Несколько раз Веселине казалось, что им ни при каких условиях не добраться до пещеры, но Вещун умело объезжал выставленные перед ним ладони великанши и успевал уворачиваться от стволов деревьев, брошенных практически под его копыта.
Несколько раз перепрыгнув камни и ямы, попадающиеся на пути, Вещун неудачно приземлился на ногу – он захромал. Веселина, увидев это, спрыгнула с коня, кубарем перекатилась по земле и тут же вскочила на ноги. До пещеры оставалось всего десяток шагов, когда на пути Веселины возникла огромная ладонь. Попадание в эту ладонь, которая была в два раза больше Веселины, обещало практически мгновенную смерть.
Ладонь неотвратимо надвигалась на Веселину, пытающуюся убежать в сторону. Расстояние до спасительного укрытия все увеличивалось, сил становилось все меньше, бежать по лесу оказалось совсем непросто. Веселина почувствовала, как нога зацепилась за торчащий из земли корень. На несколько мгновений, показавшихся ей вечностью, она зависла в воздухе, а потом упала лицом в золотой ковер из листьев. Решив не видеть того, что будет дальше, она так и осталась лежать, не шевелясь и крепко зажмурив глаза.
– Беги же! – донесся до нее удаляющийся голос Вещуна.
Веселина вскочила на ноги – рука преследовала Вещуна. Это был единственный шанс. Собрав оставшиеся силы, Веселина бросилась к пещере. Она успела добежать как раз вместе с Вещуном – они забежали вглубь и прижались к стене.
– Кто это? – тяжело дыша, спросила Веселина.
– Это Лихо. Ее еще иногда называют Недоля. Она никого не щадит, если уж попался ей на пути – несдобровать тебе.
Снаружи послышался громкий удар, а следом за ним – истошный вопль. Пещера затряслась, будто разгневанный Перун метнул сразу десяток молний в громадный камень на самой вершине, заставив его катиться вниз, принося разрушения укрытию, где сидели, затаив дыхание, Веселина с Вещуном. Небольшие камешки сыпались на их головы, по стене пошла трещина.
Веселина затаила дыхание – от свода пещеры отвалился большой кусок земли. Еще один удар, и великанша похоронит их здесь навсегда. Веселина, замерев, ждала этого удара, но он никак не наступал – все стихло. Веселина шмыгнула носом, чтобы проверить, не оглохла ли она часом, а заодно и немного снять напряжение, сковывающее ее тело и разум.
Снаружи послышались тяжелые шаги, удаляющиеся от пещеры, в которой прятались Веселина с Вещуном. Даже когда шаги почти затихли вдали, никто не осмеливался нарушить тишину.
– Нам пора двигаться дальше, – сказал Вещун, слегка выглядывая наружу и прислушиваясь. – Она, конечно, вряд ли еще раз придет, но я бы не рисковал оставаться здесь дольше необходимого, – он бросил взгляд наверх.
Солнце уже почти касалось горизонта. Веселина почувствовала, как встали волоски на коже – налетевший порыв ветра принес холод и ощущение приближающейся беды.
– Так, а куда мы идем?
– В деревню.
Веселина резко остановилась и сложила руки на груди, приняв угрожающую позу.
– В какую еще деревню? Ты учти, я домой без Лады и Ярослава не вернусь!
– Ну-у-у… Спокойнее. В деревню чародеев. Должна же ты где-то на ночь остановиться. Я ночью никуда не пойду, мне моя шкура дорога.
– Там живет та, что Ладу похитила, и те, что забрали Ярослава?
– Ну-у-у, там как раз и узнаешь. Походишь, поспрашиваешь. Если будешь осторожна – останешься жива-здорова.
Тьма сгущалась. До деревни, по уверениям Вещуна, оставалось совсем немного, но Веселина не видела впереди ни единого огонечка, указывающего на человеческое жилище. Идти стало тяжело. Переживания прошедшего дня, физическое перенапряжение и бессонная ночь разом навалились на засыпающую на ходу Веселину.
– Скоро уже…
– А? – Веселина споткнулась, в очередной раз проснулась и услышала плач. – Что это?
Вещун повел ухом, но тут же тряхнул головой.
– Что бы ни было – туда нельзя.
– Почему?
– Это – Навьи топи. Пойдешь туда – сгинешь.
Веселина остановилась.
– Но там же плачет кто-то! По голосу слышу, что девушка, молодая совсем… Подсобить ей надобно…
– Ну уж нет. Это – без меня. Я туда ни за что не пойду… Если выживешь – встретимся завтра. Если нет… Ты уверена, что хочешь пойти туда? Ты знаешь, кто такие навки?
– Слышала… Мертвые. Но сейчас же не их времечко… Да и вдруг там просто заблудился кто…
– Как знаешь, – бросил Вещун на прощание и ускакал.
Веселина осталась одна. Страх подступал все ближе, заползая по ногам к горлу. Жалостливый плач, полный грусти и одиночества, послышался снова. Веселина трижды сплюнула через левое плечо и пошла в сторону стенаний.
Глава 7
Навьи топи… Веселина задумалась. Такое название местности предупреждало о смертельной ловушке. Даже по отдельности это слова нагоняли на любого человека страх, а вместе звучали как западня, из которой нет выхода. Навьи – опасные существа, рожденные миром мертвых, враждебно настроенные против живых людей. В деревне нередко ходили слухи о том, что и к домашнему скоту они не добрее, чем к людям.
Жили навьи в самых темных и страшных уголках леса, как можно дальше от людей, и не щадили никого, кто заходил к ним.
Веселина знала это, она сердцем чувствовала опасность, но ничего не могла с собой поделать: пройти мимо плачущего было выше ее сил.
Слыша плач, она непременно каждый раз кидалась на помощь, помня о том времени, когда сама стояла маленькая и одинокая в кругу крестьян, обступивших ее и поносивших самыми бранными словами за то, что от скуки завязала в поле колосок узелком. Милослава ушла в лес, некому было заступиться за маленькую Веселину, изо всех сил старающуюся не зарыдать. Она не чувствовала себя виноватой и не хотела доставить своим обидчикам радость осознания ее смирения.
Веселина разрешала себе плакать только в присутствии членов семьи и только в крайних случаях – ей не хотелось, чтобы младшие видели ее слабость. Она ведь всегда была для них примером. Несгибаемой, твердой и радостной старшей сестрой, способной решить все трудности.
Сверху послышалось громкое карканье. Веселина дернулась от неожиданности и тут же замерла. На ветке дерева прямо перед ней сидел ворон. Он рассматривал ее, наклоняя голову в разные стороны, будто размышлял о чем-то.
– Уходи отсюда, – услышала Веселина.
Она тряхнула головой, прогоняя наваждение. Вокруг не было никого. К тому же произнесли эту фразу шепотом, услышать ее она могла бы, только если бы ей это сказали на ухо.
Плача не было слышно. Только уханье и хлопанье крыльев совы, вылетевшей из дупла этой темной ночью на охоту. Как только сова улетела, все смолкло. Тишина звенела в ушах, усиливая ощущение тревоги.
Сделав несколько осторожных шагов по топям, Веселина всерьез засомневалась в своем решении. Ноги вязли в трясине, пытающейся оставить обувь себе. Глаза никак не могли привыкнуть к окружающей темноте. Она стояла, потеряв ориентацию, не в силах двинуться и чувствуя, как замерзает, а плач все не повторялся. Идти дальше наугад было опасно. Веселина закрыла глаза и вслушалась.
Раздался едва слышный стон, но и его Веселине было достаточно, чтобы определить направление дальнейшего движения.
Ворон слетел с ветки и скрылся в ночи. Веселина успела заметить, что он полетел в ту же сторону. Несколько раз с наслаждением зевнув, она отправилась на поиски ясно слышавшегося женского плача.
Плач сменился резким, злым криком, уступившем место звукам борьбы. Веселина оторопела.
– Ах ты, подлая навка! Отдавай, что украла! Не твое же…
– Было не мое, стало – мое. Мне нужнее, чем тебе!
Выбежав на относительно ровную полянку, лишенную деревьев, Веселина заметила, парня и девушку примерно ее возраста, ожесточенно боровшихся друг с другом. Они держали какой-то предмет, каждый пытался разжать пальцы другого, чтобы завладеть им.
Бледное, напоминающее луну по форме и цвету лицо девушки, ярким контрастировало с темнотой ночи, усиливая белизну длинной белой неподпоясанной рубахи.
Веселина смотрела на нее, не в силах оторвать взгляд, красота девушки гипнотизировала ее и усыпляла.
– Уходи! – услышала она сквозь сон мужской голос. – Да чтоб тебя…
Она падала. Мягкие и теплые объятия затягивали ее, обволакивая и укрывая от всех проблем. Оставалось только расслабиться и довериться мохнатым лапам…
– Помоги же! Ну! – никак не унимался голос.
Веселина почувствовала, как ее тянут прочь от объятий, сулящих укрытие и спокойствие.
– Пустите… – едва ворочая языком, сказала она.
– Ишь, чего захотела… Ладно, помоги мне костер развести.
– Какой еще костер? Скоро навьи придут, уноси ее отсюда…
Веселина не могла больше бороться – она провалилась в глубокий сон.
Ей снилось, что она лежала в больший уютной колыбели, плывущей по безбрежному морю. Волны укачивали ее, усыпляя. Тепло окутывало со всех сторон, легкий ветерок обдувал лицо. Веселину насторожил странный звук – сбоку послышался рык.
Она дернулась и открыла глаза. Крупный бурый медведь нес ее на руках, шумно дыша в лицо. Веселина изворачивалась, крича от страха. Медведь взял ее одной лапой и вжал в тело, покрытое густым мехом. Он осторожно поставил ее на землю и тут же превратился в парня. В того самого, что недавно боролся на поляне.
– Ты чего орешь-то? Будто режут… – прошептал он. – Не привлекай внимания – целее будем.
– М-м-м?
– Ты кто? Куда ты меня тащишь? Где та красавица?
– Ишь… Красавицу тоже мне нашла, – качнув головой, усмехнулся парень. – Меня Вольгой зовут. И никуда я тебя не тащу, нужна ты мне сильно. Можешь хоть сейчас возвращаться и погибать в муках, да только без меня!
Вольга гордо вскинул голову, задрав нос. Несмотря на то что сейчас он был в облике человека, он был больше похож на кучерявого обиженного медвежонка в черной рубахе и темных штанах из меха.
Веселина слегка улыбнулась кончиками рта, чтобы не обидеть парня. Вольга заметил это и, превратившись в змею, исчез в темной траве леса.
– Постой… – только и успела сказать Веселина. Змея уже исчезла в неизвестном направлении. – Как же я…
Она села на землю, оперлась спиной на ствол дерева и заплакала. Помня, что вокруг могут быть навьи, дикие животные или кто-то, похожий на Лихо, Веселина старалась плакать беззвучно. Получалось это у нее с переменным успехом. Услышав хруст, Веселина вскочила с земли и схватилась за ветку, чтобы не упасть.
Ноги ее не держали, живот крутило от голода и боли. Веселина оценила все доступные направления и, собрав оставшиеся силы, пошла, как ей казалось, в сторону «деревни чародеев», о которой упоминал Вещун. Оставаться на ночь под деревом в лесу казалось ужасной идеей.
Особенно сильно ей сопротивлялись зубы, отбивающие музыку озноба. Веселина шла, опираясь на деревья и теряя силы. Она протянула руку к очередному дереву, но упала, не рассчитав расстояние.
– Явно ж видно, что ты нездешняя! – пробурчал Вольга, снова став человеком и подхватив ее до того, как она ударилась. – Ишь… И вот хоть бы поблагодарить, так нет же…
Снова превратившись в медведя, он понес ее в деревню.
– Зачем я вообще тебя тащу? Оставил бы погибать в топях, стала бы навью, да и… – бубнил себе под нос Вольга. – Хотя… Жалко ж тебя. Красивая… Да и смелая… Это ж ты мне помогла найти эту навку поганую…
Перед Вольгой неожиданно появилась низенькая косматая старуха в лохмотьях. Она вытянула вперед руку, останавливая медведя.
– Стой, молодчик!
– И чего ж вам, бабам, не спится по ночам? – прорычал Вольга, снова превратившись в человека. – Самое ж время.
Старушка пропустила его слова мимо ушей.
– Помоги старушке, не оставь в беде… Заплутала я… Никак не могу найти дома своего. Дай мне руку свою, отведи домой, милок…
Вольга наигранно рассмеялся. Старушка нахмурила брови, отчего ее и так морщинистое лицо стало похоже на пересушенный изюм.
– Ты, Лешиха, не лукавь. Я ж не вчера на свет-то вылез! Чего тебе надобно?
– Отдай мне девоньку эту, да и разойдемся с миром.
– Ишь… Чего ж еще тебе сделать?
Старушка, уперев тонкие руки в бока, молчала. Вольга пожал плечами и сделал шаг вперед.
– Не боишься, значит…
– Почему ж не боюсь? Все знают ваш нрав. Что твой, что мужа твоего, да только не отдам я тебе девицу.
– Уж не влюбился ты, часом? – улыбнулась Лешиха.
Вольга промолчал, посмотрев в сторону. Он угрожающе зарычал, вышло очень похоже на настоящий рык медведя.
– Да не рычи, чего там… Только воздух сотрясаешь. Ох… Ты еще слишком юн для нашего мира, оборотень. Слишком уж ты человек… Оставайся со своей ношей да только запомни мои слова: от нее тебе немало бед да и испытаний будет.
– Да уж понял… – проворчал Вольга.
Лешиха растворилась в воздухе, а медведь отправился дальше.
Он добрался до деревни в предрассветный час, когда начинают горланить петухи. Только ни одного петуха в Долине не было. Обитатели не очень-то жаловали этих птиц.
Вольга превратился снова в человека, подошел к самому большому терему и громко постучал. Этот стук спугнул пару птиц, дремавших на крыше, и разбудил собаку, которая, лениво оглядев Вольгу, так и не залаяла.
– Есть кто дома? Открывай, Радогост!
Внутри послышались ругательства, звон ключей и тяжелые шаги.
– Ох… Кто это тут шатается, спать не дает? – пробасил крупный рыжебородый мужчина, открывший дверь. – Вольга? Ну, дела! Проходи, дорогой.
– Куда можно ее? Ей бы выспаться хорошенько…
– Иди за мной. Мы ее в один миг в самые драгоценные палаты определим.
Радогост подошел к первой двери в длинном коридоре. Вольга аккуратно занес Веселину и положил на мягкую перину.
– Это что за девица? – спросил Радогост, как только они остались за столом в общей комнате. Сейчас там никого не было – хозяин зорко следил за тем, чтобы все спали в своих комнатах. – Неужто невесту себе нашел?
