На самом деле я бы не стала ябедничать при любых условиях. Но раз уж выгляжу в его глазах хитрой стервой, то грех этим не воспользоваться. Пусть считает, что для меня нажаловаться на него родителям - сущий пустяк, потому что я, по его мнению, не думаю ни о ком, кроме себя любимой.
Ян сцепил зубы и молча смотрел на меня, не сводя глаз, около минуты. Раздумывал, видимо. Прикидывал все за и против. Я прямо-таки видела, как в его голове крутятся шестеренки. А ещё – на каких догадках обо мне он поставил рядом жирные галочки.
Эх… Теперь точно не отмыться от его «ведьмочки». Но пусть лучше так. Пусть ненавидит меня и считает кем угодно, чем мама заметит истинное отношение Яна к ней и ко мне. После чего она соберет вещи и оставит Николая Владимировича, жертвуя своей обретенной любовью и счастьем, в пользу эгоизма братца и простого нежелания раскрыть, наконец, глаза.
- Так и думал, что ты - дрянь. – выдал он, скривив губы.
Я дернулась назад, словно от удара. В груди неприятно сжалось, но я не подала вида. Только судорожно вздохнула, сглатывая горечь, появившуюся во рту после его небрежно брошенной фразы.
- Так как? – выдавила из себя заплетающимся языком.
- Хорошо.
- Ты согласен? – не поверила своим ушам. Не могло всё быть так легко!
- Мне что, нужно расписаться собственной кровью в каком-то ведьмовском договоре, чтобы ты поверила? – саркастично процедил Ян.
Я закатила глаза.
- Нет, достаточно просто произнести пару фраз на латыни при свете полной луны. – не удержалась от ехидства.
На удивление, брюнет улыбнулся. Не как обычно злобно или с долей иронии, а просто потому, что ему пришелся по вкусу мой ответ.
- Если это всё, то выход там. – указал на дверь, и выудив из кармана штанов спортивные перчатки, он принялся натягивать их на руки.
- И куда это ты собрался на ночь глядя? – выгнула бровь и скрестила руки на груди, повторяя его недавнюю позу и вопрос, заданный мне накануне вечером.
- Туда, куда я собрался, маленьким девчушкам вход заказан. – в его голосе сквозило притворное сожаление.
Разведя руками, мол, ничего не поделаешь, Ян направился в сторону окна.
- То говоришь, что я - ведьма. Теперь маленькая девочка. Ты уж определись. – ехидно протянула я, следуя за ним.
- Ах, да. – наигранно обернулся так, будто забыл что-то сказать. – Скажешь отцу или своей матери, что я не ночевал сегодня дома – сделке конец.
Я расплылась в приторной ухмылочке. Благо не успела ещё переодеться в пижаму, и решила сразу зайти к братцу. Как чуяла…
Хитро прищурив глаза, схватила парня за край куртки, не давая ему вылезти в открытое окно. Дождавшись, когда он удостоит меня вниманием, с наглой интонацией озвучила идею, пришедшую мне в голову:
- Отлично. Тогда я иду с тобой, чтобы ты лично убедился, что эта информация точно не дойдет сегодня до твоего отца.
Тот воззрился на меня, как на душевнобольную.
- Ты же пошутила, верно?
И он с самым серьезным видом ждал, пока я рассмеюсь и заверю его, что это не более чем шутка. Блажь девчонки. Но я лишь молча смотрела на него, скрестив руки на груди и топая ногой от нетерпения.
- Ева, лучше возвращайся в свою комнату и ложись спать, как и положено хорошей девочке. – выразительно посмотрел на меня.
- Ну, я ведь нехорошая, - настал мой черёд смотреть на него, а-ля «ты же понимаешь, о чём я», - так что тут больше нечего обсуждать.
Ян уже вылез из окна и стоял на крыше. В его глазах читалось самое настоящее сомнение, что я действительно собираюсь за ним увязаться, а не просто треплю нервы. Как он мне.
Плотнее укутавшись в кардиган, я перекинула ногу через карниз, прогнулась, и в следующую секунду меня уже обдувал прохладный осенний ветерок.
- Куда дальше? – я была полна энтузиазма. Видимо, на это повлияло то, что мы с Яном поменялись ролями. Теперь я его бесила, а не он меня.
- Ты – обратно в комнату, и ложишься баиньки. А я иду по своим мужским делам, в которых всяким мелким не место. – Ян бесцеремонно ухватил меня за плечи, развернул к окну и подтолкнул, чтобы я лезла обратно в дом.
- Эй! – строго посмотрела на него, скинув руки со своих плеч. – Ты так сильно хочешь, чтобы я прямо сейчас пошла и рассказала обо всём отцу?
- Отцу? – у него вырвался нервный смешок. – Уже отец… Не будь прилипалой и не веди себя, как моя младшая сестренка.
- Я и есть твоя младшая сестренка с тех самых пор, как в паспорте наших родителей появился штамп. – упрямо вздернула нос. – Так что я иду с тобой, так или иначе. Имей ввиду.
Ян вытаращился на меня, а его руки дрогнули, словно он хотел насильно запихнуть меня в окно, но сдержался неимоверными усилиями.
- Хорошо, - процедил парень, - ступай за мной. Только тихо и аккуратно. Мы будем проходить мимо спальни отца, она как раз выходит на эту сторону.
Я несколько раз кивнула, обрадовавшись. Чуть в ладоши не захлопала. Меня охватило чувство авантюризма. Я ещё никогда в жизни не сбегала из дома посреди ночи. Да ещё и с парнем, который явно собрался нарушать закон.
Топая за братцем чуть ли не шаг в шаг, смотрела на его широкую спину, обтянутую белой курткой, и тихонько хихикала своим мыслям. Мы похожи на двух подростков из американских фильмов. Кто бы мог подумать...
Когда мы подобрались к окну Николая Владимировича, Ян низко пригнулся и, прислонившись спиной к стене, уверенными, словно заученными давным-давно шагами, пересёк «опасную» зону.
- Пошли. – шепотом поторопил меня брюнет, когда я не осмелилась сразу же повторить его трюк.
- Мне страшно. – призналась, смотря вниз. И пусть высота была небольшая, но покатая крыша намекала неуклюжей по жизни мне, что я могу съехать по ней вниз, если допущу хотя бы одну ошибку.
- Страшно – поворачивай назад. – его довольная злодейская ухмылочка вмиг придала мне сил.
Сцепив зубы, я решительно прислонилась к стене и осторожно поползла боком, стараясь в точности повторить телодвижения Яна. И выдохнула, как только смогла, наконец, выпрямиться.
- Что? – спросила, заметив, что братец едва сдерживает смех.
- Обезьянка. – хохотнул он, и тут же зажал себе рот рукой, чтобы не заржать ещё громче. – Видела бы ты своё лицо. Писаный шедевр, я тебе скажу. Достойно полотна Да Винчи.
- Заткнись и иди вперёд! – шикнула на него, замахнувшись. Ян ловко увернулся, показав мне язык.
Остаток пути мы преодолели довольно-таки быстро. Вот только на спуске возникли проблемы. Если брюнету было не впервой лазать по крышам и также успешно с них спрыгивать, то вот у меня с этим возникли проблемы.
- Быстрее, Ева. – рыкнул Ян, то и дело косясь в сторону горящего окна отчима, который явно ещё не торопился предаваться объятиям Морфея.
- Сейчас, - сделала судорожный вдох, собираясь с духом.
Не думала, что могу бояться высоты. Но особняк Соколовых отстроен по индивидуальной планировке, и высота стен нестандартная. От крыши, на которой сидела я, до земли было около двух метров точно. Как бы не больше.
- Если ты не поторопишься, отец заметит тебя. – припугнул братец. И это подействовало.
Я закусила губу, свесив ноги с крыши. Что-то разглядев в моём выражении лица, Ян обреченно вздохнул и вдруг поднял руки вверх. Рукава его куртки натянулись, обнажая предплечье, и я впервые обратила внимание на темные линии татуировок, которые раньше прятались под одеждой.
- Прыгай, чего ждешь? Я тебя поймаю.
- А ты точно поймаешь и удержишь? – с сомнением переспросила я.
Почему-то я была уверена, что, как минимум, расплющу братца своей тушкой. И больше некому будет мстить за то, что коварные ведьмы позарились на деньги Соколовых...
- Не беси меня, ведьма. - словно в ответ на мои мысли, пробасил Ян. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. - Иначе точно передумаю! – растерял всякое терпение, заметив, что я никак не реагирую на угрозы.
Что ж, в игре с огнём, главное, вовремя остановиться...
В последний раз глубоко вдохнув и выдохнув, я оттолкнулась от крыши, спрыгивая. Глаза закрылись сами собой. Я едва сдержала визг, почувствовав ветер в волосах, и поняв, что падение длится дольше, чем рассчитывала.
А потом я ощутила горячие ладони, перехватившие меня за талию. Так уверенно и бережно. Но этого не хватило. Видимо, Ян позабыл про силу инерции и вес моего тела, или переоценил свои способности ловца, поэтому уже в следующую секунду мы полетели вниз на мягкий газон.
Ну, точнее, для меня он был мягким, потому что приземлилась я прямиком на Яна. А вот судя по не совсем приличной ругани парня, слетевшей с его губ, для него падение не было столь же комфортным, как моё.
Я лежала на нём, всеми органами чувств ощущая твердость мужского тела. Лицо залила краска, и я была рада, что от братца его скрывали волосы. Запах весны поутру окутал меня с ног до головы. И я с наслаждением вдохнула его, даже не осознавая, что делаю.
- Может, слезешь с меня?! – прошипел брюнет, отплевываясь от моих длинных прядей, и сильнее впиваясь пальцами в мою талию, чтобы стащить с себя.
Возмущенный тон Яна привёл меня в чувство. Я резко опрянула от брюнета, испугавшись своих собственных эмоций.
- Что ты, как девственница, ей богу. – скрывая дикое смущение за сарказмом, произнесла я. – Можно подумать, первый раз кто-то сидит на тебе сверху.
- Не первый. Но ты – последний человек, которого бы я усадил на себя.
- Ой, не зарекайся. А то ещё понравится после сегодняшнего. Потом просить будешь.
Сама не зная, что несу, едва успела прикусить язык. А то бы понесло дальше...
Ян как-то странно на меня покосился, отряхиваясь от травинок и комьев земли. Я же сидела рядом с ним, и просто наблюдала, понимая, что мою одежду, в отличие от его, ничего уже не спасет. Надеюсь, что в темноте не будет видно пятен…
До машины Соколова мы добрались без происшествий. Я оглядела автомобиль, и поинтересовалась:
- А ты разве не на мотоцикле гонять собрался?
- Я что, похож на самоубийцу? – при этом он состряпал такую морду кирпичом, что не передать словами.
Я поджала губы и неопределенно повела плечами.
- Кто тебя знает. – сделала небольшую паузу, усаживаясь на пассажирское сиденье. - Так значит, ты автогонщик? Поэтому ездишь, как долбанный шумахер?
- Ох, Евочка. Твой язык точно до добра не доведет.
- Меня твои угрозы не пугают. Лучше смотри, чтобы тебя не поймали. – кивнула в сторону дома. Но больше всего на данный момент меня волновало другое. – А разве Николай Владимирович не услышит звук мотора? Не увидит по камерам?
Ян скривился так, будто я несмышленный ребенок, который спрашивает про очевидные вещи.
- Стены и окна дома построены с учетом шумопоглощения и звукоизоляции. Я не впервые так сбегаю.
- Я заметила. – братец повернул ключ зажигания и завёл мотор. Нажал кнопку на пульте и перед нами открылись подъемные ворота гаража. – Что насчет камер?
- Если бы у дома были охранники, тогда бы это было проблематично. А так камеры снимают в режиме реального времени. Вряд ли отец сейчас будет палить в них. А до утра записи волшебным образом сотрутся. – сверкнул белоснежным оскалом брюнет. – Так что пусть спит спокойно.
Я вздохнула, удивляясь его предусмотрительности и сообразительности. Мне казалось, что Ян не настолько умный, раз строит козни девчонке, будучи твердо уверенным в том, что этот гениальный план поможет ему.
Когда особняк Соколовых остался позади, я уставилась в окно, и смотрела в него всю дорогу, задаваясь одним лишь вопросом:
«Зачем я вообще увязалась за Яном и почему не осталась сидеть дома?»
Глава 5
Мы подъехали к закрытой территории, огороженной металлическим забором и колючей проволокой над ним. Ян высунулся в окно и подал кому-то сверху условный знак. После чего ворота плавно отъехали в сторону.
Как бы я ни пыталась разглядеть того, кто нас впустил - так и не смогла. Но чуть позже, проезжая мимо, заметила камеру, прикрепленную прямо на воротах и до меня дошло.
Интересная система. Только для «своих». Непосвященные просто проедут или пройдут мимо, считая, что тут какая-то важная охраняемая база. Или даже не приметят. Как я, например.
- Не передумала? – на меня ехидно покосились угольно-черные глаза.
Машина неспешно ехала вперёд. Света фар хватало для того, чтобы разглядеть по бокам дороги черные шины, которыми она была выложена, словно путь, ведущий куда-то в определенную часть базы.
- Ещё чего. – хмыкнула я, не испытывая ни малейшего волнения по этому поводу. – Если со мной что-то случится, ты будешь перед отцом в ответе.
Ян недовольно цокнул языком.
- Ведьма. – низко протянул парень. – И шантажистка. Хотя… Чего я ожидал? – задал риторический вопрос.
Я на это лишь пожала плечами, поймав себя на мысли, что начинаю потихоньку привыкать к его рокочущему «ведьма».
- Можно подумать, если бы я сказала, что передумала, ты бы отвез меня домой. – съехидничала, смотря на то, как мы проехали довольно приличное расстояние от ворот.
- И то верно.
Губы парня растянулись в оскале, он смотрел на дорогу, не отрывая взгляда. А уже спустя пару секунд свет фар нам больше не понадобился, потому что ярких прожекторов, освещающих огромную область, хватало за глаза.
Улюлюканье, шум, гам, крики, скрип шин, рычание мотора и визг тормозов – вот, что первое донеслось до меня, стоило открыть дверь и выйти наружу. Под ясным ночным небом собралась целая толпа молодёжи, чтобы посмотреть на предстоящие гонки.
Они окружили натюнингованные машины гонщиков, делая ставки прямо на капоте, и много смеялись. Но наше появление не осталось незамеченным. Многие повернули головы в сторону красного Мустанга и приветственно закричали, махая руками. Зазывая к себе.
Я стояла возле машины, так и не захлопнув дверь. Внутри поднималась волна предвкушения. Эта атмосфера азарта заражала. Воодушевляла. И мне тоже захотелось скорее стать её частью.
Но, как только Ян вышел наружу, ему навстречу из толпы выбежала яркая, по-настоящему красивая девчонка: беловолосая, с раскосыми глазами и пухлыми губами, и фигурой, которой я просто обзавидовалась.
Если сравнить нас обеих, то я на её фоне – серая блеклая мышь. У меня были натуральные волосы темно-русого цвета, каре-зелёные глаза, низкий рост, и маленькая грудь, которой я всегда стеснялась. Единственный повод для гордости – это округлые бедра, хоть как-то спасавшие ситуацию с фигурой.
Блондинка, радостно улыбаясь, бросилась на шею моему братцу. Тот успел поймать её и заключил в объятия.
