– Ты нас тут не видел.
– Само собой, – подмигнул гостиничный служитель.
Тасенька, по счастью, не слышала разговора. Прошмыгнув в гостиницу, как только швейцар открыл дверь, барышня-крестьянка в нетерпении остановилась возле лестницы. Хотелось скорее приступить к расследованию.
На Тасеньку подозрительно глянул ещё один швейцар, дежуривший с другой стороны входа, поэтому пришлось Ржевскому и здесь дать пятак, а вот коридорному лакею, встреченному на этаже, поручик решил ничего не давать.
Пушкин меж тем открыл дверь своего номера и со вздохом проговорил:
– Вот место преступления. Прошу.
Прежнего хаоса, который запомнился Ржевскому, не было. Слуга Пушкина – Никита – успел всё прибрать, оказавшись расторопным, несмотря на возраст.
Когда дверь открылась, Никита как раз заканчивал разглаживать покрывало на хозяйской кровати, а затем обернулся и всплеснул руками:
– Батюшка Александр Сергеич! Что это вы затеяли? Время ли сейчас для девок?
– Никита! – с укоризной произнёс Пушкин, впуская гостей в номер и закрывая дверь. – Не стыдно тебе так судить о барине? Это совсем не то, что ты подумал.
«Эх, – мысленно вздохнул Ржевский, вспомнив о своём обещании вести себя так, чтобы никто ничего не подумал. – Мы ещё ничего сделать не успели, а уже три человека много чего подумали».
Тасенька, кажется, не поняла, в каком значении употреблено слово «девка», поэтому не смутилась и пытливым взглядом сыщика оглядывала номер.
– Это Таисия Ивановна, – строго сказал Никите поручик. – Она поможет пропавшие бумаги искать.
Никита вгляделся в гостью:
– А гостья-то непростая! – воскликнул он. – Барышня переодетая.
Тасенька ответила ему нарочито просто:
– Вовсе я не барышня. Я барышнина горничная.
– Нет, – улыбнулся Никита. – Ручки вон какие белые да нежные. И личико тоже. У горничных такого не бывает.
Тасенька на этот раз смутилась:
– Ладно, признаюсь. Я барышня. Только не говори никому.
– А зачем же вы сюда явились, барышня? – с поклоном спросил слуга. – Неужто и вправду сможете бумаги найти?
– Надеюсь на это, – снова обретя уверенность, ответила Тасенька. – Но ты, Никита, должен мне помочь. Я тебя стану спрашивать, а ты рассказывай всё, как в точности было. Ничего не утаивай. Любая подробность может иметь большое значение.
– Спрашивайте, барышня.
Ржевский и Пушкин молча переминались с ноги на ногу, а Тасенька огляделась и подошла к секретеру, на откинутой столешнице которого теперь царила идеальная геометрия. Все бумаги были сложены в аккуратные стопки. Чернильница, пресс-папье и прочие вещи из письменного набора располагались на одинаковом расстоянии друг от друга. Даже два пера, торчавшие из чернильницы, торчали не как-нибудь, а смотрели в противоположные стороны.
– Я вижу, Никита, ты порядок любишь, – наконец произнесла Тасенька.
– Я к барину Александру Сергеичу на то и приставлен, чтобы порядок был, – ответил пожилой слуга.
– А сегодня, когда барин ушёл обедать, ты порядок в его бумагах наводил?
– Навёл немного.
Пушкин вздохнул и посетовал:
– У меня в бумагах своя система, которая только кажется беспорядком, а Никита всё перекладывает. Бывает, он так переложит листы, что я после ищу целый день.
Никита понурился, а Пушкин, видя это, поспешно добавил:
– Правда, его порядок порой лучше моего. Никита мне некоторые черновики с «Онегиным» перекладывал, а я в итоге решил порядок глав поменять.
Тасенька улыбнулась, но думала при этом о чём-то своём.
– Значит, – снова обратилась она к Никите, – когда твой барин ушёл обедать, ты все бумаги на секретере аккуратно разложил?
– Разложил.
– А после ты из номера отлучался? Тебе ведь тоже надо обедать.
– Да, – сказал Никита. – Я ходил в трактир неподалёку, поел и скоро вернулся.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
