Для счастья мало надо! Уже за одну ванну я готова душу продать. Ящерка тоже с удовольствием плещется в миске, куда я отлила немного воды.
Закончив, я переодеваюсь в платье из приятной телу гладкой ткани, мокрые волосы слегка подсушиваю полотенцем и оставляю лежать на плечах. Удивительным образом туфли в пору. Заметив в углу зеркало, подхожу… и ахаю! Часть моих тёмных волос… сменили цвет. Они стали белыми, как снег!
Не как седина, а скорее уж ближе к качественному мелированию… Остальное всё по-прежнему. Губы перманентом не окрасило, брови тёмные, обычного размера губы, нос чуть вздёрнут… В общем, в пакет преображения входили только услуги колориста. Из других изменений – разве что похудела немного.
Фигура у меня и без того стройная, а теперь и вовсе я худышка. Запястья хрупкие, как говорили воспитатели, кость не задалась. Сама же я думала, что во мне не задалось ничего…
Как многие девушки, я мечтала о романтике, любви, но с этим вечно не складывалось. Изредка кто-то решался позвать на свидание, но второй встречи никогда не случалось. Чем я их так пугала? Может, своим умением притягивать неприятности?
Но Витя… Витя был другим. С ним я впервые почувствовала себя нужной. И так обидно потерять всё из-за прихоти чешуйчатого вора.
– Всё хорошо, леди Алиса? – доносится из-за двери голос дворецкого.
– Да! – откликаюсь я.
Ящерка прячется мне под волосы. Поправив подол платья, я выхожу в коридор. Якоб оглядывает меня с головы до ног и одобрительно кивает.
– Вот так намного лучше, – с улыбкой говорит он. – Вы и так красавица, а что же будет, если примерите праздничное бальное платье.
– Вы мне льстите, – бормочу, смутившись. К комплиментам я не привыкла.
– Ничуть! Что ж, вижу вы готовы к встрече. Пойдёмте.
Мы снова идём по бесконечным коридорам, дворецкий инструктирует:
– Поклонитесь при входе. Не смотрите в глаза. Говорите только когда спросят. Добавляйте «Ваша Светлость». Имя властителя – Шейн Листериус. Не улыбайтесь. Он этого не любит. Сейчас решится ваша судьба, леди. Положение ваше шаткое.
– Но я же ничего плохого не сделала.
– У вас слишком значимая для мира судьба. Постарайтесь показать себя в лучшем свете.
Мы останавливаемся у огромных резных дверей. Перед входом Якоб спрашивает, где моя судьба, и просит оголить руку – для дракона.
– Драконы и так чуют судьбу, но скорее, как тень грядущего. То есть знают, ждёт человека скорое счастье, удача, беда или смерть. А слова дают большую ясность, – Якоб распахивает двери.
Мы входим в просторный тронный зал. Тут преобладает серебро и белый камень, на окнах тяжёлые портьеры, вдоль стен стоят скульптуры, потолок высокий, украшенный сценой битвы двух драконов почти в полную величину. А потом мой взгляд падает на человека, расслабленно восседающего на высоком троне на постаменте.
«Это он! – мысленно восклицаю я. – Точно он! Тот, кого я видела раненым у ЗАГСа».
Мужчина по имени Шейн ещё красивее, чем в день нашей встречи. Высокий, мощный, в богатых тёмных одеждах, расшитых серебром. Лицо – волевое, с резким подбородком и острыми скулами. Задерживаюсь взглядом на его губах – чётко очерченных, чувственных. Тёмные густые волосы откинуты назад, под стрелами бровей – абсолютно чёрные, бездонные глаза. Пустые.
Смотреть в них – словно падать в бездну.
В них – ничего человеческого. Люди так не смотрят.
А ещё похоже – он не помнит, кто я.
Меня подталкивают, и я вздрагиваю.
– Поклонись! – испуганно шепчет дворецкий, и я тут же кланяюсь. Сердце бьётся в горле. В зале душно, не из-за проблем с воздухом, а из-за магии. Будто что-то давит на плечи.
– Ваша светлость, – говорит Якоб, – простите леди, она не знакома с этикетом.
– Вижу, – говорит дракон. Голос у него низкий, пронизывающий. Он приказывает: – Подойди ближе.
Ноги несут меня к трону против воли. Я смотрю только в пол, гадая, что будет. Вспоминается вкус того поцелуя. Помнит ли этот красивый несносный тиран, что именно у меня украл? Я собиралась гордо бросить претензию ему в лицо, но теперь стало боязно. Но… драконы же благородные создания, верно? Он, может, сам догадается?
Я замираю в пяти шагах от трона. Хотя не поднимаю взгляда, но каждой клеточкой чувствую пристальное внимание. От разлитой кругом магии едва не трещит воздух.
– И правда, – со скукой говорит дракон, – сильная судьба. Громкая. Слишком опасная. Лучше бы ей никогда не сбыться.
Ладони становятся влажными. Мне совершенно не нравится, куда он клонит. Я ожидала диалога, а мне выносят “вердикт”…
– В темницу, – Шейн отдаёт приказ так же буднично, будто просит о смене блюд. – К рассвету избавиться.
Избавиться?!
Испуганно вскинув голову, вижу, как ко мне направляется стража. На их поясах – тяжёлые мечи, в глазах – ни единого сомнения. Если бы приказали, они прямо сейчас снесли бы мне голову.
Паника ударяет в голову.
– Подождите! – голос звенит от страха, губы холодеют. – Ваша светлость… разрешите слово. Пожалуйста!
Шейн делает разрешающий жест. Стража замирает.
– Разрешаю, – говорит он, прожигая тёмными пустыми глазами.
Колени предательски дрожат, но я выпрямляюсь и поднимаю взгляд. Этикет всё равно меня не спасает. Стараюсь смотреть дракону на переносицу, чтобы вновь не утонуть в его глазах.
– Ваша Светлость, почему я должна страдать за судьбу, которую получила по вашей вине?! – выпаливаю я.
По-мужски красивое лицо дракона остаётся бесстрастным, словно гипсовая маска.
– По моей? Неужели? – холодно бросает он.
– Да! Мы встречались на Земле. Вы были ранены, я помогла. А вы… украли мою судьбу! – я словно бросаюсь в пропасть. Дворецкий замирает. Стражники бледнеют. Все настороженно косятся на дракона, словно ожидая взрыва, который заденет их тоже.
Шейн дёргает уголком губ, а затем медленно поднимается с трона. Двигается он плавно, как хищник. Смотрит свысока. Подходит.
От дракона исходит аура подавления. Она давит на плечи, вползает страхом в душу. Хочется отпрянуть, упасть, умолять о пощаде. Но я стискиваю зубы и стою. Я ничего не сделала. Я хочу вернуть свою жизнь!
– Вы же всесильный дракон, – шепчу, преодолевая давление, – заберите эту судьбу, но верните мне прежнюю. Я хочу домой.
Дракон подходит вплотную. Я чувствую исходящий от него жар, а ещё – запах дыма и цитруса.
Он протягивает руку, берёт мой подбородок и приподнимает моё лицо. Пальцы горячие, твёрдые. Странно, но в их прикосновении есть что-то, чему хочется подчиниться.
– На Землю тебе пути нет, – тихо говорит Шейн.
Я вздрагиваю, нечаянно встречаюсь взглядом с его тёмными глазами – и снова проваливаюсь в бездну.
– Я не согласна, – вырывается свистом.
– Твоё несогласие ничего не изменит, землянка. У меня нет желания с тобой возиться.
– Получается, вы и правда тиран. Мучаете неповинных людей. Вы не имеете права!
– Не имею? – Шейн надменно вскидывает смоляные брови. А потом наклоняется к самому уху, его дыхание обжигает кожу:
– Я имею право на всё, что захочу. Абсолютно всё. Ты на моей земле. Значит, в моей власти. Полностью. До последнего вздоха. И представляешь из себя проблему. Меньше всего я желаю, чтобы тебя заполучили мои враги.
– Из-за судьбы? Так заберите её!
Отстранившись, Дракон берёт мою руку. Поворачивает так, чтобы буквы оказались сверху. Стучит по ним пальцем.
– Видишь. Крепко сидит, не сорвать, – говорит он, словно и правда задумавшись. – Ничего не поделаешь.
– Но я хочу жить…
– Все хотят. Приходится выбирать.
Отпустив мою руку, Шейн отступает к трону, словно потеряв ко мне всякий интерес. Кивает страже.
Те подходят и кладут ладони мне на плечи, собираясь увести. Я едва не плачу. Что же теперь? Исчезнуть на рассвете, словно меня и не было? Вот так просто сдаться?! Злость собирается горячим комом под рёбрами.
– Слушай, ты! – шиплю я, а меня уже тащат к дверям. – Думаешь, так легко от меня отделаешься?! Я к тебе призраком вернусь! Буду греметь цепями, выть, ни дня не поспишь! И не одна я тебя ночами буду мучить! Мне уже кое-что про тебя рассказали! Ты ведь, дракон, семью свою не пожалел! Брата сгубил! Вот с ним и приду!
А в следующую секунду по залу прокатывается магическая волна такой мощи, что моих охранников сбивает с ног. Они падают, прикрыв головы руками. Меня саму прижимает к холодному мрамору. Дворецкий со стоном опускается коленями на пол. Дрожат стены, мигают светильники. Дракон стоит в эпицентре бури с белым, как полотно, лицом.
Магия пропитана яростью, от которой сводит лёгкие. Я задыхаюсь от чужой силы. Шейн идёт ко мне, и каждый его шаг ощущается как приближение конца.
А меня будто гранитной плитой придавило.
Шейн уже рядом, я вижу его глаза – жуткие чёрные воронки. Уж прощаюсь с жизнью, как вдруг из-под моих волос выпрыгивает изумрудная ящерка. Цепляясь коготками за моё платье, она выгибается дугой и отчаянно шипит на дракона. Её маленький хвостик угрожающе хлещет по воздуху.
Сейчас этот тиран схватит малышку! Раздавит, точно муравья, и меня вместе с ней!
Но Шейн неожиданно замирает, а на его лице я с изумлением замечаю растерянность, которая перерастает в какое-то мрачное удовлетворение. Давление немного спадает, я снова могу дышать, а дворецкий и стражники перестают хрипеть от боли.
Дракон щёлкает пальцами. И с шеи ящерки спадает золотой обруч. Его тут же подхватывает магия и поднимает вверх. Шейн перехватывает обруч и крутит в пальцах.
С задумчивым острым прищуром он смотрит на ящерку, потом переводит острый взгляд на меня – и внезапно улыбается. Но немного жутко, будто его осенила гениальная идея… которая мне точно не понравится.
– Что ж, невероятно, но ты меня убедила, попаданка, – медленно говорит он. – Докажи свою полезность и тогда, быть может, я помогу тебе вернуться на твою Землю.
Хорошо бы ещё знать, почему этот тиран изменил решение! Ну не ящерка же его напугала…
– Но есть условие. Без него ничего не получится. Придётся обезопасить тебя от женихов так, чтобы наверняка. Согласна? Только да или нет.
– …д-а, – выдыхаю я, с трудом поднимаясь. Как будто у меня есть выбор! Да и альтернативные предложения не блещут выгодными условиями.
Хмыкнув, Шейн щёлкает пальцами. Обруч в его руке расширяется, раздвигается – и стремительно летит ко мне. Прежде чем я осознаю происходящее, он с глухим звуком захлопывается на моей шее.
– С этого момента твой статус меняется с попаданки на моего питомца, – провозглашает этот тиран.
Глава 11
Что, простите? Питомец?!
– Что? – возмущаюсь я, дёргая обруч изо всех сил. Металл холодит кожу, сидит мёртвой хваткой. – Что это значит? Я не согла…
– Позже поговоришь, – спокойно говорит дракон, возвращаясь на трон. А меня… покидает голос! Я открываю рот, щупаю своё горло. Как ни напрягаю связки, не удаётся выдавить ни звука.
– Это ошейник для питомца, – дракон постукивает по золотому подлокотнику пальцами. – Я развеял заклинание слежения, которое на нём висело, и переписал “хозяина”. Пока он на тебе, никто не возьмёт тебя в жёны без моего согласия.
Почему-то мой мозг в этой безумной ситуации цепляется за часть про “заклинание слежения”. Получается… ящерка и правда была шпионкой.
Я кошусь на неё. А она сидит на плече, понурив чешуйчатую голову. Такая виноватая… Не получается на неё злиться. Да и не было в том её воли.
Впрочем… ещё раз! Я… питомец?!
Однажды в шутку я говорила знакомой, что хотела бы родиться кошкой. Неужели моё желание сбылось таким кривым способом?
Стражники уже пришли в себя и теперь спокойно ожидают дальнейших приказов. Судя по их спокойным лицам, сегодняшняя вспышка гнева Стального для них в порядке вещей. И часто их так по полу катают?
Нда… этому миру не помешал бы профсоюз.
Что ещё страннее, мой статус “питомца” их ничуть не веселит. Наоборот, они даже поглядывают в мою сторону с опаской. Думают, я могу их покусать?
Вздохнув, пытаюсь найти в ситуации позитив. Так-то… новости не самые плохие. Я жива. Дракона нашла. Ну подумаешь ободок на шее – даже красивый – а этот чешуйчатый и раньше мог сделать со мной, что его левой пятке захочется. Если эта вещица отвадит от меня толпу женихов – всё к лучшему. Я обязательно найду способ вернуться к Виктору.
Правда, до сих пор не ясно, почему Шейн изменил решение… Но у этих тиранов-драконов своё собственное альтернативное мышление, так что предположим… моя ящерка напомнила ему первую любовь. Дракониху с томным взглядом. Может она шипела на Шейна в момент страсти, прямо как моя ящерка. Вот он и отступился…
Тем временем Шейн откидывается на троне, проводит рукой по смоляным волосам, убирая назад выпавшие пряди. Я снова залипаю взглядом на его лице. Оно словно высечено из мрамора – волевое, благородное… но с каплей смертельного яда. Довериться такому – всё равно что шагнуть в пасть к крокодилу.
Дракон наклоняет голову, будто собирается что-то сказать, но тут раздаётся стук, двери в зал приоткрываются и внутрь заглядывает перепуганный слуга.
– Ваша Светлость, – кланяется он, – прибыл властитель Янтарных земель.
Шейн раздражённо скалится и командует:
– Якоб, займи нашу гостью чем-нибудь полезным. И, ради создателя, расшевели камеристок. Пусть подберут ей что-то более… соответствующее статусу.
Поклонившись, Якоб жестом показывает мне поторопиться. Шейн в мою сторону даже не смотрит – похоже, голос возвращать не собирается. Впрочем, всем известно, что тиранам не нравится слышать чужое мнение, если оно отличается от их собственного.
Я следую за дворецким. И едва дверь за нами захлопывается, как Якоб облегчённо выдыхает.
– Ох, еле ноги унес. Давно я не ощущал на себе гнев властителя. Ладно, пойдёмте скорее.
