– Нормально.
– Спала давно, синяки под глазами.
– Саш, хватит, а, – начинаю раздражаться.
– Че? Слышь, ты злая какая-то.
– Потому что ребенок – это нелегко. Вот появится и узнаешь.
– Ага, оно мне надо? Ну ты загнула.
– Ой, это ты сейчас так говоришь.
– И потом скажу то же самое. Меня моя жизнь устраивает, а эта петля на фиг не нужна. Даже на тебя стоит посмотреть, все зародыши этого желания, если бы были, сдохли.
– Ты такой… – специально не договариваю, закатив глаза.
– Ну, так что, давно ты вообще веселилась?
– Я веселюсь каждый день, разве не заметно?
– Да ладно? Твой муж тебя никуда не водит, что ли?
– Например?
– В клуб? В бар отдохнуть? Выпить пивка, расслабиться.
– У нас ребенок, Саш, ты о чем вообще?
– У тебя мамка есть. Оставила и пошла тусить. На что еще бабки нужны?
– Отстань, серьезно.
Принимаюсь идти вперед, только бы не слушать о том, какой унылой может быть жизнь. И я не жалуюсь… Нет. Я же понимаю, что у меня ребенок. И даже если я бы хотела с Даней развеяться, я бы не стала… Нет!
И я не хочу об этом думать.
Что за дурацкая мысль?
Это он виноват, что она улеглась в моей голове.
На мое плечо ложится рука, и я тут же ее скидываю.
– Эй, прекращай.
– Это ты в недотрогу перестань играть.
– Саш, я серьезно. Мы, может и встречались когда-то, но я теперь замужем.
– Ну и что? Вся такая скучная стала. Что мешает нам повеселиться как-нибудь?
– Ну и вали к своим блондинкам и брюнеткам. Какого черта со мной тут идешь? Скучная…
– Ооо, да ты еще и обиженку строишь. Не узнаю прям. Лан не гони. Шутканул я. А в клубешник соберешься, звони. Мой номер тот же, что и раньше был.
– Будто я его запоминала. Уймись…
– Я знаю, что запоминала, – щипает за бок, и я отпрыгиваю в сторону.
– Ян? – сзади доносится голос мужа и все внутри переворачивается.
– Данил, – поворачиваюсь и тут же улыбаюсь, смотря, как он подходит ко мне и встает так, что я оказываюсь далеко от Сашки, а он между нами.
– Данил, муж Яны, – кивает, но руку не протягивает.
– Саня, – этот руки в карманы сует. – Ее…
– Мы учились вместе, – вставляю быстро, чтобы этот идиот не начал болтать.
Не хочу, чтобы муж что-то там надумал.
– Ясно, – поворачивается ко мне. – Ты купила что хотела?
– Да.
– Тогда пойдем прогуляемся всей семьей.
– Конечно, пока Саш, – машу ему и тут же беру Даньку под руку.
Мы идем в тишине, но я слышу, как он пыхтит.
Смешной такой.
– Ну и чего ты такой…
– Какой? – спрашивает, не дав, договорить. – Не такой, как этот, черт пойми кто?
– Ревнуешь, что ли?
– Ян, я не хочу искать повод для ревности. И не хочу, чтобы ты мне его давала. Потому что иначе, это обесценивает все, что мы делаем с тобой.
Неожиданный ответ, который внезапно больно бьет меня в грудь.
Ну почему я такая идиотка?
Глава 7
Данил
Я наблюдаю за Яной, делая вид, что работаю, впрочем, как и она, делает вид, что убирается.
После ситуации в торговом центре и нашего последующего разговора она внезапно стала тихой. Одним словом – ненастоящей или притаившейся.
Я ведь знаю ее и тот самый взрывной характер. А тут передо мной бродит нашкодивший милый котенок.
Сейчас дочка спит, а моя жена убирает по третьему разу подушки на диване. До этого она переложила их немного правее. В этот раз они сдвинулись влево, на прежнее место.
– И как долго ты будешь изображать из себя домохозяйку.
– Что? О чем это ты?
– Ты вертишься у этого дивана последние десять минут. Или эти подушки и правда плохо лежат?
– Перестань, я стараюсь сделать как можно больше, пока спит Ира, – даже нахмуривается, отчитывая меня.
– Как можно больше? В зале?
– Дань, ты хочешь до меня докопаться? – хватает одну подушку и бросает ее в меня.
– Я многое хочу, – улыбаюсь ей, полностью разворачивая компьютерное кресло, и ставлю ноги шире, спускаясь чуть ниже и пристально наблюдаю за своей женой.
Она смотрит на меня. Ведет по телу глазами, кусая нижнюю губу, и закатывает их. Подходит медленно, делая вид, что это маленькое одолжение.
Но я знаю, что это не так.
Мы не занимались сексом очень долго. И я имею в виду нормальный, здоровый секс. Я люблю свою жену и хочу лишь ее, полностью, а не обходиться малым.
И Яна ходила вчера к гинекологу. Так что все должно быть в порядке.
Помог ей сесть на мои бедра и погладил талию жены, ведя ладонями по бокам вверх и вниз.
– Ты стала еще красивей, – смотрю и налюбоваться не могу.
И я не лгу. Каким-то образом беременность сделала ее совершенней, добавила очертаний и довела огранку, ее прекрасного тела до идеала… Моего идеала.
– Прекрати, я планирую заняться спортом, – взъерошивает мои волосы, вплетая свои пальчики в них.
– Занимайся, но это ничего не значит. Ты останешься моей любимой женщиной…
– Только не это слово, умоляю. Не сейчас… – просьба растворяется на моих губах, которые она целует.
Усмехаюсь и решаю не спорить с ней. Этот момент не может быть еще лучше.
Она поднимает руки и позволяет мне снять майку.
Красивое тело Яны, манит прикоснуться. И я делаю это с большим удовольствием.
Обнаженные валимся на диван, почти задыхаясь от возбуждения и желания обладать каждой частью тела друг друга… Не только тела, но и души…
По крайней мере, я этого более чем хочу.
Мы договорились о защите от второй беременности, поэтому я, стараясь не шуметь, ухожу в спальню, беру презерватив и уже иду назад, где с порога меня останавливает крик дочери.
Это доводит меня до смеха. Потому что… ну, видимо, с этим сталкиваются все родители.
– Вовремя, да? – смотрю на Яну и понимаю, что смешно только мне одному. – Хэй, как только она уснет снова мы…
– Будем заняты уборкой, готовкой, стиркой, – психуя одевается обратно, – что угодно, но не друг другом или отдыхом.
Я по-прежнему стою на месте, наблюдая за ней.
– Рада, что тебе весело.
– А что ты предлагаешь, зай? Дуться? Орать и хвататься за волосы. Это маленький ребенок. Она хочет, чтобы ее родители пришли и покормили ее, уделили время, переодели. Да что угодно.
Подхожу к брошенным трусам и надеваю их, уходя в детскую.
– Уж точно не этого она ждет, милая. Не твои психи, – говорю, уходя.
– Ну разумеется, я дерьмо и скандалистка, истеричка и кто угодно, а ты святой. Не так ли?
Открываю дверь и смотрю на торчащие в разные стороны ручки дочери. Уши заполняет ее крик.
– Здравствуй, – улыбаясь наклоняюсь и поднимаю ее на руки. – Думал, тебе тут установили рупор, ты такая громкая, ириска.
Она всхлипывает и царапает мою голую грудь. Это и впрямь больно.
– Итак, чего же ты хочешь?
Укладываю ее на руку и смотрю в ясные проснувшиеся глазки.
– Ну и взгляд у тебя, – улыбаюсь, трогая кончиком пальца ее щечку. – Мне кажется, что никто не смотрел на меня так, как ты.
Она следит за моими губами и сжимает кулачки, абсолютно не понимая моих слов и, наверное, чувств тоже.
– Однажды я расскажу тебе, какой милой ты была в этом возрасте. Я постараюсь запомнить каждую мелочь твоей драгоценной жизни, чтобы никогда не забыть.
В комнату входит Яна и ставит бутылочку со смесью на столик.
– Иди работай, я справлюсь, – говорит и проходит к тумбе, вытаскивает ползунки и расстилает пеленку и демонстративно встает так, будто ждет уже полчаса, пока я выпущу дочь из рук.
Усмехнувшись ее надутыми губами, я целую малышку и отхожу в сторону, но не ухожу насовсем.
Мне нравится наблюдать за тем, как Яна справляется.
Но у меня и правда много работы. Поэтому, когда она берет ее на руки и начинает кормить, я делаю шаг вперед и останавливаюсь позади. Касаюсь ее плеч ладонями и оставляю поцелуй на затылке.
– Прости, я не должен был так говорить.
