Единственный Ключник на всю Москву предпочитал уединение и прогонял незваных гостей.
Сильнее его был только Жнец Смерти, и то это общепринятое мнение, которое никто даже не проверял. Они всегда предпочитали сотрудничество друг с другом или придерживались нейтралитета. Самые сильные ведьмы, вампиры или колдуны были на порядок ниже Ключника и, чего уж там скрывать, откровенно опасались его.
Ребёнок, рождённый со способностью ключника, имел весь спектр магических талантов. Он видел насквозь любого представителя Теневого мира, от него нельзя было утаить ни знания, ни тайные помыслы, ни даже желания.
Все, как правило, предпочитали обходить стороной его логово. Инесс была сильно удивлена, что Марат собирался попасть к нему на аудиенцию.
Но ведьма не просто так взяла себе в напарники этого детектива. Он обладал уникальной интуицией, к которой Инесс прислушивалась.
Глава 5
Марат
Мой должник был полукровкой: наполовину вампиром, наполовину человеком, не обладавшим никакими талантами, кроме одного. Он виртуозно трепал всем нервы, потому что умел продать и достать всё что угодно. А также разжалобить первого встречного. Именно поэтому он был должен половине жителей Теневого мира, но каждый раз выпутывался из всех передряг вполне себе живым и довольно-таки целым. Своего рода уникум.
Шмель был сиротой и по этой причине выживаемость свою возвёл до небывалых высот. Зачем ему нужны были деньги? Так он никогда не имел постоянной работы. Основное его ремесло — узнать, что кому надо именно в данный момент, и достать эту вещь, разумеется, чуть накрутив свой процент. Но надо отдать ему должное: много он не накручивал, по минимуму. Своей репутацией проныры очень дорожил и не наглел. Обитал в общаге на Арбате.
Я отправился по залитым солнцем улицам Москвы до Арбата. Получив истинное удовольствие от прогулки и подмигнув симпатичной девушке в обтягивающем платье, завернул в подворотню.
Поднявшись по лестнице вонючего подъезда, открыл дверь коммунальной квартиры. Почему она была не заперта? Шмель дверь никогда не запирал из принципа. Обычные люди туда не зайдут — для них это был запертый на большой амбарный замок проём, ведущий на чердак. Представители Теневого мира не рискнут сунуться в логово вампиров, если только у них не было разрешения на вход, как у меня.
Подозреваю даже, что Шмель меня считает чем-то вроде друга, раз дал мне разрешение. Хотя это не мешает ему каждый раз занимать у меня денег и не отдавать. Но я же сам виноват — не могу отказать. Слишком многое нас связывает в прошлом. То был всего лишь один курс Военного университета, но зато какой! Дальше Шмель не прошёл — выгнали с треском за прогулы и нарушения дисциплины. Но в тот год у меня в карманах было пусто, и дружить со Шмелём было единственным путём выживания. Он умудрялся всегда достать еду, причём по-честному, делясь со мной. Ну а я умею быть благодарным и память у меня хорошая. Поэтому ведусь на все его уловки…
Шмель жил с двумя вампирами, у каждого из которых была своя комната. Вечером все жители этой примечательной коммунальной квартиры, как правило, предпочитали заниматься делами — их не было там до утра. А утром они отсыпались.
Но я не собирался ждать, пока Шмель выспится. Так могу весь день потерять. Пройдя через прихожую, окрашенную в чёрные тона, открыл ярко-красную дверь, ведущую в комнату. Шмель спал в классической позе зародыша. Я сразу вспомнил, что означает эта поза: «бухал накануне».
Теперь разбудить его можно было только с помощью воды. Набрал в чайник воды и стал поливать Шмеля из него. Мой приятель вскочил и сразу начал орать:
— Ты что, с ума сошёл, Мурзик?
— Я тебе уже говорил не называть меня этим кошачьим именем! — сказал я, смеясь и одновременно отбиваясь от Шмеля, кидавшего в меня всем, что у него было под рукой.
— Ну вот, ты совсем уже не сонный! — Я запустил в него тапком.
Шмель, ловко уворачиваясь от «снаряда», схватился за голову и проворчал:
— Мог бы и пиво захватить, башка раскалывается!
Он выглядел комично: со взъерошенной бородой, в пижаме с черепами, висящей на его худом теле как мешок, и с отёкшим лицом. Я опять стал ржать.
— Кофе будешь? — пробурчал Шмель, выйдя из комнаты и протопав на кухню.
— Нет! — крикнул я ему вдогонку, решив подождать его в комнате.
У Шмеля все стены были облицованы красным кирпичом. Мне всегда казалось, что я нахожусь в каком-то старом бункере. Если бы не окно, плотно закрытое чёрной занавеской, общее впечатление было бы тягостным. Наливной бетонный пол завершал картину.
Скрашивали это зрелище примечательные артефакты, выставленные на деревянных полках. Они занимали всю стену. Коллекцию свою Шмель периодически пополнял. И что примечательно, даже когда денег у него не было, предпочитал занимать, нежели продавать свои «игрушки». Пока его не было, я стал внимательно рассматривать старинные раритеты, не всегда понимая их свойства.
Увидел между какой-то деревянной маской с искажённым лицом и старым ржавым топором серебряный перстень с большим чёрным камнем. Потянувшись было к нему, сам не заметил, как надел. Он сел на палец как влитой. У меня было такое чувство, как будто бы я носил его всегда. Камень этот слегка замерцал, затем погас, опять став матовым и гладким. Это произошло так быстро, что даже засомневался — показалось мне или нет?
И только потом я сообразил, что натворил. Детектив, всю жизнь твердящий клиентам не хватать чужие артефакты голыми руками, надел неизвестную вещь какое-то колдуна, даже не проверив её. Хуже того: я не мог объяснить, зачем это сделал. Рука сама потянулась.
Вернулся в комнату Шмель изрядно посвежевшим.
— Знаешь, Мурзик, только ты, скотина, можешь позволить себе разбудить меня столь бесцеремонным образом, и почему-то тебе это постоянно сходит с рук?
— Может, потому что ты больше всего именно мне задолжал, а не кому-то другому? — с ехидцей спросил я.
— Не надо всё переводить на деньги! Это низко. Нашу дружбу не может разрушить такая мелочь! — с пафосом воскликнул Шмель.
«Ничего себе мелочь — пятнадцать тысяч долларов», — подумал я.
— Ну вот сейчас и посмотрим, когда планируешь отдавать?
— Вижу, ты кое-что присмотрел из моей коллекции? — сразу же переменил тему мой собеседник.
— Правда? Хм… Не думал о таком. Но если так, то какие свойства у этого кольца?
— Не знаю. Пытался выяснить, но оно себя никак не проявило. Всё, что мне по нему удалось узнать, — будто оно принадлежало какому-то тёмному колдуну из Персии около пятисот лет назад. Потом исчезло и всплыло недавно на закрытом аукционе. У меня был на него заказчик, я его выкупил, но он так и не объявился. По нашему с ним договору, он должен забрать его у меня в течение семи дней, а сегодня они истекли. Так что теперь этот перстень — моя собственность.
Семь дней истекли именно сегодня. И именно сегодня я сюда пришёл. Слишком уж всё удачно складывалось, а я давно отучился верить в такие совпадения.
— А что за заказчик?
— Ты же знаешь, я не разглашаю личности своих клиентов, — увидев мою прищуренную физиономию, поспешно добавил: — он не раскрыл себя, общались через Интернет.
— Тогда я его заберу? — спросил, чувствуя внутри нежелание снимать этот странный камень.
— Так, его цена — пять тысяч долларов, следовательно, мы вычитаем…
— Хватит гнать, — перебил я его, — красная цена неизвестному перстню — тысяча долларов!
— Ты забываешь, что он принадлежал великому колдуну из Персии!
— Ой ли? Это, скорее всего, очередная легенда оценщиков!
Торговлю мы вели со Шмелём скорее из вредности, так как оба понимали, что торг весьма условен. Мой должник ещё ни разу не вернул мне деньги.
— Будь по-твоему! Для лучшего друга ничего не жалко. Отдам за три!
— Две! — кратко воскликнул я. — И общая сумма долга у тебя сократилась до тринадцати тысяч.
— Только ради тебя! — со вздохом сдался Шмель, стукнув себя по груди. — Две пятьсот!
Я рассмеялся и махнул на него рукой.
Через какое-то время, полюбовавшись на перстень, резко перешёл к делу:
— Ты можешь организовать мне встречу с Ключником?
— Нет! — испуганно посмотрел на меня Шмель. — Даже не проси!
— Чего это? Ты же, насколько я помню, длительное время сотрудничал с ним!
— Уже нет! — быстро проговорил Шмель.
— Что ты натворил?
— Почему сразу я? Сделка была без обмана, абсолютно чистая!
— Что за сделка? — с нетерпением спросил я.
Мой собеседник уныло опустил лицо. Затем махнул рукой и пояснил:
— По просьбе Ключника закупил крупную партию алмазов.
— Так вы это проворачивали каждый год. Они ему нужны для изготовления накопителей. Это не новость!
— Да, и в этот раз партию закупил ещё и со скидкой!
— Чем же недоволен Ключник?
— Скажем так, он уже не недоволен, но доверие я у него утратил!
— Поясни!
— Ты в курсе, что стоимость алмазов с начала года упала на тридцать процентов? Пятьдесят лет они являлись основным средством инвестирования. А теперь всё! Эпоха закончилась.
— Это ещё почему?
— Искусственные алмазы, выращенные в лаборатории, на данный момент практически ничем не отличаются от природных. Большой рынок сбыта в США сильно снизился. Теперь все покупают искусственные бриллианты, стоимость которых в несколько раз ниже. Рынок сбыта Китая после пандемии просел. Китайцы предпочитают отдыхать вместо покупки дорогой ювелирки. Это всё привело к тому, что цена на натуральные камни упала на тридцать процентов, и этот показатель будет и дальше падать.
— Так это же не касается Теневого мира! Ни один кристалл, выращенный в лаборатории, не обладает энергетикой и не годится в качестве накопителя. Да это просто красивая пустышка и всё!
— Не скажи. Нашлись кудесницы. Ведьмы из Франции, будь они неладны! Сначала выращивают камни в лаборатории, а потом спускают их глубоко под землю, где с помощью специального заклинания напитывают силой. На выходе получается готовый продукт, ничем не отличающийся по свойствам.
— Какая-то чушь… Не верю!
— Ну это ты, знаешь ли, скептик хренов!
Я продолжал вопросительно смотреть на Шмеля. В конце концов тот не выдержал и сдался:
— Ключник тоже так сказал и проверил, чтоб его бешеные оборотни задрали!
— Я не понял, ты чего, реально продал Ключнику партию синтетических алмазов по стоимости натуральных? Ты совсем больной?
— Во-первых, не целиком синтетических… Ведьмы их ещё бриллиантовой крошкой посыпали для пущей убедительности, — тут, увидев, что я начинаю закипать, Шмель поспешно добавил: — я влип тогда по-крупному, Мурзик, деваться мне некуда было! Задолжал тут одному, и он мне срок выкатил до третьего числа, а иначе…
— А сейчас ты думаешь, что «иначе» не случится от Ключника?
— Да нет, всё разрулилось уже с ним. Когда он меня подвесил за… в общем, неважно за что, я перепродал его партию вампирам по хорошей цене, а те ещё и доплатили Ключнику в качестве морального ущерба небольшой процент. Так что мстить он мне точно не будет! — довольный собой закончил собеседник.
Выдохнул. Ну блин, как я за Шмеля переживал! А он вон как умеет ускользать.
— А вампиры что, ничего не предъявляли? — тут же с сомнением спросил я.
— Ой, эти пройдохи давно толкнули алмазы в Арабские Эмираты, ещё и наварились. Так что все довольны!
— С этим разобрались. Но раз все довольны, почему ты не можешь отвезти меня к Ключнику?
— Мне не понравилось висеть у него вниз головой. Неприятные, скажу тебе, воспоминания! Ни за что к нему больше не поеду!
— А за списание твоего долга перед мной, скажем, на пятьдесят процентов?
— Не-не-не! Даже не проси!
— Ну хорошо, обнуляем весь долг, так поедешь?
Шмель промолчал. Было видно, что его это никак не мотивирует.
— Сможешь договориться о моей встрече с ним?
— Старик, для тебя только хуже будет, если я вмешаюсь!
Задумался. Если Шмель не врёт, то действительно лучше искать выход не через него. Скорее всего, этот брехун и половины не рассказал о своих махинациях.
— Есть идеи, как мне к нему пробиться?
— Ключник раз в месяц зависает в клубе «Ласточки». И сегодня, на твоё счастье, именно такой день. Он точно в час ночи будет там.
— А что он там делает?
— Ты дебил? Он обычный мужик! Бабами интересуется!
— Я так понимаю, не под своей личиной? Заведение пользуется сомнительной репутацией. Как его узнать?
— В последнее время его интересует танцовщица Николь.
— Понял! — воскликнул я, не переставая удивляться осведомлённости Шмеля.
— Может, пойдём в бар, тут неподалёку? Башка трещит!
— Нет, у меня ещё дела, — задумчиво ответил ему. Затем пожал руку Шмелю и направился на выход.
Вышел от этого деятеля и пошёл домой пешком. Непонятно почему, сразу нахлынули воспоминания.
Не могу похвастаться огромными способностями, но кое-чем обладаю. Почему выбрал профессию детектива? Ведь обычно в неё идут бывшие опера, а я юрист, имеющий судебную практику и кое-какие связи в силовых структурах. Ответ прост: мне нужен адреналин погони и шахматные партии с преступником.
