— Теперь я поняла, что имела в виду Женя, когда мы обсуждали тебя.
— И что же она говорила?!
— Что ты правильная.
— Я просто удивляюсь тому, как на такой маленькой территории умещается столько… дичи.
Маша снова улыбнулась.
— Я немного выпиваю перед сном, но так, чтобы перегар не учуяли. Иначе будет неприятно.
— Значит, ограничения в «Незабудке» все-таки есть? — Казалось, как будто я их подловила.
— Осознанно нарушать правила и совсем их не знать — не одно и тоже. Если не можешь делать все без вреда себе и команде, то лучше и не начинать.
Это уже звучало логично. Маша протянула мне банку пива, я немного помялась, но потом приняла приятно запотевшую баночку пенного. Костя затянул «Батарейку» на гитаре. А потом была еще одна банка пива, следом еще одна, и это уже не выглядело как «чуть-чуть выпить перед сном».
Глава 3
Первый день в роли вожатой запомнился надолго или, лучше сказать, не запомнился. Я очнулась с ощущением, будто мою голову прокрутили через мясорубку. И спала я не в своей кровати, а рядом на полу. Видать, прицел сбился.
Молча встала, пустым взглядом осмотрелась, сверилась с часами — шесть утра. Ну, хоть не проспали. Подъем у детей был в восемь.
С грацией зомби доползла до своей тумбочки, наклонилась, застонала, схватила умывальные принадлежности и побрела в сторону душа в надежде, что никого не встречу. Плеснула себе ледяной воды в лицо. Недостаточно. Засунула всю голову в раковину под струю. Начало становиться полегче, но мозг уже подмерзал. Вдруг вода прекратила литься.
— Эй!
Я резко подняла голову, разбрызгивая воду по всей ванной комнате. Мои плечи и спина в момент пропитались влагой. Из-за похмелья кожа горела, а эти ледяные струи были единственным доступным спасением. Кто оказался обломщиком моего кайфа? Славик.
Он был одет в черную безрукавку, и я сразу обратила внимание на его руки: красивые и… аппетитные. Значит, мне тогда в темноте не показалось. Обожаю красивые мужские руки. Немного зависла, но потом вернулась в реальность и собралась продолжить «купания». Потянулась к крану, но Слава накрыл мою
руку своей. От кончиков пальцев до спины пробежали мурашки. Его пальцы были мягкими и теплыми.
— Заболеешь, — монотонно отчеканил Славик. — И не создавай очередь.
— Я первая сюда пришла! — начала возмущаться слишком громко, и голову пронзила тысяча игл. Сбавила тон, чтобы не навредить самой себе: — Не твоего ума дело, заболею я или нет.
— Не я виноват в том, что ты вчера перебрала, так что имей уважение и подвинься.
Славик злорадно усмехнулся и бедром оттолкнул меня от раковины. Вот же нахал!
— Я еще не закончила. — Я не сдавалась и начала пихаться в ответ.
— Ничего, подождешь. Я быстро.
— Это нечестно.
— Нечестно сбегать от мужчины ночью. Так что терпи.
— Что значит «сбегать от мужчины»?! — Тело парализовало от ужаса.
Славик промолчал, многозначительно осмотрел меня с ног до головы и выдал короткий смешок. Неужели мы с ним… Нет-нет. Это бред. Я не могла!
— На что ты намекаешь?
— Так ты ничего не помнишь… — Он дернул бровями и прикусил нижнюю губу. — Тогда забей.
— Это твой девиз по жизни?
— Отчасти. — Славик пожал плечами.
— Тупая шутка!
— Не ори, если не хочешь, чтобы все знали, что вчера было.
От злости перед глазами все рябило, и я больше не смогла вымолвить ни слова, поэтому хватала ртом воздух, как аквариумная рыбка. Взбесилась не на шутку — мне срочно нужно было выяснить подробности. Похмелье внесло свои коррективы в мое поведение, и адекватность покинула чат. Я начала пихать этого нахала в плечо, но не учла лужу под ногами, что стекла с моих волос. Шлёпки заскользили по полу, колени устремились вниз, я потеряла равновесие. За неимением другой опоры вцепилась в Славика. Пальцы растягивали его майку, но тонкий трикотаж не мог тягаться с силой притяжения. Ударилась о пол коленями, но спасибо, что хотя бы не лицом. Оно же оказалось прямо напротив паха Славика. Неловко и… неловко.
Сердце билось как сумасшедшее. Ну, хоть штаны с него не стянула, и на том спасибо. Зажмурив глаза и заставляя себя успокоиться, я сжала бедра Славика, кажется, до боли, но он даже не пискнул, подхватил меня под руки и поставил на ноги.
— Ты забавная, конечно.
Мои щеки загорелись огнем, когда этот странный Славик улыбнулся: идеально белоснежная, открытая и приветливая улыбка, как в рекламе жвачки «Орбит». Но самое примечательное — милые ямочки в уголках губ. Бешенство сменилось напряжением где-то в животе, преимущественно в нижней его части. Я бы заметила изменения в теле, если бы переспала с кем-то и не помнила об этом? Интересный вопрос, на который я не находила ответа.
— Ты расскажешь мне о вчерашнем?
— Не-а.
Зачем ему скрывать, если между нами что-то было? Сделала вывод, что это блеф и он просто издевается надо мной, но все равно надулась и устроилась пятой точкой на подоконнике. Окна были закрашены бежевой краской, чтобы никто не заглядывал, так что даже в окошко не посмотреть. Поэтому я стала смотреть на Славика, пока он умывался. Сначала Славик взял какой-то бутылек, капнул жидкость на все зубы — они стали розовыми, — затем начал их чистить, прополоскал рот и повторил все снова. Я не удержалась от вопроса:
— Что ты делаешь?
— Зубы чищу. — Ну не Славик, а капитан Очевидность.
— Я про эту розовую жижу.
— Это индикатор налета. Показывает эффективность чистки.
— Не видела такого.
— В любой аптеке можно купить. — Славик кинул мне бутылек, и от неожиданности я его еле поймала. — Возьми себе. У меня еще есть.
— М. Спасибо. — Я с интересом принялась рассматривать флакон.
Лязг металлической оправы по фаянсу отвлек меня от индикатора и заставил снова посмотреть на Славика. Он снял очки и умывал лицо. Затем провел руками по волосам, открывая лоб, и посмотрел на себя в зеркало. В отражении я и увидела истинное лицо этого парня. С зализанными назад волосами и без очков он был не Славик, а как минимум Алехандро. Сердечко и женское начало посылали очевидные сигналы.
— Чего уставилась?
Потрясла головой из стороны в сторону, сбивая наваждение.
— А ты что-то видишь без очков?
— Тебя сложно не заметить.
Отчего-то начало казаться, что он ко мне… подкатывает? Что за бред. Нет-нет.
Славик хитро прищурился, надел очки в тонкой черной оправе и вернул челку на законное место.
— Следующий.
Он спешно покинул ванную комнату. А я вот задумалась, рассматривая свое помятое лицо в зеркале, почему он выбрал такой странный стиль угрюмого паренька, когда может выглядеть более привлекательно. Еще и бродит тут ни свет ни заря. Весь домик вожатых храпел так, что стены шатались.
Попробовала почистить зубы по методу Славика, и это оказалось действительно куда более эффективно. Водила по зубам языком из стороны в сторону, оценивая результат. Ощущения были, будто я их все сменила. Идеальная гладкость.
Поплелась в комнату, шаркая по полу. Не было сил переставлять ноги. Чтобы пережить этот день, мне срочно нужна была еще порция чего-то холодненького, например минералочки. И нормально поесть, чего точно не светило. Решительно вошла в комнату и наконец поняла, что все это время мы с Женей были в ней не одни. На кровати Жени, едва не падая с нее, примостился еще и Костя. Очевидный плюс в некоторой болезненной худобе этих двоих — они могли спокойно спать на одной кровати. И благо, что они только спали.
Я открыла окно, чтобы проветрить. Створки громко скрипнули, разбудив Женю.
— Да кто там шарахается все утро… А. Это ты…Можно потише? — еле-еле произнесла соседка.
Я промолчала. А что говорить?
— Который час? — охрипшим голосом вопрошала Женя.
— Полседьмого.
— Ты что, бессмертная? Зачем так рано встала? Ты же одна из последних спать ушла.
— Да ладно. Одна хоть ушла? — Это был мой шанс узнать что-то о вчерашней ночи.
— Не помнишь, что ли? Ну, вроде одна. Ты в туалет захотела, а дальше я что-то и сама не помню, да и не особо в состоянии была, когда вернулась…
— То есть меня даже никто не хватился?!
— Да куда бы ты делась.
— Действительно.
— Нашлась же вроде. — Женя перевела ошалелый взгляд с меня на своего ночного посетителя. — О, блин... — Она увидела спящего Костю и начала пихать его в бок. — Иди спи к себе, неудобно же...
Костя открыл глаза, причмокнул от сушняка. Встал с абсолютно пустым выражением лица и, скрючившись, побрел к выходу.
— Как пережить этот день? — Женя стонала вслух, я — про себя. Память подкидывала эпизоды вчерашнего вечера несвязными кусками. Беседка, костер, песни под гитару. Затем мы, кажется, рассказывали то ли анекдоты, то ли забавные истории, потом я ушла в туалет, как Женя и сказала… И провал.
— Свет, можно тебя попросить?
— Конечно.
— Там в боковом кармане моей сумки, кажется, были таблетки от головной боли. Подай по- братски.
Нашла то, что просила Женя, и протянула блистер. Женька выпила лекарство и тяжело выдохнула:
— Мне нужно в душ.
— Там свободно. Еще все спят.
— Отлично. А ты оказалась веселой, Свет. Зря я на тебя гнала.
— Ага, — безучастно ответила соседке, хотя внутри все разрывалось от любопытства, что натворила моя пьяная ипостась.
Пьяную Свету часто тянет на приключения. Она поет, танцует, садится на шпагат, пьет на скорость и даже может полезть целоваться. Поэтому я и не хотела пить с коллегами. Не хотела давать волю бесам, чтобы потом не сгорать со стыда. Но, видимо, просчиталась.
***
Через час домик вожатых уже сотрясался от голосов и топота. Парочка человек дали мне пять, кто-то просто приветливо улыбался. И вообще выглядело так, будто я самый известный человек в этом небольшом здании. Ощущения были слегка странные. Поймала себя на мысли, что ищу глазами Славика. Ох, и сдался мне этот персонаж. Если он пытался привлечь мое внимание загадками, то у него это получилось.
Женя закончила со сборами и выглядела настолько свежо, будто вчера и не пила. В восемь утра мы подняли наш отряд, отправили умываться. Выслушали тонну возмущений, почему вода только холодная.
— Чтобы закалялись! Выбора у вас все равно нет: либо так, либо никак, — отвечала Женя на вопрос.
Возмущения были бы куда сильнее, знай они, что воду брали прямиком из реки. Благо речка у нас довольно чистая, если верить экологам. Тянуть трубопровод за город никто не стал бы, тем более с горячей водой. Вода подогревалась точечно: лишь в душевых и кухне бойлерами, пройдя предварительную очистку и фильтрацию прямо на территории лагеря.
После умывания — зарядка. Отвели детей на стадион, где пожилой физрук Филипп Викторович заставил поразмять косточки. Кровь разгоняла по организму остатки алкоголя, становилось жарковато и слегка мутило.
— Ты что-то позеленела, подруга, — едва дыша, констатировала Женька.
— На себя бы посмотрела. За звание Шрека можем с тобой бороться.
Женька засмеялась, и я подхватила ее веселье. Когда страдаешь не одна — всегда легче. Есть тот, кто тебя понимает в моменте.
Далее по расписанию — завтрак. И я была благодарна вселенной, что это была не манная каша, которую я с детства терпеть не могу. Немного овсянки, вареное яйцо, хлеб с маслом и сыром. Процентов на шестьдесят я походила на здорового человека. Снова почувствовала на себе взгляд мелких засранцев, что обсуждали мою фигуру. Психанула, подошла и отвесила каждому по щелбану.
— Веселиться закончили и уткнулись к себе в тарелки, — строго приказала несносным детям. — А то позвоню вашим мамам.
— Только не мама!
— Ешьте быстро.
Вернулась на свое место. Женя тихо аплодировала мне.
— Браво. Моя школа.
Я закатила глаза, но в душе ликовала.
Следующая остановка — игры на свежем воздухе, или, по-другому, отрядное время. Детям позволялось выбрать себе досуг. Женя пошла с частью ребят играть в бадминтон на пляж, а я осталась около домика: кто-то играл в карты, кто-то — в шахматы, кто-то — в домино.
— Светлана Александровна, давайте с нами в дурака?
— Марк, ты бы лучше пошел с Женей на пляж. Что-то вот только тебя болтливого сегодня не хватало.
