— Вы уверены? Всё-таки у вас серьёзный удар был. Вы некоторое время были без сознания, а с этим нельзя шутить. Хотя бы МРТ сделайте. С меня же Степан Николаевич шкуру спустит, если с вами что случится!
— Тимофей, об этом можешь не беспокоиться. Он меня прекрасно знает. Если я решила домой, значит, домой! — устало ответила Инесс, и в машине воцарилось молчание.
Водитель послушно свернул в сторону метро «Киевская».
Быстро доехав и отказавшись от помощи, Инесс поднялась на свой этаж. Она вошла в квартиру и, раздеваясь на ходу, стала наполнять ванну. Это было именно то, что нужно.
Через час, в махровом халате, с чашкой чая в кресле, она вернулась к той же мысли.
Шпиц в подворотне, дворняга в деревне, собаки в том старом деле. Дворнягу ведь кто-то призвал: добровольно она в проклятый дом не пошла бы, такие места животные чувствуют. А шпицу он свернул шею сам и бросил труп в подворотне средь бела дня, в центре Москвы, где всё и вся в камерах, — и не побоялся. Значит, камеры ему не помеха.
Он их не убивает. Он ими пользуется. Приказывает прийти, приказывает умереть. А если так, то любая собака в округе может стать его глазами.
Инесс поставила чашку и невольно оглянулась на окно.
И тогда она вспомнила то, о чём не думала много лет.
*
1980 год. Москва. Два часа пятнадцать минут ночи
Инесс стояла под мостом и пыталась с помощью заклинания увидеть прыжок девушки, произошедший на этом месте пару дней назад. Родственники погибшей отказывались верить в самоубийство: слишком их девочка была жизнерадостной. Ведьма снова и снова просматривала хронологию событий.
Сквозь толщу времени нить заклинания выводила изображение одиноко стоящей девушки, озиравшейся по сторонам, как будто кого-то поджидающей. Через минуту она вдруг резко бросила сумочку с моста и, опрокинувшись через перила, упала вниз головой. Как-то не похоже это было на самоубийство. Разве так падают? Словно исполняла чей-то отсроченный приказ.
Тогда Инесс охватил азарт, и она с энтузиазмом пыталась найти связь между погибшими не своей смертью девушками — их было уже трое. Но все ниточки как-то обрывались, не успев раскрыться. Череда самоубийств прошлась по Москве и резко стихла. Жертвы никак не были связаны между собой. Единственное, что их объединяло, — это высокопоставленные родители. Но даже и они не могли ничего сделать, милиция упорно придерживалась одной и той же версии: девушки сами свели счёты с жизнью.
В этом деле тоже фигурировали собаки. Вот только подробности Инесс никак не могла вспомнить. Ведьма проходила по этому делу консультантом, она не была на допросах друзей погибших и как-то мимоходом читала отчёты следователя. Ей пришлось резко бросить всё, так как её заняли другим, более важным поручением. Потом она однажды поинтересовалась результатом, но ей ответили, что всё прекращено в связи с отсутствием улик. Но труп собаки точно был. Интуиция почему-то кричала о том, что эти дела могут быть связаны. Там тоже были замешаны места с сильной концентрацией тёмной энергии, расположенные недалеко от жертв. Надо поднять дела из архива, но стоит ли? Не лучше ли молча отойти в сторону? Преступник вообще мог её и не оставить в живых. От этих мыслей Инесс поёжилась, ещё плотнее укутавшись в халат. Жаль, что она не успела разглядеть нападавшего.
*
Инесс уже подумывала пойти лечь спать пораньше, как раздался звонок в дверь. Ведьма не хотела открывать, прекрасно понимая, что за гость к ней пожаловал.
Глава 4
Инесс
Инесс нехотя подошла к двери и посмотрела в глазок. Сначала был букет розовых пионов, потом гость убрал его в сторону, и перед взором ведьмы предстало виноватое лицо Степана Николаевича. Так и не дождавшись, когда ему откроют, он нажал ещё раз на кнопку звонка, и приятная трель огласила всю квартиру.
— Хозяйка уехала с любовником в Италию восстанавливать здоровье, — проговорила ведьма изменённым голосом в небольшую щель приоткрытой двери.
— Хватит валять дурака, открывай давай! Я принёс твой любимый торт «Прага»! Из той самой кондитерской, — проговорил Степан Николаевич.
— Ну раз торт, то это меняет дело, — ответила Инесс, широко распахнув дверь и жестом приглашая пройти в гостиную.
Он был в том же костюме, что и утром, только галстук исчез, а на рубашке остался след от узла. И от Степана Николаевича едва уловимо пахло коньяком.
Инесс прекрасно понимала, что деваться некуда, а таких людей не держат долго на площадке. Вернувшись в гостиную с подносом и поставив его перед гостем, она посмотрела на Степана Николаевича вопросительно.
— Ну зачем же ты так беспокоишься? Я сам мог накрыть нам чайный стол, тебе отдыхать надо.
— Раз понимаешь, то зачем пожаловал? День и без того выдался непростой, — проворчала Инесс, в который раз удивляясь этому несгибаемому человеку. Ему бы напиться сейчас с другом в хлам, снять стресс, а он её пришёл доставать.
— Понимаешь, дома невыносимо! Я когда работаю, то забываюсь, — попытался давить на жалость незваный гость.
— Понимаю, — сочувственно произнесла ведьма и протянула тарелку с куском торта мужчине.
— Ты как вообще? Голова не кружится, не болит? — спросил он.
— Спать хочу! — ответила ведьма.
— Я, собственно, пришёл у тебя узнать, так сказать, по горячим следам, какие указания своим ребятам дать. Где рыть?
— А с чего ты решил, что я возьмусь за это дело? Я всего лишь проконсультировала тебя. Да ещё и пострадала. Собака ведь мертва? Преступник убил её?
— Да, — опустив голову, ответил Степан Николаевич, — её труп отправили экспертам. Пусть изучат, вдруг какие-то улики найдут.
— Не тем экспертам отправили. Я тебе скину контакт одного нашего специалиста. Он одарённый некромант, и, скорее всего, что-то нароет, а обычный патологоанатом тут не поможет. И да, берёт он, конечно, недёшево, но это того стоит.
— Понял.
— Это всё, чем я могу помочь! Ещё не забудь проверить шпица в подворотне, — не спеша раскрывать все карты, посоветовала ведьма.
— Квартира! — воскликнул Степан Николаевич, кинув свой последний аргумент.
— Что? — подняв бровь, спросила Инесс.
— Если поймаешь преступника, вознаграждением будет квартира.
— На Патриках! — Ведьма специально назвала один из самых дорогих районов Москвы, чтобы он отказал.
— Хорошо, как скажешь… — согласился гость.
Воцарилось молчание. Инесс сидела, несколько удивлённая столь щедрым предложением Степана Николаевича. И что самое удивительное — он даже не стал торговаться.
— Скажи мне, зачем? Это слишком дорогая плата за услугу. Есть более крутые специалисты, чем я. Почему?
— Считай это моей блажью!
Ведьма выдержала паузу.
Дело было не в квартире, и она это понимала. Дело было в том, что сорок пять лет назад ей велели всё бросить — и она бросила. Не её война, не её приказ. А девушки продолжали гибнуть, пока не перестали, и она ни разу об этом не вспомнила. До сегодняшней ночи.
— У меня есть одно условие. Я возьму себе напарника из числа наших. Его услуги будут оплачиваться отдельно.
— По рукам! — ответил Степан Николаевич и поднялся на выход. Уже у дверей он обернулся:
— Приступаете с завтрашнего дня!
Инесс, оставшись одна в гостиной, ещё долго смотрела в окно. И не покидала её мысль о том, что Степан Николаевич не до конца откровенен. Он что-то скрывает, и поэтому ему так важно, чтобы именно она взялась за это дело, прекрасно понимая, что утечки информации не будет.
А ещё Инесс одолевала досада, что не уточнила количество комнат в будущей квартире. Надо было запрашивать четыре, сторговались бы на две, ну хоть был бы какой-то интерес, а так послевкусие непонятное. И вроде запросила большой бонус, но как-то слишком поспешно получила согласие. Что-то тут не так. Надо было сразу особняк просить, пусть и с арендой на пятьдесят лет, но в центре и с разрешением на подпольное казино. Так сказать, чтобы работало под прикрытием. Это у нас для людей казино под запретом, а в Теневом мире очень даже разрешено, но тоже не для всех. Договорённость нужно получить и там, и там. И почему ей раньше не пришло это в голову? Такой шанс упустила.
Ведьма чувствовала, что продешевила, но деваться было некуда.
Марат
Марат полулежал в удобном ярко-зелёном кресле в кабинете психолога и смотрел в потолок.
— Представьте, что вы идёте по берегу моря, — вещала симпатичная брюнетка азиатской внешности.
Мужчина закрыл глаза и честно попытался представить берег.
— Вы слышите крики чаек, а тёплая вода омывает ваши ноги. Приятный ветерок бережно обдувает вас.
Марат пытался представить ветерок, но вместо этого перед его взором оказалась совсем другая картина — с участием этого очаровательного психолога в открытом бикини и его самого, обнимавшего её за талию.
Он, собственно, поэтому и ходил к ней уже полгода на консультации: сцены с её участием, представляемые им в этом кресле, хорошо отвлекали от повседневных заказов и рассеивали хандру. Он даже придумал целую легенду про разбитое в юности сердце, измену возлюбленной, детские травмы и многое другое, чем можно было увлечь профессионального психоаналитика. «Каждый развлекается как может, — думал он в своё оправдание. — Кому-то кофе по утрам подавай и массаж, а мне вот такое, два раза в неделю».
Марат работал частным детективом в Теневом мире. Брался за самые запутанные дела. Но интересных дел в последнее время было мало. Не сезон. У маньяков весеннее обострение закончилось, а осеннее пока не наступило. Ну а кого из них круглый год штормит, те подались в тёплые края. И, по сводкам, именно на южном побережье участились случаи нестандартных, часто шокирующих происшествий. И Марат в последнее время всё чаще стал подумывать, а не поехать ли на берег Чёрного моря за интересным заказом.
Звонок телефона, который он, как всегда, забыл перевести в беззвучный режим, отвлёк его от очередной пикантной сцены, проносящейся перед его взором.
Извинившись перед психологом Гелей, он ответил. Звонившей оказалась старая знакомая Инесс, которая приглашала его на завтрак в ресторан Butler на Патриарших. Марат весьма заинтриговался, ведь эта интересная и расчётливая дамочка просто так приглашать не стала бы. Стало быть, есть дело и серьёзный разговор, а это же отлично. Он посмотрел на психолога и извинился.
— Зовут, дела. Извините, бизнес.
— Ничего страшного, — вежливо ответила девушка, — когда вы будете свободны в следующий раз? На какое время мне вас записать?
— Я обязательно вам позвоню! — улыбаясь во весь рот, ответил Марат. Сегодня он успел представить на пару секунд своего доктора даже полностью обнажённой.
На следующий день в десять утра Марат сидел на летней веранде за столиком для курящих. Развалившись в плетёном ротанговом кресле, он наслаждался утренним солнцем, запахом табака и предвкушением нового дела.
Марат был интересным мужчиной, выглядевшим слегка за тридцать, с яркими тёмными глазами и энергией, бьющей через край. Способности достались ему от далёких предков: по всей видимости, прабабушка когда-то согрешила с неслабым ведьмаком и не стала это афишировать. Иначе объяснить свой дар «видеть то, что скрыто» Марат не мог — в обычной его семье никто ничем подобным не обладал. Энергия эта особенно проявлялась, когда он чем-то увлекался. Тогда он забывал и спать, и есть, сильно худел и мог даже заболеть. Впрочем, ему не мешало потом опять набирать немного лишних килограммов, что совершенно его не портило, даже наоборот, придавало некоторую холеность.
Поступивший заказ обещал быть очень интересным. Инесс скинула ему ночью на электронную почту отчёт следователя, ведущего дело о гибели девушки по имени Лилия. Через час ей показалось этого мало, она послала свои пометки, версии, умозаключения о личности преступника. До этого, как понял Марат, Инесс уже успела получить от недруга по голове и чуть при этом не погибнуть. Удивительная женщина. Сама ночью нормально не спала и другим не давала. Естественно, он углубился в дело. Какой тут может быть сон? В письме она намекнула, что принесёт с собой дело восьмидесятого года.
Издалека он обратил внимание на красивую блондинку на каблуках, в белом брючном костюме, а затем уже узнал в ней Инесс. Выглядела она потрясающе, он даже приосанился и встал с места, дабы поухаживать за роскошной женщиной.
— Давно не виделись, Марат.
— Шикарно выглядишь!
— Стараюсь, — ответила ведьма, разместив свою сумку в соседнем кресле и вытащив картонную папку, которую протянула Марату.
— Это то самое старое нераскрытое дело? — с интересом спросил детектив. — И как ты его так быстро достала? Это же архив.
— Никак. Оно все эти годы лежало у меня дома. Я сняла копию, когда меня с него сняли.
Марат начал листать документы. Через какое-то время он произнёс:
— Ну тут указаны самоубийства девушек, а наше дело, насколько я смог вникнуть, выглядит иначе?
— Они могут быть связаны между собой. Ведь больше никто не засветился за столько лет. Я уже навела справки. И о таком ведьмаке наши ничего не знают.
— А тот, что при верхах сидит? — Марат оторвался от бумаг. — Который тебя оттуда и вытеснил.
— Первым делом о нём и подумала. Не он. У него другая специализация: предсказатель и медиум, причём сильный. Ментального дара нет и не было, а такому не научишься — с ним рождаются.
— Проверила?
— Проверила.
— А какая версия у отца девушки? Может, кто-то ему отомстил? Ведь и там, и тут замешаны высокопоставленные родители!
— Он ничего мне не сказал, я ему утром звонила. Такое ощущение, будто он что-то знает, но молчит.
— Это плохо, что мы играем вслепую.
— Приходится работать с тем, что есть, к тому же он неплохо за это платит. Тебе уже аванс перевели?
— Да, пришёл час назад.
Инесс жестом подозвала официанта и заказала себе чашечку американо. Она достала из сумки сигареты и произнесла:
— Предлагаю навестить родственников тех трёх девушек, которые якобы покончили жизнь самоубийством. Кстати, как сложилась судьба тех высокопоставленных чиновников, их отцов? Мне кажется, в них всё дело. Это единственное, что всех объединяет. Займусь этим сегодня!
— А я тогда обращусь к Ключнику нашего города.
— Марат, но он же никого не принимает?!
— Есть у меня кое-какие лазейки. Один пройдоха мне задолжал крупную сумму. Он может назначить нам встречу.
Инесс с сомнением посмотрела на собеседника.
— К тому же от Ключника невозможно скрыть свой потенциал. А нам необходимо знать, кто обладает способностью подчинять разум. Это ведь редкий дар. И, как правило, о нём никто афишировать не будет. Без Ключника нам не обойтись.
— Только что он потребует взамен? — задумчиво проговорила Инесс, кладя сигарету в пепельницу.
— Вот когда потребует, тогда и будем думать. Мне кажется, завтра ночью надо будет наведаться на место преступления нам вдвоём. Соединить силы и попробовать восстановить события.
— Не думаю, что получится кого-то увидеть! Но попробуем.
Официант принёс кофе, и Инесс углубилась в свои мысли.
Ведьма была рада, что Марат берёт на себя Ключника. Ей от этого персонажа всегда было не по себе. Один раз имела несчастье его видеть, этого хватило с лихвой.
Ключники рождались один раз в двести лет, и не все из них доживали до совершеннолетия. Несмышлёный ребёнок может не только навредить другим, но и себе. Теневой мир старался их вовремя выявлять, как правило, с помощью другого Ключника.
