– Если кого-то не позвали, – решила продолжить Дженнифер, – не переживайте, ладно? Вы же и без всяких парней можете блистать, наряжайтесь для себя, а не для кого-то, – с этими словами она также встала и вышла из комнаты, оставляя за собой последнее слово.
Ей было плевать, что скажут эти девушки после того, как дверь за ней захлопнется. Она сказала то, что думала и то, что хотела, а на остальное ей было всё равно.
Дженнифер гуляла по коридорам, которые всё больше пустели к наступлению заветного для всех вечера. В общем-то, её это устраивало. Витая в мыслях, она завернула за угол коридора, ведущего в большой круглый зал, который соединял сразу несколько проходов по всему корпусу, и врезалась в чьё-то плечо. Подняв голову, она увидела знакомое лицо впервые за последние два дня: Клинтон.
– Привет, – поздоровалась она ради приличия. Стоит сказать, не было похоже, что Клинтон собирался идти на бал, потому что его одежда была довольно обычной и непраздничной. Плотные тёмно-синие джинсы, кожаная куртка в цвет джинсам, которая выглядела вполне недорого, но имела изысканные детали: золотые пуговицы с какой-то эмблемой. Символ Скорпионов – прописная буква «т» со стрелочкой, перечеркнутой в верхней его части лежащей восьмёркой – знаком бесконечности, так, что оба «круга» восьмерки совпадали с полукругами прописной буквы «т».
– Привет, – он помялся на месте, словно хотел пойти дальше, но считал, что нужно сказать что-то ещё, – на бал ты…
– Я иду, но не собираюсь наряжаться. А ты?
– Да, я тоже, – хмыкнул он, – нас в этом праздничном карнавале издалека будет видно.
– Это точно, но от этого ещё больше удовольствия находится там, и выделяться среди других.
– Узнаю в тебе натуру льва.
Дженнифер закатила глаза и рассмеялась:
– Ну вот, опять эти стереотипы о том, что львы всегда стараются выделиться. Я совсем не такая, не знаю, к лучшему или к худшему это.
– Что ж, – он выставил руку на стену перед её лицом, словно перегораживая проход, и ухмыльнулся, – пойдём вместе на этот бал, и ты покажешь мне, что ты со-о-овсем не такая. Просто подумал, мне будет скучно там одному.
Клинтон сказал это так, будто не спрашивал у неё, хочет ли она пойти на бал с ним, а утверждал, что она пойдёт. Стоит признаться, это единственный более-менее оригинальный подход к приглашению. Конечно, звучало это нахально и дерзко, Дженнифер очень не хотелось допускать такого отношения к себе, но, по крайней мере, можно было отметить, что это лучшее, что она услышала из уст парней за последнее время.
– Хорошо, Клинтон, идём, – решила она. Всё-таки из всех парней – Клинтон не собирался проводить этот вечер так, как все остальные, и это самый главный плюс для компаньона Дженнифер на вечер, – но без всяких танцев и прочего.
– Да сдались мне эти танцы, – презрительно фыркнул он. Две девушки, в этот момент проходящие мимо, услышав слова Клинтона, удивлённо оглянулись на парня, – встретимся за десять минут до начала возле бальной залы?
***
Дженнифер могла выделить единственный плюс из всего этого торжества: в праздничной зале было безумно красиво и по-новогоднему волшебно. По всему помещению летали невесомые сферы, похожие на ком из снега, но если прикоснуться к ним, то рука просто проходила сквозь их тонкую оболочку.
Зала была необъятно огромной, с высокими стенами без окон и потолком, увешанным тремя свисающими вниз люстрами, каскад сверкающих сфер на них буквально заставлял всё помещение светиться и блистать. Вдоль дальней стены протягивался длинный стол, заставленный фонтанчиками с напитками и различными закусками на тарелках. Возле другой стены, напротив арочного входа размещалась пустая сцена. Основное пространство помещения занимало место, называемое танцполом, которое наполовину уже заполонили снующие туда-сюда зодиаки с напитками в руках.
В зале стоял шум, восторженные голоса подростков, смех, стук стаканов и журчание фонтанчиков с напитками. Всё помещение буквально гудело от предвкушения предстоящего бала, и чем больше прибывало сюда гостей, тем сильнее у Дженнифер появлялось желание закрыть уши или вообще уйти.
Не сказать, чтобы она не любила вечеринки, сборища людей и всё в этом духе, просто что-то здесь было не так. Более того, ранее увиденный сон подогревал тревогу в её груди, которая, словно засасывающая воронка, поглотив все позитивные эмоции, с каждой секундой разрасталась в размерах.
– Всё в порядке? – спросил Клинтон, склонившись к её уху.
– Да, – она чуть повернула к нему голову и кивнула, – просто меня раздражает всё это.
– Почему же? – хмыкнул Клинтон и, как истинный джентльмен, подал ей свой локоть, – предлагаю чуть отойти в сторону и попробовать взять себе пунша, а ты пока расскажи мне про свои принципы.
– Раздражает это людское предвкушение, – рассказывала Дженнифер, пока они пробирались через толпу. Клинтон без всякого чувства такта расталкивал всех, кто вставал у него на пути и облегчал работу девушке, – все так этого ждали, будто сами Звёзды должны заговорить с ними в этот вечер. От всеобщего восторга портится впечатление о празднике.
– Так, значит, ты винишь других в том, что они испортили тебе впечатление о бале своим зверским предвкушением? – Клинтон усмехнулся и, повернувшись через плечо, посмотрел на неё с нескрываемым ехидством, – я думал, у тебя причины намного серьёзнее.
– Просто, наверное, я с детства привыкла делать не так, как делают другие. Я смотрела на своих сверстников и понимала, что я не такая, как они. И теперь у меня какая-то идиотская привычка… не делать так, как делают другие, – без остановки говорила Дженнифер, и, наверное, рассказывала то, чего не должна говорить. Она ведь почти не знала этого парня, но Клинтон… вызывал такие странные чувства, отторгающие и притягивающие одновременно, – я не знаю, как избавиться от этого, но когда я смотрю на то, как люди радуются предстоящему балу, понимаю, что не должна делать, как все.
Они подошли к фонтанчикам с напитками и нашли свободное место в собравшейся у столов толпы, Клинтон начал молча наливать им напитки. Дженнифер напряженно наблюдала за парнем, его реакция была совершенно непредсказуема для девушки.
– Так, значит, ты просто бунтарка, Дженнифер, – он подал ей стаканчик, – идёшь против стада. Ты рассказываешь об этом таким тоном, будто это плохо. Но ты посмотри на них, – движением руки, сжимающей стаканчик с напитком, он обвёл толпу. Дженнифер огляделась по сторонам, – ты выделяешься среди большого стада и можно ли это считать чем-то ужасным? Расслабься. Делай, что хочешь.
Он отпил от пунша и улыбнулся ей. Дженнифер улыбнулась в ответ и тоже хлебнула сладкого напитка. Что ж, всё было не так плохо. Даже Клинтон оказался не так плох, как она считала. Она старалась расслабиться по наставлению приятеля. Через несколько минут заиграла музыка, и Дженнифер даже захотелось подвигаться в такт мелодии. Разговор с Клинтоном словно заставил тяжёлый груз гордости и собственных предубеждений спасть с души. Однако непонятная тревога всё же одолевала её время от времени.
– Привет, любовник учебников, – в Клинтона врезался какой-то парень, и Дженнифер с удивлением узнала в нём Юджина. Парень был одет в обычную синюю рубашку, заправленную в тёмные брюки. Его волосы длиной до плеч были залихватски зализаны назад, – не думал тебя увидеть здесь, решил оставить учёбу и повеселиться? О-о, даже девчонку где-то нашё… ой, Дженнифер, привет, не узнал тебя.
Наверное, Юджин пошутил, потому что Дженнифер особо не заморачивалась насчёт внешнего вида и не проводила каких-то масштабных видоизменений над собой – только волосы распустила и надела своё одно единственное тёмно-красное платье с золотым ремешком на поясе и лямками на плечах.
– Чего тебе, Юджин? – мрачно поинтересовался Клинтон.
– Что, нельзя поговорить с тобой, а?
– Пойдём, Дженнифер, этот клоун сейчас весь вечер нам испортит, – Клинтон поставил стаканчик и решительно двинулся в сторону толпы.
– Нет-нет-нет, – Юджин схватил парня за плечо и притянул к себе, – не торопись, дружище. Хорошо, я должен кое-что сказать, послушайте, это важно, – удостоверившись, что Дженнифер и Клинтон обратились в слух и не собираются никуда уходить, парень продолжил, – здесь что-то не так. В этой Академии, на этом балу. Ребекка заметила, что за ней следят какие-то люди, понимаете? За нами всеми тут следят.
– К чему ты клонишь? – прищурился Клинтон.
– Просто хочу, чтобы вы были осторожнее.
– Как мило, спасибо за заботу, но нам пора, – бесстрастно объявил Клинтон и двинулся вперёд. Юджин, тем временем, вздохнул с досадой и взглянул на Дженнифер. Она видела – парень не шутит, его тревожный взгляд почти совпадал с тем, что чувствовала сама девушка.
– Последи за ним и не дай ему попасть в неприятности, раз он не хочет слушать меня, – он смотрел в спину Клинтону, – я говорю правду. Здесь что-то не так
Она плохо знала этого парня, и по правде говоря, не всегда понимала, когда он шутит, а когда говорит серьёзно. Но сейчас Юджин выглядел по-настоящему встревоженным.
– Если присмотреться по сторонам, можно заметить вон там, возле входа в зал, – он взял её за плечо и повернул в нужную сторону, – стоит зодиак, видишь?
Дженнифер посмотрела туда, куда он указывал, и действительно, возле самого прохода, прислонившись плечом к стене, стоял мужчина, облаченный в тёмное пальто. Его мрачный вид буквально кричал об опасности.
– Ты уверен, что он тут по наши души?
– Да, я точно уверен. Там в углу точно такой же стоит, и смотрит на нас так, будто хочет дыру прожечь. И я подошёл к вам предупредить, потому что у меня такое ощущение, будто что-то произойдёт в этот вечер, – парень сглотнул и вытер капельку пота со лба рукавом рубашки, – если найдёте остальных, скажите им тоже. Желательно, чтобы никто не выходил из зала до окончания вечера. Потом придумаем что-нибудь.
– Хорошо, Юджин, я верю тебе.
Юджин с удивлением и благодарностью в глазах посмотрел на неё и кивнул, после чего удалился в неизвестную сторону. Перед тем, как присоединиться к своему партнёру, Дженнифер ещё раз с тревогой взглянула в сторону мужчины и столкнулась с ним взглядом. Он в упор смотрел ей в глаза немигающим взглядом, и от этого пугающего взора у Дженнифер холодок пробежал по спине. Она старалась отвести взгляд, но что-то удерживало её, заставляло продолжать этот безмолвный зрительный контакт. Она приросла к полу. Весь шум, голоса, смех и приглушенная музыка раздавались издалека, словно сквозь толстый слой ваты.
– Дженнифер, – Клинтон постучал ей по плечу, и девушка несколько раз моргнула, фокусируя взгляд на парне, – пойдём.
Девушка ещё раз посмотрела в сторону входа и с ужасом обнаружила, что того мужчины след простыл. Возле стены больше никого не было. Дженнифер почувствовала, как у неё закружилась голова. Липкий страх расползался по всему телу, заставлял кровь застывать в жилах. Дженнифер всю жизнь считала, что она не из тех девчонок, что трясутся от страха и прячутся за спины парней, но сейчас ей стало по-настоящему страшно.
– Нам надо идти, – она схватила Клинтона за руку и потащила через толпу.
– Что происходит?
– Юджин не шутил, за нами следят, надо скрыться в толпе, надо… он не должен нас найти.
– Кто… Кто нас должен найти? Джен! – кричал Клинтон, беспомощно тащась за ней. Дженнифер хотелось убежать, она как безумная озиралась по сторонам и искала лазейку, но в итоге поняла, что они в ловушке. Всё действительно выглядело так, будто их намеренно завели в тупик, – только не говори, что ты поверила Юджину. У этого балбеса больное воображение. Я знаю, о чём говорю.
– Нет! – воскликнула она и резко повернулась к нему. От неожиданности Клинтон резко затормозил, и они врезались носами, однако столь неловкая ситуация ничуть не смутила Дженнифер – совсем другие мысли занимали её и не давали покоя. Она отодвинулась и продолжила, – я видела мужчину, он следил за нами… он смотрел на меня в упор, клянусь, мне казалось, он хочет убить меня одним только взглядом. Если не веришь Юджину… поверь мне.
Клинтон сердито провёл рукой по волосам и выдохнул:
– Что предлагаешь делать?
– Юджин попросил предупредить остальных, если мы встретим их, – Дженнифер встала на носки и вытянула шею, рассматривая толпу, но никого знакомого в этой массе лиц и затылков она не увидела.
– Кажется, я вижу Полански и Дориана, – Клинтон указал рукой в толпу. Девушка вгляделась в двигающиеся в такт музыке тела и заметила знакомые фигуры – парни стояли вдвоём и о чём-то разговаривали. Дженнифер поморщилась, увидев Якуба, и сердце у неё гулко забилось в груди не то от волнения, не то от злости при виде этого парня.
Они вновь прошли через толпу и оказались перед товарищами:
– Джен! – воскликнул Дориан и улыбнулся ей, – давно не виделись. Как ты?
Но чем больше парень смотрел на неё, тем слабее становилась его улыбка. Будто на лбу у Дженнифер была приклеена огромная, ярко-красная надпись: «SOS!»
– Я хорошо, Дориан, – Дженнифер выдавила улыбку, избегая взгляда Якуба. Она точно чувствовала, как он в упор смотрит на неё и словно ждёт, когда девушка обратит на него внимание, – давай поговорим потом, нам надо вас предупредить.
После того как они коротко уведомили их о возможной опасности и убедились в том, что парни поверили и последуют указаниям, Дженнифер неожиданно ощутила, как кто-то положил руку ей на локоть. Обернувшись, она увидела Якуба:
– Давай поговорим? – спросил он.
– Ты меня не услышал, Якуб? Мы только что рассказали, что за нами следят. И возможно… мы в опасности. Сейчас не время.
– Дженнифер, пожалуйста, – умоляющим тоном прошептал он, – просто поговорим, на секунду. Ничего не случится. Они не будут на нас нападать, пока здесь только людей.
– Если ты не заметил, то она пришла со мной, – с чувством превосходства вмешался Клинтон, – смойся отсюда, она явно не хочет говорить с тобой, так ещё и время ты выбрал неподходящее, болван.
Якуб поднял глаза на парня и посмотрел на него так, что Дженнифер поняла, что он с трудом сдерживается от того, чтобы не заехать Клинтону по лицу. Желваки заходили у него по лицу, а взгляд сделался каким-то остекленевшим и решительным. Дориан положил руку на плечо Якуба и как-то умоляюще посмотрел на Дженнифер, одним только взглядом упрашивая её увести отсюда парня.
– Ладно-ладно, идём, – торопливо сказала Дженнифер и подтолкнула его к выходу. Ей не особо хотелось соглашаться, но других вариантов не было.
Они в молчании пробрались к выходу из зала и вышли в полупустой тёмный коридор. Предупреждение Юджина о том, что им не стоит выходить из зала до конца бала, вылетело у девушки из головы. Музыка и голоса лишь приглушенно долетали до их ушей, и появилась возможность поговорить в тишине и не перекрикивать музыку.
– Ты серьёзно пошла с ним? – спросил он таким тоном, словно она убила кого-то. Убила… убила… нет, она не способна на убийство.
– Именно это ты хотел спросить? – холодно сказала она и скрестила руки на груди, – Якуб, если это всё, то я пойду, – перед глазами у девушки снова промелькнуло испуганное лицо Якуба, огненный столп и опасный снаряд, летящий в парня – воспоминания с поединка.
– Нет! – он взял её за руку по коже девушки пробежали мурашки, будто он только что запустил в неё снаряд молний, – это не то, нет, совсем не то, я… прости, не могу мысль сформулировать, но мне жаль, Дженнифер. Я всё хотел с тобой поговорить… всё это время, может быть, вёл себя как маньяк какой-то. Каждый раз, когда я к тебе подходил и видел, как ты на меня смотришь, то у меня все слова из головы вылетали. Но я, правда, хотел бы извиниться. Я совершил ошибку. И хотел бы всё исправить и остаться хотя бы друзьями. Не то чтобы я этого хотел, но… я просто хочу всё исправить. Начать с чистого листа. Я расстался со своей девушкой, и больше не хочу обманывать кого-то…
Мимо прошла парочка, и Дженнифер помедлила с ответом, дожидаясь, когда они снова останутся вдвоём. Девушка провожала их взглядом, пока вдруг не увидела тень, выглядывающую из-за угла. Она не видела очертания лица этой тёмной фигуры и глаз, но была уверена, что оно наблюдает за ними.
– Не оборачивайся, – прошептала она, оглядываясь и понимая, что они остались в коридоре совсем одни – наедине с этой жуткой тенью, и не исключено, что они могут первые попасть под раздачу, – кто-то стоит за углом.
– Что? – Якуб попытался повернуть голову вопреки её просьбе, и она схватила его за затылок, притянув его голову к себе, – Джен…
– Я же сказала, там стоит кто-то, – тихо произнесла она, глядя ему в глаза. Они близко стояли друг к другу и не шевелились, – не оборачивайся. Я выглядывала из-за твоей головы, может быть, он не понял, что я его увидела. И может быть, он не понял, что мы – те, кто ему нужен.
– Это шутка?
– Разве я так плохо шучу? Надо что-то сделать, чтобы он не понял, что я увидела его, – лихорадочно размышляла она, – что-то мне подсказывает, если это произойдёт, это может плохо закончиться.
– Надо отвлечь внимание и притвориться, что мы делаем что-нибудь?
– Да.
Тут Якуб быстро приблизился к ней и поцеловал. Дженнифер чуть не отпрянула от неожиданности и возмущения, но быстро взяла себя в руки: поняла, что это хороший план. Она закрыла глаза и ответила на поцелуй, чувствуя, как руки парня обнимают её за талию. Хотя это и был фальшивый поцелуй для отвлечения внимания, целовались они так, будто всё было по-настоящему, совсем так, как в тот вечер в библиотеке. Сердце бешено колотилось под тонкой тканью платья, и Дженнифер очень хотелось одёрнуть себя за такую реакцию на близость, но ничего не могла с собой поделать. эту
Она не знала, сколько времени они так простояли, но когда она отстранилась и, переведя дыхание, вновь осторожно выглянула из-за его головы, то поняла, что фигура исчезла.
– Ну ты и придурок, – ляпнула она и пошла обратно в зал. Якуб поспешил за ней, – хорошо придумано, но ты просто воспользовался этим.
– Не говори так, будто я отрицаю это. Он исчез?
– Исчез, – выдохнула она. Они влились в толпу и пошли туда, где оставили Клинтона и Дориана. Она рассеянно извинялась перед теми, кого она задевала плечом или наступала на ноги, думая о том, что только что увидела. Юджин был прав – за ними следят, возможно, их даже больше, чем они могут себе представить. И с этим определенно надо было что-то делать.
– Так мы друзья? – он протянул ей мизинец и виновато улыбнулся. Снова хитрый взгляд серых глаз и невинная улыбка, которые уже подействовали на нее однажды. Дженнифер посмотрела на протянутый к ней мизинец и протянула свой в ответ. В конце концов, им ещё предстояло работать вместе, вражда ни к чему в их положении. этот
– Друзья, – вздохнула она.
Они нашли Дориана и Клинтона и разошлись по разным сторонам: так их будет сложнее поймать. Время тянулось мучительно медленно, нехорошее предчувствие и тревога не отпускали девушку все время, хотя она и пыталась представить, что это обычный праздничный вечер в окружении беззаботных, танцующих подростков. На удивление, больше их преследователей нигде не было видно, хотя Дженнифер и Клинтон постоянно смотрели по сторонам и выискивали подозрительные фигуры в толпе. От этого становилось ещё страшнее. Лучше видеть своего врага в лицо, знать, где он находится, чтобы успеть среагировать, в случае если он решит напасть, чем потерять его из виду и ждать неожиданности в любой момент.
В один момент возле столов они увидели Вирду. Та стояла со стаканом пунша в руке и с восхищением смотрела на ажурные стены, на которых в мельчайших подробностях были вырезаны различные сюжеты из сказок и легенд. Их Дженнифер частенько слушала от мамы перед сном. Мама… она уже столько времени с ней не виделась, но и звонить по Скважу тоже не хотелось – на душе было так тошно от свалившихся неприятностей, так что, если мама увидит её лицо, то сразу же поймёт что к чему.
– Вирда, – позвал Клинтон.
Девушка как-то растерянно обернулась на него и рассеянно кивнула, словно до сих пор не отошла от рассматриваний стен.
– Вы пить хотите? – она кивнула на фонтанчик.
– Было бы неплохо.
– Возьми мой стакан, Дженнифер, – Вирда протянула ей свой пунш, – я не пила ещё, увлеклась… э-э-э… стенами, и забыла про напиток. Не думаю, что я вообще хочу его пить.
– Спасибо, – поблагодарила Джен и приняла напиток. С Вирдой они почти не контактировали, не считая тех конфликтов между ними и другой группой, но… у Дженнифер было неподдельное ощущение, что они с ней очень схожи по духу и могли бы действительно поладить.
– Вы не видели засранца Юджина? О, кстати, он вам сказал?
– Да, – хором ответили Дженнифер и Клинтон.
– Хорошо, – Вирда вытянула шею, вглядываясь в толпу, – они с Софи куда-то пропали, потому что никак не могли найти Альтаира. Это меня тревожит. Я видела его здесь в начале бала, а сейчас он единственный, кто не предупрежден и кого мы не можем отыскать.
– А вдруг его… – рискнула предположить Дженнифер.
Вирда округлила глаза и посмотрела на неё взглядом, полным ужаса.
