"Идти сегодня особенно тяжело. След не видно, часто сбиваемся с него или идём ощупью. Таким образом проходим 1,5-2 км в час. Вырабатываем новые методы более производительной ходьбы. Первый сбрасывает рюкзак и идёт 5 минут, после этого возвращается, отдыхает минут 10-15, после догоняет остальную часть группы.
Некоторые считают, что глубокий снег встретился туристам лишь на одном, малом участке пути. Но смотрите, есть как минимум записи за два числа, 30-е и 31-е. А во-вторых, если бы участок глубокого снега был непродолжительным, туристы не стали бы придумывать новый способ прокладки лыжни. Туристы народ терпеливый.
Игорь Дятлов прекрасно понимал, что в долине Лозьвы снега не меньше, чем в верховьях Ауспии, а если и меньше, то не намного. Всё-таки это один район и одна высота. И если идти на Отортен через долину Лозьвы со скоростью 1,5-2 км в час, то 20 км они пройдут примерно за 10 часов изнурительной ходьбы. А это может потребовать ещё одной стоянки и ночёвки уже в долине Лозьвы.
В то же время, условия прохождения по хребту значительно легче.
Дневник группы Дятлова, 31 января.
"Постепенно удаляемся от Ауспии, подъём непрерывный, довольно плавный. И вот кончились ели, пошёл редкий березняк… Наст. Голые места."
Вот эти условия прохождения маршрута по долине и по хребту обусловили однозначный выбор маршрута – по хребту.
Следовательно, от верховьев Ауспии у туристов был только один разумный путь – восхождение на Уральский хребет через склон горы 1079.
Однако гора 1079 имеет высоту более 1000 метров. Почему туристы поставили палатку именно в 300 метрах от вершины, не выше, не ниже? Согласно протокола обнаружения места стоянки туристов, уклон горы в этом месте был 30%. А были ведь на этой горе и места с уклоном 20-25%.
Рассмотрим ещё один фрагмент топографической карты, участок местности, включающий верховья Ауспии и Отортен.
Я бы назвал эту часть статьи "тайны рельефа". Отсчитываем в масштабе 300 метров от вершины горы в северо-восточном направлении, как написано в протоколе. Находим точку расположения палатки, которая попадает между двумя изолиниями, по-другому топографическими горизонталями, между изолинией 800 м и изолинией 900 м. Это абсолютные высоты над уровнем моря. Но характерно не это, а то, что если увеличить карту и проследить, куда дальше идут эти изолинии, то мы получаем коридор с максимальной разницей высот 100 метров, и идёт этот коридор до озера Лунтхусаптур у подножия горы Отортен.
То есть, чтобы идти по Уральскому хребту до Отортена без значительных подъёмов и спусков, и при этом, не проходя лишних километров, обходя возвышенности и низменности, туристам было нужно идти по хребту на высоте 800-900 метров. Вот эту исходную высоту они и заняли, поднявшись на склон горы 1079, и установили там палатку.
Таким образом, установка палатки в этом месте была элементом подготовки к восхождению на Отортен.
Несколько слов о склоне горы. Почему палатку поставили не на северном, а на северо-восточном склоне? Скорее всего, для защиты от юго-западного ветра. Вот что пишут об этом туристы в дневнике.
30 января.
"Ветер сильный, юго-западный, падает снег, облака густые, резкий перепад."
31 января.
"Ветер западный, тёплый, пронзительный, скорость ветра подобна скорости воздуха при подъёме самолёта."
Конечно, на таком ветру палатку ставить никто не будет. Немного спрятались за гору на её северо-восточном склоне.
И снова обращаемся к постановлению о прекращении уголовного дела. И снова находим там подтверждение наших выводов. Цитирую.
"Использовав светлое время дня на подъём к вершине "1079", в условиях сильного ветра, что является обычным в данной местности, и низкой температуры порядка 25-30"С, Дятлов оказался в невыгодных условиях ночёвки и принял решение разбить палатку на склоне вершины "1079" с тем, чтобы утром следующего дня, не теряя высоты, пройти к горе Отортен, до которой по прямой оставалось не более 10 км."
И снова Иванов прав. Действительно, палатка была установлена, чтобы не терять высоты. А вот с причиной Иванов ошибся. Не ветер и не холод заставили туристов поставить палатку на склоне, а замысел похода по Уральскому хребту.
Можно сказать, восхождение на склон горы 1079 было частью восхождения на Отортен. С подъёмом на склон горы восхождение на Отортен уже началось. И в свете этого понятным кажется название боевого листка "Вечерний Отортен N 1". Первый день восхождения – боевой листок N 1. На второй и третий день будут N 2 и N 3.
Немного о боевых листках.
Член чрезвычайной комиссии обкома товарищ Ермаш определил датой гибели группы 2 февраля на том основании, что боевой листок датирован 1-м февраля, и следовательно в этот день туристы были живы. Но боевой листок мог быть выпущен и 31 января, а датирован 1-м февраля.
Такая практика применялась повсеместно в периодических печатных изданиях, где набор, верстка, редактирование, корректировка, цензурирование и печать производились в день накануне выпуска, чтобы утром газета была уже в киосках.
Боевой листок, это не свидетельство боевых событий. Это популярный в те годы вид стенной печати. Кстати, для группы Дятлова боевые листки были обычным делом. К примеру, в списке участников похода группы Дятлова 1957 года записано:
"Бычков Борис, ответственный за боевые листки".
Первым днём восхождения считали этот подготовительный день в своём отчёте и Бардин и Шулежко. Вот что они написали в докладной записке:
"В верховьях р.Ауспии группа должна была построить лабаз и совершить радиальный выход к г.Отортен за три дня. В первый день перевалить в долину р.Лозьвы, на второй день – подойти к подножию гор.Отортен, на третий день – выйти на вершину г.Отортен и вернуться через перевал к лабазу, на подготовленную ночёвку."
Конечно, вместо горы 1079 в записке фигурирует долина Лозьвы. Но важно другое. Выход со стоянки в верховьях Ауспии считался началом восхождения на Отортен. И значит, установка палатки на склоне также являлась элементом восхождения на Отортен.
Ну а теперь, когда нам понятно, почему палатку установили именно в этом месте, осталось разобраться со временем установки.
В постановлении о прекращении уголовного дела говорится, что туристы начали восхождение на гору 1079 только в 15 часов. В доказательство приводится фотография из фотоаппарата Кривонищенко, выдержка, диафрагма, чувствительность плёнки, плотность кадра. Оставим эти доказательства, как весомые, и согласимся со временем выхода. Только в отличие от Иванова, который считал это время слишком поздним, на самом деле это время является нормальным.
Действительно, на восхождение на Отортен Дятлов планировал потратить три дня. И в первый день группа должна была подняться на Уральский хребет и занять на нём исходную позицию.
Другого варианта просто не было. Преодолев около 2 км подъёма в условиях сильного ветра, туристы потратили много сил. И даже если бы они вышли утром и не ставили бы палатку на склоне горы 1079, всё равно в этот день они не смогли бы дойти до Отортена. Палатку всё равно пришлось бы устанавливать на хребте, только в другом месте. Поэтому Дятлов принял сознательное и разумное решение в первый день подняться на хребет, дать туристам отдохнуть после подъёма, а уже наутро со свежими силами идти к Отортену.
И вот в этом варианте 15 часов было оптимальным временем. Дятлов не собирался жить на склоне. Не собирался держать группу на горе весь день с утра. Он собирался устроить всего лишь ночёвку. И палатку удалось установить, обустроить в ней быт до наступления темноты. Первый элемент восхождения на Отортен туристами был успешно выполнен.
Хочется коснуться ещё одного момента.
Игорь Дятлов 31 января сделал такую запись в дневнике группы:
"Костёр разводили на брёвнах, неохота рыть яму. Ужинаем прямо в палатке. Тепло. Трудно представить подобный уют где-то на хребте, при пронзительном вое ветра, в сотне километров от населённых пунктов".
Многие читатели, да и исследователи задаются вопросом, почему он так написал, как мог угадать ночёвку на хребте, разве он был экстрасенсом? Дятлов не был экстрасенсом. Он был руководителем группы. И он чётко знал, что следующая ночёвка будет на хребте, потому что таков был его замысел восхождения на Отортен.
Завершаем наше обсуждение, как всегда, выводом.
Установка туристами палатки на склоне горы 1079 являлась одним из первых элементов восхождения группы Дятлова на Отортен. Место и время установки палатки определялось общими задачами этого восхождения.
Это очень важный вывод. И очень большой шаг вперёд в деле поиска фактора трагедии и разгадки тайны событий на перевале.
На этом сегодня всё. До свидания, уважаемые читатели. До новых встреч.
ЗАМЕТКА 6. ОРГАНИЗАЦИЯ ПИТАНИЯ НА СКЛОНЕ.
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Наша очередная встреча на лавочке. Очередная статья из цикла поиска фактора трагедии.
И начнём мы наши рассуждения сегодня с того, чем закончили предыдущую статью.
Игорь Дятлов в дневнике группы написал 31 января:
"Ужинаем прямо в палатке. Тепло. Трудно представить подобный уют где-то на хребте, при пронзительном ветре, в сотне километров от населённых пунктов".
Действительно, представить трудно. Но Игорь Дятлов, как руководитель группы обязан был обеспечить какой-то уют, и он наверняка это делал.
Сегодня мы порассуждаем о том, как устроились туристы в палатке, комфортно им было или некомфортно, какое у них было настроение и были ли тревожные моменты, предопределяющие их выход из палатки.
Я специально не акцентирую внимание на датах. По этому поводу у разных людей есть разное мнение. Нам для поиска фактора трагедии достаточно знать, что он появился в первый день восхождения на Отортен, когда туристы организовали ночёвку на склоне горы 1079.
Кстати, в дополнение к предыдущей статье, в актах судебно-медицинского исследования первых пяти погибших в разделе "Обстоятельства дела" прямым текстом сказано:
"1-го февраля 1959 года группа начала восхождение к горе Отортен и вечером разбила палатку на высоте 1079".
Значит, Игорь Дятлов планировал всего одну ночёвку на склоне, и утром продолжение следования по маршруту.
Что такое уют, который Дятлов, как руководитель группы, обязан был обеспечить?
У каждого своё представление об уюте в палатке. По большому счёту, это питание, обогрев и условия для отдыха.
Хотел охватить в статье все эти составляющие, но вопросы питания оказались настолько важной темой, что на обогрев и отдых пока не хватило места.
Итак, начнём с питания. Важный вопрос, влияющий на многое. Туристы приготавливали горячую пищу на костре, как правило, это был ужин. Печка в палатке не была приспособлена для приготовления пищи. В завтрак и в обед на привале обходились консервами, сухарями и другими продуктами, не требующими приготовления.
На склоне костёр развести было проблематично. Для этого надо было притащить на гору большую охапку хвороста или дров, кроме того на склоне свирепствовал ветер, который выдувал бы весь жар костра. Поэтому туристы не планировали готовить на перевале горячую пищу. Зато наверняка это сделали на стоянке перед выходом на склон. Таким образом, они плотно пообедали допустим часов в 14. Вот это тоже наряду с другими обстоятельствами обусловило выход туристов в 15.00. Туристы не были гурманами и не считали калории, как это делают за них сейчас некоторые исследователи. Смотрите, в дневнике за 24 января туристы пишут:
"Песни, ревизия, Дубинина под сиденьем, чеснок с хлебом без воды, и мы в 12-00 прибыли в Ивдель."
Или вот ещё, запись от 27 января:
"В 4 часа тронулись. Предварительно купили 4 булки хлеба. Мягкий тёплый хлеб – 2 штуки съели."
Или ещё, 30 января:
"Около 2-х часов останавливаемся на обед – привал. Корейка, горсть сухарей, сахар, чеснок, кофе, запасённое ещё утром – вот наш обед."
Так что ужин в палатке на склоне без горячей пищи – обычное дело. В грелках было запасённое в обед какао.
Исходя из замысла восхождения на Отортен, туристы вероятно должны были принимать пищу в палатке два раза: ужинать в день установки палатки и завтракать утром следующего дня.
В постановлении о прекращении уголовного дела сказано, что, судя по фотографии, к установке палатки туристы приступили в 17 часов. Значит, ужин мог состояться примерно в 19 часов или позже, вплоть до 24 часов.
В актах судебно-медицинского исследования первых пяти погибших сказано, что их смерть наступила через 6-8 часов после приёма пищи.
В актах по второй четвёрке подобная информация отсутствует. Но всё равно, поскольку в пяти актах указано одно и то же время 6-8 часов, можно сделать вывод, что речь идёт об организованном и одновременном приёме пищи всей группой, а не об индивидуальном употреблении пищи.
После какого же приёма пищи через 6-8 часов могла последовать гибель туристов?
Таким приёмом пищи по времени событий мог быть один из трёх:
– обед на стоянке у Ауспии;
– ужин в палатке на склоне;
– завтрак в палатке на склоне.
Рассмотрим подробно все эти варианты и определим, как они могли быть связаны с фактором трагедии, который мы ищем.
Итак, приём пищи в обед на стоянке в верховьях Ауспии мог происходить ранее 15 часов.
После обеда туристам ещё надо было собраться и подготовиться к восхождению на гору 1079. Примем временной интервал приёма пищи с 13 часов, ну пусть даже по самому максимальному варианту до 15 часов. Тогда при 6-часовом варианте время возможной гибели туристов получается в интервале от 19 до 21 часа, а при 8-часовом варианте от 21 до 23 часов. Таким образом, если туристы погибли после обеда, то это могло происходить с 19 до 23 часов. Соответственно, палатку должны были покинуть раньше времени гибели хотя бы на час, чтобы спуститься со склона и выполнить там ряд действий по выживанию.
Если туристы приступили к установке палатки в 17 часов, то установили её примерно в 18 часов, но после этого они ещё обустроили всё внутри палатки, переоделись, следовательно, самое раннее время, когда они могли покинуть палатку, это примерно 19 часов. Вот то, что касается первого варианта. Вариант не очень вероятный, потому что интервал покидания палатки очень непродолжительный и находится между её установкой и ужином.
Второй вариант. Приём пищи в палатке в ужин скорее всего состоялся вскоре после её установки. Туристы проделали путь примерно в 2 км в гору с полной нагрузкой, кроме оставленных в лабазе продуктов, затем устанавливали палатку и естественно проголодались. Конечно, они не стали ждать для ужина полночи, а поужинали до этого. Хотя нельзя исключать и такой вариант, что в палатке был ещё и второй ужин, непосредственно перед сном. Поэтому интервал времени приёма пищи расширим и предположим с 19 до 24 часов. По той же методике рассчитываем возможное время гибели туристов после ужина в палатке. Для 6-часового интервала это будет 1 час ночи и 6 часов утра. Для 8-часового интервала будет 3 часа ночи и 8 часов утра.
Таким образом, если туристы погибли после ужина в палатке, то это могло произойти с 1 часа ночи до 8 часов утра. Естественно, выход из палатки должен был произойти раньше.
Объединяя эти два варианта, получаем, что выход из палатки, спуск со склона и борьба за выживание происходили в тёмное время суток. А это уже существенно, потому что ночная темнота должна была осложнять действия туристов, особенно борьбу за выживание.
Ну и чтобы не быть предвзятым, рассмотрим и третий вариант, при котором туристы благополучно переночевали в палатке и после подъёма организовали завтрак в палатке. Приём пищи мог происходить после 8 часов утра. Это время уже является светлым временем суток, но этот вариант является самым маловероятным из трёх, потому что после завтрака туристы сразу должны были выйти в поход к Отортену. После подъёма туристы готовились бы к плановому сворачиванию палатки, переодевались бы после ночёвки в одежду для ходьбы на лыжах, частично упаковывали бы вещи в рюкзаки. И в этих условиях одновременное и экстренное покидание палатки маловероятно.
И наиболее вероятным является наш второй вариант, когда фактор трагедии возник после ужина туристов в палатке. Но он предполагает все события трагедии в ночное время.
Собственно, именно это было сказано в разделе "Обстоятельства дела" актов судебно-медицинского исследования погибших:
"В ночь на 2 февраля при невыясненных обстоятельствах произошла гибель всех 9-ти человек."
Таким образом, из анализа времени приёма пищи туристами можно сделать вывод, что с высокой долей вероятности фактор, заставивший туристов покинуть палатку, возник в тёмное время суток, что затруднило последующую борьбу туристов за выживание.
А мы с вами сегодня хорошо порассуждали на нашей лавочке и сделали ещё один шаг к разгадке тайны трагедии.
Зная, что фактор трагедии возник ночью, уже легче определить, что это за фактор и откуда он вдруг ночью взялся.
В следующих статьях посиделок на лавочке продолжим разговор о других составляющих уюта – обогреве туристов и условиях их отдыха. Всё это ляжет в наш пазл фактора трагедии.
А мы заканчиваем на этом статью. До свидания, уважаемые читатели. До очередной встречи на нашей лавочке.
ЗАМЕТКА 7. ОРГАНИЗАЦИЯ ОБОГРЕВА В ПАЛАТКЕ.
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Мы снова рассуждаем на лавочке, уже в седьмой раз.
Продолжаем поиски фактора трагедии. И продолжаем рассуждать о жизни туристов в палатке на склоне. В частности, об уровне комфортности ночёвки, ставшей для туристов последней. Всё ли было нормально, не случилось ли чего-то такого, что впоследствии в результате развития событий привело к оставлению палатки? Или же фактор трагедии возник внезапно, из внешнего источника?
"Тепло. Трудно представить подобный уют где-то на хребте, при пронзительном вое ветра, в сотне километров от населённых пунктов". И.Дятлов, запись в дневнике от 31 января.
Первую составляющую уюта – питание мы разобрали в предыдущей статье. Что ж, в вопросах питания жизнь туристов была с обычной степенью уюта.
Вторая составляющая уюта – это обогрев. Дрожащий от холода человек не может чувствовать себя комфортно и не может эффективно действовать, даже если речь идёт о действиях ради выживания.
Как же Игорь Дятлов мог организовать обогрев группы при ночёвке на склоне? Надо сказать, что сам Игорь Дятлов имел достаточно богатый личный опыт зимней ночёвки в неотапливаемой палатке. Это случилось в 1958 году в походе по Приполярному Уралу под руководством Моисея Аксельрода. Вот что пишут об этом в докладной записке Бардин и Шулешко:
