Йолда бир бөрә учрап қапту. Мөшүк йәнә һүрпийипту, униң көзлири от болуп йенипту. Бөрә униңдин қорқуп, бу қандақ һайванду, дәп ойлапту вә түлкидин аста сорапту. Түлкә:
– Бу йеңи падиша, җим бол, болмиса, қийма-чийма қиливетиду, – дәпту.
–Растму? – дәпту бөрә қорқуп вә улар билән үн чиқармай биллә меңипту. Уларға бир ейиқ учрапту.
– Йол болсун, – дәпту ейиқ вә бирдинла мөшүкни көрүп қелип сорапту, – бу ким?
Мөшүк түлкини һүрпәйтип, бәллирини мүкчәйтип, көзлирини чәкчәйтип җим турупту.
Түлкә ейиқниң қулиғиға пичирлап:
– Хушяр болсила, ейиқ җанаплири, мөшүк палван дегән мошу, бу жутқа йеңидин падиша болуп кәлди. Йәнә қийма-чийма қиливәтмисун, – дәпту.
Түлкиниң бу сөзини аңлиған ейиқ:
Шундақму техи… – дәпту вә өзини сәл жүрәклик көрситип, – ундақ болса, уни синап көримиз.
Ейиқниң бу гәплирини аңлиған мөшүк:
– Мияв… тирнақлирим өткүр, мияв… чишлирим иштик, мияв… гөш йәймән, гөш йәймән, мияв… мияв… – дәп миявлапту.
Мөшүк йол бойи, бу бала-қазадин қандақ қутулармән, дәп миявлапту. У йолда бирдинла бир бөдүниниң учушқа тәмшиливатқанлиғини көрүп қелип, оқтәк етилип берип, һапила-шапила тутупла йәветипту. Буни көрүп, башқилар техиму вәһимә ичидә қапту, түлкиниң өйигә кәлгәндин кейин ейиқ, бөрә, түлкә мәслиһәтлишип:
– Униңға зияпәт берәйли, кейин бир йолини қилармиз, – дейишипту. Улар өлүп қалған бир қойниң гөшини әкелип, мөшүкниң алдиға ташлаптудә, бөрә бир ориға, түлкә чатқал ичигә, ейиқ өңкүргә кирип мөкүвелип, мөшүккә көз етип турупту. Мөшүк гөшни татилаштуруп йәверипту, көзлирини оттәк чақнитип у яқ-бу яққа тәлмүрүп чеқирапту.
Бөрә билән ейиқниң кәйпи учупту, түлкә чатқал арисидин марапту. Чашқанниң шилдирлиғинини аңлап, чашқан дәп ойлап, бирдинла түлкигә етилипту. Түлкә: «Вай, өлдүм!» дәп вақираветипту.
Мөшүк қорқуп, өзини бир чоңқурға ташлиған екән, у йәрдин бөрә, «Вай-вайлап» қечипту. Мөшүк әнди өлдүм, дәрәққә чиқивалай, дәп дәрәккә қарап иштик етилған екән, дәрәқ түвидики өңкүрдә ятқан ейиқ қорқуп, өзини бир һаңға етипту.
Шундақ қилип, мөшүк явайи һайванларниң чаңгилидин қутулуп қапту.
КОТ-ПАДИШАХ
Однажды, вороватый Кот, решив пожить в лесу, отправился в путь-дорожку. И тут на встречу ему идет хитрый Лис. Кот никогда раньше не встречал таких животных: «Это еще что за зверь? Как бы он меня не съел», – подумал он и вздыбил свою шерстку. Лис перед невиданным зверьком тоже насторожился: «Это что за зверь лесной? Таких злых и бесстрашных зверей я никогда не видывал. Наверное он очень сильный, и глаза его так и горят огнем», – подумал Лис и приблизился к Коту.
– Доброй дороги, друг мой!
– У меня острые когти и крепкие зубы! Я – бесстрашный Кот, иду в лес,– ответил ему Кот.
– Но почему ты идешь в лес? – спросил Лис.
– Да потому что я очень голодный, мау-мяу! Хочу мяса! Мяууу!– страшно зарычал Кот.
У Лиса от страха поджилки затряслись, но он постарался этого не показывать.
– Пойдем со мной, почтенный, – смиренно произнес Лис. – Мой дом тут недалеко. Там у меня много еды!
И они вместе отправились в путь.
По дороге они повстречали Волка. Кот вздыбился, глаза загорелись огнем. «Это еще что за зверь невиданный?» – испугался Волк и тихо спросил у Лиса. Лис ему отвечает:
– Это наш новый падишах, веди себя смирно, а не то он тебя на части разорвет.
– Правда? – испуганно спросил Волк и смиренно отправился вместе с ними.
Долго ли, коротко они шли, как повстречался им Медведь.
– В добрый путь! – сказал Медведь. Но увидев Кота и он заинтересовался:
– Кто это?
Кот вздыбил свою шерсть, выгнул дугой спину, страшно выпучил глаза.
Лис прошептал на ухо Медведю:
– Приветсвую вас, господин Медведь. Это тот самый Кот-богатырь. Он назначен к нам падишахом. Будьте осторожны с ним. Он может разорвать вас на кусочки!
– Ах, вот оно что! – произнес Медведь, стараясь казаться храбрым, – надо его испытать!
Услышав эти слова, Кот угрожающе замяукал:
– Мяууу! Когти мои точеные, зубы – остррые! Хочу мяса!!!
На дороге он заметил перепелку, которая готова была вот-вот взлететь. Кот подпрыгнул, схватил ее на лету и тотчас проглотил несчастную. Увидев это, его спутники еще больше заволновались.
Так потихоньку они подошли к дому Лиса.
– Надо для него приготовить хорошее угощение, потом подумаем что делать, как нам быть, – решили путники. Они притащили и бросили к ногам Кота тушу барана, и разбежались кто куда. Волк бросился в яму, Лис спрятался в кустах, Медведь забился в пещере. И каждый со своего укрытия наблюдал за Котом. Кот же жадно разрывал тушу барана, сверкая глазами и рыча от удовольствия. Волк и Медведь притаились от страха. Лис подсматривал из своего убежища и не заметил, как кусты под ним зашуршали. Кот оглянулся, подумав, что в кустах мышь, и бросился на Лиса.
– Вай, вот и смерть моя пришла! – закричал от страха Лис. Кот, напуганный криком, прыгнул в яму, где прятался Волк.
– Вай-вай! – заскулил Волк и бросился наутек.
– Вот теперь я пропал! – подумал Кот в страхе и решил взобраться на дерево. Около дерева находилась пещера, в которой прятался Медведь. Увидев, как на него бежит Кот, Медведь с ревом покатился прочь.
Вот так вот Кот-воришка спасся из лап диких животных.
ЙОЛВАСНИҢ МӨШҮКНИ УСТАЗ ТУТУШИ
Бурунқи заманда бир йолвас қоюқ орманда башқа явайи һайванлар билән биргә яшайдекән. Униң бәдән қурулуши чоң, сүрлүк һәм салапәтлик болсиму, амма һорун екән.
Униң үстигә ов овлашни билмигәчкә, өлгән һайванларниң тапилирини қарға-қузғунлар билән биллә йәп җан бақидекән.
– Ай – күнләрниң өтүши билән йолвас бөрә, түлкә дегәндәк гөшхор һайванларниң ов овлаштики маһаритини көрүп, өз көңлидә булар мәндин кичик, амма башқа һайванлар улардин әйминиду. Мәндиму әшуларда болған маһарәт болған болса, мундақ ач жүрмәс едим, дәп ойлапту. Түлкиниң алдиға берип йелинип-ялвуруп, ов овлаштики маһаритини өзигә үгитип қоюшини илтимас қипту. Түлкә йолвасқа һеҗийип туруп мақуллуқ билдүрүптудә, уни кәйнигә селип, орманни айлинишқа башлапту. Йолвас түлкиниң кәйнидин соқулдап, таза һарған болсиму, чидап униңға әгишипту. Меңип-меңип бир очуқчилиққа кәлгәндә, түлкә йолвасқа қарап:
– Қара, әву йәрдә бир тошқан туриду. Мән саңа қарап турай, йәр беғирлап аста шәпә чиқармай берип, бирнәччә қәдәм қалғанда етилдә, уни тутуп алдимға елип кәл, – дәпту. Йолвас түлкиниң үгәткини бойичә қосиғини йәргә чаплап аста келип тошқанға бирнәччә қәдәм қалғанда өзини униңға бир атқан екән, қапқанға чүшүп қалғили тас қапту. Түлкә һеҗийип, униң алдиға кәптудә, овчиниң йәмчүк қилиш үчүн қоюп қойған өлүк тошқанни елип кетип қапту. Йолвас түлкиниң уятсизлиқ қилғанлиғини, өзини қапқанға дәссәтмәкчи болғанлиғини билип, көңлидә ғәзәплинипту. Бирақ түлкигә чеқилишқа көзи йәтмәпту.
У ғәмкин кетиватқанда, су бойида бир кейик балисини мәззә қилип йәватқан бөригә ялвуруп қаптудә, шөлгәйлирини еқитип, униңға жирақтин тәлмүрүп қарап турупту. Қосиғи раса толған бөрә йолвасқа кейик балисиниң сала, ғаҗиланған устихинини ташлап берипту. Йолвас бөриниң бу илтипатиға һәшкалла етипту вә униңдин өзиниң ов овлаштики маһаритини азирақ болсиму үгитип қоюшни өтүнүпту. Йолвасниң бу гепини аңлиған бөрә ғәзәплинип:
– Һәй, ләқва, сән илтипатимға қанаәт қилмай, йәнә һүниримни үгәнмәкчиму? Мана саңа, дәптудә, йолвасқа бир етилипла, униң еғиз-бурнини қанқа бояветип, кетип қапту.
Аридин бирнәччә вақит өтүп йолвасниң ачлиқтин җени һәлқумиға келип ятқанда, алдида бир мөшүк даңлаватқан бир төрт ява кәптәрниң әтрапини айлинип келип, туюқсиз етилип берип, бир кәптәрни тутувелип, мәззә қилип йәватқанлиғини көрүпту. Өзидин нәччә һәссә кичик бир мөшүкниң өз олҗисини шунчә әпчиллик билән қолға чүширишини көргән йолвасниң жүригини һәсәт оти қаплап, униң алдидики кәптәрни тартивелишни ойлиған болсиму, амма униңға көзи йәтмәпту вә көңлидә, мана бу мөшүккиму бир дәп бақай, өз һүнирини үгитип қойса, һәҗәп әмәс, дәп ойлап, мөшүкниң алдиға кәпту вә:
– Салам, мөшүкҗан, сиздики ов овлаштики маһарәтлири һәқиқәтән қалтис екән. Сили маңа устаз болуп, бу маһарәтлирини үгитип қойған болсила, – дәпту.
Мөшүк йолвасниң сүрлүк теләтидин әйминип туруп, униңға:
– Мән җанаплиридин кичик турсам, өзлиригә қандақ устаз болалаймән? – дәпту. Йолвас мөшүккә өз бешидин өткән сәргүзәштилирини, ғурбәтчилик турмушини бир-бирләп сөзләп, йелинишқа башлапту. Шуниң билән мөшүк йолвасқа өз һүнирини үгитип қоюшқа рази боптудә:
– Сили мениң үгәткиним бойичә иш көрсилә, тез муддәттә ов овлаш маһаритини үгинип болалайла, – дәпту.
– Чоқум устазимниң үгәткини бойичә иш көримән, – дәпту йолвас.
– Ов овлашта батурлуқ күч, чәбдәслик болупла қалмай, йәнә әқил-парасәт болуши керәк. Үзлүксиз тиришиш мәшиқни давамлаштуруш – бу маһарәтни егиләшниң муһим шәрти. Шуңа, сили һазирдин башлап һәр күни бирнәччә чақирим тез сүръәттә жүгрәп бәдән чениқтурсила, андин мән ов овлаш маһаритимни үгитишкә башлай, – дәпту мөшүк.
Шуниң билән мөшүк йолвас билән биргә мәшиқ қилишни башлапту.
Мөшүк йолвасқа һәрхил панаһлиниш усул, жүгрәш сүръити, қаршилиқ күчи, йолни тосаш, шәпә чиқармай йеқинлишиш, изиға чүшүш, пәйт күтүш, нишан бәлгүләш, қалаймиқан қилиш, искәнҗигә елиш қатарлиқ усулларни тәпсилий сөзләп, мәшиқ қилдурупту. Йолвасму чидап мәшиқ қилип, мөшүкниң көрсәтмиси бойичә ов овлашқа киришипту вә мәззилик иссиқ гөшләрни йәп, күчлинишкә күчәйгәнсири, орманни айлинип жүрүп, қосиғи тоқ болсиму, көңли халиған һайванни өлтүрүшкә башлапту. Шуниң билән ормандики барлиқ һайванлар йолвастин қорқидиған бопту, һәтта бөрә униң буйруғини орунлайдиған, түлкиму күнигә нәччә қетим тазим кәлтүридиған бопту.
Күнләрниң өтүши билән түлкә йолвасниң алдида нәччә пүклинип, қуйруғини шипаңлитип:
– Пүтүн һайванлар, йолвас һәрқанчә қилған биләнму мөшүкниң шагирти, униңдин қорқуп кетиштин һаҗити йоқ, дейишиватиду, – дәп, йолвас билән мөшүкниң мунасивитигә бузғунчилиқ сапту. Йолвас көңлидә: «Мән пат-арида пүтүн ормандики һайванларға падиша болимән, бу чағда бөрә мениң орда ясавулум, түлкә вәзирим болиду. Бирақ мошу мөшүк дегән бирнемини мениң устазим дәп жүрсәм, аброюмға сәт әмәсму» дәп ойлап, мөшүкни қандақ биртәрәп қилишиниң чариси үстидә ойлинишқа башлапту.
Бир күни йолвас билән мөшүк орманни айлинип кетиветип, наһайити барақсан, көркәм өскән бир гүлзарлиққа келип қапту. Мөшүк рәңму-рәң гүлләргә, кепинәкләргә зоқлинип, гүлләрниң хуш һидидин дили яйрап кетипту. Йолвасму бу гүлзарлиқни һә дәп махтап, мөшүкни гәпкә селип меңипту вә бир дохмушқа кәлгәндә туюқсиз ян тәрәпкә шиддәт билән бурулуп, мөшүккә ташлинипту. Хушяр мөшүк болса, йолвасниң арқа тәрипигә қарап қечипту, йолвас мөшүкни қоғлапту, мөшүк җан-җәһли билән қечипту вә йолвас өзигә йетишивалай дегәндә бир түп седигә чиқивапту. Мөшүкниң бу һәрикитини көргән йолвас һәйран қапту. Седигә ямишип баққан болсиму, чиқалмапту вә мөшүккә қарап ғәзәп билән:
– Сән маңа немишкә дәрәққә чиқишни үгәтмидиң? – дәп товлапту.
– Һәрқандақ устаз болғучи яман нийәтлик шагиртниң кейин өзигә елип қалидиған маламитидин сақлиниш үчүн мошундақ қилмақ керәк. Мән силиниң яман нийәтлирини сәзгәндин кейин, өзәмгә сақлап қойған бу маһаритим һазир мениң қәдир-қиммитимни, өзәмни қутқузди, – дәпту мөшүк.
Йолвас ғәзәплик нәрә тартип, седигә өзини уруп лиңшитип баққан болсиму, мөшүк дәрәқкә мәккәм чаплишип турувалғачқа, һечнемә қилалмапту. Шуниңдин бери мөшүк йолвастин айрилип яшашқа башлапту. Йолвасму падишалиқ дәвранини сүрүп, яшап кәпту. Бирақ, йолвас орманлиқни айланғанда, дәл-дәрәқләрниң йенида өткәндә дәрәқләргә һәсрәт билән узундин-узун қарап кетип қалидекән.
КАК КОТ БЫЛ НАСТАВНИКОМ ТИГРА
Давным-давно, в одном густом лесу, жил-был тигр вместе с другими хищниками. Тигр был крупным, выглядел внушительно, но был он очень ленив. И к тому же, не умел охотиться. Поэтому приходилось ему питаться падалью, которая оставалась от ворон и ястребов. Как-то заметил он, что волк и лиса – хорошие охотники. У них всегда было свежее мясо. Он думал: «Они меньше меня, но другие звери их очень уважают. Вот если бы и я был хорошим охотником! Тогда бы мне не пришлось голодать».
И тогда тигр решил попросить лису, чтобы она научила его охоте. Лиса согласилась, но при этом хитро усмехнулась…
Вот, стали они обходить лес. Тигр сильно устал плестись за лисой, но терпел. Долго ли, коротко ли шли они, и, наконец, пришли они к опушке леса.
– Вон, видишь, там сидит заяц, – показала лиса,– ты иди туда, тихо ползи, не издавай ни звука. А я здесь тебя прикрою. Когда останется несколько шагов до зайца, прыгай и хватай его! И принеси его ко мне.
Тигр поступил так, как научила лиса. Он тихонечко полз, прижимаясь животом к земле. Когда до зайца оставалось несколько шагов, он прыгнул, но чуть не угодил в капкан. Лиса, коварно скалясь, подошла, схватила мертвого зайца, которого охотник оставил как приманку рядом с капканом, и сбежала. Тигр пришел в ярость от такой бессовестной выходки лисы. Ведь он чуть было не угодил в капкан! Но все же не посмел он отомстить лисе в этот раз.
Размышляя об этом, он подошел к реке. У реки сидел волк и аппетитно ел олененка. Тигр издали смотрел на волка голодными глазами. Сытый волк кинул тигру обглоданную кость. Тигр и этому был рад. Он попросил волка научить его мастерству охоты. Эта просьба разозлила волка.
– Ах ты, глупый! Ты не доволен моей щедростью? Еще просишь научить тебя? Неблагодарный! – произнес волк и тут же накинулся на тигра.
Через некоторое время ярость и обида у тигра прошли. И, однажды, он увидел кота, который охотился на четырех голубей. Они что-то увлеченно клевали и не замечали, как кот кружился вокруг них. Тут охотник неожиданно прыгнул и поймал одного голубя, и стал с аппетитом поедать жертву. «Этот маленький кот так умело поймал жертву»,– подумал тигр и захотел было отобрать добычу у кота, но он и этого не умел. «Испытаю-ка я судьбу еще разок. Попрошу кота научить меня охотиться», – с надеждой подумал тигр.
– Приветствую вас, уважаемый Кот! Вы могли бы научить меня охоте? Ваше мастер-ство поистине великолепно! Вот если бы вы стали бы моим наставником! – со смирением в голосе попросил тигр.
– Я ведь такой маленький, как же я смогу вас чему-то наставлять?– пугаясь тигра, произнес кот. Тигр рассказал ему обо всех своих злоключениях и попытках научиться добывать себе еду. Он умолял кота научить его хоть чему-нибудь. Кот сжалился и согласился научить тигра своему ремеслу.
– Если вы будете следовать моим наставлениям, то быстро научитесь охоте, – сказал он.
– Я непременно буду следовать вашим указаниям, наставник,– согласился тигр.
– Охотник должен быть не только сильным и проворным. Он прежде всего должен обладать умом и находчивостью, настойчиво упражняться и выполнять всё без лишних напоминаний, – начал обьяснять кот. – С сегодняшнего дня вы должны пробегать несколько километров в день и тренировать свое тело. Затем я начну учить вас премудростям охоты.
Вот так тигр начал тренироваться под руководством кота. Тот обучал тигра различным способам укрытия, быстро бегать, оказывать сопротивление, преграждать путь, беззвучно приближаться к жертве. Он научил его также искать след, ждать необходимого момента, определять цель, создавать путаницу, брать в силки, а также другим хитростям, необходимым в охоте.
Тигр терпел все унижения и обиды, выполняя указания кота. Он старательно учился и теперь уже мог позволить себе вкусную еду. Потихоньку он стал набираться сил и уже больше не голодал. И все же он начал просто так убивать животных. Лесные звери стали его бояться. Даже Волк спешил выполнять его приказы. Лиса же по нескольку раз в день стала кланяться ему в пояс.
Однажды лиса пришла к тигру с поклоном:
– Все животные говорят, что тигр – ученик кота. И бояться его не стоит,– хитро произнесла она, помахивая хвостом .
Ее слова внесли раздор в отношения между тигром и котом. «Вот стану я скоро падишахом этого леса. И тогда волк станет моим телохранителем, а лиса – визирем. Надо что-то делать с этим котом», – подумал тигр.
Однажды тигр и кот прогуливались по лесу. По пути они встретили прекрасный цветник. Кот радовался разным душистым цветам, красивым бабочкам. Тигр тоже начал расхваливать цветник, отвлекая кота. Когда они подошли к перекрестку, Тигр внезапно развернулся и бросился на кота. Кот отпрянул и начал убегать, тигр погнался за ним.. Кот бежал со всей силы! Когда тигр стал догонять его, кот внезапно взобрался на дерево. Тигра удивила эта способность кота. Он попробовал тоже вскарабкаться на дерево, но не смог.
– Почему ты не научил меня лазать по деревьям?– с досадой спросил тигр.
– Каждый настоящий наставник должен уметь уберечь себя от злых намерений учеников. Я почувствовал ваши злые намерения и утаил от вас умение лазать по деревьям. Это и помогло мне спастись от вас сейчас, – промяукал Кот.
В гневе тигр стал трясти дерево, но кот сильно вцепился в него. Тигр ничего не смог сделать. С тех пор кот и тигр жили порознь.
Тигр стал падишахом леса. Но все же когда он прогуливался по лесу, то с сожалением смотрел на деревья.
МӨШҮК БАТУР
Бурун-бурундин, териқ тулумидин, тоху ялғанчикән, өшкә чаңгалчикән, қирғавул җәдигән, қуйруғи йәрдикән. Бир җаңгалниң бойида бир дехан болуп, у әтиязда буғдай терип, күздә жиғип, җенини-җан етидекән. Бир жили дехан буғдайдин мол һосул апту. Ашлиғи тағарларға сиғмай қапту. Деханниң өйигә амәт йеғип, қазиниму, чөмүчиму май болупту. Амма узун өтмәй, амәт үстигә апәт йепилипту. Җаңгалдин бир топ чашқан келип, деханниң өйини макан қилишипту. Буғдайни йегәнни аз дәп, деханниң кийим-кечәклирини қирқип, йемәк-ичмәклирини булғап, арам бәрмәпту. Дехан тахтамушуқ қурупту, кучула ташлапту. Амма чашқанлар күндин-күнгә әдәп кетипту. Дехан у ян ойлап, бу ян ойлап, ахири жирақтики мәһәллигә берип, тонуш-билишлиригә ялвуруп жүрүп, бир тағил мөшүк тепип кәпту. У кәлгичә чашқанлар деханни бир халта буғдийиға зиян сапту.
Тағил мөшүк деханниң өйигә кәлгәндин кейин, чашқанларни бир-бирләп боғуп өлтүрүп, танавини тартипту. Амма тағил мөшүк еғираяқ екән. Вақти-қәрәли келип, өзигә охшаш төрт тағил аслан туғупту. Бу арилиқта чашқанлар мөшүктин хелила арам тепип қапту. Амма мөшүк туғуттин турғандин кейин чашқан башлириға йәнә апәт яғидиғанлиғини әслишип, ғәмгә петипту. Мөшүкләр бир йәргә җәм болушуп кеңишипту. Ахири «Асланларға кучула берип, мөшүктин нәслини қурутсақ, бу бала-қазадин қутулимиз» дейишипту вә мәслиһәт бойичә мөшүкниң угисиниң йениға бирнәччә тал кучулини ташлап қоюпту. Гөдәк асланлар дуниядин бехәвәр болғачқа, угисидин ойнап чиққанда билмәстин кучулини йәп қоюп, үч аслан арқа арқисидин өлүп кетипту. Тағил мөшүк қалған бир балисини йенидин айримай беқипту вә өз һүнирини үгитипту.
Ай өтүпту, жил өтүпту, аслан анисиға охшаш йоған қавул мөшүк болупту. Ана-бала мөшүкләр бирликтә чашқан тутуп, өйдики чашқанларни түгитип қоюпту. Чашқан түгигәндин кейин, дехан уларни өйидин қоғлап чиқирипту. Ана-бала мөшүкләр җаңгалға қарап йол апту. Амма йерим йолда тағил мөшүкни бүркүт көтирип кетипту. Анисидин айрилған мөшүк жиғлапту, қахшапту. Ахири беши қайған, пути тайған тәрәпкә қарап кетиветипту. Бир орманлиққа кәлгәндә униңға һайванлар таиписи техи мәлум әмәс екән. Мөшүк түлкини көрүши биләнла түгүлүп һүрпийипту. Бурутлирини диңгайтип, көзлирини пақиритип, хирис қилип турупту.
Бир түлкә униңға сәп селип қариса, териси йолвасниңкидәк тағил, көрүнүши йолвастәк сүрлүк бу мәхлуқни көрүп, ичидә: «Йолвасниң балисидәк бир нәрсигә учрап қаптимән, буниңдин бир амал қилип қутулмисам түгигиним шу» дәп ойлаптудә, көңлигә бир һейлә пүкүп, қуйруғини шипаңлитип найнақлап, мөшүкниң алдиға меңипту. Өз новитидә мөшүк түлкидин қорқуп турған екән. Түлкиниң өзигә ойнақлап келишини көргән мөшүк миявлиған пети қачимән дәп, тәнтирәп кетип, түлкигә өзини етипту.
Жүриги покулдап турған түлкә буни көрүп, алла-товва көтирип, бәдәр қечипту. Шу қачқан пети өйни – өй демәй, дөңни дөң демәй келиватса, алдидин бир ейиқ чиқип қапту.
– Йол болсун түлкивай, – дәпту ейиқ униңға, – немигә шунчә қорқуп, қечип кетиватисән?
Түлкә:
– Мөшүкниң барида сәнму җениңни далдиға ал!
Түлкиниң алди-кәйнигә қорқуп-қорқуп қарашлири вә баш-айиғи йоқ сөзидин һәйран болуп қалған ейиқ буниң сәвәвини билгүси келип, түлкиниң кәйнидин пайпаслап жүгрәпту. Бирдәмдин кейин, бир ериқ бойиға келип, дәмлирини елип олтарған екән. Қаяқтинду бир бөрә пәйда болуп, буларниң йениға кәпту вә түлкә, ейиқтин әһвал сорапту.
