– Что ты собралась делать? – Майкл в это же мгновение дернулся со своего места, в голове уже представляя, как не успевает поймать девушку в полете, и она ломает себе шею. Лучше бы он себе этого не представлял…
– Тут есть решетка для вьющихся растений, – возможно, этим она пыталась больше успокоить себя нежели Майкла, ведь сеточка, которую она с таким скептицизмом подергала, выглядела, мягко говоря, хлипенько, словно она вот-вот должна была оторваться от стены. – Ну с богом!
– Он здесь не поможет, – в ответ шикнул юноша, уже примеряясь, в каком положении он должен был ловить своего несостоявшегося тренера по борьбе с агрессией. У него даже ладошки вспотели от того, как он начинал нервничать, не говоря уже о том, что внутренний зверь перестал отлеживать свои бока и от испуга за ругару тихо поскуливал. – Почему нельзя просто использовать лестницу? – юноша продолжил ворчать себе под нос с еще большим рвением, когда Микаэла медленно стала цепляться за решетку.
– Все будет хорошо, – но голос ее дрожал также заметно, как и ноги. Один неверный шаг, и она бы полетела вниз головой. Спасибо хотя бы и на том, что падать было не так уж и высоко. Возможно, девушка бы даже себе ничего не сломала. – Или нет, – несколько капелек пота предательски потекли по виску, стоило только заметить краем глаза приближающегося к балкону Адама.
На его лице читалась уверенность и та самая благородная жилка, которая чуть ли не внутривенно вживлялась в детей ругару. Какая жалость, видимо, у Микаэлы этот аристократический маячок был отторгнут организмом за ненадобностью.
– Мисс Айрес? – парень успел заметить только исчезающую макушку девушки, когда она с особым рвением стала спускаться вниз. О, нет, она не попадется снова! А внизу ее уже поджидал Майкл, который, сняв девушку с решетки, тут же забежал под балкон. Он прекрасно слышал чужой голос, и что-то ему подсказывало, что ждать понимания от других ругару не стоило.
Тянулось время.
А Микаэла даже боялась дернуться, ведь иначе разрушилась бы та таинственная атмосфера, которая будто бы искрилась между ней и Майклом. Парень продолжал держать ее в своих руках настолько крепко, что она не чувствовала земли под ногами. Буквально. Сам же юноша прислушивался к звукам сверху, где чужие шаги никак не исчезали.
– Нам бы…
– Тс, тихо, – рокочущий шепот у самого уха пустил неожиданные мурашки по позвоночнику. – Он еще не ушел, – шаги незнакомца то прекращались, то снова раздавались с балкона, словно ругару ходил вдоль балюстрады, высматривая во тьме ночных беглецов. Только вот они как будто сквозь землю провалились, не говоря уже о том, что Адам в какой-то момент действительно перестал верить своим глазам.
Еще мгновение назад он видел, как Микаэла спускалась вниз, а сейчас о ее присутствии говорил только тонкий солоноватый аромат океана.
**
Не зря Джо показал юным ругару, где стоило прятаться от людей. Вот уже как несколько дней подряд Майкл и Мика проводили по несколько часов в окружение уединенного лесопарка. Здесь таился насыщенный аромат леса, влажной земли и солоноватой свежести, которую приносил ветер со стороны океана.
И пока волколак стоически делал вид, что его подопечная все вечера проводила в своей комнате, сама Микаэла оказывалась здесь, под лесной защитой, которая даровалась им с Майклом, стоило только солнцу зайти за горизонт.
– Сегодня ты припозднилась, – парень смотрел на свою новообретенную подругу тем самым взглядом, который зародился в его голубых глазах с вечера банкета. И от него у Мики вот-вот должно было то ли сердце остановиться в одночасье, то ли ноги отказать. Пока девушка не могла определиться, что ей нравилось больше: тахикардия или парализованность. – Уже успел подумать, что сбежала моя спасительница, – между ними повис тот вид тишины, после которого в фильмах люди делали кучу глупостей.
– Как бы я смогла так поступить с тобой? – Микаэла чувствовала, как у нее чертовски сильно горели уши. Это было также очевидно, как и то, что Майкл слышал бешеный стук ее сердца. И тут даже не помогало напускное спокойствие, где Мика даже умудрилась беззаботно подмигнуть парню. И это она еще молчала о неожиданно проснувшейся внутренней волчице. Вот уже какое время зверь то и дело напоминал о себе, не давая не то, что спать, но и здраво мыслить. – Как сегодня прошел день? – ругару прошла мимо друга в глубь леса, чтобы как можно скорее скрываться в его сумраке.
Помнится, еще два дня назад Майкл чуть не сорвался на своего коллегу, который был крайне бестактен с ним. Но в его оправдание можно было сказать, что парень ну очень сильно старался никого не убить. И это даже стало получаться значительно лучше, чем в первые дни знакомства.
С благоговейным восторгом прикрыв глаза, Микаэла погрузилась в ту природу, которой ей так не хватало в Лондоне. Здесь и сейчас лес будто бы обнимал ее своими руками, насыщал легкие неповторимым ароматом и убаюкивал иногда всплывающие на поверхность волчьи инстинкты.
– Теперь день точно наладился, – взгляд голубых глаз даже в сумраке леса выглядел завораживающе и тревожил девичье сердце не на шутку сильно. – Да и в целом чувствую себя намного лучше, чем за все прошлые годы, – с каждым днем улыбка Майкла становилась все более широкой и искренней. Будто груз ответственности и бесконечной борьбы наконец-то упал с его плеч. Он действительно стал доверять Мике несмотря на то, что в первое время еще долго считал ее просто маленькой капризной девчонкой.
Что уж было тут скрывать? Микаэла, понимая все это, чувствовала оглушительное опьянение. Он доверял ей! Нет, это было даже лучше, чем заставлять матушку краснеть от злости. Чтобы случайно что-то не сболтнуть лишнего, девушка спряталась за одним из толстых стволов дерева, скинула одежду, безбожно краснея, а к парню вышла уже в волчьем обличие.
Майкл видел волчицу Мики уже не однократно, но все еще не мог привыкнуть к ее пронзительному и чересчур внимательному взгляду золотистых глаз. Она будто бы каждый раз пыталась кинуть вызов его собственному зверю, который, к слову, прекрасно попадал в ловушку светло-серой волчицы. Не говоря уже о том, что рядом с ней скорее походил на плюшевого домашнего питомца, нежели на того зверюгу, который мучил самого Майкла все три года их совместного проживания в его теле. И вот тут-то парень в очередной раз и убедился, что оборотни в своем роде были теми еще психами, которым просто никто не осмеливался поставить диссоциативное расстройство идентичности.
– Любишь же ты менять тему разговора, – юноша усмехнулся, стоило только ему заметить упёртую физиономию волчицы, которая сейчас больше походила на избалованного подростка, чем сама Микаэла. Они оба все еще оставались сумасбродными подростками, которые играли на нервах друг у друга, все ходили вокруг да около, то и дело смущая и смущаясь.
И эта неловкость между ругару с каждым днем забавляла Джо все сильнее. Каждый раз, когда он направлял Майкла в его нахождении контакта с внутренним зверем, волколак все острее ощущал от Микаэлы тебе-пора-уйти взгляд. Но кто ж будет слушать маленькую мисс, когда ее кавалер в своем дурном расположении духа мог навредить ей. Вот и волколак не собирался идти на поводу у Мики.
– Маленькая волчица, на этом шоу закончилось, – скинув футболку, парень присел на корточки перед зверем и щелкнул того по носу. То ли Майкл действительно увидел животный блеск в глазах волчицы, то ли просто издевался над ней, но Микаэла впервые, наверное, в своей жизни познала «прелести» подростковых гормонов, которые с таким напором ударяли ей в мозг, стоило только увидеть облюбованное солнцем загорелое и подтянутое тело юноши напротив. Штурм ошеломляюще похабных фантазий заставлял Мику мысленно закричать на себя. Когда она стала такой… таким зависимым подростком?
Одно было хорошо – волчица не стала пускать слюни…
И пока Микаэла сходила с ума и воевала с собственными тараканами, пепельный волк вышел из-за дерева, а его угольно-черные глаза, как это и было раньше, не отрываясь смотрели на волчицу напротив. Он был заворожен миниатюрным животным, которое, несмотря на размеры, уже несколько раз умудрилась его цапнуть. Хоть это и было своеобразной игрой, но зверь принимал силу и решимость животной сущности Мики.
Да, он был в разы проще, чем сам Майкл, любил проявлять свои эмоции через покусывание и редко когда показывал свою безразличность. Если бы Джо это увидел, то уже бы кинул в Микаэлу журналами со свадебными платьями. Но волколака, к счастью, тут не было, и его излишняя привязанность к клыкастой стороне вопроса не мешала ругару жить в рамках человеческих чувств.
«Приди же в чувства!» – кричать на саму себя было уже неким ритуалом. И сейчас становилось даже как-то проще, ведь они, высвободив волков, могли немного расслабиться. Здесь не было глупых страхов и осторожности по отношению друг к другу.
И, конечно же, Мике не приходилось краснеть, когда она видела милую ямочку на щеке Майкла. Если бы ей хоть кто-то бы в прошлом сказал, что она будет так реагировать на какую-то ямочку на лице парня, она бы натравила на этого умница парочку телохранителей. Но… но чувствовала себя одной из тех девочек, которые переставали связно мыслить рядом с понравившимся мальчиком. Так глупо и так неизбежно.
Ну а сейчас… Сейчас волчица с наслаждением доставала волка, дергая того за хвост. Это было весело, необдуманно и попахивало желанием получить по носу. И так бы оно и было, если бы зверюга Майкла не вела бы себя, словно пушистый шпиц рядом со светло-серой волчицей. Он терпел все ее выходки, лишь изредка прихватывая зубами шерсть. Но причинить ей больший вред? Нет, он не мог себе этого позволить, боясь, что волчья сущность Микаэлы просто от него отвернется.
В какие-то моменты Майкл даже начинал сомневаться в адекватности своего зверя. Он мучил его три гребанных года, истязал его изнутри, а что теперь? Он ложился и прижимал уши, пока несносная серая волчица бегала вокруг и искала им приключения на задницы.
**
– Майкл, у нас проблемы, – возле того места, где ругару оставили свои вещи, пахло собаками, которые, к ужасу девушки, утащили ее вещи. Она стояла в чем родилась и совершенно не представляла, как будет выбираться из этого обнаженного вопроса.
– Что случилось? – парень чувствовал себя настолько расслабленным, что хотелось лечь где-нибудь на теплом песочке и просто уснуть. Несмотря на то, что уже над Санта-Мария-да-Фейра царила тихая ночь, где повсюду стрекотали цикады, отдых на пляже сейчас бы пошел и Майклу, и его удовлетворенному волку на пользу. – Почему у тебя не может быть все по-человечески?
– Потому что я не человек? – шикнула на него девушка, уже представляя, как Майкл будет смеяться, услышав о ее, между прочим, катастрофической проблеме. – Прекращай издеваться! У меня одежду сперли! – сложно было не покраснеть, когда ты стоишь абсолютно голой в ночном лесу и не понимаешь, как такое вообще могло с тобой приключиться. Нет, это все выглядело похлеще ток-шоу с розыгрышами.
Микаэла уже представляла, как Рэй будет смеяться после ее красочного рассказа. Да даже Ви Ен улыбнется, хотя и постарается оставаться максимально деликатной.
– Ты же сейчас шутишь? – из своего укрытия Мика могла услышать лишь громкое пыхтение парня и то, как быстро его голос менялся с шутки на серьезные нотки. Вообще-то Майкл надеялся получить положительный ответ на свой вопрос, иначе потеря одежды грезилась встать на первое место тупых приключений в его жизни.
– Ну тут остался один погрызенный кроссовок, – безнадежно застонала девушка и несколько раз чихнула. Псиной воняло просто жуть как. – Что мне теперь делать-то? – паника поднималась также быстро, как если бы на нее напала стая гиен. И, как назло, Микаэла не брала с собой телефон, чтобы можно было сейчас позвонить Джо. Да даже если бы у нее был телефон, она бы никогда в жизни не позвонила этому волколаку! Иначе бы ему были обеспечены шутки на ближайшие несколько лет вперед.
– Расслабься, – Майкл провел рукой по растрепанным волоса, а на его губах заиграла слишком уж довольная ухмылка. Будь он чуточку менее приличным и чуточку более похожим на Джо, заставил бы Мику краснеть еще сильнее. Но Майкл был все тем же хорошим мальчиком, поэтому разумное решение проблемы пришло к нему в голову. Ну или почти разумное.
– Я знаю, что ты там лыбишься, – недовольно фыркнула девушка. И ругару хотелось стереть эту улыбочку с его лица. С одной стороны. А с другой девушке слишком уж нравилась эта улыбка, которая заставляла загорелое лицо парня сиять еще сильнее.
– Я живу здесь недалеко, так что перекидывайся, – и дважды повторять не нужно было, ведь между быть голой и быть волком Микаэла с удовольствием в любом из вариантов выбрала бы второе. И сейчас, когда в перспективе девушка могла оказаться в доме Майкла, потеря одежды уже и не казалась такой уж сильной катастрофой. – Найдем тебе что-нибудь, чтобы ты смогла нормально до дома добраться, – потрепав обжигающе теплой ладонью по волчьей макушке, сказал юноша и уверенной походкой направился прочь из леса. А его насыщенный кедровый запах окончательно начал сводить девушку с ума.
«Еще немного, и я стану зависимой», – мысль никак не хотела покидать голову Микаэлы всю дорогу. И это действительно превращало ее чуть ли не в наркоманку, которая готова была жизнь продать только за одну несчастную возможность утонуть в чьем-то аромате.
Нет, правда, кто бы ей сказал, что она будет мечтать свить гнездо, пахнущее кедром, и Микаэла бы истерично засмеялась бы. Возможно, у нее бы даже начал болеть живот от смеха. Только вот сейчас, когда она и ее волчица шли позади Майкла, это уже и не казалось такой уж шуткой. И доказательство этому вышагивало впереди и что-то там напевало себе под нос.
– Ты, оказывается, и молчать умеешь, – иронично хмыкнул юноша. – Маленькая волчица, которая одним солнечным днем решила помочь страшному серому волку. Неплохая бы сказка вышла.
**
По возвращению домой Микаэла действительно старалась вести себя особенно тихо. Не хватало, чтобы ее хоть одна живая душа увидела бы в одежде незнакомого им парня. Тут такой сразу крик поднимется, что проще будет свалить обратно в Англию. Если девушку и вовсе не выгонят из семьи.
И если первые коридоры удалось преодолеть без лишнего внимания, что заставило девушку почувствовать себя заправским ниндзя, то удача покинула Мику в тот самый момент, когда она начала подниматься на второй этаж.
– Какая неожиданность, – свист за спиной принадлежал Винсенту. На мгновение прикрыв глаза и выругавшись похлеще бывалых моряков, Мика повернулась лицом к братцу. – Микаэла, да Вы одеты в явно мужские вещи, – сложно было не заметить, как парень начал принюхиваться. – О! Это еще и ругару!
– Заткнись, – сквозь зубы прорычала Микаэла, при этом даже не пытаясь сдержать свою внутреннюю волчицу, которая стала с таким напором показывать себя в серых глазах девушки. – Если хоть кому-то растреплешь, я расскажу отцу, что ты обрюхатил юную официанточку-ферала, после чего дал ей денег на аборт и свалил в туман, – с каждым произнесенным словом взгляд Винса темнел все сильнее. Иногда бывало полезно обладать некоторой тайной информацией о своей семейке. Это буквально могло спасти тебе жизнь в самой непредсказуемой ситуации. – Договорились?
– По рукам, – волк недовольно чертыхнулся и, больше не сказав ни слова, скрылся за поворотом. У Микаэлы же наконец-то получилось добраться до своей комнаты и стала стягивать с себя вещи, чтобы переодеться. Она замерла лишь на мгновение, когда в ее руках оказалась просто громадная футболка Майкла. От нее пахло порошком, солнцем, морским бризом и… кедром. Тем самым маслянистым запахом, который источал сам ругару.
Ее волчица, вновь проснувшись от своего ленивого сна, готова была сходить с ума от этого аромата, а на лице самой Мики появилась глуповатая и мечтательная улыбка. Ну надо было так угораздить – повстречать обращенного ругару, да еще и втюриться в него!
Глава 5
*Настоящее время*
Что ж, та сказка в один прекрасный момент и вправду вышла из-под контроля. Это была случайная встреча, которая повлекла за собой череду событий. Первая любовь, бурный, но такой нещадно короткий роман. Отношения с Майклом в прямом смысле этого слова сорвали девушке крышу тем летом. И вот он снова ворвался в ее жизнь. Словно цунами прорвался через все выстроенные Микаэлой за одиннадцать лет дамбы и плотины. Где-то на затворках ее души скрывалось неистовое желание снова довериться этому мужчине, снова быть любимой. Но нынешняя жизнь читала другие своды мироустройства и состояла исключительно из одних противоречий.
Отчего-то он решил заявиться в жизнь мисс Айрес именно в тот момент, когда у нее только начало все налаживаться. И вот уже пять дней она сходила с ума, мысленно возвращаясь в ту злосчастную встречу, которая в одночасье вновь перевернула ее жизнь с ног на голову.
*Пять дней назад*
Тихая музыка играла в кабинете под аккомпанемент шуршания документов и тихое скрежетания ручки по бумаге. Такой была обратная сторона Лас Вегаса, где приходилось усердно работать в то время, как где-то на первых этажах гремело казино, просаживались миллионы, звенели игровые аппараты, а дилеры сдавали очередные порции карт.
– Мисс Айрес, на минус первом этаже есть некоторые проблемы, – именно так гласило осведомление о проблеме, которая была не такой уж и редкой. Каждый день, если не каждые пару часов находились несчастные, которые угрожали сжечь казино, в котором он проиграл целое состояние. Охранники, бывало, сообщали об этом Микаэле между делом, но обычно после этого по рации их оповещали об устранении горланящей проблемы.
Сейчас же Мика смотрела на охранника, а он грустно смотрел в ответ на нее, будто и правда ждал дальнейших поручений.
– Вышвырните их, как и прежде, – махнув рукой, устало вздохнула девушка и снова погрузилась в квартальную отчетность. Слишком большие расходы были за последние месяцы, и это не шло в плюс к бизнесу. Скорее, вытекало в небольшие минусы, которые требовалось решить.
– Они жаждут увидеть владельца этой, прошу меня простить, мисс Айрес, громадной и безвкусной постройки, – осторожно сообщил Грегор, вызвав саркастичную улыбку на лице Микаэлы. Что ж… она была солидарна с высказыванием, ведь и сама считала казино несуразно огромным. – Простите.
– Ничего страшного, Грегор, – в очередной раз волколак убедился в лживости слухов о мисс Айрес. Раньше он слышал о ее железном нраве, который не поощрял фривольность и непрофессионализм. Сейчас же он видел перед собой женщину, на плечах которой лежало супружеское «наследие». Еще бы она не стала железной леди, когда приходилось держать в ежовых рукавицах несколько помпезных заведений.
– Боюсь, что связаться с мистером Беллафонте и обсудить с ним дизайн отеля у наших гостей не получится, – им бы пришлось спустится в самые недра Ада, чтобы навестить бывшего владельца этого казино. – Приведи их ко мне, – это была ее самая невероятная ошибка, которую женщина совершала за всю свою жизнь. Микаэла ожидала увидеть в хлам пьяных людей, возможно, братьев или лучших друзей, которые частенько приезжали в Лас-Вегас, чтобы оттянуться. Но увидела далеко не то, на что рассчитывала.
Грегор тихо открыл дверь кабинета и впустил внутрь презентабельно одетую пару. Со стороны могло показаться, что они вот-вот должны были сыграть свадьбу прямо на одном из игральных столов. Особенно при взгляде на юную особу, которая обвивала руку своего кавалера. Его бы она отпустила разве что после смерти. Пусть девушка и выглядела вульгарно, но даже этот незначительный клочок ткани на ее тело явно стоил недешево.
Только вот Микаэлу совершенно не волновала девица, которая взглядом облизывала мужчину, стоящего рядом. Она была не виновата в том, что ее кавалер был знаком Мике, чем и привлек ее внимание. Его взгляд льдисто-голубых глаз окунул девушку в Атлантический океан, который омывал тот злосчастный берег Португалии.
И было удачей, что в это самое мгновение ругару сидела за своим столом, ведь ничто бы не спасло ее репутацию от падения на пол, настолько ее тело предало ее. И судя по лицу Майкла, его попытки подшутить над владельцем заведения привели мужчину в один из его потаенных кошмаров. Голубые глаза, которые когда-то очень давно отражали все тепло своих чувств, сейчас смотрели на Микаэлу с немым шоком.
Вслед за узнаванием пришло понимание, что именно этот ругару был тем, с кем девушка должна была провести всю свою жизнь. Ментальное окольцовывание, как его называла Лорелай, настигло обоих также стремительно, как если бы мимо здания промчался болид формылы-1. И это именно этот мужчина с нахальной улыбкой на губах был причиной выцветших волос, он был тем, кого Микаэла ждала, когда ей было двадцать.
Когда-то давно, казалось бы, в прошлой жизни, будучи наивной девушкой, которую насильно выдали замуж, она считала, что только истинная пара смогла бы избавить ее от мучений, выпавших на ее долю. И какого же было удивление, когда сейчас, стоя перед Майклом, вся ее жизнь то ли рушилась на мелкие осколки, то ли вновь собиралась в цельную картину. Она была так близка к своей паре, купалась в его тепле, когда сама не могла ничего об этом знать. Он же… он должен был уже чувствовать то притяжение, которое возникало между нареченными партнерами по достижению двадцати лет.
Как же так получилось, что после столь судьбоносной встречи, Микаэла была выдана замуж, а Майкл бесследно пропал из ее жизни? Ответ на этот вопрос девушка уже и не надеялась получить.
Шок был чисто человеческой чертой, которую внутренняя волчица и не пыталась перенимать. Все ее внимание было приковано к юной особе, которая змеей все еще вилась около ее пары. Простое нахождение в обществе другой женщины вызывали у зверя гнев, а само сие действие становилось причиной крупных неприятностей. Но Майкл, пребывая в таком же коматозном состоянии, как и Микаэла, видимо, подзабыл убрать свою чертову ладонь с талии незнакомки. И этот его жест расценивался волчицей, да и самой девушкой, как суицидальный поступок. Нужно было быть победителем конкурса умственно отсталых, чтобы продолжать проявлять интерес к посторонним девушкам, находясь в одной комнате с истинной парой.
– Новый цвет волос? – да, он действительно задал этот вопрос спустя пару секунд после взаимного обмена красноречивыми взглядами.
– Да, – Микаэла, сохраняя неизвестно откуда взявшееся хладнокровие, встала из-за стола, а в голове ее была лишь одна навязчивая мысль. Ей очень уж хотелось разбить одну вазу, которая стояла возле входа, об голову светловолосой и наивно хлопающей глазками девушки. Но вместо этого она обошла пару стороной и закрыла за ними дверь своего кабинета. – Называется «мой истинный – кобель, который спит с каждой встречной». Да и белый цвет сейчас в моде, – ругару театрально поправила прядь волос, неотрывно наблюдая за тем, как быстро менялись эмоции на лице юной незнакомки.
– Милый, не объяснишь, что тут происходит? – девушка была фералом. Видимо, думала, что интрижка с ругару, пусть и укушенным, поднимет ее в глазах собратьев. Такая же наивная, как и все, кто пытался выбить себе статус через постель. И это было повсеместно не только среди оборотней, но и людей. Круговорот заносчивости и предвзятости в природе.
– Вы хотели встретиться с владельцем этого заведения, – вместо долгих и столь красноречивых разговоров хотелось уйти из кабинета, но вместо этого Микаэла встала прямо напротив своих гостей. Майкл, к слову, выглядел таким же непонимающим, как и несколько минут назад. – Мисс, прискорбно это Вам говорить, но Ваш кавалер за последние одиннадцать лет собрал очень достойный послужной список. Не будьте его очередной победой, – девушка хоть и казалась глупой, но такой она все же не являлась, что очень быстро отразилось на ее окаменевшем лице. Впрочем, слова Микаэлы в купе с цветом ее волос говорили все за себя. Ферал быстро изменилась в лице, залепила мистеру Фостеру знатную пощечину, после чего скрылась за дверью кабинета. – Извини, не хотела тебе портить вечер.
– Всегда было интересно, каково это найти свою пару, – эту улыбку Мика никогда не забывала, да и не смогла бы забыть, даже если бы сильно захотела. А теперь уж точно не забудет. Широкая и такая искренняя с очаровательно ямочкой на щеке. – Жаль, что я не понял этого раньше.
– Грегор, я ухожу, проводи мистера Фостера к выходу из отеля, – это было то единственное, что пришло девушке в голову в тот злосчастный момент. Сбежать. Нужно было убежать от него. От себя. И своих внезапно проснувшихся чувств. – Ты не мог не понять, – она не верила, что сможет просто уйти от него, даже ни разу не обернувшись. Но, да, в общем и целом, у нее это вышло. Майкл остался позади, а Микаэла, дрожа всем телом, спускалась вниз на лифте.
*Настоящее время*
И вот сейчас она сидела в своем пентхаусе, обернутая в простыни и смотрящая на кольцо, что так заискивающе блестело на ее пальце. Когда все успело превратиться из «убежать от него как можно дальше» в «напиться, пожениться и провести с ним ночь»? Это больше походило на сюжет мелодраматичного фильма, но никак не вливалось в каноны жизни Микаэлы Айрес. Уж точно не сейчас. Когда она успела так накосячить? Сейчас ей оставалось только тяжело вздохнуть и начать думать о том, как это все расхлебывать.
– Джо, извини, что так рано, – зачесав волосы назад, Мика откинулась на спинку кресла. В комнате, кажется, когда-то успело стать жарко. Откинув прочь простынь и топая босыми ступнями по деревянному полу, девушка вернулась в свою разгромленную комнату. Тихий, но крайне отчаянный стон слетел с ее губ, когда Микаэла наконец-то поняла, что помимо всего прочего кругом стоял душистый и несравненный запах давно знакомого ей ругару. Связь с мозгом потерялась всего на пару секунд, но даже этого было достаточно, чтобы окунуть себя в былые воспоминания.
И собраться обратно было равносильно возведению пирамид. Практически невозможно и выходило за грани понимания.
– Ничего страшного, маленькая мисс, – усмехнулся мужчина на том конце трубки. Он все еще любил подтрунивать над Микаэлой, хоть ей и было уже далеко не двадцать лет. Только вот привычки оставались привычками, а Джо не спешил меняться.
– Свяжись с мистером Фостером. Все встречи на сегодня я отменяю, пусть Майкл зайдет ко мне в главный офис, есть несколько вещей, которые я бы хотела обсудить с ним в деловой обстановке, – неторопливо заходя в гардеробную, ругару с облегчением осмотрелась. Ведь сюда не залетело ни смерчей, ни лапы хаоса. Каждая вещь висела на своем месте. Да, так и должно было быть. До появления Майкла в Лас-Вегасе в голове и душе Микаэлы царил точно такой же порядок. Сейчас же ее душевное состояние описывал весь тот кавардак, который ждал в спальне.
– Микаэла, я, возможно, лезу не в свое дело, – очередная усмешка Джо прекрасно давала понять, о чем он хотел поговорить. В отличие от большинства волколак был приверженцем чувств, а не правил, поэтому еще одиннадцать лет назад именно он прикрывал неугомонные задницы двух ругару, которые частенько пытались улизнуть от семейства Айрес. Так что Мика прекрасно понимала, что ее телохранитель сейчас, скорее всего, выдаст очередной совет, к которому ей бы стоило прислушаться. Она неосознанно подняла левую руку. Кольцо все также сверкало на ее безымянном пальце, даже не пытаясь растаять, будто все было сном.
– Уже во всех местных журналах мое пьяное лицо красуется на первых страницах, да? – тяжело вздохнув, девушка представила реакцию родителей на всю эту ситуацию. Их отношения не стали ни на градус теплее за последние годы. С некоторыми из них все стало только хуже. Особенно с мамой, которая считала своим долгом при любой возможности напоминать Микаэле о ее никчемности. Она преуспела в бизнесе? Пф, для Адалинд Айрес это ничего не значило.
«Ты даже мужа не смогла удержать. Он сиганул от тебя к старухе с косой», – любимая фраза матушки, которую она произносила с особым ядом в голосе.
– Это очень плохо.
– На всех снимках ты выглядишь счастливой. Я это хотел сказать, а не то, что ты подумала, – вместо очередных советов и нравоучений произнес волколак. – И половина Лас-Вегаса уже считает вас самой красивой и счастливой молодой супружеской парой.
– Это все ошибка, – схватив первый попавшийся строгий костюм, Мика вернулась в комнату. – Наши отношения были пресечены еще одиннадцать лет назад. Сомневаюсь, что за это время мой отец поменял свое мнение насчет обращенных ругару. Он их терпеть не может. Впрочем, из-за этого-то моя прекрасная семья и выдала меня замуж за Адама. По их мнению, он был джентльменом, который сделает из меня хорошую жену.
