Читать «Аз есмь Путь, и Истина, и Жизнь. Книга вторая» — Олег Николаевич Савин онлайн
Страница 2 из 7
Тофет – Геена огненная. Место, где некогда стоял идол Молоха, которому приносились человеческие жертвоприношения.
Травертин – белоснежный известняк.
Урим-Туммим – священные предметы, по которым первосвященник узнавал волю Бога.
Фарисеи – религиозно общественное течение, партия.
Фасцинус – древнеримское божество.
Хала – традиционный праздничный хлеб.
Хамартолос – закоренелый грешник, грехи которого известны всем.
Ханан – первосвященник Анна.
Хейлель – утренняя звезда. Одно из имён Сатаны.
Хитон – нижняя одежда.
Хомер – мера сыпучих тел и жидкости. Равная 220-240 литров.
Центурион – сотник, командир воинского подразделения.
Цимбалы – струнный ударный музыкальный инструмент.
Цицит – кисти нитей по углам талита.
Шаббат – Суббота.
Шаммаш – отвечающий за деятельность синагоги.
Шейхар – крепкое, не разбавленное вино.
Шема – сокращённая форма молитвы.
Шеол – обитель мёртвых у иудеев.
Шибтах – бес, прикасающийся к рукам спящих людей.
Шива – траурная неделя после похорон.
Шидух – знакомство.
Шломо – Соломон.
Шмоне-Эсре – молитва читаемая стоя лицом к Храму Исраэйля.
Шомрон – Самария.
Шофар – ритуальный музыкальный духовой инструмент из рога.
Шхина – видимое присутствие Бога в виде облака.
Эзра – Ездра, священник возродивший религиозные служения после вавилонского плена.
Эйден – Эдем, райский сад.
Эйфа, Ефа – мера сыпучих тел и жидкости, равная 22 литра.
Элохим – одно из имён Бога. Означает Бог или Божественная Справедливость.
Эль-Шаддай – одно из имён Бога. Бог Всемогущий.
Этнарх – правитель народа.
Как в воде лицо – к лицу,
так сердце человека – к человеку.
Не доверяйте всему, что пишут,
Всегда читайте первоисточник.
Перикопа 21
Иос хэра
Сын вдовы
Йешуа не стал задерживаться в Кфар-Нахуме, а последовал на юг Галилеи. Солнце уже перешло вторую половину небосклона, когда он в сопровождении своих учеников и следовавшего за ним многочисленного народа, обогнув гору Фавор, вышел к стенам небольшого городка Наим.
День был жарким, дорога утомила путников, и все желали поскорее войти в поселение, где можно было бы поесть и немного отдохнуть. Но подойдя ближе к входным воротам, они услышали визгливые звуки флейт с переливчато-грустным звучанием цимбал. Странники остановились, а тем временем из ворот вышли подвывающие, босые женщины, одетые в траурные одежды. Увидев пришедших, они подняли многоголосый вой, сжимающий сердце. Это были наёмные плакальщицы. Следом за ними шли музыканты, а далее местные жители. Их было довольно много. Потому как всякий, кто встретит похоронную процессию, должен присоединиться к ней, приняв участие в оплакивании, как минимум на расстояние четырех локтей. И это почиталось истинным благом. Поскольку совершая благие поступки, у людей всегда присутствует тень корысти, в надежде получить ответное благо за оказанное добро. Однако на похоронах это было совершенно бескорыстным деянием, выполняемым из благочестивых побуждений.
Процессия медленно двигалась в сторону скальных усыпальниц, расположенных неподалёку.
– Грех вошел в мир, а через грех и смерть, – печально вздохнул Андрей.
– Мир вокруг нас полон печали, брат мой, – положил ему руку на плечо Пётр. – Многочисленны и многообразны бедствия в этом мире. Везде присутствует болезнь, скорбь и бедность.
– Но мы должны с терпением относиться к этому. Здесь уже ничего нельзя поправить, – посмотрел на них Матфей. – Ведь жизнь на этом не заканчивается.
– Вникай в три вещи, и ты никогда не придёшь ко греху. Знай, откуда пришёл ты, куда ты идёшь и перед кем должен будешь дать полный отчёт о своей жизни, – произнёс Йаков.
Наконец показались плетёные носилки, на которых лежал покойный, а за ними шла в сопровождении его мать. Это была уже довольно не молодая женщина, полностью разбитая горем. Её практически несли под руки. Она лишь безвольно перебирала своими ногами. Ворот её одежды хоть и был надорван по обычаю скорби, а платье одето спереди на зад, дабы не оголять грудь, но ей всё равно не хватало воздуха. Слёзы были выплаканы без остатка, и она только сокрушённо стонала.
– Знаете, а ведь у неё совсем никого не осталось, – негромко сказал Йешуа. Было заметно, насколько сильно тронула его печаль неутешной матери. – Только недавно она схоронила мужа. А теперь несут её последнюю надежду и кормильца. Ей теперь не на кого опереться в этой жизни. Она осталась совершенно одинока и беззащитна, – и учитель уверенно зашагал вперёд.
Подойдя ближе, он услышал, как рядом с матерью читали строки из псалмов Давида.
– “Справедливость пред Ним пойдёт, и направит Он её по пути стоп Своих”.
– Не плачь, – тихо обратился к ней Йешуа. – “Так сказал Йегова: слышится голос в Раме, вопль и горькое рыдание: Рахэйль оплакивает сыновей своих. Не хочет она утешиться из-за детей своих, ибо не стало их.
Так сказал Йегова: удержи голос твой от рыданья и глаза твои от слёз, ибо есть воздаянье за труд твой, – сказал Йегова, – возвратятся они из вражьей страны.
И есть надежда будущности твоей, – сказал Йегова, – возвратятся сыны в пределы свои”.
Люди, нёсшие носилки, услышав это, остановились. Остановилась и вся траурная процессия. Люди были изумлены такими словами, сказанными разбитой горем женщине. А Йешуа, шагнув, прикоснулся к носилкам и произнёс:
– Юноша, тебе говорю, пробудись.
Изумление носильщиков стало сменяться негодованием. Они опустили носилки, желая убрать насмешника с глаз матери. Добровольно сделавшим себя нечистым на семь дней, прикоснувшись к одру умершего. Но тут, произошло невероятное. Тело, завёрнутое в пелены и пропитанное благовонной миррой, дрогнуло и пошевелилось.
– Почему так сумеречно и тесно? – раздался юношеский голос из под плата, накрывающий его голову.
Народ застыл, словно громом поражённый. Такого они ещё не видели, чтобы действительно усопший несколько часов назад покойник, ожил и заговорил. Сильный страх овладел их душами.
А тем временем юноша всё активнее и активнее пытался сесть. Но это было довольно сложно, потому как он был полностью опутан саваном. Наконец ему это удалось, при этом талит окончательно сполз с его плеч, увлекая за собою и погребальный плат, а люди от этого попятились на несколько шагов.
– Мама, что произошло? – увидел юноша свою мать. – Я помню, что сильно заболел, мне было ужасно плохо и мы были одни, а теперь я скован и столько народу вокруг. Что происходит?
На мать было страшно смотреть. От потрясений этого дня она и сама не знала, наяву ли это происходит или же это только её грёзы.
– “И приближается к могиле его душа, и жизнь его – к погибели, – в абсолютной тишине разнёсся голос Иоанна. -
Если же есть ангел – предстатель за него – один из тысячи, чтобы возвестить о человеке правоту его.
То сжалится он над человеком и скажет: «Спаси его, чтоб не сошёл он в могилу: я нашёл искупление ему».
И станет плоть его свежее, чем смолоду. Возвратится он к юношеским годам.
Помолится Элохим, и Он явит милость ему. И увидит Он лицо его в молитве, и вернёт человеку его праведность.
Посмотрит на людей и скажет: «Грешил я, и прямое искривил, но не стоило делать мне это».
Спасёт Он душу его, чтоб не сошла в могилу, и жизнь его увидит свет.
Вот, всё это делает Элохим – дважды, трижды с одним человеком.
Дабы отвратить его жизнь от могилы, чтобы он освещён был светом живых”.
– Жено. Се, сын твой, – с улыбкой произнёс Йешуа, а затем обернулся к юноше. – Се, матерь твоя. Да пребудет с вами мир, под рукою Отца Небесного.
– Благословен Ты, Адонай Элохим наш, Владыка Вселенной, одаривающий добром недостойных, за то, что одарил меня добром, – со слезами на глазах, всё поняв, произнёс юноша.
– Амен, – отозвались присутствующие. – Тот, кто одарил тебя добром, пусть вечно одаривает тебя всяческим добром.
Мать, наконец овладев собою, кинулась с плачем к сыну, обняв его, а народ приходя в себя возбуждённо загомонил.
– Мёртвый к жизни вернулся?!
– Поистине это чудо, потому как тело без души не может ни само сесть, ни тем более говорить.
– Никто такого не мог сотворить. Только Элийя воскресил из мёртвых сына вдовы из Царефата, но он при этом трижды простирался над юношей, с мольбою к Элохим.
– И Элиша оживил ребёнка женщины из Шунэйма. Но он также простирался над ним неоднократно. Глаза к глазам, ладони к ладоням. А сей, пророк Йегова, имеет такую силу, что только прикоснувшись к одру и воззвав, вернул жизнь отроку.
– Сколько времени мы ждали и наконец великий пророк восстал среди нас!
– Он спасёт от бед, постигший народ наш и восстановит справедливость!
– Благословен Ты, Адонай Элохим наш, Царь Вселенной, который дал нам жизнь, поддержал нас и дал нам возможность достичь этого случая!
– Благословен Ты, Адонай Элохим наш, Царь Вселенной, за то, что посетил народ свой!
И разошлась молва эта о нём по всей Иудее и по всем окрестностям.
Перикопа 22
Десмиос агиос
Узник благочестия
Махерус – неприступная крепость, возвышающаяся на скалистом холме, защищённая с трёх сторон глубокими ущельями. Расположенная к востоку от Мёртвого моря. Ирод Великий основал на крутом северном склоне небольшой город, а на вершине холма цитадель с великолепным дворцом. Мостом, соединяющий крепость с горным плато, служил акведук, отводящий дождевую воду в высеченные огромные бассейны.
Вот по нему-то и прошла небольшая группа иудеев, остановившись у ворот. Они заплатили полагающуюся пошлину, после чего вошли в нижний город.
Солнце клонилось к горизонту, когда иудеи повстречались в условленном месте с нужным легионером.
Старший отсчитал монеты в протянутую руку.
– Времена тяжёлые и пророки нынче в цене, – ухмыльнулся легионер, слегка подбрасывая деньги на своей ладони.
Старший, поиграв желваками, добавил ещё.
– Хорошо, – разворачиваясь, довольно кивнул воин, но тутже обернулся. – Но со мной пойдут только двое.
– Как? Почему? Мы же заплатили.
– Потому, что я так решил, – отрезал легионер. – Чем больше народу, тем больше шума, а я не хочу из-за вас подвергаться наказанию. Поэтому или идут двое, а остальные ждут здесь или никто не идёт.
– Мы согласны, – подтвердил мрачнеющий старший группы. – Мы обязаны увидеться с учителем.
В сгущающихся сумерках они подходили к пещерам, где содержались узники, когда расслышали до боли знакомый голос.
“Спорь, Йегова, с соперниками моими, воюй с воюющими против меня.
Возьми щит и латы и встань на помощь мне.
И обнажи копьё, и закрой путь для преследующих меня, скажи душе моей: Я – спасение твоё.
Да устыдятся и посрамлены будут ищущие души моей, да отступят назад и опозорены будут замышляющие зло против меня.