Мой телефон затрещал на тумбочке. Это была Моника.
– Ciao amico! – мой голос звучал сдавленно.
– Стефано не оправдал ожиданий?
– Бери выше, – шмыгая носом ответила я, – мои родители снова устроили фарс. До сих пор вижу мамины руки на плече у Россини.
– Фу, Андреа, это ужас! – Я даже, не видя лицо подруги, знала, что она скривилась, сморщив свой аккуратный прямой нос, что достался ей и Хосе от отца.
– И не говори. – Я теребила край покрывала, стараясь совладать со своим дыханием. – Но знаешь, что во всем этом было хорошее? Стефано не повелся на нее. Кажется, я его заинтересовала.
– Да ладно?! – Завизжала по ту сторону трубки подруга. – Это надо отметить! Хосе сейчас спит сном младенца, а это знаешь, что значит?
– Что?
– Подумай хорошенько, деревянная башка! – Девушка пыхтела от нетерпения. – Ну же! Эх, Андреа! Это значит, что мы пойдем в клуб!
– Какой клуб, Моника? – Поначалу возмутилась я, но вспомнив недавний разговор с отцом, ответила, – а знаешь, что? Клуб, так клуб! Ты обещала показать мне этот «Росси»!
– Заметано, подруга! – Послышался шорох в телефоне – девушка вскочила со своей кровати. – Через час на нашем месте.
Наше место – третий дом, находящийся ровно посередине наших особняков. Мы все лето встречались с Моникой около этого заброшенного дома. Правда, со мной всегда рядом был мой верный пес – Хосе. Сегодня вечером я должна была оказать там одна, и определенно это должно было произойти.
Спустя час я уже стояла в назначенном месте и отбивала своими высокими каблуками чечетку. На улице с каждым днем становилось все холоднее, а я, не подумав об этом, напялила на свое обтягивающее коротенькое платьице кожаную куртку, едва доходящую до талии.
В общем и целом, я выглядела старше своих лет. Этому способствовали высокая шпилька, платье, цвета дорогого французского вина и мой макияж. Глубокий алый цвет на моих губах делал из меня больше шлюху, нежели девицу старше, но мне казалось, что я богиня.
– Девушка, а у вас прикурить не найдется? – спросил знакомый мужской голос, и я вся сжалась. Медленно обернувшись, я столкнулась с подозрительными зелеными глазами Хосе. – Какого черта, Андреа?! Хочешь, чтобы меня твой отец лишил работы?
Из-за спины моего телохранителя вылезла голова подруги. Она виновато прикусила губу.
– Прости, подруга, но этот болван слишком чутко спит.
– Этот болван мог бы и не услышать тебя, если бы ты не топала по дому на своих копытах, как слон. – Парировал недовольный Хосе. Его взгляд мельком пробежался по сестре и потом снова переключился на меня. – И куда ты собралась в таком виде?
– Не важно, – я сложила руки на груди. Хосе старался делать вид, что не замечает, как глубокий вырез декольте оставляет большой обзор на мой пуш-ап.
Он вынул из кармана штанов платок и протянул мне.
– Вытри эту помаду.
– Еще чего, – я высокомерно закатила глаза, тогда мужчина, сделав шаг ко мне, сам стал вытирать мою помаду с губ, размазывая ее по всему лицу.
– Черт! Прекрати! Что ты делаешь? – Я выхватила платок из его рук и оттолкнула друга. Он принял прежнее положение. – Ты все смазал!
– Теперь ты выглядишь, как целованная шлюха. – Он оценивающе вскинул бровь, а я послала ему средний палец.
– Если бы не ты, я выглядела бы пристойно.
– В таком наряде-то? Тебе только птиц пугать. Хотя, – он обернулся на свою сестру, которая уже поравнялась со мной и стала помогать стирать красный след с моей кожи. – Вы обе выглядите, как будто вас потаскали.
– Отвали, Хосе. – Рявкнула на него Моника. – Мы пойдем в «Росси», хочешь ты этого или нет.
– Да я и не сомневался. – Он зевнул. – Но я пойду с вами.
– Нет! – В один голос запротестовали мы.
– Да, – спокойный голос мужчины действовал мне на нервы. – Или со мной или домой. О, складно вышло.
Моника наклонилась ко мне, будто бы найдя какое-то пятнышко. Приблизившись к моему уху, она прошептала так, чтобы это слышала только я.
– Запрем его в туалете.
– Нам же влетит, – буквально одними губами проговорила я и поймала подозрительный взгляд своего телохранителя. – Ладно.
– О чем это вы там шепчитесь? – Он втиснулся между нами и, положив свои руки нам на плечи, повел в сторону своей машины. – Я отвезу вас. К слову, пить не буду. Мало ли что вы захотите подсыпать мне.
Он подмигнул своей сестре, та насупилась, а я испустила короткий каркающий смешок. Напряжение между нами угасло и до клуба мы добирались уже в приподнятом настроении. Я даже успела подумать о том, не предложить ли Хосе отдохнуть с нами. Правда, моя затея не понравилась подруге. Я это прочитала по её выражению лица. В клубе, видимо, её уже ждал Лео, и она категорически не хотела его знакомить со своим братом.
Пройти в клуб оказалось намного проще, чем мне представлялось. Возможно, это из-за того, что мой громила телохранитель был хорошо знаком с охранниками этого заведения. Они радушно пожали друг другу руки и на вопросительный взгляд мужчины, Хосе махнул рукой, мол мы были с ним. Охранники оценивающе осмотрели нас и, приняв нас с Мон-Мон за подружек на одну ночь, подмигнули другу. Хосе цыкнул.
– Она – моя сестра, а она – моя подопечная. Если кто-нибудь их обидит, Орландо, я на кусочки порву. И начну с тебя.
Внутри клуба обстановка была непривычной для меня: неоновый свет был повсюду, запах сигарет и кальяна резко вонзился в мой нос, что я чихнула. Услышав это, Хосе усмехнулся и протолкнул нас к свободному столику.
– Это место не для таких маленьких девочек, как ты, Андреа.
– Какая я маленькая? Через год меня выдадут замуж за Стефано. – Гордо вздернутый нос и надменный голос насмешили друга. Он лишь поднял ладони вверх в качестве примирения.
Мы болтали, пили и танцевали. Моника нервно щелкали пальцами, в ожидании, когда можно будет куда-нибудь спровадить её брата, а меня все больше забавляла эта ситуация.
Где-то через час нам все-таки представилась возможность избавиться от Хосе. После выпитых им нескольких бокалов безалкогольного мохито, он, извинившись, ушел в туалет, ну а мы, конечно же, поспешили за ним. Мы поначалу затерялись в толпе танцующих, пытаясь не попасться на глаза мужчине.
Как только дверь в туалетную комнату захлопнулась, я тут же оказалась рядом с ней. Моника появилась чуть позднее меня и в руках держала откуда-то взятую швабру.
– Ты не боишься, что там еще есть люди? – Прошептала я.
– Даже если и есть, то что? – Я нахмурилась, а она отмахнулась от меня. – Здесь так шумно, что о нем не скоро вспомнят.
– Мон, это глупо, ты в курсе? Его скоро откроют.
– Тогда у меня есть пару минут, чтобы потанцевать с Лео.
Я издала приглушенный вой и помогла подруге подпереть дверь. Стоило только дереву столкнуться с деревом, мы тут же убежали в центр танцпола и стали заливаться смехом. Отдышавшись, она прошептала мне, что скоро подойдет и исчезла из моего поля зрения.
Выпитый мною алкоголь понемногу давал о себе знать. Голова затуманилась и музыка, что гремела из колонок, заставляла меня двигать бедрами в такт. Я закрыла глаза и отдалась ей. Одна песня сменялась другой. Я танцевала, проводя ладонями по своей фигуре, очерчивая её.
Вдруг я почувствовала чей-то взгляд на себе. Легкий холодок прошелся по моему телу, словно разряд. Я обернулась и увидела мужчину. На вид ему было около тридцати. Коротко постриженные волосы и легкая щетина придавали ему более грубый вид, но это почему-то притягивало меня. Я поймала его пристальный взгляд.
Мне казалось, что мы смотрели друг на друга вечность, но на самом деле прошло не больше минуты. Я бы и дальше продолжала любоваться его чертиками, танцующими в глазах, если ты не мертвая хватка моего телохранителя.
Он резко развернул меня к себе, и в тот же миг я готова была испустить дух. Его зеленые глаза чернели, губы были искажены злобой. Он дернул меня за локоть и поволок прочь с танцпола, уже волоча другой рукой свою брыкающуюся сестру.
– Отпусти девушку, – низкий баритон вызвал во мне странное ощущение. Ноги перестали чувствовать землю и, если бы не рука Хосе, я бы упала.
Я обернулась. Рядом с нами стоял тот самый мужчина. На близком расстоянии друг от друга я заметила его карие глаза и небольшой шрам на виске. Он придавал мужественности его красивому лицу. У него был ровный нос, четко очерченные скулы и длинные черные, как и его волосы, ресницы. От него исходила опасная энергия. Я невольно сильнее прижалась к другу.
– Эти девушки со мной, – мрачно отозвался Хосе. Руку он до сих пор держал на моем локте, правда, хватка его ослабла.
– Это правда? – Он изогнул свою черную бровь и посмотрел на меня.
Черт! Его вызывающий взгляд внушал ужас. Я сжималась при виде него, но не могла заставить себя оторваться от его прекрасно сложенного тела, его сильных рук, его сигареты, которую он держал между указательным и средним пальцами.
Мужчина сделал шаг в нашу сторону. Он, не отрывая пристального взгляда от меня, все еще ожидая моего ответа, коснулся руки Хосе, но тот снова стиснул меня. Мужчина нахмурился.
– Так, вы правда с ним?
– Да, – запинаясь ответила я. Я тонула в этих глазах и мне все больше становилось страшно. – Хосе мой телохранитель.
Мужчина заметил за его спиной фигуру подруги. Он кивнул в ее сторону.
– А она кто?
– Моя подруга.
Узнавание озарило его лицо и лицо моей подруги. Она робко ему кивнула в знак приветствия и снова спряталась за спину брата.
– Значит, никаких проблем? – спросил он, все еще смотря на меня.
– Никаких, – ответила я, и он кивнул.
– Хорошего вечера.
Стоило только мужчине отойти от нас, как Хосе снова поволок нас к выходу. Он все еще был зол. Пыхтя и что-то причитая себе под нос, он запихнул нас на заднее сидение, а сам уселся на место водителя.
Моника, которая все это время находилась в странном спокойствии, почувствовав себя в безопасности позади брата, накинулась на меня.
– Я оставила тебя на пару минут, а ты уже познакомилась с Луиджи?
– Моника, – прорычал брат впереди нас, но она не обратила на него внимание.
– С кем?
– Только не говори, что ты не узнала брата своего нареченного?
В голове снова возник образ мужчины – темные волосы, карие глаза и идеально ровный нос, который так свойственен итальянцам.
– Кого? – я так громко закричала, что Хосе резко затормозил. Он в гневе развернулся к нам лицом и ударил сестру по коленке – она была ближе всего к нему. – Прекрати, – рявкнула я на него, а потом снова посмотрела на подругу. – Повтори, что ты сейчас сказала.
– Хватит на сегодня разговоров.
Я толкнула Хосе, заставляя его развернуться. Он противился, но все же подчинился.
– Говори, Моника. Говори, иначе я выкину тебя из машины.
Странное чувство охватило меня. Мне резко захотелось исчезнуть. Моя грубость слегка обидела подругу, но она все же ответила мне, и её ответ вызвал во мне бурю эмоций. Мне резко захотелось вернуться в клуб и высказать этому Луиджи все, что я о нем думала.
– Луижди Россини, Андреа. «Росси» – его клуб, а Стефано Россини – его брат. Не думала, что ты могла забыть это.
Черт! Черт! Черт! Это был старший брат Стефано. Луиджи – глава парижской мафии, человек, с отцом которого мой отец заключил сделку. Из-за его семьи и моего отца я стала разменной монетой.
Глава 3
Я не могла вспомнить, как добралась до дома, как оказалась переодетой в пижаму, как очутилась в кровати. Была глубокая ночь, когда я приехала домой, запретив друзьям провожать меня. Я злилась. Злилась на родителей, на Хосе и Монику. Последняя, кстати, очевидно была знакома с Луиджи, но никогда об этом мне не рассказывала. Я злилась на семью Россини, на весь мир и больше всего на себя.
Как так вышло, что мое пристрастие к модели Стефано Россини выросло в помолвку? И сейчас, увидев его своими глазами, почувствовав прикосновение его кожи к своей, я понимала, что запуталась в своих чувствах. Любить постер, фотографию человека, его иллюзию куда проще. Я сотни раз пересматривала с ним видео, слушая его бесконечно приятный низкий голос. Мне больше всего нравилось, когда он в каком-нибудь интервью резко переходил с английского на итальянский и наоборот.
Удивительно, но во всех своих интервью он умалчивал о своей семье. Я знала лишь то, что слышала со слов других: Стефано – младший брат главы парижской мафии, Стефано не смог ужиться в мире мафии и перешел на мирную сторону, Стефано холост и все еще ищет ту самую спутницу жизни. Одно в моей голове не складывалось: как мой отец мог договориться об этом с Россини, ввязать во все это младшего сына, учитывая тот факт, что он далек от бизнеса отца и старшего брата.
Я была мирным человеком, и все жестокое и порочное было для меня дикостью. Наверное, поэтому немного мрачный загадочный Стефано и привлек мое внимание. Он просто не хотел жить, купаясь в крови своих врагов.
Утром меня разбудил громкий и раздражающий голос мамы. Она стояла посреди комнаты, сложив руки на груди. Её волосы были заделаны на макушке, а глаза были подведены черным карандашом. Она была похожа больше на цыганку, чем на коренную итальянку. Молодую цыганку.
– Андреа! Живо вставай!
– Мам, – протянула я, потирая все еще сонные глаза. Я посмотрела на часы – половина седьмого. У меня был еще час до подъема. – Ты чего так рано?
– К нам на завтрак заедет Стефано.
Я резко села. Мои волосы были взъерошены, а под глазами красовались темные круги – след от туши. Мама осмотрела меня с ног до головы, а потом подозрительно сощурилась.
– Где ты была, Андреа?
– Спала. – Я посмотрела на нее, как на идиотку. – А ты меня разбудила. Во сколько приедет Стефано?
– Через пятнадцать минут. Завтрак готов. Жду в столовой.
– Черт, черт, черт! – Зашипела я и вскочила с постели, прямиком направляясь в душ.
Так быстро я еще не собиралась. Через пятнадцать минут я была готова во все оружия. Школьное темно-синее платье, подол которого едва доходил до колен, неплохо сочетался с желтыми лодочками и такой же желтой сумкой. Волосы были убраны в высокий хвост, который визуально вытянул мое лицо и мои скулы стали выглядеть более очерченными.
Я посмотрела на себя в зеркало и вспомнила свой ночной наряд. Небо и земля. Я рассмеялась замечанию Хосе.
– Хорошо, что сегодня без красной помады, – он стоял в дверях, облокотивший на дверной косяк. Оторвавшись от него, он подошел ко мне и положил свои ладони на мои плечи. Я напряглась. – Андреа, прости за вчерашнее.
– Ты о чем?
Он приподнял свои брови, а потом лукаво усмехнулся.
