Рэн погладил Стрижа по гриве и нарушил молчание:
– Мне не нравится, как вы называете своих воинов.
– Они наёмники и мои… – начал Киаран.
– Сейчас они идут под моим флагом, – перебил Рэн. – Или вы передумали командовать королевской гвардией?
– Нет, ваша светлость. Не передумал.
– Из ваших уст как-то прозвучало: «сыны Стаи». Я буду называть ваших воинов сынами Стаи. И вам советую.
– Я обдумаю ваш совет, ваша светлость.
– Я сказал недостаточно ясно?
Киаран повернулся к нему лицом и столкнулся с жёстким взглядом:
– Достаточно, ваша светлость.
Настроение резко испортилось. И винить некого. Сам изъявил желание повиноваться.
– Сколько у вас наёмников? – поинтересовался Рэн.
– Полторы тысячи.
– Треть здесь. Где остальные?
Разговор плавно перетёк в допрос. Киаран старался не подавать вида, что нервничает.
– Одни совершенствуют мастерство. Другие сражаются.
– Какое войско, по меркам Шамидана, считается большим?
– Дело не в размере войска, ваша светлость. Короли собирали под свои штандарты и пять тысяч человек, и десять. Большая часть – крестьяне. Скотники и пахари плохие воины. Плохо одеты, плохо вооружены, плохо подготовлены. Зато их много. Наш с вами отряд намного внушительнее и грознее, чем толпа, собранная на убой.
– Сколько у герцога Лагмера хорошо обученных воинов?
– Под рукой сотня или две. Если речь идёт о бое на поле брани – Лагмер подготовится: соберёт всех своих вассалов и сторонников. Вассалов меньше сотни. Сколько сторонников – не имею понятия. Открыто его поддерживают порядка пятидесяти малых и великих лордов. Вот только страшна не та собака, что лает, а та, что молчит. Никогда не знаешь, что у неё на уме. Ну и ещё, сторонники приведут с собой своих вассалов и воинов. Потому трудно судить заранее о размере неприятельского войска. То же самое касается герцога Мэрита.
– Понятно, – покивал Рэн. Немного помолчал, глядя перед собой, и вновь спросил: – Сколько королевских гвардейцев охраняют Фамаль?
– Две тысячи. Позвольте уточнить, ваша светлость. Гвардейцы охраняют не столицу, а Фамальский замок.
– Замок большой?
– Как город в городе.
Рэн оглянулся на отряд и с каменным выражением лица уставился на линию горизонта.
Слава богу, вопросы у герцога иссякли. Но он ни словом не обмолвился о своих планах! Киаран уныло смотрел по сторонам. По правую руку стена леса. По левую – редколесье. Между ними дорога, похожая на русло обмелевшей и заледеневшей реки. Кое-где над кронами деревьев возвышались дозорные вышки.
Чтобы прервать тягостное молчание, Киаран начал объяснять, мимо чьих земельных наделов они сейчас проезжают. Указал на ответвление дороги:
– Там феод герцога Мэрита. До него пять лиг.
Рэн жестом приказал отряду остановиться. Проехал вперёд и подозвал Киарана:
– Я хочу захватить Мэритскую крепость.
Киаран ощутил, как кожа на лице стянулась словно на лютом морозе. Он должен был догадаться! Сказать, что Мэрит мёртв, и тут же последует вопрос: откуда он это знает? До сих пор никто из Айвилей не пренебрегал девизом рода – все тайны уходили в могилу.
– До неё два дня пути, – вымолвил Киаран, судорожно соображая, что теперь делать.
Взятие крепости мёртвого противника не принесёт Хилду славы. И неизвестно, пожелает ли герцог захватывать её, когда ему сообщат о смерти хозяина. Привести войско к крепостным стенам и уйти несолоно хлебавши – такой же позор, как сдаться без боя.
– Вы сказали, до его владений пять лиг, – напомнил Рэн. – Какие же два дня пути? Уже к вечеру будем на месте.
– Пять лиг по прямой, ваша светлость. Нам нельзя ехать напрямик. Вы забыли? Вооружённым отрядам разрешено перемещаться только по границам феодов. Вы же не хотите, чтобы против нас выступили все лорды? – Силясь выглядеть расслабленным и спокойным, Киаран поскрёб щетину на подбородке. – Мэритская крепость хорошо укреплена, её не взять наскоком. У нас нет ни лестниц, ни стенобитных орудий. Осада продлится до весны. Вы хотите испытать моих людей в деле – я понимаю. За вашей спиной феод великого лорда Ябрида. Кстати, он ярый сторонник Мэритов. Достойный противник. Он не станет отсиживаться за крепостными стенами.
– Я выразился недостаточно ясно? – произнёс Рэн ледяным тоном.
Киаран пожал плечами:
– Мне ясно одно: пока мы будем мёрзнуть в поле, Знатное Собрание продолжит обворовывать страну.
– Ну и пусть, потом всё вернут с процентами.
– Не боитесь, что герцог Лагмер воспользуется ситуацией и займёт ваш трон?
– Не займёт. Мы захватим крепость Мэрита и отправимся к Лагмеру.
Киаран выдавил смешок:
– Весной?
– Мы вызовем Мэрита на переговоры и убедим его сдать крепость.
– Он не станет нас слушать.
– И это не всё. – Рэн указал под ноги коня. – С этого места мы едем не по дороге, а по землям лордов. Передайте сынам Стаи мой приказ – они ведь подчиняются только вам. Я запрещаю им насиловать, мародёрствовать, сжигать дома, резать скот и убивать безоружных.
Киаран сузил глаза:
– Странный приказ, ваша светлость. А как же трофеи, на которые рассчитывают воины? Где же злость и боевой азарт? С таким настроением мои люди ни одной крепости не захватят.
Рэн уцепился за переднюю луку седла Киарана и притянул к себе с такой силой, что Вепрь, словно безропотный ягнёнок, уткнулся лбом в шею боевого Стрижа.
– Я не обещал, что всё будет по вашим правилам, лорд Айвиль. Если бы вы не поставили меня перед выбором, если бы предложение занять пост командира королевской охраны исходило от меня…
– Коннетабля королевской гвардии, – поправил Киаран, поигрывая желваками.
– Нелепо называть командира небольшого отряда коннетаблем.
– Смею вам напомнить, в гвардии две тысячи человек.
– В моей охране будет сотня.
Киаран открыл рот, намереваясь образумить герцога.
– Не перебивайте! – одёрнул Рэн. – Дослушайте до конца. Если бы предложение занять пост командира гвардии исходило от меня – первым делом я бы предупредил вас о новшествах и трудностях. И выбирали бы вы, а не я. Но вы побежали поперёд коня, так что получайте копытами в спину и не жалуйтесь. Или вы передумали мне помогать?
Киаран стиснул поводья до боли в пальцах:
– Не передумал.
– А теперь как человек чести дайте мне честный ответ: почему вы заняли мою сторону? Почему не Мэрит, не Лагмер, а я?
– Мой отец просил перед смертью…
– Правду!
По спине Киарана волной прокатил озноб.
– Мои амбиции соответствуют размерам моего состояния. Я рыцарь, лорд и самый богатый человек в этой стране. Мне не нужны деньги, у меня их с избытком. Мне нужны слава и власть. На вашем штандарте написано: «Верность и честь». Я не знал вашего деда, зато я знал вашего отца. Несгибаемый, верный свои идеалам, преисполненный истинной чести. Он ни разу не нарушил девиз своего рода. Уверен, что и вы не нарушите. Поэтому я выбрал вас, а не Мэрита или Лагмера.
Стриж забил копытом. Рэн похлопал его по шее, успокаивая.
– Повторю ещё раз. Никаких убийств и изнасилований. Никакого мародёрства. Мы пришли воевать не с крестьянами.
Киаран всё-таки выдал себя недовольной гримасой.
Рэн скривился от досады. Коленями сжал коню бока и, развернув его мордой к отряду, прокричал:
– Сыны Стаи! Кто из вас считает крестьян, женщин и детей достойными противниками?
Выродки молчали.
– Кто считает, что в битве с ними надо проявлять отвагу? – Не получив ответа, Рэн продолжил: – Убийство женщин и детей никому не делает чести. Хотите женщину? Идите в бордель. Я оплачу шлюх. Оплачу выпивку и еду. Но бейтесь только с достойным противником и только на поле боя славьте Стаю!
Киаран дал указания Выродкам. Всадники съехали с дороги, рассредоточились и пустили коней галопом через перелесок. В первой встретившейся на пути деревне загнали крестьян в амбар и сожгли для острастки молельню. Под плач и крики черни перекусили тем, что обнаружили в нищенских домах. Усадили на тощих кляч мужиков и послали в соседнюю деревню – предупредить о визите незваных гостей. Выждав немного, с криками и улюлюканьем отряд помчался следом.
~ 16 ~
Покачиваясь с пятки на носок, секретарь-нотарий постоял возле портрета герцогини. Украдкой посмотрел на лорда Мэрита. Во что превратился этот человек, некогда входивший в Хранилище грамот с таким видом, будто очутился в клоповнике? Окатывал клерков презрительным взглядом, говорил через губу. А теперь сгорбился в кресле, уронил подбородок на грудь. Ноги широко расставлены, руки безвольно свисают с подлокотников. Не великий лорд, а какая-то квашня.
Усевшись за стол, секретарь-нотарий поставил на колени кожаную сумку, пощёлкал косточками пальцев. Мэрит не пошевелился. Спит, что ли? Или не до конца понял, что написано в уведомлении? Может, не оправился после смерти сына и плохо соображает?
Секретарь-нотарий покашлял в кулак, привлекая к себе внимание, и заговорил, подглядывая в лежащий на столе документ:
– Согласно закону о наследовании, в случае кончины женатого бездетного дворянина клирик Просвещённого монастыря обязан взять у вдовы оного мочу на анализ для подтверждения или опровержения факта её беременности. – Секретарь-нотарий побарабанил пальцами по сумке. – Лорд Мэрит, вы меня слышите? Скоро к вам пожалует учёный монах. Надобно известить вдову, чтобы ждала и никуда не уезжала.
– Не уедет. Она в тягости, – пробубнил Мэрит.
– Вы уверены?
– Да.
– Отличная новость, лорд Мэрит! Поздравляю! И давно вы узнали об этом?
– Недавно. После смерти Холафа.
Секретарь-нотарий хмыкнул. Бездетные вдовы порой идут на хитрость, чтобы заполучить состояние покойного супруга. О внезапной беременности леди Янары надо доложить Хранителю грамот, тот сообщит главе Знатного Собрания, а тот в свою очередь оповестит настоятеля Просвещённого монастыря. Клирики быстро выведут прохвостку на чистую воду.
– Монах приехал бы прямо сейчас, – продолжил секретарь-нотарий, – однако, согласно закону о наследовании, должно пройти два месяца со дня кончины герцога, поскольку на раннем сроке беременности результат анализа зачастую бывает ошибочным, и Знатное Собрание не примет его к сведению. Согласно закону, вы имеете право находиться в этом замке, пока не станет известен результат. – Секретарь-нотарий указал на исписанный лист. – Всё это подробно изложено в уведомлении. У вас есть время уладить дела, навести порядок в документах и найти себе новое жилище.
– Зачем мне искать жилище? – Мэрит поднял голову и с искажённым от злости лицом повернулся к секретарю-нотарию. – Этот замок принадлежал моему сыну!
– Герцог унаследовал замок от матери, а не от вас. Он был владельцем, а не вы. Не знаю, какие у вас отношения с вдовой…
– Кто она такая, чтобы выгонять меня из моего дома?
Секретарь-нотарий поёрзал на неудобном стуле. Ничего-то лорд не понял.
– Согласно закону о наследовании, отец не является наследником сына.
Мэрит выпустил из потемневших глаз ядовитые стрелы:
– А она, значит, является?
– Не является. Поэтому Знатное Собрание будет ждать результат анализа. Кстати, Хранитель грамот не обнаружил в реестре никаких записей о завещании герцога Мэрита. Как я понимаю, его душеприказчик допустил халатность. Пусть поторопится оформить документ должным образом.
Мэрит сник:
– Нет завещания. Я говорил Холафу, а он отмахивался, мол, успеется.
– М-да… – пришёл в замешательство секретарь-нотарий. – Досадная оплошность.
– А толку в этом завещании?
– Ну… герцог мог бы завещать вам охотничий дом.
– Нет у нас охотничьего дома.
Секретарь-нотарий окинул взглядом гостиный зал:
