– Еһ, җаниҗан достум периштә – деди у көзини жумуп, – бизниң кичик достумиз асланхан саңа илтипат қилип кәлди. Малал көрмәң, бу кичик бурадәрниң тилигини иҗазәт қилишиңизни сораймән.
Униң сөзи аяқлишиш билән тәңла гүмбәзниң арқисидин һәммә йерини ақ рәхт билән чүмкәвалған, пәқәт икки көзила пақирап турған бирси чиқип кәлди. Униң көзлири қизил болуп, худди түлкиниң көзигә охшаш, от чақнап туратти.
– Асланхан, деди «периштә» униң удулида олтирип, – сән бөрә акаң билән түлкә акаңниң қилған яхшилиғини техи қайтурмапсән, қайтуруш оюңму йоқ екән. Нийәт пак болмиса, саңа «сүп» қилип қойсам, худайим рава көрмәйду. Сән авал бөрә акаңға қәсәм бәргин, андин тилигиңни беҗа кәлтүримән.
Асланхан җиддийлишип, бөригә қариди.
– Бөрә ака, – деди асланхан тәлмүргиничә – немә дәп қәсәм бәрсәм болиду?
Бөрә зуван сүрмиди. «Периштә» гелини қирип сөзләшкә башлиди:
– Қәсәм қилишни билмисәң мән үгитип қояй, яхши қулақ сал:
«Мәнки асланхан шундақ қәсәм беримәнки, түлкә акам, бөрә акамниң сөзидин чиқмаймән, улар немә ишқа буйриса, шуни қилимән, әгәр шундақ қилмисам, түлкә акам билән бөрә акам калламни алсун!».
«Калламни алсун» дегән сөз асланханниң бәдәнлирини шуркәндүрүвәтти. У ләвлирини аранла мидирлатти, униң тили калвалишип, периштәниң сөзини тәсликтә тәкрарлиди.
–Амин! – деди «периштә» қолини көтирип, – Худа асланханниң тилигини бәҗа кәлтүрсун.
Улар һәммиси қоллирини көтирип, дуа қилишти. Дуадин кейин «периштә» асланханниң йениға келип, униң әтрапида икки-үч айландидә, «сүп» деди.
Бөрә билән асланхан орнидин турғанда «периштә» аллиқачан ғайип болған еди. Бөрә асланханни елип өйгә қайтти.
ВСТРЕЧА С АНГЕЛОМ
Через два дня волк повел котенка на встречу с Ангелом. Когда они подошли к развалинам старой крепости, котенок решил спросить волка:
– А почему с нами не пошел брат Лис?
– У него много дел, – волк постарался успокоить котенка.
Они шли молча, уже в сумерках подошли к какому-то кладбищу. Вдали показались внушительные купола и высокие минареты. За минаретами стояла старая, полуразрушенная мечеть.
– Это усыпальница великого шаха Тигра, – объяснял волк, указывая на купола, – а это – могила героя Льва. А это – башня святого Медведя. А вот в этой мечети паломники читают молитвы по великим усопшим.
– А где же Ангел? – с нетерпением спросил котенок.
– Замолчи! – произнес волк, выпучив глаза. – Разве ты не знаешь, что сначала нужно произнести молитвы за души великих, которые здесь покоятся. Иначе Ангел может рассердиться и не прийти к нам.
Асланхан притих. Волк закинул его за спину и притащил к какому-то куполу. Посадив котенка, он начал о чем-то шептать с высоко поднятыми лапами. Потом он подвел малыша к еще одному куполу. Они сели на колени.
– О, мой верный друг, Ангел! – с закрытыми глазами произнес волк. – Наш маленький дружок Асланхан пришел к тебе с поклоном и просьбой. Не сочтите за труд исполнить его просьбу.
Только волк произнес эти слова, как из-за купола показался кто-то, обернутый в белую материю. Из-под покрывала виднелись только сверкающие красные глаза, чем-то напоминающие глаза брата Лиса. «Ангел» подсел поближе к котенку:
– Асланхан, ты еще не отплатил за добро, которое сделали для тебя братец Волк и братец Лис. Ты об этом даже не подумал. Твои желания должны быть чистыми, иначе на мое «Суф» Бог не ответит. Ты должен дать клятву верности брату Волку, только тогда я смогу исполнить твои желания.
Асланхан серьезно взглянул на волка.
– Братец Волк, какую клятву я должен дать?
Волк не издал ни звука. «Ангел» прокашлялся:
– Я научу тебя словам клятвы, повторяй: «Я, Асланхан, клянусь, что буду делать все, что мне прикажут братец Лис и братец Волк. Если я их ослушаюсь, то пусть они лишат меня головы!».
При этих словах котенок вздрогнул. Губы его едва шевелились, он с трудом смог повторить все за «Ангелом».
– Аминь! – произнес Ангел, подняв лапы к небу. Пусть Создатель исполнит просьбу Асланхана. Они все подняли лапы к небу и произнесли молитву. «Ангел» обошел вокруг котенка три раза и произнес: «Суф». Волк и Асланхан поднялись с места, но «Ангел» уже исчез, а Волк и котенок пошли домой.
«СҮПНИҢ» КҮЧИ
– Мубарәк болсун, укам асланхан, – деди түлкә һерип-ечип аранла кәлгән асланхан билән бөрини көрүп, – сениң периштәниң шәпқитигә еришкиниң бизниңму шәпқәткә еришкинимиз. Әнди ишиң оң болиду, һәммә ишни қилалайсән. Бөрә акаңға рәхмәт ейттиңму?
Асланхан сәл тиңирқап туруп қалди.
– Мән худа йолида яхшилиқ қилдим, – деди бөрә тәкәллуп билән, – рәхмәт ейтмисиму охшаш.
Бөриниң сөзи асланханға хелила тәсир қилди. Униң қәлбидә бөригә болған миннәтдарлиқ һеслири ойғанған еди.
– Мән силәрниң сөзүңларни ақлаймән, силәр буйриған ишларни қилимән, – асланхан қәтъийлик билән қәсимини тәкрарлиди.
– Ярайсән, кичик әзимәт, – деди түлкә хошал кәйпиятта, – сениңдәк яхши достқа егә болғанлиғимиз үчүн биз бәкму хошал. Қени авал қосаққа бир немә йәвелип, андин параңлишайли.
Үчәйлән йейишкә олтарди. Асланхан бир парчә гөшни һөзүрлинип йәватқанда түлкә сөз башлиди.
– Асланхан ука, сән бу йәватқан гөшләрниң нәдин келиватқанлиғини биләмсән?
Асланхан немә дәп җавап беришни билмәй, туруп қалди.
– Растинла биләмсән? – дәп сориди түлкә йеңишлап.
– Билмәймән! – дәп җавап бәрди асланхан.
– Ундақ болса, биливелишиң керәк, – деди түлкә сәл җиддий қияпәттә, – ука, йәвәрсәң тағ болсиму түгәйду. Буни бир яқтин тепип, бир яқтин йәп-ечиш керәк. Шундақ әмәсму?
– Шундақ, шундақ, әлвәттә, шундақ, – бөрә түлкиниң сөзини тәстиқлиди, асланханму бешини лиңшитип қойди.
– Ука, – сөзини давамлаштурди түлкә, – сән «сүпниң» күчини бизгә бир көрситип бақ.
– Қандақ көрситимән, – дәп сориди асланхан.
– Иш асан, аву мәһәллидә тоху дәйдиған бир топ ләнитиләр яшайду, әтигәндә қопуп авазиниң болушиға вақирап, бизниң уйқумизни һарам қилиду. Уни һәммимиз яман көримиз. Әдивини берип қояйли десәң, күндүзи әпләшмәйду, кечиси болса, уларниң ишигидин киргили болмайду. Сән бу ишни асанла бәҗирәләйсән.
Асланхан ойлинип қалди, лекин ойланғансири пикри чигичлишип, немә дәп җавап беришни задила биләлмиди.
– Асланхан ука, көп баш қатурма, – деди түлкә, – у әбләхләр катәклиригә кириштин илгири сән мәһәллигә берип, уларниң өйигә қиривалисәндә, ишикни ичидин тақавалисән. Улар өйлиригә киришәлмәй турғанда биз берип қалған ишни өзимиз җөндәймиз, қандақ?
Асланхан мақул болди.
Әтиси күн петишқа йеқин түлкә билән бөрә асланханни башлап, мәһәллигә йеқин орманлиққа келишти. Ормандин қариса, мәһәллидә болуватқан ишлар көзгә хелила ениқ көрүнүп туратти, асланхан у йәр-бу йәрләрдә данлап жүргән қарақуриларни көрди. «Вай, булар мекиянға һәҗәпла охшайдекәнғу? – дәп ойлиди асланхан, – улар мени көрсә, йәнә бешимни чоқулап кәтмәмду, һә раст, у чағда қолумдин иш кәлмәтти. Әнди болса, периштә маңа қабилийәт қилди, бозәк болмаймән».
– Сән аста барғин, – деди түлкә асланханға пичирлап, – чандуруп қойма җуму?
Асланхан аста өмүләп мәһәллигә кирди вә бир катәккә киривелип, ичидин тақавалди. Аз өтмәй, топ-топи тохулар өй-өйлиригә кирип кетишти. Ахирқи бир топ тоху өз өйиниң алдиға келип, ишикни ачалмай һәйран болушти.
– Бу немә иш? – деди уларниң ичидики қизил таҗилиқ бирси ишикни иштирип беқип, – әһвалидин қариғанда бир чатақ бардәк туриду, қарап турмайли, дәрһал холум-хошниларниң өйлиригә киривалайли.
Униң сөзи түгимәй турупла, тохуларниң әтрапида сүрлүк икки сайә пәйда болди вә уларға шиддәт билән һуҗум қилди. Тохуларниң қақақлиған әнсиз авазлири мәһәллини зил-зилигә кәлтүрди. Бирдинла мәһәллидики тайғанларму қавашқа башлиди. Түлкә билән бөрә бирдин тохуни чишлигиничә орманлиқ тәрәпкә қачти. Асланханму қечишниң қойиға чүшүп, астила сиртқа чиқиведи, тохулар уни қоршавелип, чоқилап, униң үз-көзини қан қиливәтти. Асланхан ағриққа чидимай миявлап, миң-бир тәсликтә орманлиққа қечип барди. Асланхан қариса, түлкә билән бөрә олҗиларни бөлүшәлмәй бир-бирини боғушқили турупту.
Шу пәйттә бирдинла мәһәллә тәрәптин он нәччә тайған қоғлап келип қалди вә түлкә билән бөрини қоршавалди. Түлкә билән бөрә бир-бирини чишлишип, йерим җан болуп қалғачқа, қоршавни бөсүп чиқип кетәлмиди. Тайғанлар уларни тутувалди.
Бир ташниң далдисида титирәп олтарған асланхан тайған башлиқниң алдиға жүгрәп бардидә, өзини туталмай жиғлавәтти. Тайған башлиқ униңдин немишкә түлкә билән бөригә қошулуп, яман йолға маңғанлиғини сориведи, Асланхан һәммини ейтип бәрди. Тайған башлиқ асланханға ечинған һалда:
– Анаңниң сени тәрбийиләш усули тоғра әмәскән, шундақтиму сениң өйдин қечип чиқип кетишиң задила яхши болмиған иш. Дунияда нәдиму периштә «сүп» қилип қойса, қабилийәтлиқ болидиған иш болған? Қабилийәт дегәнни өзәң җапаға чидап мәшиқ қилиш арқилиқ қолға кәлтүрәләйсән, – деди.
Асланхан пушайман қилип, техиму қаттиқ жиғлавәтти.
– Болди жиғлима, – деди тайған башлиғи, – өйүңдикиләр сени издәп, бәк аварә болуп кәтти. Бизму сени издәп тапалмиғандуқ. Яхши болди, биз сени өйүңға апирип қояйли.
Асланханниң қәлбини хошаллиқ чулғиди, униң көз алдида ата-аниниң меһриван чирайи, хошнилириниң уни хошаллиқ билән қарши еливатқанлиғи намайән болди.
Мәһәммәт Рози ЯРҚИН, «Тарим» журнали. 6 сан, 1986 жил.
СИЛА ЗАКЛИНАНИЯ «СУФ»
– Поздравляю, братец Асланхан! – произнес благоговейно лис, выйдя навстречу уставшим и голодным котенку и волку, – считай, что «ангел» вместе с тобой благословил и нас. Теперь удача будет следовать за тобой во всех твоих делах. Ты поблагодарил братца Волка?
Асланхан задумался.
– Я совершил доброе дело ради Всевышнего. «Не нужно благодарностей», —смиренно произнес волк. Слова волка подействовали на котенка. Он почувствовал, как в душе появлялось чувство искренней благодарности.
– Я всегда буду вас слушаться, и делать все, что вы мне скажете! – искренне воскликнул котенок.
– Молодец, маленький братец! – произнес радостно лис. – Мы тоже рады, что у нас есть такой хороший друг. Ну, да ладно, давайте сначала поедим, потом поговорим.
Втроем они сели поесть. Асланхан взял кусочек мяса и с удовольствием начал его жевать. Тут лис завел разговор.
– Братец Асланхан, знаешь ли ты, откуда берется мясо, которое ты кушаешь? Котенок не знал, что ответить.
– Ты в самом деле не знаешь?
– Не знаю, – ответил котенок.
– В таком случае ты должен знать, – начал Лис с серьезным видом, – если все время есть и не пополнять свои запасы, даже гора еды может закончиться. Не так ли?
– Да-да, ты прав! – соглашался волк, и котенок качал головой в знак согласия.
– Братец, продолжал лис, – ты должен показать нам силу заклинания «Суф».
– Но как же я это покажу? – спросил котенок.
– Это очень просто. Вон на той улице проживает семейство проклятых куриц. Рано утром они начинают кудахтать и шуметь. Никому нет от них ни сна, ни покоя. Днем к ним не подойти. Вечером в курятник пройти тоже невозможно. А тебе это сделать проще простого!
Асланхан задумался. Но чем больше он думал, тем еще больше путались мысли, и он не знал, что ответить.
– Братец Асланхан, не ломай голову, – сказал Лис, – прежде чем они пойдут в курятник, ты заберешься к ним внутрь и закроешь дверь изнутри. Тогда куры не смогут войти. А мы сделаем свою работу. Как? Сможешь?
Асланхан согласился.
На следующий день перед закатом солнца лис и волк повели котенка к лесу недалеко от поселка. Отсюда был хорошо виден весь двор. Асланхан увидел, как по двору прогуливались куры и что-то поклевывали.
«Они так похожи на Мекиян, – подумал котенок. – Они же могут меня заклевать. Ах, да. Тогда я не мог им ответить. Но теперь у меня есть благословение самого Ангела!»
– Ты иди тихонько, – прошептал ему лис, – смотри, чтоб тебя не увидели.
Асланхан ползком пробрался во двор, вошел в курятник и закрыл дверь изнутри. В скором времени куры отправились по своим домам. Но одна группа кур не смогла открыть дверь. Удивленные, они столпились у курятника. Курица с красным гребешком толкнула дверь. Дверь была заперта.
– Что-то здесь не ладно. Пока не случилось беды, давайте пойдем к соседям и переночуем у них.
Она не успела закончить свою речь, как откуда ни возьмись появились страшные тени и набросились на них. Громкое кудахтанье кур встревожило всю округу. В тот же миг залаяли сторожевые собаки. Лис и Волк схватили одну курицу и рванули в лес. Асланхан тоже хотел побежать за ними, но куры заметили его, вмиг окружили и стали нещадно клевать. Асланхану было очень больно, он громко мяукал. Наконец, каким-то образом он смог вырваться и тоже побежал в лес. Вдруг он увидел, как лис и волк кружились в драке. Они не смогли поделить добычу и в ярости рвали ее друг у друга. В это время их догнали и окружили сторожевые собаки. Обессиленные от драки лис и волк уже не смогли сбежать…
Котенок один сидел на камне и дрожал. Тут он увидел главного пса, подбежал к нему и горько заплакал. Он рассказал псу о своих злоключениях.
– Мама тебя избаловала, но все же тебе нельзя было сбегать из дома, – с пониманием ответил Пес. – Где это видано, чтобы из-за какого-то заклинания ангела, можно было всего добиться, ничего не делая? Способности получают тяжелым трудом, бесконечной работой и учебой.
Эти слова заставали котенка еще больше раскаиваться. Он очень сожалел и горько плакал.
– Все, хватит, перестань плакать, – залаял Пес, – твои родители замучались искать тебя. Мы тоже повсюду искали тебя. Все, хорошо, хватит, мы отведем тебя домой.
Сердце Асланхана радостно застучало, когда он представил добрые лица родителей и соседей, которые радостно его встречают.
Махаммат Рози Яркин. Журнал «Тарим» 1986 №6
МӨШҮК ПАДИША
Бир оғри мөшүк җаңгалда яшашни арзу қилип, йолға чиқипту. У орманға кирип кетип барса, йолда бир қув түлкә учрап қапту. Мөшүк өмридә түлкини көрмәптекән, шуңа бу қандақ җаниваркинә? Йәнә мени йәп қоймисун дәп ойлаптудә, түлкини һүрпәйтип турупту. Мөшүкни көргән түлкиму, бу ким болди әнди? Өмрүмдә мундақ аччиғи яман һайванни көрмигәндим, өзи күчлүк көрүниду, көзлириниң йенишини қара буниң дәп ойлаптудә, дәрһал униң алдиға берип:
– Йол болсун, ағинә! – дәпту.
–Тирнақлирим өткүр, чишлирим иштик мөшүк батурмән, орманға кетип баримән, – дәп җавап берипту мөшүк.
– Немишкә? – дәп сорапту түлкә.
– Гөш йәймән, қосиғим ач, мияв… мияв… мияв… – дәпту мөшүк.
Түлкиниң җени чиқип кетәйла дәп қапту. У қорқуп кәткәнлигини билиндүрмәй:
– Җүрүң мән билән, – дәпту қол бағлап туруп, – бизниң өйдә тамақ йәймиз. Улар биллә кетишипту…
