В новостях добавилось сообщение о «продолжающем попирать законы эльфийском принце, бесцеремонно вторгшемся на территорию Озера и бесчинствующем на его берегах, не позволяя честным гражданам выполнить свой долг». Единственную четвёрку, как бы выполнившую этот долг, чуть ли не пообещали представить к государственным наградам. А к «Первому Честному МВ» неожиданно присоединился какой-то заштатный канал и не только прогнал речь Алдариэля без всяких комментариев, но и взял интервью у не попавшего под раздачу пассажира первой подводы, где тот честно изложил всё, чему был свидетелем и почти дословно процитировал полученное напутствие. И пусть аудитория у канала была не столь обширной, как у центральных, но мне это подняло настроение. Ненадолго. Следующие же кадры безжалостно его уронили. Состояние эльфов к концу первого дня массового исполнения императорского указа было отвратительным. Большинство недалеко ушло от тех, кто побывал в руках недоброй памяти Высокой комиссии. А забиравшие своё «имущество» владельцы милосердием и аккуратностью в обращении с ним не отличались. Почти на всех площадях были выставлены табло с графиками продолжения жутких развлечений добропорядочных и благочестивых граждан.
У выхода из лазарета всхлипнула Зинка. Я позвала её к себе, поделилась пледом. Дрожала подруга не меньше меня, но рассказать нам, что с ней происходит, силы в себе нашла.
– Они кричали. Потом, когда вы ушли, не сразу, чуть позже, всё прекратилось. Весь день не было. И опять началось. Сначала кричали, потом стали плакать. Тихо плачут, но так, что сердце разрывается. А пока в этом медсанбате была, ничего не слышала. И сейчас тишина. Только я боюсь, как это выключим, всё снова начнётся. Давайте уже проверим, что ли, один фиг, этого не избежать. Да и не знаю я, что хуже.
Зинка оказалась права. Стоило погаснуть экрану, она снова услышала плач.
– Как бы ни неприятно было признавать, но связь этого явления с Алдариэлем совершенно очевидна, – про «неприятно» Ваади ещё смягчил, у меня слова пожёстче напрашивались. – Зиновия перестала слышать, как только вы покинули берег, с вашим возвращением всё вернулось и у неё. Не понимаю, чего добиваются Великие, настаивая на вашем общем нахождении здесь?
– А чего они добиваются, разблокировав гномов, ты понимаешь? – хмыкнул Огненный.
– Не очень.
– Тогда ты ещё умный, я совсем не въезжаю.
– Я спрошу? Фаарр, как они? – я понимала, конечно, что сейчас наш главный вопрос – Зинка, но Бахрап и его семья мне тоже не чужие. – Ты с ними хоть чуточку разговаривал?
– Были нормально, пока ни хрена не помнили. Теперь не знаю. Предупредил, что скоро все вспомнят про них и Чёрную Невесту, пусть отмазку изобретают или ноги из Подгорья делают, пока не поздно.
– Ой, а может, не надо отмазку? – мне эта идея представилась замечательной. – Может, наоборот, нужно, чтобы они всё рассказали? Вдруг остальные гномы поймут, проникнутся и станут на нашу сторону?
– Кто? Гномы? – Фаарр в замечательность не поверил. – Мар, прости, но бред полный. Они ни на чью сторону не становятся, им плевать на весь мир, лишь бы их не трогали.
– Но Бахрапу не было плевать. И Гражу. И…
– Маррия, самое начало вспомни, – остудил мой пыл Ваади. – Ты их просто купила обещанием освободить женщин. И расплачивались они с тобой только за это, эльфы их волновали мало.
Я прикусила язык. Именно так и было. Просто память предпочла сохранить образы гномов последнего образца, а не тех, с какими мы познакомились. Но ведь сейчас они опять стали теми, кто рисковал вместе с нами на Прощальной площади, кто протягивал мне свои руки, чтобы не дать эльфам уйти за Грань, кто сжимал кулаки и скрипел зубами, когда убивали Тайрина, они снова помнят всё это. Не смогут же они вернуться к своему безразличию?
– А потом они изменились. И в лазарете помогать их никто не заставлял, когда совсем тяжёлые попадались. И за Тайрина они по-настоящему переживали. А женщины их, особенно Орлишка, они, вообще…
– Мы тебя понимаем, Маррия, – почти посочувствовал Водный. – Не нервничай так. В чём-то ты права, но это касается только четверых. Остальные не менялись, и маловероятно, что у Бахрапа выйдет всех переубедить. Скорее, им действительно придётся покинуть Подгорье.
– Ну, почему? Они же смогут объяснить, что помогали не Моринде, а нам. И что с нами были вы.
– Сомневаюсь, что им поверят. Сочтут, что вся история придумана для собственного оправдания. Наше участие в ней фактор, в большей степени, отрицательный, работающий на её нереальность. Сама подумай, кто поверит, что они жили в моём доме, видели сразу двоих Высших и свободно общались с обоими? А твоё платье? Кто в него поверит?
Рассуждения Ваади вполне укладывались в логику. О том, что у Младших есть дома знал очень узкий круг избранных. И вся история, начиная от спасения Бахрапа в Озере и заканчивая моими метаморфозами, правдоподобной со стороны не выглядела. Стало грустно и тревожно за наших друзей.
– Мы же им поможем, если что? Если совсем плохо к ним отнесутся?
– Вернём сюда, в крайнем случае. Возможно, Великие именно это планировали, только с какой целью, всё равно остаётся загадкой.
– Ваади, а ты ещё одну нереальную деталь вспомнить не хочешь? – выдал подсказку-размышление Алдар. – Тебе никакое совпадение странным не кажется? Только сегодня мы раскрыли способности Арри, и сегодня же гномам снимают блок. А её лечебная магия не менее нереальна, чем всё остальное.
– Ой! Вот же оно! Да! У меня лучший муж во всех мирах! Самый, самый, самый!
Мамочки! Вслух я это высказывать не собиралась, оно само вырвалось. Ну и пусть! Это же правда. И смеяться тут совсем не над чем.
– А лучший муж во всех мирах дело говорит, – ну да, чтобы Шаани и удержался от подкола, это же не он будет. – Схема вырисовывается. Блок Фар не со всех сразу снимать будет, сначала с близких родственников, а их убедить в чём-то легче. Потом с родственников родственников, и погнала цепная реакция. Чем они там проникнутся, критлиц их знает, но этих на руках носить станут. Как почётных друзей нас и её. Сюда такое паломничество начнётся, что будем наше недоразумение всем скопом охранять, ибо умыкнут, оглянуться не успеем. Слушайте, а это ведь, мягко говоря, хрень полная, что вы её рисанули. На такие способности не только гномы, все поведутся, когда дойдёт, что она делает. Сами об этом не?
– Не, – поддразнил брата Фаарр. – Тебя ждали. Должен же поучаствовать. Мар тронуть никто никому не позволит. Как дойдёт, устроим им маленькое шоу, покажем, что работает это только на эльфах и только с тем эффектом, какой сегодня показали. Так что, всё нормально, если будут за ней охотиться, то с одной целью – грохнуть.
А это нормально? Да? С меня даже озноб эмигрировал от таких перспектив, пошёл искать жертву с более светлым прогнозом на будущее. Нет, то, что мы рискуем постоянно, оно, как бы, давно не было новостью, но озвученное вот так, да ещё в контексте с нормальностью, совсем не слегка шокировало. И не меня одну. Зинка вынырнула из личной преисподней и выдала партию отборных египетских и прочих родственников. Алдариэль почти обошёлся без крепких выражений. Ну, то есть, до конца он их не договаривал. До конца у него только связки договорились и «Фаарр» вместо привычного «Огонёк».
– Высказались? – Огненного их возмущёнными спичами не проняло. – Понимаю, себя не осуждаю, перебивать не хорошо, извинитесь потом. Мар, ты мне доверяешь?
– Да.
– Вот и молодец. Никто тебя не обидит. Я от вас обоих ни на шаг не отойду. Это раз. Завтра начнём учить тебя ходить со мной. Это два. Вопросы?
– Мне разрешили ходить с тобой?
– Нет. Тебе велели быть с Даром. А ему разрешили ходить со мной. Понимаешь?
– Нет.
– Стоп. Огонёк, – Алдар понимал, с надеждой и ноткой сомнения. – А это прокатит?
– Ещё как. Завтра убедишься.
– Может, сейчас?
– Нет, Алдариэль, – Ваади непреклонно вернул нас к делам более срочным. – Сейчас мы ещё раз проверим теорию о связи между тобой и Тээрри, и попробуем понять, почему изменилось то, что она слышит. Я думаю, если ты на несколько минут уйдёшь за пределы Озера, это не посчитают за ваше с Маррией расставание. А мы получим доказательство своего предположения и исключим возможность случайного совпадения. Вернётесь, когда позову. Заодно проводите Узиани.
Последний аргумент мне даже понравился. Провожать дриаду нужно было невообразимо далеко. До ближайшего дерева. А, вообще, мне хотелось… Ничего мне не хотелось. Особенно, чтобы Алдар уходил, пусть и всего на несколько минут. Вдруг Ваади не прав и Великие посчитают не так, как он думает. Проверить всё лишний раз не помешало бы, но почему нам не выйти вместе? Оказалось, потому что Алдариэль ушёл с Огненным, в сфере Узиани поехала сама. Тогда ладно, это быстрее, чем со мной.
– Зиновия, изменения есть?
– Ни капли. Плачут.
– Я так и предполагал. Они ещё на берегу. А вот теперь ушли. Как?
– Никак. Плачут.
– Странно. Подождём пару минут.
Ни через пару, ни через пять, ни через десять ничего не изменилось.
Ваади несколько раз уточнил, не пытается ли Зинка ввести нас в заблуждение и скрыть свою реакцию на Алдара. На последнем заходе подруга посоветовала ему заблудиться в местах, не связанных с нею и, желательно, крайне далёких от её особы. Водный принял этот аргумент, как убедительный и разрешил ребятам вернуться. Эксперимент ничего не прояснил, обсуждение проблемы зашло на новый виток.
– Выходит, присутствие Алдариэля никак не влияет на состояние Зиновии. Ищем, что ещё могло послужить причиной перерыва? Есть варианты?
– Есть, – сразу нашёл их Алдар. – Арри. Днём мы уходили с ней вдвоём.
– Возможно. Если Тэр ревнует, когда видит вас вместе…
– То она продолжила бы ревновать и при нашем совместном уходе. Думаю, это не так. Зина реагирует не на меня, на Арри. Почему, сказать сложно. Самой простой версией была бы Тьма Моринды в Арри, она такая же часть Тээрри и между ними вполне могла возникнуть связь. Но Огонёк уверен, что феникс её выжег, так что, отпадает.
– Может, и нет, – задумался Водный. – По словам Маррии и тому, что видел в её памяти Шан, феникс был не полноценный, контакт кратковременный, мог и не справиться. Проверим. Маррия, одевайся. Придётся тебе погулять немного.
Придётся так придётся. Я не против. Послушно отправилась переупаковываться из домашней одежды в походно-выходную. Реплика Алдара остановила на полпути.
– Это мало что даст. Выяснить на что конкретно реагирует Зина, нас вдвоём или одну Арри, не получится.
– Получится, Алдариэль. Потому что ты останешься здесь. Это не исключит вероятность ревности, но подтвердит связь с Маррией.
– Как ты это себе представляешь? Ладно, на берег. А дальше? На тропу ей одной нельзя.
– И не надо. Фар позовёт Тайриниэля.
– Они не пробовали вместе.
– Дар, не дури! – хлопнул ладонью по столу Огненный. – Больше Тайрина про тропы знает только Шер. Нормально пройдут. Я провожу и встречу, обратно сам заберёшь. Мар, какого ты ещё здесь? Вали одеваться!
Пока одевалась, пока обнимались, без этого никак, мне же такая дальняя дорога предстояла, пока плыла в сфере, Тайриниэль уже ждал наверху. И сиял так, что сдержаться и не броситься к нему бегом, я не смогла. Он подхватил, чуть подбросил в воздух, поймал и поставил на ноги. Всё получилось так естественно, словно было уже не раз. Нет, не словно. Перед глазами замелькали картинки. Десятки раз, в разном возрасте, в разной обстановке Амарриэлли так бежала навстречу и взлетала в руках брата. Наверное, я зависла на время их просмотра, или в лице поменялась, потому что Тайрин сразу смутился.
– Мари, прости, пожалуйста. Сам не знаю, что нашло. Ты испугалась? – я покачала головой. – Обиделась?
– Нет, совсем нет. Тайрин, какое счастье, что ты у меня есть! Мне тебе столько всего рассказать надо, ты не представляешь, и спросить. Вот только чуть-чуть времени будет, чтобы не мешал никто, и будем болтать долго-долго. Я так соскучилась по нашим разговорам. А по тебе соскучилась, передать не могу, как!
– Сам такой. И передать тоже не смогу.
– Значит, друг друга вы поняли, – Огненный деликатно делал вид, что его тут нет, в смысле, не проявлялся, но из-под контроля не выпускал и о том, зачем мы тут, помнил. – Успеете ещё потрепаться, сейчас топайте в Лес. Тайрин, ни на секунду её не отпускай. Мар, без фокусов. Вперёд!
Тайриниэль не стал рисковать и вести меня на тропу за ручку. Он меня туда на руках понёс. Опыт у него в этом приличный, сколько раз из лазарета таскал. Правда, сейчас, для разнообразия, я была в сознании и весьма бодром состоянии. И из своего полёта вернулась нормально. И на появлявшуюся белую дорогу внимания бы не обратила, она последнее время всё время мельтешила неподалёку, но сегодня на ней стояли двое. Кто – рассмотреть я не смогла, но силуэты точно принадлежали мужчине и женщине, и они, кажется, спорили. Вышли мы рядом с домиком Узиани.
– К нам пойдём или просто погуляем? – Тайрин поставил меня на землю, но руку не выпустил.
– Давай погуляем. Это же ненадолго, только проверить и обратно. Минут пять, вряд ли больше. Да, Фаарр?
– Гуляйте десять. Пусть отдохнёт.
– Ой! Получилось, да?
– Да, полная тишина.
– Так, Фаарр, лишнего не спрашиваю, одно ответь, – рука Тайриниэля напряглась. – То, что у вас сейчас получилось, для Мари чем-то опасно?
– Нет, не дёргайся. Связано с ней, но для неё без последствий. На этом всё, тема закрыта.
– А мне большего не нужно.
Скрывать что-то от Тайриниэля было так же неприятно, как от Алдара. Но знать ему, кто такая Моринда и кто живёт в Зинке, пока нельзя. А может быть и вообще никогда нельзя. Не все тайны Высших доступны простым обывателям. И это хорошо. Посвящение в них, а тем более, участие спокойной жизни с собой не несёт. Хотя… У кого она тут спокойная? Точно не у эльфов. И всё-таки, я так не могла.
– Тайрин, понимаешь…
Он прижал палец к моим губам:
– Понимаю. Всё, Мари, об этом мы не говорим. Лучше о себе расскажи немножко.
– Не сейчас. Немножко не выйдет, а много не успею. Я тебе спасибо сказать хотела, за капельку… каплеслов. Знаешь, как помогало! Без него совсем грустно было бы.
– Мне твой тоже помогал. Знаешь, Мари, так глупо получается, ведь знаю, что тебе здесь опасно, там было лучше, а радуюсь, что вернулась.
– Мне не было лучше, мне только здесь хорошо, с вами. Правда-правда! Помнишь, ты говорил, что жадный, что мы с Узиани тебе нужны обе? А мне вы нужны, я тоже жадная, даже не представляешь какая. Я, когда поняла, что туда вылетела, а потом ещё узнала, что сюда вернуться не смогу…
– Эй, Мари, без слёз. Не надо, маленькая, всё позади, всё закончилось, всё будет хорошо. Мари, улыбнись мне. Вот так, девочка моя.
И опять картинки перед глазами. И слова из бесконечно далёкого прошлого: «Почему слёзы, Мари-Ри? Не надо, маленькая, всё будет хорошо!». Всё. Больше не могу. Я должна сказать ему. Прямо сейчас.
– Тайрин, мне нужно… Не знаю, как это… Понимаешь…
Бли-ин! Не думала, что это так сложно. Да где же взять нужные слова?
– Арри, мы тут задержимся немного, – я обернулась на голос Алдариэля за спиной. – Солнышко, ты плакала? – он мгновенно оказался рядом. – Что случилось?
– Ничего, всё хорошо. Вспомнила, как без вас была, вот и… Уже нормально.
– Точно? Ладно. Мне с Шерином поговорить надо. Со мной пойдёшь или ещё пообщаетесь?
– А можно?
– Не можно тебе две вещи: лезть без меня в неприятности и постоянно задавать вопрос: «можно?». Арри, это полное запределье. Зачем ты на всё разрешения спрашиваешь?
– Не знаю… Вдруг ты против? Или ещё что…
– Что? Прекращай. Ты совершенно свободна в своих действиях. Кроме тех, что для тебя опасны. Как тебе это объяснить?
– Я понимаю.
– Думаю, не совсем, – улыбнулся Тайриниэль. – Алдар, давай я ей объясню.
– Попробуй, только не здесь. Вы бы в тепло зашли. И горячим её чем-то напои. Я ушёл.
– Подожди, – привстав на цыпочки, я быстро его поцеловала. – Ты долго?
– Не очень. Завтрашний день обговорить надо и про сегодня кое-что рассказать.
– Я нужен?
– Ты уже слышал.
– А, это… Согласен, без второй порции обойдусь.
Алдариэль растворился между деревьями, а мы не пошли в дом. При Узиани сказать, что собиралась, я не смогла бы, вот и уговорила погулять ещё. Тайриниэль согласился, но принёс две чашки горячего какао. Пока он за ними ходил, я попросила Огненного прикрыть нас «тишиной». Причину он понял сразу.
