Взгляд князя смягчился, огрубевшие пальцы дотронулись до ее виска и заправили за ухо выбившуюся прядь.
— Иногда не мы выбираем власть, а власть выбирает нас.
Креслав придвинулся к Велене, сделав шаг, потом еще один, встав почти вплотную. Дракониху разрывало от происходящего. Она никогда не хотела надевать корону. Никогда. Велимира желала свободы. А трон и корона — это путы и обязательства.
— Я не пытаюсь запереть тебя в клетке, только обезопасить, — шепот демона овевал щеку девушки теплом. — Тебе не нужно взваливать на себя всю ношу. Дай мне позаботиться о тебе, Вэл. Я буду твоим мечом, твоей защитой. Просто позволь. Дай мне самому все решить с Сопротивлением. Я тоже командующий, они не могут со мной не считаться.
Прикрыв глаза, Велена прильнула щекой к мужской ладони. Как же много Креслав говорил, иногда заткнуть его было возможно только поцелуем. Или отсечением головы от тела. Для него спорить — все равно, что дышать, приведет десяток аргументов, пока оппонент не сдастся. Велимира никогда не встречала более упертого мужчины. Она могла постоять за себя, но вместе справляться легче, вместе не нужно думать о безопасности тыла. Больше всего на свете она хотела бы просто быть с Креславом, не боясь того, как сработает проклятие. Свентовит уже давно искал способ избавиться от этого семейного клейма, найти лазейку. И не находил…
— Да, пожалуй, это рационально. Но все время прятаться за стенами я не буду.
— Кто бы сомневался, — со смешинкой в голосе сказал князь, а потом о чем-то задумался, нахмурив при этом брови. — Влад в курсе твоих выкрутасов с трансформацией в Волшграде?
— Пока нет.
Запрокинув голову, дракониха посмотрела ему в глаза. Пламя в них погасло, обнажая холодный голубой оттенок радужки, их истинный цвет. Только самым близким демоны открывались таким образом. И сейчас Велимира почувствовала себя максимально защищенной и необычно маленькой, стоя рядом с Креславом, который имел высокий рост и широкий разворот плеч.
Нос уловил запах костра, присущий демонам после всплесков злости. Теплая ладонь князя легла на талию девушки, отчего по телу прокатилась волна жара.
— У тебя есть какой-то способ с ним связаться?
Подняв левую руку, Велена показала аккуратный серебряный перстень в виде дракона с глазами из аметистов. Кано пристально всмотрелся в кольцо на ее указательном пальце.
— И как это работает?
— Просто сосредотачиваюсь на запросе. И либо он отвечает ментально, либо появляется в любой отражающей поверхности. Драконье кольцо посылает сигнал даже в другой мир. Главное, чтобы второй тоже носил подобный артефакт.
Креслав нахмурился, потом облизал губы и, прежде чем Велена успела среагировать, сорвал перстень с ее пальца.
Дракониха попыталась выхватить кольцо, но тщетно, князь уже напялил его себе на мизинец, да и то, не до конца.
Все это время он специально заговаривал ей зубы. Внутри Велены поднялась волна злости. Это был ее личный драконий перстень. Князь не имел права его забирать.
— Влад, нам срочно нужно поговорить, — громко сказал Креслав и отступил на шаг от воительницы, уворачиваясь от попыток забрать артефакт. — Влад! Чтоб тебя. Немедленно тащи свою ментальную задницу сюда, рептилия ты шипастая.
— Какого черта кольцо Велимиры у тебя, придурошный?
На стеклянной стене оранжереи появилось изображение, похожее на отражение в реке, широкоплечего мужчины в кожаной чешуйчатой броне с серебристыми заклепками. Влад прищурился и переводил взгляд с демона на сестру и обратно. Его русые волосы были идеально уложены, но лицо выдавало усталость.
— Нужно поговорить.
— Кажется, я тебя предупреждал, чтобы держался от моей сестры подальше.
— А я тебе сказал, что не отступлю. Так что, если хочешь высказать свое недовольство этим фактом, то милости просим в Цитадель.
— Будь уверен, как разберусь с делами, то сразу явлюсь. И к этому моменту тебе лучше оттуда убраться. Но сомневаюсь, что ты вызвал меня, чтобы официально пригласить. Что надо?
— Кто такие гибриды?
— Что? — голос Вэл надломился.
Внутри нее начало свербить плохое предчувствие. Демон явно не из-за Сопротивления вызвал дракона, с соратниками Креслав собирался разбираться своими силами.
На вопрос князя Влад скривил губы так, будто съел очень кислый лимон, но, на удивление Велены, ответил:
— Результат магического обряда. Велимира — одна из немногих гибридов, кто появился на свет естественным путем. Но, в целом, эта мутация вызывается искусственно.
— Что для этого нужно?
Влад удивленно вскинул бровь, теперь сосредотачивая все внимание на князе. Велена же зло сверкала глазами в сторону брата, мысленно умоляя не отвечать. Но глава дома Судьбоносных проигнорировал предостерегающий взгляд.
— Много чего. Например, брат по крови.
— Что это значит? Ты можешь ответить более конкретно?
— Каков вопрос, таков и ответ.
На лице Влада появилась недобрая ухмылка, а в глазах — сталь.
Велена узнала это выражение.
Ее брат испытывал собеседника, проверял, насколько далеко тот готов зайти. И это Владислав еще не знал про ситуацию с Сопротивлением, так бы уже прилетел и разворошил тут все. Князь это понимал, поэтому пока благоразумно помалкивал, видимо, решая самостоятельно защитить дракониху и доказать Владу, что в состоянии постоять за его горячо любимую сестрицу.
— Что значит брат по крови? — продолжал давить Кано.
— В создании гибрида участвуют двое, при этом важна совместимость по стихиям. Это помогает крови дракона лучше прижиться в чужеродном теле. Если обряд проходит успешно, то оба становятся магическими братьями. Не в прямом смысле слова, от одного шприца в семью не войдешь, конечно. Но появляется некая энергетическая сцепка.
— А ты управляешь огнем. Как и я.
— Совсем рехнулся?! — не выдержала Велена, коброй бросилась вперед и сорвала перстень с мизинца демона
Хватит с нее этого самоубийственного балагана.
Картинка на стекле тут же растворилась, но Кано успел увидеть плотоядную улыбку дракона. Не было сомнений, что тот вскоре явится во плоти, и тогда Цитадель вновь содрогнется от их очередной драки.
Прямо на ходу надевая перстень на его законное место, Велена чуть ли не бежала к выходу из тренировочного зала. Внутри все клокотало, в воздухе сильно запахло озоном.
Не успела дракониха дойти до дверей, как демон догнал ее и преградил путь. Велена гордо приподняла подбородок. Несмотря на высокий рост князя, она могла и в своем положении смотреть сверху вниз, если хотела.
— Я с ним не договорил.
— Какая жалость. Значит, не Судьба.
— Не ерничай, буря.
— О чем ты только думал?
— О тебе! — прорычал Кано, нависая над девушкой.
— В ритуале выживает один из десяти. Ты полный кретин, если собираешься пойти на это!
— Да, я влюбленный кретин, казни меня за это!!
Тут демон осекся, понимая, что проговорился, потом неосознанно снова облизал губы. А Вэл замерла, ее сердце грохотало внутри, как сумасшедшее. Она никогда не слышала от князя подобных слов или намеков и сама их ему не говорила. Ее чувства всегда хранились глубоко внутри, запечатанные на несколько замков, чтобы совсем не потонуть в этом безумии…
Они стояли и молча смотрели друг на друга. Креслав склонил голову ниже, его взгляд метнулся к губам девушки. Весь мир за пределами их двоих потускнел, словно перестал существовать.
Правда, ненадолго.
В зал вбежал Кречет.
— Вэл, Кельхеор на связи. — Оборотень резко затормозил на пороге. — Оу, извините, что помешал. Не хотел, правда.
— Мечеслав, чтоб тебя… Убил бы, — тихо пробормотал демон, болезненно закрывая глаза.
— Вампир сказал, что это срочно.
Оборотень пожал плечами, при этом тактично отворачиваясь от друзей.
— Уже идем, — ответила за обоих Велена.
Все-таки она сама просила старого друга об услуге. Сейчас, в первую очередь, дела, а затем уже разговоры обо всем остальном. Но в голове снова и снова звучало "влюбленный кретин".
***
В углу малой гостиной, где любили собираться члены их отряда, стояло овальное ростовое зеркало с деревянной рамой, изрезанной драконьими письменами.
Отражение в нем заполнялось голубоватой дымкой и расходилось волнами, как от брошенных в воду камешков. Изображение начало приобретать черты худощавого силуэта, и спустя несколько секунд из зеркала на четверых сопротивленцев, сидящих на мягких диванах и креслах цвета индиго, уже смотрел правитель вампиров. Позади него высилась живая изгородь с бордовыми и ярко-красными цветами, которые горели в сумерках, словно огоньки.
— И не проще было связаться с помощью обычного средства связи, — буркнул Креслав себе под нос, кладя руку на спинку дивана.
— Это зеркало надежнее, — ответила Велена, сидящая рядом и чувствующая тепло мужского бедра. — Оно работает по принципу драконьих колец. Его не отследить.
Когда они пришли, то, не сговариваясь, сели рядом. Оба могли сколько угодно спорить, но их тянуло друг к другу, как магнитом.
— День добрый, — промурлыкал Кельхеор, обводя каждого из собеседников по другую сторону зеркала цепким взглядом.
— Здравствуй. Тебя не подслушивают?
— Нет. Вышел прогуляться, — вампир ответил совершенно будничным тоном. — Заодно узнать, как обстоят дела с выставками в столице. Сейчас я в укромном месте. Никто не любит гулять рядом с Кровавым фонтаном.
На самом деле в фонтане, стекающим водопадом по каменной кладке стены в районе вампиров, была не кровь. Воду в нем просто смешали с красным вином и такого же оттенка ядовитыми цветами, заслоняющими собой дно каменной чаши. Мало кто наведывался в бордовый сад кровососов. Еще во времена своего правления Лучезара настояла на том, чтобы в столице имелись районы для каждой магической расы и для людей в том числе.
— Есть новости? — спросила Велена, не реагируя на то, что Креслав начал играться кончиком ее косы.
В целом, план по спасению сестры у воительницы уже был готов, но она допускала тот момент, что могли появиться непредвиденные обстоятельства.
— Она в замке. Гордей представил ее как свою племянницу Мирославу.
Краем глаза дракониха заметила, что Радегаст сжал правый кулак. На его лбу пролегла хмурая складка. Он был напряжен и с каждым днем грозился сорваться.
Когда они с охотником вернулись из Волшграда после фееричного показательного выступления с трансформацией, Вэл собрала в гостиной Креслава, Радегаста и Мечеслава. Тогда-то она и сообщила о своей кровной связи с Агатой. Но, боясь за реакцию друга, умолчала, что ее подверг опасности именно Свентовит.
После того разговора Рей окончательно превратился в задумчивого молчуна. Как мог, Кано пытался сгладить ситуацию и подшучивал над другом на тему того, что теперь не только ему придется иметь дело со старшим братцем. Но это не особенно подняло градус настроения.
Единственное, что в Радегасте не изменилось, так это решимость вызволить свою похищенную девушку.
— Ты точно уверена, Велимира? — мягко спросил Кельхеор. — Что нет никакой ошибки в вашем родстве?
Велена вздохнула, вспоминая разговор со Свентовитом. Ее средний брат в этом факте не сомневался. И если он говорил, что Агата — это Мирослава, их потерянная и самая младшая сестра, значит, так оно и было. Свей всегда прекрасно ориентировался во всевозможных архивах. Если кто-то и мог раздобыть подобную информацию, так это он.
— Определенно. Мирослава принадлежит крови Судьбоносных.
Высказав это вслух, к Велене в полной мере пришло принятие этого факта. В глубине души она ощущала это еще с момента самой первой встречи с попаданкой, но отметала навязчивое предчувствие.
— Видимо, именно поэтому она, даже трясясь от страха, — Кель оперся о трость, его глаза улыбались, — готова идти напролом. Ваша порода. Несомненно.
— Ты передал послание?
— Да. — Вампир кивнул и скривил губы. — И она настойчиво просила меня вас отговорить. По большому счету, я с ней согласен. Соваться сюда опасно.
— Даже не старайся, — отрезала Вэл, прежде чем хоть кто-то встрял в разговор. — Мы ее вытащим.
— И это я ей тоже сказал. Но в дипломатии Мирославе не откажешь. Она просит время и даже готова торговаться. Она собирается найти слабое место Гордея, находясь под самым его носом.
— Нет! — рявкнул Рей.
— Я еще не договорил, молодой человек, — холодно парировал вампир и угрожающе сверкнул красными, как вино, глазами. — Она попытается раздобыть информацию об истончении купола. Хочет быть шпионкой, только бы вы сами не лезли в придворный улей. И вы все знаете, насколько важно это узнать. Из Морио я абсолютно ничего не смог вытянуть. Моя задача — стеречь западную границу. Но я до сих пор не понимаю, почему купол тает. Буквально. Скоро он может исчезнуть совсем. И никто не знает, что к нам придет с Диких земель, а что вырвется из Зоны отчуждения. Мы находимся между молотом и наковальней.
Велена сжала губы и покачала головой, а у самой внутри всколыхнулась гордость за сестренку. Теперь Велимира понимала Влада, который постоянно дергался из-за храбрых и частенько безрассудных выходок младших. Теперь на ее плечах лежал груз ответственности за Агату, пока Владислав разбирался в Исконе и следил за ситуацией с Алмазными драконами, а Свей искал важную информацию.
— Ты не оставишь ее там, — глухо сказал Радегаст, пристально глядя на подругу.
Его кулаки сжались так, что костяшки побелели, а глаза расширились от внутреннего ужаса, который его одолевал. Сейчас охотник был готов умолять, но не дать своей девушке так рисковать под самым носом у чудовища, носящего на голове корону.
Велена колебалась.
Все молчали, ожидая ее решения.
Внезапно перед глазами Судьбоносной возникли все те попытки Влада сохранить безопасность Вэл. Они пролетали в голове бешеным калейдоскопом. Это состояние драконихе было знакомо. Она ухватилась за одну из нитей и последовала вдоль нее.
Тяжелый вздох вырвался изо рта.
— Когда назначен маскарад? — спросила она у вампира.
— Через три недели.
— У нее времени ровно до бала. Потом Агата должна прекратить абсолютно все попытки и ждать нас.
