездельник! – капитан едва не наступил на развалившегося Сопли – Здесь становится жарко! Пора перебираться в гостиницу. Но сначала заглянем на биржу к Мюсли. Продать алмазы там не составит труда. Да и стоящая работенка нам бы не помешала.
– Какая такая работенка, дружище? – возмутился цверг – Или ты забыл, мы только что вернулись из прибыльного рейса! Нам бы не продешевить насчет бриллиантов, и можно на все наплевать!
– Не думаю! – пробурчал Доу – Кое-кому мы должны кучу денег. Да и «Лахудра» нуждается в косметическом ремонте. Ты проверил уровень масла в дизеле и под коробкой передач?
– Успею еще – огрызнулся цверг – Можно подумать, что мы отчаливаем прямо сейчас. От этого масла, между прочим, у меня начинается изжога и падает нюх.
Эллурианец был все так же прикован к лестнице наручниками. Заливаясь потом, он пялился на экран ТиВи, где крутили новости за неделю.
– …Все сообщество возмущено действиями эллурианской космической стражи. Применение аннигиляционных торпед против мирных торговых судов является вопиющим нарушением существующих норм. Напоминаю вам, что накануне взрывом уничтожено торговое судно Южного Союза. Пострадал также эллурианский крейсер, производивший залп. Спасенные члены экипажа военного судна заявляют, что это был случайный, непроизвольный пуск торпеды. О судьбе атакованного имперцами торгового судна, до сих пор ничего не известно. Правительства семи планет, включая Сирос, Нипассею и Каррибан, заявляют решительный протест и призывают остальные планеты Союза присоединиться к торговой блокаде Эллуриии…
– Это телевизионщики говорили про нас! – с гордостью воскликнул Сопли. – Первый раз мы своими действиями спровоцировали межпланетный кофликт!
Доу жестами дал понять любителю новостей, что пора собираться. Он достал из ящика противоожоговый, сверкающий плащ и бросил его эллурианцу на колени.
– Ты что, собираешься взять этого полоумного с собой? – вскрикнул цверг. – Да он искрошит всех прохожих в лапшу.
– А ты хотел бы оставить его здесь? – покачал головой Доу – Чтобы он умер от голода и жары? Но саблю мы ему не дадим.
– Но мы не можем тащить его на биржу в эллурианском мундире! Слыхал, что сказали по ТиВи? «Эллурия» на грани войны с Союзом. Нас еще чего доброго примут за вражеских агентов!
– Никто и в глаза не видел живого имперца! – успокоил приятеля Доу, помогая пленнику натянуть плащ. – А в этом одеянии узнать эллурианца невозможно.
– Как хоть звать тебя, чучело? – обратился цверг к новому члену экипажа.
Похожий в светоотражающем плаще на огромную ледяную глыбу эллурианец пробурчал:
– Дхррррххттт!
– Выразительное имечко – хохотнул цверг. – Раз ты зачислен в команду стюартом, мы будет тебя звать Дайкин! Подай, принеси – такая теперь у тебя работа. И имечко должно быть подходящее.
Вызванное космотакси остановилось у пассажирского трапа, и команда «Лахудры» быстренько перебралась в наполненную прохладой кабину. Лучи Сироса-солнце палили нещадно, и капитану яхты показалось, что они прожгли у него в черепе дыру. Пожилой водитель в шляпе с огромным козырьком вскочил со своего кресла и пожал Доу руку.
– Может вы и не капитан Удача, но я все равно не хочу упустить шанс – равнодушно пояснил он.
– Вот черт! – пробормотал Гат – Из-за этой телепередачи скоро нельзя будет выйти на улицу в форме пилота.
– Лучи славы! – хохотнул Сопли.
Дайкин, набросив на голову капюшон, обреченно уставился в окно.
Биржа Мюсли, защищенная светоотражающим зонтиком, располагалась на нижнем ярусе причальной стоянки. Огромный шар из бетона и стекла свободно парил в пространстве, удерживаемый на орбите несколькими стальными тросами, прикрепленными к основанию площадки. На фоне пламенеющего солнца конструкция космопорта казалась хрупкой и ненадежной, а шар Мюсли напоминал выкатившуюся невесть откуда хрустальную слезу.
Скупщик космических диковинок Мюсли начинал с небольшой автономной кабинки, где встречался с пилотами прибывающих на Сирос кораблей. Те расслаблялись, делились друг с другом новостями, а заодно и сбывали ловкому Мюсли разные интересные, привезенные с далеких планет штучки. Со временем заведение разрослось, превратившись в подобие закрытого клуба для космиков и торговцев, где обсуждались многомилионные контракты, выставлялись на продажу инопланетные товары и вербовались для рискованных путешествий экипажи.
– Вы наверное собираетесь участвовать в призовой гонке? – спросил водитель – Я видел ваш корабль. Думаю, что вам не удастся финишировать даже в первой десятке.
– Какая еще гонка? – удивился Сопли – Ни о чем таком мы не слыхали.
– Как же? – удивился таксист – Уже целую неделю только и разговоров о прыжке в сектор Шеврона Обители. Правительство решило открыть новый пространственный лифт для грузовых кораблей. Набирают добровольцев, желающих в этом поучаствовать.
– Еще чего! – возмутился цверг – Рисковать из-за какой-то сотни тысяч! Шеврона Обитель! Да это же на самом краю рукава, за самой Древовидной Туманностью! Вряд ли найдутся дураки, которые согласятся туда лететь!
– Пять миллионов! – мечтательно ответил водитель – Пять миллионов кредов достанутся тому, кто первым доберется до нужной точки и установит промежуточный лифт! Жаль, что взнос для участников установили очень большой, целых пятьдесят тысяч. Будь у меня такие деньги, я бы отправился в это путешествие прямо на своем авто! – старик похлопал свое старенькое такси по приборной панели и расхохотался.
– Будь у тебя такая сумма, ты бы наверняка сразу же бросил работу. – улыбаясь, ответил Доу. – Я бы, к примеру, точно бросил.
– Это да, – вздохнув согласился таксист.
– Не вздумай! – прошептал Сопли и саданул Доу локтем в бок – Не вздумай записываться в команду самоубийц! Подумаешь, какие-то пять миллионов! Вот если бы они обещали заплатить пятьдесят, тогда я бы тоже, пожалуй, согласился…
Цверг ухватил капитана «Лахудры» за рукав и принялся горячо шептать ему на ухо:
– Не забывай, что у нас с собой эллурианские бриллианты. Если повезет, мы сможем выручить полмиллиона кредов! Это же целое состояние. И не надо рисковать, отправляясь черт знает куда…
– Занятная у вас собачка! – опрометчиво заметил водитель, разглядывая пассажиров в зеркальце – Говорящая! А она умеет приносить из холодильника пиво?
Сопли ту же бросился на обидчика, но расторопный старикан, привычный к внезапным нападениям выдававших себя пассажиров грабителей, тут же опустил между салоном и водительским креслом металлические жалюзи.
– Я тебе покажу, что я за собака! – возмущался Сопли, брызгая слюной и царапая переборку – Дай мне только до тебя добраться. Я перегрызу тебе горло и кишки повыдергиваю!
– Он – цверг – спокойно пояснил Доу – Сравнив с собакой, вы его очень обидели.
– Подумаешь, какие нежности! – пожал плечами таксист – Уж очень ваш приятель похож на суку моей соседки. Эта песья дочь цапнул меня за ногу, когда я пробовал поцеловать хозяйку.
Через несколько минут такси влетело в распахнутые створки биржевых ворот. Водитель умело припарковал авто к пассажирскому мостику, и принимая плату, обратился к Сопли:
– Извини, друг. Обидеть тебя я не хотел. Может, согласишься наведаться к моей соседке? Каждый получит по самке, славно проведем время?
– Отвали, придурок! – прорычал Сопли и оскорблено хлопнул дверцей.
Но на этом мучения цверга не закончились. В заведении Мюсли были приняты свои правила, и когда охранник, пропускавший посетителей внутрь, увидал Сопли, то перегородил дорогу и заявил:
– Цверги и баунти остаются снаружи! Нечего царапать мебель и тырить капусту!
– Успокойся, друг! – примирительно обратился к здоровяку Доу, размахивая у него перед глазами пилотской фуражкой – Это же собака! Ты что, так утомился, что не можешь отличить собаку от цверга?
Сопли опустился на все четыре лапы и приветливо замахал хвостом, изо всех сил стараясь походить на благовоспитанного, добродушного пса. Охранник в растерянности почесал лоб и пригрозил:
– Смотрите, мистер! Если ваш кобель попортит нам кресла или будет беспокоить клиентов, я расскажу обо всем хозяину.
– Не волнуйся, приятель – успокоил его Доу – Мой волкодав до смерти еще никого не загрызал.
Экипаж «Лахудры» пробрался через узкую проходную в общий зал. Здесь Сопли поднялся на задние лапы и, обращаясь к своему капитану, возмущенно прошипел:
– Ненавижу эти порядки! Я было хотел разобраться с тем здоровяком на проходной, но подумал, что тогда нас не пропустят. Потому и промолчал. Ты ведь не думаешь, что я струсил?
Сфера Мюсли из пористого бетона и ржавых металлоконструкций оказалась полой внутри. На основании, размещавшемся в нижней трети пространства, располагались стойки с бифштексами и выпивкой. Заглянувшие в заведение посетители проводили время в летающих кабинках, похожих на мыльные пузыри, свободно парящих в воздухе. На перебегающих с места на место официантов сверху сыпались столовые приборы и бумажная посуда. Не обращая внимания на этот опасный дождь, разносчики хватали еду с полок и, оседлав освободившиеся гравиборды, взмывали вверх к ожидающим заказа клиентам. Аппетитные запахи наполняли пространство и изголодавшийся Доу проглотил слюну.
Мюсли приветствовал посетителей лично. Откуда-то сверху вывалилось трансляционное устройство, перемещающееся на реактивный двигателях. Оно подлетело к вновь прибывшим посетителям, экран щелкнул, и хлебосольный хозяин, явившись в образе добродушного человека-толстяка, произнес заранее приготовленную фразу:
– Приветствую вас в заведении Мюсли. К вашим услугам отменная кухня, свежие биржевые сводки и обзор последних событий. Кроме того вы можете воспользоваться услугами маклера, брокера и парикмахера…
Иногда Мюсли хитрил и подсылал к клиентам запрограммированного робота, но Доу щелкнул по экрану пальцем, и изображение на экране возмутилось:
– Убери руки! Это тебе не девка, чтобы можно было ее лапать!
– Привет, Мюсли! – убедившись, что беседует с самих хозяином, весело произнес капитан «Лахудры» – Я тоже рад тебя видеть!
Хозяин заведения узнал своих должников и кровожадно осклабился:
– Наконец, ты попался мне, гад! Давно хотел до тебя добраться, все руки не доходили!
– Не обязательно называть меня по имени! – поморщился капитан «Лахудры» – Вот, значит, как ты встречаешь старых друзей? Ты что же, не рад нам?
Доу вынул из внутреннего кармана пачку сэкономленных на сделке с Живоглотом кредиток и весело помахал ими в воздухе.
– Значит, пришел вернуть долг? – переспросил Мюсли – Что ж, это меняет дело. – Он обернулся к служащим за своей спиной и прокричал – Лучшую кабинку к центральному входу! Три коктейля за счет заведения! С тебя четыреста кредов, Гат!
Капитан «Лахудры» безропотно отсчитал требуемую сумму, и пачка похудела на добрую треть.
– Удачная сделка? – осведомился Мюсли о происхождении денег. Его глаза хищно сверкнули.
– Более чем! – весело ответил Доу – Есть поручение и для тебя. Но об этом после.
– Почему так дорого? – возмутился Сопли, наблюдая, как купюры исчезают в монетоприемнике – В прошлый раз мы и на сотню не наели!
– Ты привел сюда, цверга? – холодно спросил хозяин заведения – Буянам и дебоширам здесь не место. Или я вызываю охрану, или вы сами отсюда убираетесь!
– Брось, друг, не кипятись! – примирительно заговорил капитан «Лахудры» – Это же Сопли. Ради нашего с тобой знакомства мог бы заранее выписать ему постоянный пропуск. А битая посуда, что ж, мы за нее заплатили.
– Никогда больше не буду сервировать ваш стол фарфором– немного смягчившись, проворчал Мюсли – А кто третий? Новый член в команде? Я его не узнаю!
– Это Дайкин! – ответил Доу – Парень не из наших мест. Ему бы не помешал мыслепереводчик. Он не умеет изъясняться на лингве, а нам хотелось бы кое-что обсудить.
Эллурианец как зачарованный наблюдал за перемещением официантов и посадочных мест. Когда свободная кабинка притормозила у его ног, он чуть в нее не свалился.
– Обожаю эти коктейли! – воскликнул Сопли – Наша каффеварка такой смак приготовить не в состоянии.
Цверг открыл дверцу пузыря и юркнул в уютную кабинку.
Кресла в летающей тарелочке сплошным кольцом охватывали круглый, прозрачный стол. Здесь могла свободно разместиться компания из десяти человек. Прозрачная крышка на шарнирах защищала едоков от падающих предметов сверху, а в зазор между корпусом и крышей свободно проникал свежий воздух.
Доу жестом пригласил Дайкина последовать за цвергом и помог ему втиснуться в узкий для богатырских плеч проход. Рассевшись вокруг стола, друзья принялись поглощать терпкий коктейль в высоких и узких бокалах. Сопли, чуть наклонил стакан и, уткнувшись в него мордочкой, орудовал языком. Дайкин по своему обыкновению опустил в терпкую жидкость подбородочные щупальца и принялся ими всасывать жидкость. Не подавая вида, что такой способ питья вызывает у него легкое отвращение, капитан «Лахудры» также пригубил бокал.
– У парня талант приглашать в команду редких уродов! – проворчал Мюсли и улетел. Дверца кабинки автоматически захлопнулась, и пузырь с экипажем «Лахудры» взвился к прозрачному потолку.
– Привет, Гат! – кричали из соседних кабинок. – Как дела, Доу?
Капитан «Лахудры» морщился, но отвечал на приветствия
– Привет, привет, – говорил он – Не обязательно называть меня по имени.
В этот час в заведении было не слишком много народу. Несколько кабинок было заполнено обслуживающими межпланетные перевозки космиками с Сироса, которые отмечали завершение очередного рейса. Похожие на переливающиеся капельки ртути сфероиды с планеты Катаракса лакомились печеными личинками. Горгоноиды, прирожденные торговцы, трапезничали целыми семьями, для чего им приходилось соединять несколько пузырей вместе. Жесткие, покрытые рыбьей чешуей и ядовитыми иголками карпанксы предпочитали проводить время в одиночестве. Вместе с обычной публикой капитан «Лахудры» заметил среди пирующих одиноких охотников, опытных рейдеров и контрабандистов. Эти типы всегда держат нос по ветру и падки на разного рода приключения. Присутствие на бирже подобной публики означало, что затевается грандиозная авантюра, в которой собираются принять участие все, кому не лень.
Пузырь с экипажем «Лахудры» взмыл вверх, расталкивая кабинки других посетителей.
– Эй, Гат, собираешься побороться за главный приз? – донеслось из ближайшего пузыря. – Я тоже хочу участвовать! Думаю, где бы достать денег и зарегистрироваться!
Трамбон, не особенно удачливый, но упорный охотник, человек с худым и желтым лицом, владелец небольшого грузового кораблика махнул капитану «Лахудры» рукой, подзывая его подлететь поближе. Доу, вжав голову в плечи, ответил на приветствие, но, хлопнув по кнопке перемещения, отправил свою кабинку в сторону.
