Архип продал Харитону меха свои, получил обещанное серебро. Купец любезно согласился взять послание и доставить его тысяцкому в Великий Новгород. Архип держал в руках мешочек серебра и как бы его взвешивал. Даша стояла рядом и смотрела на брата.
– Это тебе, приданное! – весело сказал Архип. Дашка покраснела и убежала в горницу.
Лагерь Малюты
Малюта был обычный разбойник. Он собрал небольшую группу из девяти человек и просто грабил на дорогах одиноких путников и людей, которые были явно слабее его. С купцами и, тем более, с ратниками он предпочитал не связываться. Его люди были либо смерды, либо разбойники-одиночки. Хорошими боевыми навыками они не обладали, но были молодые и здоровые лоботрясы, которые не хотели честным тяжелым трудом зарабатывать себе на жизнь. Лагерь их находился к востоку от Соснового леса, недалеко от Черной Топи. Черной Топью называли почти непроходимые болота. Множество людей сгинуло там. Из острога пройти там могли всего два человека: охотник Архип и сестра его Дарья. Он с детства водил ее туда, и она научилась там ориентироваться. Малюта со своими людьми, будучи человеком суеверным и немного трусоватым, предпочитал туда не ходить. Так вот, лагерь его ничего особенного из себя не представлял. Пару шалашей, палатка, сделанная из парусины, которую они взяли из разграбленного ими обоза, место для костра, вертел. Вооружение его людей желало быть лучшим. Но у всех было металлическое оружие. Хромой, был вооружен огромной дубиной, а Паленый – предпочитал рогатину. У четверых были копья, у остальных – плотницкие топоры. Чахлый – правая рука Малюты, был вооружен боевым топором, деревянным круглым щитом, ножом, который висел на грубом кожаном ремне и был одет в кожаные доспехи времен эпохи одиннадцатого века. Сам Малюта был вооружен железным треугольным щитом и большим обоюдоострым мечом скандинавского образца, которым очень гордился, и умел неплохо им пользоваться, за что получил уважение у своих братьев по грабежам. Тело Малюты было облачено в короткую металлическую кольчугу легкого воина пехоты, на голове был шлем кнехта, а на ремне, как и у Чахлого, висел большой боевой нож. На всю компанию было четыре лука, которые чаще всего использовались для охоты. Но охотиться они не любили. Им было проще сделать набег на деревню и отобрать у крестьян кур, гусей, увести козу или барана. Вот и сейчас им повезло, Чахлый и Паленый в соседней деревеньке украли овцу. Они решили закатить пир.
– Вот, Чахлый, удача сегодня тебе сопутствовала. А все по той причине, что я молился за тебя и просил Всевышнего, что б он послал нам такого милого барашка, который сейчас крутится на вертеле и ожидает своей бараньей участи – быть съеденным, – довольный своей репликой Малюта пошевелил палкой костер.
– Это Паленый молодец, он животное увел, я только внимание отвлекал, – ответил Чахлый Малюте.
– Впрочем, какая разница, кто эту скотину увел. Главное, она сейчас вертится на нашем костре и довольно аппетитно пахнет, – в ожидании скорой трапезы тихо сказал Малюта.
– Скоро барашек наш поджарится? – прокричал Хромой.
– Скоро, скоро, – ответил ему Чахлый.
– Можно уже снимать, по-моему, готов, – сказал Малюта.
– Давай его суда, – сказал подошедший к ним Чахлый. Они сняли барашка, разделали его и принялись с большим аппетитом есть мясо, обильно запивая его медом. Сидели недолго. Утолив голод, разбойники разошлись отдыхать. На завтра Малюта обещал дело.
Северная дорога
Купец Харитон уехал с обозом в Новгород, а в остроге мужики собрались у отца Евлампия в горнице держать совет. Дело в том, что когда нашли на Северной дороге Савву, забрать оставшиеся там доспехи и вещи не было возможным. Очень торопились и боялись, что не донесут ратника, поэтому было принято решение поутру двинуться на Северную дорогу и забрать кольчуги, которые остались на убитых, ну и все остальное, что не успели унести разбойники. Решили, что пойдут Лука, Архип, Антип-кузнец, Жук, Мотыль и Сопля. Идти решено было поутру, с восходом, чтобы к полудню успеть вернуться в острог. Идти было решено во всеоружии. Лука опоясался мечом, Архип взял лук, а на поясе его висели два охотничьих ножа, Антип взял кузнецкий большой молот, Жук и Мотыль вооружились вилами, Сопля пошел налегке. Утром все шестеро двинулись в путь. День обещал быть теплым. Весна во всю набирала обороты. Тем временем люди Малюты, оставив в лагере Чахлого и Паленого, тоже двинулись в путь. Малюта хотел разведать обстановку в двух деревнях, стоявших на берегу Волхова. Лука и его люди двигались быстро и спустя полтора часа были уже на месте.
– Да, лиходеи почти ничего не оставили, – расстроено сказал Лука.
– Кольчуги не взяли, видно торопились, а может быть не захотели связываться с покойниками, – произнес Архип.
– Оружие и шлемы забрали, окаянные. Надобно бы хоть кольчуги снять, вещи дорогие, хорошие, правда, кузнец? – обратился Лука к Антипу.
– Это да, кольчуги хорошие, мелкого плетения, – с видом знатока ответил кузнец.
– А ты, Сопля, по кустам пошарь, может быть, чего найдешь, – обратился Лука к мальчишке.
– Дядя Лука, я поищу, – крикнул Сопля и принялся рыскать по кустам. Жук и Мотыль начали снимать кольчуги с убиенных.
– Фу, вонь какая, уже начали разлагаться. Их бы похоронить по-человечески. Вон и лопата валяется, – сказал Мотыль, стягивая кольчугу с убитого дружинника.
– Пойду, яму откопаю, – сказал кузнец, взял лопату и пошел за кусты, где ползал на карачках Сопля.
– Дядя Лука, нашел! – послышался из кустов крик Сопли.
– Чего нашел, – отозвался Лука.
– Во, колотушка какая, – сказал Сопля и протянул Луке шестопер отличной выделки.
– О, хорошая вещь, – сказал Лука, повертев в руках оружие.
– Вон, в тех кустах, под корягой валялся. Видно, не заметили его, дыроголовые, – язвительно сказал Сопля.
– Видно не заметили, – прошептал Лука.
– А не нашего ли Саввы вещичка эта? – спросил Луку, подошедший Архип.
– Может быть, может быть. Вообще, такие вещицы находятся на вооружении конной княжеской дружины, – сказал Лука.
– Чего голову ломать, в острог придем да спросим Савву, – сказал Жук, стягивая кольчугу с очередного покойника. Около двух часов они снимали доспехи с убитых. Земля была мокрая и мягкая, поэтому Антип за это время успел вырыть большую яму.
– Вот здесь их и похороним, – сказал Антип, вытирая обильно струившийся пот с лица.
– Жук, Мотыль, давай, берите их и в яму кидайте, – приказал Лука. Двое названых, принялись кидать покойников в яму.
– И лиходеев тоже к ним? – спросил Жук.
– Не, этих нехристей негоже с людьми хорошими в одну яму класть, – откликнулся Архип.
– Сейчас ратных с почестью похороним, а этим потом другую могилу выроем, чтобы смраду их на земле православной не было, – пробасил Антип.
Дружинников похоронили, перекрестились на погосте и принялись поодаль рыть другую яму. Только Антип воткнул в землю лопату, как из леса, с горы, на них с громким криком побежали вооруженные люди.
Этого еще не хватало! Это Малюта со своими людьми. К бою! – прокричал Лука, и выхватил меч.
Остальные последовали его примеру и взяли оружие наизготовку. Сопля укрылся в кустах и стал наблюдать. Люди Малюты уже выбежали на дорогу.
– Что это вы тут делает, тупоголовые? – крикнул Малюта.
– Иди своей дорогой, мил человек, дай людей земле предать, – сказал вежливо Лука.
– Сначала вы поделитесь с нами этим, а потом закапывайте, кого хотите, хоть сами себя закопайте, – рассмеявшись, сказал Малюта и показал пальцем на кольчуги, снятые с убитых ратников.
– Это почему ж мы должны с тобой делиться, кто ты такой на земле этой? Князь? А может Бог? – поинтересовался Лука.
– А сейчас узнаешь, ежели ты такой любопытный, – крикнул Малюта и жестом приказал своим людям атаковать Луку и остальных жителей острога.
Началась драка. С Малютой было еще восемь человек. Кроме Малюты, как описывалось ранее, все вооружены были плохо и не имели нужной боевой подготовки, но все были молоды и агрессивны. Лука с мечом отражал атаку трех нападавших злодеев, Жук сцепился с Хромым. Хромой пытался огреть Жука дубиной, но Жук успешно отбивался от него вилами и успел даже порвать злодею рубаху. Мотыль активно наступал с вилами на еще одного разбойника, вооруженного плотницким топором. Разбойник активно отбивался, но отступал. Архип успел на смерть своим луком скосить оного из нападавших злодеев, потом выхватил два своих охотничьих ножа и кинулся в гущу сражения. Ему достались двое. Антип, как мельница, крутил своей кувалдой, пытаясь достать Малюту и еще одного разбойника.
−Ах ты, дьявольская бестия, – крикнул Лука и пронзил мечом одного из разбойников. Тот замертво рухнул, как подкошенный.
– Скурата, заходи справа, – кричал Малюта, агрессивно наступая на Антипа.
Антип не оставлял свои позиции и яростно обрушал свою кувалду на нападавших врагов. Тем пока удавалось успешно от нее уклоняться. Жук, увлекшись атакой и потеряв всякую осторожность, завалился вперед и пропустил увесистый удар по спине дубиной. От удара он потерял сознание и рухнул на землю. Хромой перекинулся помогать разбойнику, который атаковал Мотыля. Мотылю пришлось тяжко. Он был не из робкого десятка, но в ратном деле понимал мало, поэтому удары его были бессистемны. Он отступал, но держался. Тем временем, Архип, ловко уклоняясь от ударов разбойников, успел одного легко ранить в руку. Воспользовавшись замешательством и уклонившись от очередного удара, Архип с силой всадил два своих ножа одному из разбойников прямо в грудь. Тот рухнул замертво. Мотылю уже успели рассечь плечо. Он был уже не молод и быстро терял силы. Тем временем Антипу удалось своим молотом вскользь достать в плечо Малюту; тот присел, корчась от боли. Антип, видя бедственное положение Мотыля, кинулся к нему на помощь. Лука лихо орудовал мечом, успел легко ранить еще одного из нападавших, но, атакуя, он споткнулся о корень и упал вперед прямо на противника. Воспользовавшись этим, разбойник хотел всадить ему в спину копье и уже занес его над Лукой, но в этот момент из кустов выбежал Сопля, все время наблюдавший за битвой, и шестопером, найденным в кустах, огрел разбойника, пытавшегося заколоть Луку. Тот взвыл от боли и отступил, а Лука успел подняться с земли. Мотыль был еще раз ранен, не очень серьезно, но силы покинули его, и он упал. Двое из отряда Малюты были мертвы, трое, включая Малюту, получили легкие ранения. Отряд Луки потерял двоих ранеными. Ситуация была не в пользу отряда Луки. Трое против пятерых несмотря на то, что трое из отряда Малюты были ранены, но они могли в руках держать оружие.
– Надобно отходить, черт с этими кольчугами, люди дороже, – крикнул Лука и обратился к Архипу, – Архип, бери лук, я прикрою, отступать будем.
Лука переместился вправо, закрывая Архипа. Архип кинулся в сторону, где лежал его лук.
– Все, Малюта, давай закончим это недоразумение, мы уходим, – крикнул Лука, яростно отбиваясь от ударов.
Малюта, увидев направленный на него лук, приказал своим людям отступить. Лука и Антип, прикрываемые Архипом, подняв Жука и Мотыля, стали отходить к лесу. Сопля выскочил из кустов и стал помогать Луке вести Жука. Вскоре, они скрылись в лесу, а люди Малюты стали собирать кольчуги.
– Интересно, кто это их так, – сказал Малюта, держась за отбитое плечо и показывая кивком головы на убитых людей Вепря, которых не успели похоронить.
– Да кто их знает. Лучше давай наших закопаем. И вообще, зря мы их отпустили, нужно было разделаться с ними. Надоели они мне порядком, – сказал Скурата.
– Никуда они от нас не денутся, вот немного оружием разживемся и пойдем, разорим их острог. Негоже нам под открытым небом жить. У них в остроге четыре калеки. Бойцов-то всего этих трое: Лука, Архип, да этот кузнец-здоровяк. Есть там еще пару мужиков, да ратный один молодой, но эти недотепы, мы с ними легко сладим, – сказал Малюта, потирая плечо.
– А может быть к нам еще кто прибьется? – спросил Хромой.
– Может и прибьется, тогда еще проще их одолеть будет, – ответил Малюта.
– Оп-па! Сабелька! Сменю-ка я свой никчемный топорик на эту чудную штучку, – воскликнул Скурата, вытаскивая из-под убитого воина Вепря изогнутую большую саблю.
– Басурманская вещь, – деловито сказал Малюта.
– А больше нет, – спросил Хромой.
– Больше нет, эту, наверно, не увидели, она под трупом лежала. Я только увидел краешек рукояти. Посмотри, может быть, найдешь чего-нибудь, под другими покойничками, – предложил Скурата.
Хромой перевернул всех и нашел хороший большой боевой нож, какими пользовались датские варяги. Больше ничего полезного они не нашли, взяли кольчуги и пошли к себе в лагерь. А Малюту не покидала мысль о том, кто до них мог устроить такое грандиозное побоище на Северной дороге.
– Сходили в деревеньку, – с иронией молвил Хромой.
– Думаю, сегодня мы туда не дойдем. Нужно в лагерь идти. Теперь у всех будет защита хорошая, а что останется, так на серебро в городе поменять можно, – сказал Скурата.
– В городе, говоришь? В городе тебя на первом же столбу и повесят, – рассмеялся Малюта.
– Это точно, – поддержал Малюту Хромой.
– Ладно, уже полдень, наверно, гляди, как солнце печет. К обеду, глядишь, и до лагеря дойдем, коли болтать поменьше будем. Они вошли в густой хвойный лес и отправились в сторону Черной Топи.
Лебяжий острог
Прошло три дня после произошедших событий на Северной дороге. Раненых Жука и Мотыля принесли в острог, и отец Евлампий с помощью Дарьи и бабки Авдотьи по мере своих сил стал лечить этих бедолаг. Мотыль уже встал на ноги, а Жук еще валялся на лежаке, но был в сознании и чувствовал себя намного лучше, чем в первый день. Савва, как и обещал отец Евлампий, уже встал на ноги, но был еще слаб. Шестопер, который Сопля нашел в кустах и с помощью которого так удачно спас жизнь Луке, оказался Саввы. Савва сердечно поблагодарил мальчишку и пообещал ему научить его драться, как настоящий дружинник. Кузнец уже на следующий день после описанных событий приступил к своей работе. Дарья хлопотала возле раненых, а Архип, с Платоном, Калашом и мальчишкой Лопухом два дня как ходили на охоту. Им удалось подстрелить молодого лося, которого они освежевали на месте, а потом с помощью Сазона, Зозули, Федора и Сопли перенесли в острог. Часть его пошло на застолье, остальное на засол. Соль в то время была очень ценным продуктом и была на вес серебра, поэтому ее берегли и экономили. Жители острога ездили за ней в Великий Новгород и в Ладогу, обменивая ее на меха, мед, кузнечные и гончарные изделия. Еще охотникам удалось подстрелить десяток уток, которые уже начали гнездиться на Белом озере. Муки в остроге было еще много, так что на ближайшее время проблем у жителей не было. Нет, проблемы, конечно, были, но они больше касались безопасности. И, в первую очередь, они беспокоили Луку.
– Эй, Архип, как охота? Никого в лесу не встретили? – сразу два вопроса задал Лука.
– Охота нормально прошла, лося завалили, уток немного. А вот чужаков не видел. Единственное, что могу сказать, недалеко от Черной Топи стоянка чья-то была, людей было много, ели что-то, а потом видно свернулись и пошли, наверно, к селениям, что расположены по эту сторону Волхова, – ответил Архип.
– Почему так думаешь? – спросил Лука.
– Следы. Немного прошел и следы видел, – ответил Архип.
– Что думаешь по этому поводу? Кто это может быть? – спросил Лука.
– Думаю, какие-то вояки были. Ветки обрезаны очень острым ножом, на земле след от кольчуги видел, да еще куча мелких примет, – сказал Архип.
– Плохо это. Беспокойно на душе как-то. Проследить бы за ними, чего доброго, дел лихих в округе натворят, – тихо произнес Лука.
– Можно. Дела справил, можно и следопытом побыть. В полдень отправлюсь, – сказал Архип.
– Возьми кого-нибудь с собой, чтобы весть дурную успел принести, ежели что неладно будет, – сказал Лука.
– Соплю возьму. Давно со мной просится, а по дороге немного подучу его делу охочему. Да и отличился он давеча. Лука, кабы ни он, не болтать бы тебе со мной сейчас, – ухмыльнувшись, промолвил Архип.
– Это да! Да хранит его Господь. Да, ежели б не он, то меня уже бы черви ели, – сказал Лука и перекрестился.
– Ладно, пойду собираться, – сказал Архип и пошел искать Соплю.
– С Богом, – прошептал Лука. В этот момент, к нему подошел Савва.
– Куда он? – спросил Савва, краем уха слышавший конец разговора.
– Ходишь тихо, как лиса, – не ответив на вопрос сказал Лука.
– Учили, иногда может жизнь спасти, – ответил Савва.
– Аааа, – протянул Лука.
– Так куда он собрался? – повторил вопрос Савва.
– Говорит, стоянку видел людей лихих, недалеко от Черной Топи, хочет проверить, – ответил Лука.
– Черная Топь? – сказал Савва, удивленно посмотрев, на Луку.
– Гиблое место. Сколько людей там сгинуло. Непроходимые места. Только Архипка да Дашка-сестра его проходы там знают. Остальные ходить туда боятся. А Черная Топь называется, потому что болота черные и вода там пузырится. Сам не видел, но люди сказывают, – сказал Лука.
– Как думаешь, купец добрался до Новгорода? – спросил Савва.
– Думаю, что еще вчера, ежели чего в дороге не приключилось, – ответил Лука.
– Будем надеяться. Князь этот разбой без внимания не оставит, людей ратных пришлет, чтобы разобрались, порядок навели, – сказал Савва.
– Княже наш справедлив, думаю, пришлет людей, – согласился Лука.
Они долго разговаривали на разные темы. Савва вспоминал о походе, в котором он участвовал с князем Александром, поведал Луке о подвигах ратных его товарищей. Рассказал о Сбыславе Якуновиче, Ратмире и Якове Полочанине – верных и преданных друзьях Александра. О склоках боярских. О рыцарях ливонских и их злодеяниях. О Европе, где людей на кострах жгут, да на дыбах пытают. Он слушал молча и впитывал каждое слово. Дюже интересно было ему. От жителей острога такого не услышишь. Беседу прервал подошедший к ним Рябой.
– Дружинный, медку испить не желаешь, – предложил он и протянул Савве жбан с медовухой. Савва принял угощение и отхлебнул.
– Хорош медок у тебя, крепок, – похвалил Савва Рябого и протянул жбан ему обратно.
– Пчелы хорошие, медок на славу, – ответил обрадованный похвальбой Рябой.
– Рябой в пчелах толк знает, его мед даже владыке шлем. Владыка нам благодарность слал, – гордо сказал Лука. Рябой поклонился Луке и дружиннику и ушел. Тут подбежал Федька, внук Авдотьи.
– Дядя Савва, а меня булавой бить научишь? А то бабка с дедом меня только письму учат. Говорят: «учись, Федька, может быть, человеком станешь».
– Правильно говорят. А булавой бить научу, когда время твое придет, – сказал Савва.
