Но Лампагия это была
или нет…
За порогом гарема
простыл её след…
Голос горя
Потерявший и зятя,
и дочь навсегда,
Герцог Эд застонал:
«Как жестока беда…
Как свиреп ты со мною,
безжалостный рок…
Кто бы смог пережить
этот страшный урок…
Мы друг другу в несчастье
помочь не смогли:
И с востока, и с юга
теснили враги.
Ах, возлюбленный зять!
Я прийти не успел…
Я под Буржем завяз…
Будь ты проклят, Мартелл!..
Я не смог защитить
ваш с Лампагией дом,
И она далеко…
Чтоб ты сдох, майордом!
Посадить бы тебя,
австразиец, на кол
Уж за то, что араб
Ронсеваль перешёл!
Он ведёт за собою
несметную рать…
Будет весело вам
мою вотчину рвать!..»
Голос разума спал.
Голос горя крепчал
И могильщиком был
всех разумных начал.
Горе застит глаза.
Ах, несчастный старик!
Ты великий в бою,
но умом не велик.
Ты прожил на земле
восемь раз десять лет.
Ты не только отец,
но давно уже дед.
И в таких-то почтенных,
преклонных летах
Разбираться пора бы
уже во врагах
И уметь отличить,
где тут рысь, где медведь,
Кто скорее заставит
тебя умереть.
Умный колет орех.
Глупый – со скорлупой
Будет жадно жевать,
потому что тупой.
А потом – дело дрянь
от такой простоты:
Не хватает зубов,
и кишки в лоскуты.
Сам не так ли и ты
поступаешь, старик?
Плевел с зёрнами ты
разделять не привык.
Невозможно приблизить
военный успех,
Если так вот, собакой,
бросаться на всех.
Перед сильным врагом
нужно распри забыть
И с соседями вместе
в сплочении быть.
Неприлично мечом
без разбору махать,
А потом далеко
виноватых искать!
Захотелось на старости
стать королём,
Да гордыня столкнулась
с арабским копьём.
Ты же сам виноват,
дал усобицам старт,
И тебя погубил
местечковый азарт.
Образумься же, Эд!
Всё ты делал не так!
К аквитанской земле
приближается враг!
Ведь не поздно ещё!
Если это поймёшь,
То в одном из «врагов»
ты опору найдёшь…
Нашествие
Клубы чёрного дыма
на север ползут,
Людям добрым недобрые
вести везут:
С многотысячным войском
нагрянул эмир.
Он несёт Аквитании
меч, но не мир!
Беззаконный антихрист,
арабский колосс,
Угрожает потоками
крови и слёз.
Их-то он, кровопийца,
без меры прольёт!
Но особый имеется
к герцогу счёт.
Уготован для Эда
вселенский разор.
Будет страшная месть
за тулузский позор!
За ас-Самха, аль-Калби
пора уж воздать:
Полководцев нельзя
просто так убивать!
За такое злодейство —
палач да топор,
А преступник меж тем
не казнён до сих пор!..
Граф какой-то был схвачен.
Не зная примет,
Обезглавили спешно:
подумали – Эд…
В септиманские порты
зашли корабли,
И ещё одно войско
они привезли.
Это войско с эмировым
войском слилось,
И кровавое зарево
вмиг занялось.
Вновь по галльской земле
скачет вражеский конь.
То, что меч пощадил,
уничтожит огонь.
Полыхают деревни
и монастыри
От темна до темна…
от зари до зари…
Толпы беженцев в страхе
на север бегут,
Но арабские банды
