– Просветленный человек не совершает чудес, пока не получит внутреннего разрешения, – объяснял Учитель. – Бог не желает, чтобы секреты Его творения раскрывались беспорядочно[88 - «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Евангелие от Матфея 7:6).]. Кроме того, каждый человек в мире имеет неотъемлемое право на свободную волю. Святой не посягнет на эту независимость.
Молчание, привычное для Шри Юктешвара, было вызвано его глубоким восприятием Бесконечного. У него не было времени на бесконечные «откровения», которыми постоянно заняты учителя без самореализации. «Стоит рыбе мелких мыслей плеснуть хвостом, и в поверхностных людях вскипает буря. В умах океанической глубины киты вдохновения почти не поднимают волн». Это наблюдение из индуистских священных писаний не лишено проницательного юмора.
Хотя Учитель родился смертным, как и все люди в нашем мире, он достиг единства с Повелителем времени и пространства.
Из-за непримечательного облика моего гуру лишь немногие из его современников признавали в нем сверхчеловека. Популярная пословица «Тот глуп, кто не может скрыть свою мудрость» никогда не имела отношения к Шри Юктешвару. Хотя Учитель родился смертным, как и все люди в нашем мире, он достиг единства с Повелителем времени и пространства. В его существовании ощущалось подобие Богу. Он не видел никаких непреодолимых препятствий на пути слияния человека с Божественным. Со временем я понял, что если такой барьер и существует, то он кроется в духовной безрассудности человека.
Я всегда трепетал от прикосновения к святым стопам Шри Юктешвара. Йоги учат, что ученик духовно намагничивается благоговейным контактом с мастером. Между ними генерируется тонкий поток, который часто искореняет нежелательные привычки в мозгу верующего и благотворно иссушает русло его мирских стремлений. Пусть на мгновение, но ученик может обнаружить, что тайные покровы майи приподнимаются, и мельком увидеть реальность блаженства. Все мое тело отзывалось освобождающим сиянием всякий раз, когда я по индийскому обычаю преклонял колени перед своим гуру.
– Даже когда Лахири Махасайя молчал, – признавался мне Учитель, – или когда он беседовал не на строго религиозные темы, я понимал, что он все равно передает мне невыразимые знания.
Шри Юктешвар влиял на меня точно так же. Если я входил в обитель в взволнованном или угнетенном расположении духа, мое настроение незаметно менялось. Исцеляющее спокойствие снисходило на меня при одном только взгляде на гуру. Каждый день, проведенный с ним, был новым опытом радости, покоя и мудрости. Я никогда не видел, чтобы он в чем-то заблуждался или был опьянен жадностью, эмоциями, гневом или какой-либо человеческой привязанностью.
«Тьма майи бесшумно приближается. Давайте скорее вернемся в свой внутренний дом». Повторяя эти слова на закате, Учитель постоянно напоминал своим ученикам о необходимости Крийя-йоги. Очередной новый ученик иногда выражал сомнения относительно того, достоин ли он практиковать йогу.
– Забудь прошлое, – утешал его в таком случае Шри Юктешвар. – Впустую потраченные жизни людей омрачены множеством постыдных поступков. Человек всегда подвержен соблазнам, пока не найдет убежище в Божественном. Все в будущем наладится, если ты сейчас приложишь духовные усилия.
Человек всегда подвержен соблазнам, пока не найдет убежище в Божественном. Все в будущем наладится, если ты сейчас приложишь духовные усилия.
В обители Учителя всегда проживали юные челы[89 - Ученики. Слово образовано от санскритского корня глагола «служить».]. Их духовное и интеллектуальное образование было увлечением всей его жизни: даже незадолго до кончины гуру принял под свое крыло двух шестилетних мальчиков и одного юношу шестнадцати лет. Он направлял их умы и жизни старательным обучением, в котором этимологически коренится слово «ученик». Обитатели ашрама любили и почитали своего гуру, легкого хлопка в ладоши было достаточно, чтобы они с готовностью спешили к нему. Когда он был молчалив и замкнут, никто не осмеливался заговорить, когда его смех звучал весело, дети смотрели на него, как на равного друга.
Учитель редко просил кого-то оказать ему личную услугу и не принял бы помощи от ученика, если тот не испытывал искреннего желания помочь. Мой гуру спокойно стирал свою одежду, если ученики упускали из виду это привилегированное задание. Шри Юктешвар носил традиционное одеяние свами цвета охры, его туфли без шнурков, в соответствии с обычаем йогов, были сшиты из тигровой или оленьей кожи.
Учитель свободно говорил по-английски, по-французски, на хинди и бенгали, прекрасно знал санскрит. Он терпеливо наставлял своих юных учеников, используя определенные приемы, которые изобретательно придумал для изучения английского и санскрита.
Учитель следил за своим здоровьем, в то же время воздерживаясь от трепетной привязанности к телесной оболочке. Бесконечное, отмечал он, должным образом проявляет себя через физическое и ментальное здоровье. Он отвергал любые крайности. Однажды один ученик начал длительный пост. Мой гуру только рассмеялся: «Почему бы не бросить собаке кость?»
Здоровье Шри Юктешвара было превосходным, я никогда не видел его больным[90 - Однажды он заболел в Кашмире, но в это время я был в отъезде (см. главу 23).]. Он разрешал ученикам обращаться к врачам, если это казалось разумным. Его целью было проявить уважение к мирскому обычаю: «Врачи должны продолжать свою работу по исцелению с помощью Божьих законов применительно к материи». Но он подчеркивал превосходство умственной терапии и часто повторял: «Мудрость – величайшее очищающее средство».
Боль и удовольствие преходящи. Переносите и то и другое со спокойствием, пытаясь избавиться от их власти.
– Тело – вероломный друг. Давайте ему необходимое, но не более, – говорил он. – Боль и удовольствие преходящи. Переносите и то и другое со спокойствием, пытаясь в то же время избавиться от их власти. Воображение – это дверь, через которую входит как болезнь, так и исцеление. Не верьте в реальность болезни, даже когда вы больны, и незваный гость вас покинет!
Среди учеников Мастера было много врачей. «Те, кто разобрался в физических законах, могут с легкостью исследовать науку о душе, – говорил он им. – Тонкий духовный механизм скрыт непосредственно за структурой тела»[91 - Доблестный медик Шарль Робер Рише, удостоенный Нобелевской премии по физиологии и медицине, писал следующее: «Метафизика еще официально не является наукой, признанной как таковая. Но это случится… В Эдинбурге я смог подтвердить перед сотней физиологов, что наши пять органов чувств – не единственное средство познания и что отрывки реальности иногда достигают разума другими путями… Если факт редкий, это еще не значит, что его не существует. Если исследование трудное, является ли это причиной для того, чтобы не брать его во внимание?.. Тем, кто критиковал метафизику как оккультную науку, будет так же стыдно за себя, как и тем, кто критиковал химию на том основании, что стремление найти философский камень было иллюзией… С точки зрения принципов существуют только принципы Лавуазье, Клода Бернара и Пастера – экспериментировать повсюду и всегда. Так поприветствуем же новую науку, которая изменит направление человеческой мысли».].
Шри Юктешвар призывал своих учеников служить живыми связующими звеньями западных и восточных добродетелей. Своим поведением напоминая исполнительного уроженца Запада, внутренне он был одухотворенным жителем Востока. Гуру высоко ценил прогрессивность, изобретательность и гигиеничные привычки Запада, а также религиозные идеалы, которые придают Востоку ореол многовековой давности.
С детства мне привили понятие дисциплины: дома Отец был строг, Ананта часто бывал суров. Но манеру обучения Шри Юктешвара нельзя охарактеризовать иначе, как радикальную. Будучи перфекционистом, мой гуру очень требовательно относился к своим ученикам, будь то бытовые вопросы или тонкие нюансы поведения.
– Хорошие манеры без искренности подобны прекрасной покойнице, – напоминал он при подходящем случае. – Прямолинейность без вежливости подобна ножу хирурга: он приносит пользу, но причиняет боль. Искренность в сочетании с вежливостью полезна и достойна восхищения.
Учитель, по-видимому, был доволен моим духовным развитием, поскольку редко упоминал об этом. В других вопросах мои уши нередко слышали укор. Моими главными проступками были рассеянность, периодическое потакание печальным настроениям, несоблюдение определенных правил этикета и случайные неэтичные поступки.
– Посмотри, как деятельность твоего Отца Бхагабати хорошо организована и сбалансирована во всех отношениях, – указывал мой гуру. Два ученика Лахири Махасайя встретились вскоре после того, как я начал свои паломничества в Серампур. Отец и Шри Юктешвар с восхищением оценили достоинства друг друга. Они оба выстроили внутреннюю жизнь из духовного гранита, неподдающегося разрушению временем.
От сменяющих друг друга прежних учителей я усвоил несколько заблуждений. Мне говорили, что чела не должен усиленно заботиться о своих мирских обязанностях, и когда я пренебрегал заданиями или небрежно выполнял их, меня не наказывали. Человеческая природа очень легко усваивает такое наставление. Однако под беспощадным орудием наказания Учителя я вскоре оправился от приятной иллюзии безответственности.
– Те, кто слишком хорош для этого мира, украшают какой-то другой, – отмечал Шри Юктешвар. – Пока ты дышишь бесплатным воздухом Земли, ты обязан оказывать услуги в качестве благодарности. Только тот, кто полностью овладел состоянием бездыханности[92 - Самадхи: совершенный союз персонализированной души с Бесконечным Духом.], освобождается от указаний свыше. Я обязательно сообщу, когда ты достигнешь полного совершенства.
Те, кто слишком хорош для этого мира, украшают какой-то другой.
Моего гуру ничем нельзя было подкупить, даже любовью. Он не проявлял снисхождения ни к кому, кто, подобно мне, добровольно предлагал стать его учеником. И в окружении учеников или посетителей, и беседуя наедине, Учитель всегда говорил прямо и резко отчитывал. От его внимания не ускользал ни один легкий приступ рассеянности или непоследовательности речей. Такое жесткое обращение было трудно вынести, но я твердо решил позволить Шри Юктешвару сгладить все мои моральные шероховатости. Пока он трудился над этим титаническим преобразованием, я много раз содрогался под тяжестью его дисциплинарного молота.
– Если тебе не нравятся мои слова, можешь покинуть мою обитель в любое время, – заверил меня Учитель. – Я ничего не хочу от тебя, кроме твоего собственного совершенствования. Оставайся лишь в том случае, если чувствуешь пользу.
За каждый унизительный удар, который гуру нанес моему тщеславию, за каждый зуб в моей метафорической челюсти, который он выбил с ошеломляющей меткостью, я бесконечно благодарен. Твердую сердцевину человеческого эгоизма вряд ли можно удалить иначе, чем грубо. Но в осво божденный канал затем беспрепятственно течет Божественное. Тщетно оно пытается просочиться сквозь твердые сердца эгоизма.
Мудрость Шри Юктешвара была настолько проницательной, что он часто отвечал на чье-то невысказанное соображение. «То, что человек воображает, что слышит, и то, что на самом деле подразумевал говорящий, может быть прямой противоположностью, – говорил он. – Попытайтесь почувствовать мысли, стоящие за путаницей человеческого словоблудия».
Но божественное прозрение болезненно для мирских ушей. Учитель не пользовался популярностью у поверхностных учеников. Мудрые же последователи, всегда остававшиеся в меньшинстве, глубоко почитали его. Я осмелюсь сказать, что Шри Юктешвар был бы самым востребованным гуру в Индии, если бы его слова не были такими откровенными и столь суровыми.
– Я строг с теми, кто приходит ко мне учиться, – признался он мне. – Это мой путь, прими его или оставь. Я никогда не пойду на компромисс. Но ты будешь гораздо добрее к своим ученикам: это твой путь. Я стараюсь очищаться только в огне суровости, который не под силу вынести обычному человеку. Но нежный подход любви также преображает. Негибкие и уступчивые методы одинаково эффективны, если применять их с умом. Ты отправишься в чужие страны, где грубые нападки на эго не ценятся. Ни один учитель не смог бы распространить послание Индии на Западе без хорошего запаса уступчивого терпения и снисходительности.
Не могу выразить, сколько истины я впоследствии обнаружил в этих словах Учителя!
Хотя лишенные лицемерия речи Шри Юктешвара помешали ему обрести большое число последователей за годы его пребывания на Земле, тем не менее его живой дух воплощен сегодня по всему миру в искренних почитателях его Крийя-йоги и других учений. Он завоевал больше человеческих душ, чем когда-либо мечтал захватить земель Александр.
Как-то раз Отец приехал, чтобы засвидетельствовать свое почтение Шри Юктешвару. Мой родитель, скорее всего, ожидал услышать какие-то слова похвалы в мой адрес. Он был шокирован, услышав длинный перечень моих несовершенств. Учителю было присуще с поразительной серьезностью перечислять простые и мелкие недостатки. Отец бросился ко мне. «Судя по замечаниям твоего гуру, ты – ходячая катастрофа!» Мой родитель не знал, смеяться ему или плакать.
Единственной причиной неудовольствия Шри Юктешвара в то время было то, что я пытался, вопреки его мягким возражениям, обратить определенного человека на духовный путь.
Наполненный негодованием, я тут же разыскал своего гуру. Он встретил меня с опущенным взглядом, как будто осознавая свою вину. Это был единственный раз, когда божественный лев стал кротким передо мной. Я в полной мере насладился этим уникальным моментом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=70835002&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
notes
Примечания
1
Гуру – духовный наставник; от санскритского корня «гур», что означает поднимать, возвышать.
2
Йог – тот, кто практикует йогу, древнеиндийскую науку медитации и служения Богу.
3
Мое имя было изменено на Йогананда, когда в 1914 году я вступил в древний монашеский орден Свами. Мой гуру даровал мне религиозный титул Парамаханса в 1935 году (см. главы 24 и 42).
4
Традиционно считается второй кастой воинов и правителей.
5
Эти древние эпосы являются сокровищницей истории, мифологии и философии Индии. Один из томов «Библиотеки обывателя» под названием «Рамаяна и Махабхарата» представляет собой вирши, переведенные на английский язык Ромешем Даттом.
6
Этот памятник древнеиндийской религиозно-философской мысли на санскрите, часть шестой книги «Махабхараты», является индуистской Библией. Самый ее поэтичный перевод на английский – это «Песня небесная» сэра Эдвина Арнольда. Одним из лучших переводов с подробными комментариями является «Послание Гиты» Шри Ауробиндо.
7
Babu – господин (как обращение соответствует английскому Mister), добавляется в конце к бенгальским именам.
8
О феноменальных силах, которыми обладали великие мастера, рассказывается в главе 30 «Закон чудес».
9
Крийя-йога – система медитации и дыхательных упражнений, которые уравновешивают эмоциональное состояние человека, позволяя ему слиться с вселенским сознанием (см. главу 26).
10
Ишвара – имя Бога как Правителя вселенной; от санскритского корня «иш», что означает «править». В индуистских священных писаниях есть 108 имен Бога, каждое из которых несет в себе различный оттенок философского значения.
