Пешка

Она непроизвольно потянулась рукой ко лбу – шрам не болел. А ведь с ней что-то подобное происходило. Может не совсем похожее, но необъяснимое точно.

8

Зимние предпраздничные дни. Везде иллюминация, разукрашенные витрины. И люди тоже под стать. Суматоха, в поисках подарков себе и кому-то ещё. В своей голове ты начинаешь судорожно перечислять родственников, друзей, сотрудников, всех, кого бы хотелось поздравить и ставишь мысленно «подарок-выполнено». И так по списку.

Вроде бы все будут одарены. Прекрасно, успокаиваешься и идешь дальше, праздно шаря взглядом по красочным витринам. Стоп! Запоздавший нервный импульс тормозит тебя. Ты ещё не соображаешь -почему, но, интуитивно, оглядываешься назад.

Красивая деревянная дверь и вывеска витиеватыми буквами над ней «для тебя». Не помнишь такого, не было здесь его. Денег в кармане «кот наплакал», так что не опасно поддаться соблазнённому интересу.

Колокольчик оповещает о твоём вторжении. Входишь в совсем крохотное помещение. Прилавка и витрин нет, только к потолку подвешены на длинных лентах большие разноцветные елочные шары. Вокруг никого. Подходишь ближе к одному из шаров и начинаешь рассматривать его. Шар белого цвета и по нему разбросаны какие-то примитивно нарисованные человечки, как наскальная древняя живопись. Скорее всего, ручная работа, думаешь ты и проходишь дальше. А вот тут ещё, иероглифы египетские, значки какие-то магические. Чувствуешь на себе взгляд и поворачиваешь голову.

В ореоле огненно-рыжих курчавых волос стоит немолодая женщина и улыбается тебе. Ты в ответ ей тоже киваешь головой. Говоришь:

–Здрасьте. Я тут смотрю…Интересно. Подарок ищу,– начинаешь оправдываться и пятишься к выходу.

Женщина повела рукой, как бы приглашая тебя ещё посмотреть. На её запястье звенят браслеты. Колокольчики и подвешенные шары крутанулись вокруг себя в одну сторону, а потом по инерции в другую. Женщина подходит, берёт тебя за руку и подводит к одному из них.

Она указывает тебе жестом, что надо его взять в ладони. Ты протягиваешь руки и прикасаешься к нему осторожно, вдруг лопнет. Тогда придется платить за испорченный товар. Она ухмыляется, как бы читая твои мысли, и хлоп – сдавливает шар твоими ладонями.

Ты чувствуешь, что от твоих рук идет приятный и знакомый аромат и втягиваешь носом этот запах…

Ты на новогодней ёлке детском саду. У тебя накрахмаленная подсиненная марлевая юбка в несколько слоев, спортивные чешки, обтянутые этой же марлей, подкрашенной серебристой краской, на голове корона, вырезанная из фольги от индийского чая. Ты –Снежинка. Вокруг ещё с десяток таких же снежинок, но это не важно. Ты знаешь, что ты самая-самая снежинистая, потому что на тебя восхищённо смотрят твои любимые мама и папа. Ты водишь хоровод вокруг ёлки, читаешь стихи и поёшь песни только для них. Ты получаешь долгожданный подарок от Снегурочки и бежишь счастливая к родителям, чтобы поделиться с ними. Поделиться мандаринками и конфетками. Ты так торопишься, что цепляешься обувью за гвоздь в полу и падаешь.

Подарок рассыпается, коленка в кровь, слезы из глаз. Тянешь ручки к папе…

Всё. Ты выскакиваешь из магазина на холодный воздух. Рыданья стараешься подавить. Оглядываешься на дверь, надпись тускло переливается «в тебе».

Наутро, ты решила снова пройти той же дорогой. Ещё не решила, зайдешь снова или нет. Но всё равно интересно посмотреть. Раз, два, отсчитываешь ты, глядя себе под ноги, вот здесь. Поднимаешь голову. Старая заколоченная дверь, с облезлой краской. Картонные коробки с мусором. И рыжая кошка. Она смотрит на тебя внимательно, изгибает спину и уходит куда-то прочь, звеня колокольчиком на шее.

Ты стоишь в недоумении, точно зная, что вчера это было. Было здесь.

9

Этот печальный уход в себя был прерван сутолокой и криками. На улице у кафе ругались на чём свет стоит мужским голосом, а паузы между исконно русскими словами были заполнены женским визгом. Через несколько секунд Марина увидела, вбегающую в кафе, Лесю, красный шарф которой сливался с цветом лица подруги.

– Маринка, представляешь, это козёл сказал, что мне даже самокатом управлять нельзя. Да с моим стажем можно пилотировать закрыв глаза! Урод! – шквал эмоций и негодования ворвались в тихое, до этого момента, кафе.

Вообще-то, что правда, то правда. Леська была водитель со стажем, причем большим. Но её иногда переклинивало в сторону эмансипации и тогда, по мнению подруги, все мужики должны были шарахаться в стороны и уступать ей во всём и повсюду, в том числе и дорогу, даже если она была не права. Вероятно, такой день пришёлся на сегодня.

Прежде чем перевести дух, Леська выпалила всё, что она думает о недоумках – мужчинах и тяжелой судьбе женщины за рулем. В течение пятиминутной тирады эмансипе в красном шарфе обмахивалась бумажной салфеткой и вертелась на стуле как ужаленная. Выплюнув все накопленные эмоции и приняв приятный песочно-розовый цвет лица, Леся, наконец, вспомнила зачем пришла.

– Привет, дорогая! Слушай, – выпучив глаза и растянув губы в улыбке до ушей, прогремела она на все кафе.– Что случилось и почему по телефону нельзя было кратко рассказать? Так мол и так, краткое содержание предстоящей беседы. Нет же, все тайно и подозрительно. Я же вся извелась, чуть в аварию не попала!– всё это сопровождалось размахиванием крыльев-рук с большой амплитудой и кружением неповоротливого слона вокруг столика.

–Сядь и успокойся! – грозно сказала Марина. – И, в конце концов, сними с себя это дурацкий шарф, ты сейчас закончишь в нём жизнь как Айседора Дункан или я тебя сама придушу!

Леська сразу успокоилась и даже не стала бухтеть несогласием по поводу своего шарфа. Уж очень не понравилось ей выражение лица Марины.

Подруги сделали заказ официантке и отрешились от всего мира.

Марина все до мельчайших подробностей рассказала Лесе свою историю с момента этапирования в больницу до сегодняшнего обморока в метро. При этом особую прелесть моментам придавала жестикуляция и мимика лица рассказчицы. Леся тем временем, с нескрываемым интересом и понимающе-сопереживающими глазами, молча, приоткрыв рот, слушала подругу. Иногда только лишь поддакивала и качала головой, выражая этим своё «да» или «нет», боясь перебить Марину.

–Всё! – выпалила одним духом Марина и вопросительно посмотрела в кругло-ошарашенные, от всего услышанного, глаза подружки.

Марина во время своего рассказа видела, что Лесю очень тронула и обеспокоила её история. Знакомы они были не так давно, года три, наверное, но как-то сразу, с первого момента стали доверять друг другу, интуитивно понимая схожесть бытия, проблем.

Леся была одинокой женщиной со взрослым, давно женившимся сыном. Мужчины, по её мнению, делились на три категории: «козёл», «да пошёл ты» и «мужик». Первые две характеристики встречались ей повсюду и повсеместно, третий подвид – никогда.

Добрая, отзывчивая Леська всегда готова была прийти на помощь не только подруге, но и всем, кто попросит. А просили многие. Как мать Тереза безвозмездно, то есть даром, носилась она по городу в поисках чего-либо, в зависимости от просьбы. Одевалась она вызывающе ярко, но ей это очень шло, так как полностью соответствовало её темпераменту. На своей старенькой, но всегда чистой «Тойоте» колесила она по дорогам в поисках чужой просьбы и своего счастья, в свободное от работы время.

Вот Марина и ждала резюме от своей подруги, по крайней мере, совета, что делать и как быть.

Закрыв рот, Леся надула щёки. Так она делала всегда, когда включала мозги.

–Вот, что я могу тебе сказать, Маринка,– произнесла нараспев она, сузив до китайских щелок, глаза. -Надо идти опять к этому твоему очкастому профессору и выяснить, что за хрень с головой, ведь это важное оружие в нашей борьбе с этим гадким миром. Хотя, если трезво посмотреть, некоторым особям голова совершенно ни к чему и они от этого нисколько не страдают, а живут и поживают припеваючи.

Леся частенько выдавала околофилософские рассуждения, ссылаясь на свой ум и жизненный опыт.

–Могу ещё добавить, который раз тебе это говорю, что вся эта мутотень со здоровьем в целом оттого, что мужика нет нормального с тобой, одна шелупень.

Запив все сказанное соком, она начала интенсивно жевать, принесенный официанткой мясной салат с таким остервенением, что можно было подумать, что именно эта шелупень «козлы» и «да пошел ты» у неё на зубах и она их сейчас слопает, не поморщившись.

Тут дверь в кафе распахнулась и зашла семейка, состоящая из мамы, папы и маленького, лет так пяти, мальчика. Именно в такой последовательности они и зашли. Женщина была молода, около тридцати. Волосы белые, прямые до плеч. Таким же белым было ее лицо. Ребенок шустрый, шмыгал между столиками, постоянно орал и чего-то требовал. Папа…О папе особая речь, так как он был совсем не похож на своих родственников. Высокий, широкоплечий. Про таких говорят «косая сажень». Сам смуглый, а глаза голубые – голубые, как высокогорное озеро. По нему было видно, что индивид знает себе цену и носит себя с превеликим достоинством. Одним словом – мечта во плоти.

– Ой, мамочка дорогая! Держите меня, а то мне плохо! – чуть не воскликнула на весь зал Леська. -Ты посмотри, ведь это мужик! И какой!

– Да, Леся, он красавчик! – поддержала её Марина.

– Такие, видно, стороной ходят с чужими тетками, на которых смотришь и скулы сводит от блеклого их лица.

Леся развернулась на стуле так, чтобы было видно семейку.

Женщина с мужчиной о чём-то тихо переговаривались, а ребенок – оторва тем временем носился, сшибая стулья на своём пути. Официантка попыталась поймать и утихомирить сорванца, но тот издал такой клич резаного поросенка, что девушка в испуге отпрыгнула от него на безопасное расстояние, задев при этом стол, на котором стояла маленькая ваза с живыми цветами. Ваза качнулась раз, другой, свалилась на бок и покатилась со столика. Официантка прыжком вратаря хотела поймать её, задела каблуком за стоящий рядом стул и со всего маха грохнулась на пол. Ваза не заставила себя долго ждать и тоже шлепнулась рядом. Потирая ушибленное колено и сказав себе: «Чтоб тебя …», девушка засеменила за щёткой, чтобы убрать осколки.

Молодая мамаша схватила мальчишку за руку и потащила его к столу. Он сопротивлялся, дрыгал ногами, кусался зубами, но ничего не помогло. Отец усадил его на стул, потянул за ухо, что-то сказал ему туда и поставил перед ним мороженное. Воцарилась тишина – ребенок ел.

–Я бы его давно удавила,– сказала Леся.– У папаши такие крепкие нервы. Ох, мне бы …,– закончила она грустно и было не совсем понятно, чего ей именно захотелось – крепких нервов или такого папашу.

– Лесь, ты чего скисла? – спросила Марина.

– Ты посмотри на эту грымзу. Мышь белая с психанутым маленьким беспредельщиком. А теперь посмотри на его выражение лица. У счастливых мужиков оно другое.

– Наверное, да, – согласилась подруга. – Но откуда тебе знать какое бывает выражение лица у счастливых мужиков?

– Я это интуитивно чувствую, и вообще, не придирайся к словам, ты сегодня всё время на меня рычишь,– Леся обиженно надула губы и продолжила:

–Вот мы сидим две взрослые, но не старые, не страшные ни телом, ни лицом бабы, одетые недорого, но со вкусом, с макияжем приятным, умные иногда к тому же. Сидим с тобой. Ты да я. А вот такие мужики к мышам уходят. Почему так? – горько, чуть не рыдая, произнесла Леська.

–Лесь, тебе иногда не кажется, что они нас бояться, нас – баб с мозгами в голове? Я имею в виду мужиков. А у этих примитивных пустышек он только костный. Но мужчин это вполне устраивает.

–Но ведь это скучно. А поговорить?

Марина с тоской в глазах огляделась вокруг, достала из сумочки зеркальце, посмотрела в него и протянула гнусаво:

–Эх, краса! И никому ты не достанешься в этом мире и никого ты не осчастливишь.

Леся нервно тыкала вилкой в оставшийся на тарелке лист салата.

– Леся, перестань скрипеть вилкой. Тарелка уже пуста. Выпей сока и приди в себя. И чего это ты так раскисла, дорогуша? Что суждено, того уже не изменить. Можно, конечно, выкинуть какой-нибудь фортель и крутануть свою судьбу на все 180 градусов. Но где гарантия. Что так станет лучше? Поэтому, никогда не завидуй чужим. Ты ведь не знаешь, что там у них внутри. Очень часто случается, что за красивой витриной, гора пустых, раздолбанных в хлам коробок. Не нужных никому и никогда. Это жизнь твоя и никогда она не будет, как у неё. Радуйся тому, что имеешь.

Марина попыталась заглянуть в глаза Лесе, но та опустила лицо и застыла.

Марина была знакома с этим состоянием подруги и ничего хорошего оно не предвещало.

–Лесик, милая, ты что, плакать собралась? И не вздумай, а то как выйдешь на улицу с красным, как у Деда Мороза, носом. Ну да, ты, наверно, решила затонироваться под цвет твоего нового шарфа?

Марина старалась расшевелить свою помрачневшую подругу.

– Эврика! – после недолгого молчания воскликнула по-клоунски весело и с расплывшейся гримасой Леся.

Она растопырила в стороны руки и, покачивая головой из стороны в сторону, страшным голосом медленно произнесла:

– Я нашла этому жизненному парадоксу название – мужики любят устриц! У них же только тело!

Эта философская, отчасти, мысль так рассмешила двух подруг, что они уставились друг на друга, вытаращив от радости глаза. Маринка обалдела от резкой смены настроения подруги и такого театрального шоу.

Неизвестно, сколько бы они так просидели, но в чувство их привела захлопнувшаяся за ушедшей семейкой дверь.

– Давай сходим в кино,– задумчиво произнесла Марина, глядя вслед уходящим.

–На какое предлагаешь?

– Там, где классные мужики есть.

Припарковав авто у ближайшего кинотеатра, подруги сразу определили, что они будут смотреть. Очередную новую серию про обалденного, непотопляемого и вечно возрождающегося как птица Феникс агента Её Величества королевы.

Получив массу визуальных удовольствий по просмотру, глупого по сущности и содержанию, фильма, женщины расстались, каждая со своими, но очень схожими мыслями.

Так и не получив вразумительного ответа от Леськи на свой вопрос «Что делать?», Марина была согласна с ней в том, что требовалось незамедлительно встретится с врачом. Собственно, от прошедшей встречи она ничего не ожидала, просто нужно было с кем-то поделиться.

10

Они были очень счастливы. Такое состояние безудержного счастья бывает только в молодости, когда ты полон сил, любви, желаний. Не важно, есть у всего это перспектива или нет. Важно другое, ты очень веришь в это, тебя переполняют положительные эмоции и у тебя ещё столько времени впереди….Много-много лет.

Верить в себя на все сто – это возможно исключительно в юности. Тебя ещё не обломали, не общипали, не унизили и не показали пальцем на дверь. Доверять людям и всему человечеству – светлое наивное чувство младенчества, не выветрившееся до определенной поры у многих юных особ.

Такой была и эта парочка. ОНА – стройная шатенка с круглыми, как блюдца, голубыми глазами. На смуглой коже лица легкий румянец, подчеркивающий тонко очерченные припухлые губы. Не глупа, но особым умом тоже не блещет. Да и зачем ЕЙ блистать особым умом в двадцать лет. Все впереди, если есть на это желание. А желание у НЕЁ есть. Большое и упорное. Сейчас выучиться без «хвостов», затем найти интересную (в каких ракурсах интерес, еще не определилась) работу. Выйти замуж по любви и родить ребенка. Одного, двух, как получится. Совсем обычные желания для обычной девчонки.

ОН был довольно симпатичным юношей. Непослушные вьющиеся волосы придавали ЕГО облику взъерошенный вид. ОН – высокий брюнет с карими, почти черными глазами. ЕГО глаза так притягивали к себе любого слушателя или просто знакомого, что тот уже не мог оторваться и следовал за ним по пятам. В них было что-то гипнотически приятное. Как будто ты вглядываешься в бездну, а на линзах очков, которые он носил, бежали субтитры, поясняющие глубину и смысл мироздания. Короче говоря, глаза были волшебными.

А о голове и говорить много не стоит. Голова, а точнее, мозги находящиеся в ней, были гениальны. ОН был самым лучшим не только на курсе, но и в институте. Да что там, в институте. На олимпиадах среди ВУЗов города ОН всегда входил в тройку лидеров. Помимо всего этого ОН и вещал весьма не дурно. Язык был его прямым проводником гениального ума. И так же искусен. Сочетание трёх исключительных черт и составляло ЕГО сущность. Завораживающий гений.

По характеру ОН был добр, трудолюбив и в меру амбициозен. Не парень, а чудо. И вот за чудо и ухватилась двумя своими нежными, но крепкими ручками, одна из многих его поклонниц – ОНА. ОН к ней тоже питал самые прекрасные и нежные чувства, какие были описаны в прозе и поэзии человечества. И чувства эти выражались одним волшебным словом – любовь.

11

Уже дома, распланировав дела на неделю вперед, Марина поставила большой крест на дате в календаре, обозначив этим поход в больницу.

В течение этих новых дней никаких подобных случаев с изменением психики Марины не произошло. Единственное волнение вызывало подсознательное беспокойство по поводу того, что Марине казалось, что за ней кто-то наблюдает. Причем это ощущалось только на улице. Ничего подозрительного, в снующих вокруг людях, она не находила, но это неприятное чувство её не оставляло.

Созвонившись заранее с профессором и договорившись о встрече, Марина в назначенный час стояла под дверями с именной табличкой «Профессор Строков Е.Е.». Ждать пришлось совсем недолго. Дверь в кабинет приоткрылась, оттуда выглянуло узкое лицо профессора в очках. Следом за лицом вытянулись длинные худые обе его руки. Они вцепились в плечи ничего не понимающей Марины и резко втянули её в кабинет. Дверь быстро захлопнулась и Строков Е.Е. тут же зловеще зашептал:

– Вас кто-нибудь преследовал? Вы за последнее время приобрели новых знакомых? Вы рассказывали малознакомым людям, что лежали в больнице?

При этом руки профессора все сильнее и сильнее сжимали плечи бледной женщины, а глаза его стали такими огромными, что вылезли за обода оправы очков.

От такого потока зловещего шипения, от жуткой боли в плечах и, вообще, от большого недоумения всего происходящего сейчас, Марине захотелось разрыдаться тут же и послать подальше докторишку туда, куда сам чёрт не хаживал. Но она была девушкой воспитанной и поэтому только разрыдалась.

– Вы что, совсем одурели или только слегка подвинулись? – закричала она с обидой в голосе сквозь слёзы.

Отпихнув от себя профессора и развернувшись к двери, женщина почти уже выбежала из кабинета.

–Постойте же Вы, ради бога!– услышала она сзади сдавленно-умоляющий глас Строкова Е.Е.-Я сейчас Вам всё объясню. По крайней мере то, что Вам можно и нужно знать.

Марина в гневе была страшна. Страшна – это не то, чтобы уродлива, а страшна в своих эмоциях и темпераменте. Глаза прищурились, крылья носа растопырились, кисти рук сжались в кулаки. Все тело было в таком напряжении, что казалось сейчас пружина внутри распрямиться и вытолкнет её в прыжке на жертву, а затем так долбанёт, что мало не покажется.

Профессор от такого яркого зрелища немного почувствовал себя нехорошо и неуютно. Он медленно, пятясь задом, зашёл за свой стол, плавным движением руки отодвинул кресло и прыжком тушкана хотел запрыгнуть на него. Но не получилось. Не рассчитал свою силу с данным расстоянием и грохнулся вместе со стоявшим креслом на пол.

Чертыхаясь и пыхтя в течение всего лишь нескольких секунд, то есть очень быстро, голова профессора Строкова Е.Е. показалась из-под стола и воззрилась на Марину. Там, где всегда были линзы очков, теперь сидели маленькие серые глазки и подслеповато моргали. Вскоре появились очки в руках профессора и были торжественно возвращены на свое прежнее место, на нос.

–Сядьте, дорогуша, и больше не кричите! Меня это выводит из равновесия,– голосом, не терпящим возражений, было заявлено женщине. – Сядьте, расслабьтесь и слушайте не перебивая!

Все тело говорящего вылезло из укрытия и расположилось, наконец, за стол.

Ситуация получилась смешной, но сдержав себя от рвавшегося изнутри смеха, Марина прокашлялась и обратилась вся во внимание. Очень хотелось услышать объяснений и она, сменив стойку огнедышащей драконихи на покорность львицы, уселась в кресле напротив. Расслабиться ей не удалось, но это было и к лучшему, так как в подобных ситуациях слух и нюх обостряются, а это лишним не будет никогда.

Профессор стал вещать и тут началось такое…Фантасты всего мира – отдыхайте! Если с докладчика снять белый халат, перенести его из кабинета в студию ТВ, поставить перед ним микрофон, включить софиты, то можно было бы запросто, без дублей, снять передачу «Очевидное–невероятное» с темой «Вам и не снилось». Самый высокий рейтинг ей был бы обеспечен.

Но, к сожалению, это была не студия, а кабинет медицинского учреждения, и речь держал не сдвинувшийся искатель нестандартных приключений, который только вчера вырвался из объятий снежной женщины, а вполне реальный, вроде бы даже здравомыслящий человек с учёной степенью.

А рассказал он действительно невероятное, уму непостижимое.

– Слушайте внимательно и запоминайте каждое слово, потому что говорить на эту тему больше не будем никогда, и ни под каким предлогом не рассказывайте её другим.

Все началось несколько тысяч лет назад в одном из государств Востока, в Персии. Великий потомок династии Ахеменидов, царь Дарий I, завоевал много стран и покорил огромное количество народов. Военное искусство было наиглавнейшим в те времена. Но с помощью коня и меча долго не удержишься на троне. Тут нужна ещё и умная голова. Вместе с золотом собирались знания и умения покоренных земель. Чтобы всё это хранить и передавать потомкам была создана огромнейшая библиотека. Но хранились там не только глиняные таблички, на которых велись записи и летописи. В библиотеку стекались артефакты. Все самое интересное представлялось хранителями царю Дарию.

После похода на Египет учёные мужи представили царю диковинную вещь. С виду, ничего особенного, такую могли и не заметить. Но она находилась в разграбленном храме в ногах одного из каменных божеств. Под округлым колпаком из черного нефрита. Когда колпак сдвинули, то в углублении под ним обнаружили маленькую, размером 1см х 2см, металлическую пластину. Она была искусно выточена по технологии не соответствующей тому времени. Уточню, что это было чуть больше пятисот лет до нашей эры. На пластине были высечены непонятные геометрические знаки. Сам металл тоже представлял большой интерес для ученых, потому что состав его выяснить так и не смогли.

При допросе одного из жрецов этого храма выяснили, что эта пластина – источник всех знаний и умений. Все то, чего люди достигли на данный момент, вводится в жизнь этой маленькой штукой. Что самое интересное, что эта пластинка самостоятельна. Требуется только хранение в недоступном, тайном месте, о котором знают только посвящённые.