Иван Богданов "Последний источник"

– В общем, несмотря на изначальный энтузиазм, со временем искателей становилось всё меньше и меньше. Кто-то пропадал без вести. Кто-то возвращались с пустыми руками, – уставшие и израненные, предпочитая не вспоминать о том, что случилось с их товарищами. Иные и вовсе становились заядлыми посетителями моего бара. Как знать, может, даже сейчас они сидят здесь среди остальных и топят свои печали выпивкой, – кивнул Джо в сторону столиков, отчего друзья невольно оглянулись.

– В конце концов, вера людей угасла, а мечта о Последнем Источнике с дребезгом разбилась о грубую реальность, пополнив пыльную коллекцию мифов и легенд.

– А что думаешь, ты? – вопросительно посмотрел на бармена Уилл.

– Трудно сказать, – пожал плечами тот. – Хотя большинство искателей были довольно скупы на разговоры, они всё же высказывали определённые мысли по поводу того, где должен находиться источник. А некоторые и вовсе утверждали, что побывали там лично, рассказывая о чудодейственных свойствах этого сакрального места. Впрочем, почти всегда это были мошенники, которые обычно даже не являлись искателями, зато охотно соглашались в экспедиции, чтобы убить и ограбить тех, кто наивно гонится за мечтой.

– Какие места тебе известны? – уточнил Грешник.

– Чёрные насыпи, багровый пик, забытые пещеры, проклятый город, безликая пустошь… Да чтобы проверить хотя бы часть из них – уйдут годы, а то и десятки лет! – грустно усмехнулся Джо.

– У нас нет столько времени, – покачала головой Зажигалка.

– Знаю, – мрачно ответил бармен.

– И что? – наконец не выдержал панк. – Будем тянуть долбаный жребий?! Отправляться хрен знает куда – наугад? Да это ж, мать его, сраная русская рулетка!

– Да успокойся ты. Никто ещё ничего не решил, – попытался урезонить собрата здоровяк.

– Наверняка должно быть какое-нибудь одно – особое место, – покачал головою Курильщик.

– Точно! Хотя бы то, что упоминали больше всех! – согласно кивнула Зажигалка.

– Джо, у тебя есть какие-то идеи? – спросил настойчиво лидер.

Бармен на мгновение задумался, подставив руки себе под подбородок.

– Клыки Дьявола, – наконец сказал он, похрустев костяшками пальцев.

– Что это? – уточнил Грешник.

– Длинные высокие горы, что простираются на многие километры, не давая возможности их обойти. По слухам, при закате их острые вершины напоминают зубы гигантского чудовища, что возносятся к самому небу, будто надеются его сожрать.

– А что за горами? – произнесла взволнованно Сара.

– Неизвестно. Мало кому удавалось достичь их, и лишь единицы возвращались оттуда живыми.

– Класс! – всплеснул руками зеленоволосый. – То есть мы должны, рискуя своими шкурами, лезть в это сраное пекло, а там, возможно, ничего даже нет?!

– Остынь. Можно подумать, мы в первый раз отправляемся в неизвестность без каких бы то ни было шансов на успех, – повысил на него голос Джеп.

– Но, несмотря на это, мы по-прежнему живы, – добавил железный человек.

– Ага. Вот только – надолго ли? – язвительно ответил Псих.

Мужчина в шляпе и бармен молча смотрели друг другу в глаза, игнорируя реплики окружающих, словно пытались увидеть нечто, сокрытое за блеском радужной оболочки, поймать саму мысль, плавающую в океанах подсознания.

– Значит, Клыки Дьявола? – наконец сказал Грешник.

– Да. Мне кажется, если Последний Источник действительно существует, то находится именно там.

– Почему ты так в этом уверен?

– Мой отец… – тяжело вздохнул бармен. – Он был тоже искателем. Возможно, даже одним из первых. И последняя его вылазка уводила как раз к этим проклятым горам.

– Но он так и не вернулся? – попытался угадать Уилл.

– О, нет. Он всё же пришёл, – покачал головой Джо. – Но то, что он там увидел… навеки изменило, извратило его разум, что, казалось, прежде с лёгкостью справлялся с любыми испытаниями, которые подкидывала ему жестокая судьба. Не знаю, – пожал плечами бармен. – Может это некое предчувствие или даже рудиментарная вера, но я твёрдо убеждён – по ту сторону, определённо, что-то есть. И если бы не бар, не Салли – я бы сам отправился туда.

– Хотя бы для того, чтобы раскрыть тайну безумия твоего отца, – добавил Грешник.

Джо лишь горько ухмыльнулся, окончательно уверившись в том, что перед ним стоит такая же измученная душа, полыхающая в огне схожих страстей и терзаний.

– У вас есть карта?

Лидер группы кивнул и начал шарить рукой в своём рюкзаке.

– Вы что, серьёзно? – издал очередной нервный смешок Псих.

– Лучше уж глупая и наивная надежда, чем вечная безысходность, – произнесла Зажигалка.

Бармен быстро отодвинул в сторону кружки и аккуратно разложил карту на столе.

– Чёрт! Какая же она древняя! – не сумел скрыть своего удивления Джо.

Затем он наклонился за стойку и достал оттуда небольшую своеобразную ручку, выточенную из чьей-то кости, а также маленький пузырёк с кровью, что выполняла роль чернил.

– Не возражаете, если сделаю здесь кое-какие пометки?

– Напротив. Мы будем весьма благодарны, – ответил Уилл.

Бармен кивнул и открыл красный пузырёк, после чего макнул в него ручку.

– Та-ак – многозначительно протянул он.

Остальные сразу придвинулись поближе, боясь пропустить что-нибудь важное.

– Мы находимся здесь – Дом Мертвецов, – произнёс мужчина и нарисовал небольшой значок в форме черепа.

– Тут ничего нет. Там пустыня. Опять пустыня…

Рука Джо быстро двигалась по карте, выписывая небольшие, но крайне полезные закорючки.

– А что здесь? – ткнул пальцем Грешник.

– Лучше сюда не лезть, – покачал головой бармен. – Говорят, там полно демонов. Вместо этого лучше обойти во-от тут.

На карте появилась извилистая красная линия.

– Таким образом, вы даже немного срежете путь.

– Хорошо, – кивнул лидер.

– А что насчёт этого поселения? – решил поинтересоваться Курильщик.

– Там уже давно ничего нет. Обычная свалка. Так. А потом вам придётся пройти здесь и здесь, – ткнул пальцем Джо, а затем сделал дополнительные пометки. – А там ещё пара километров, и окажетесь у своей цели – Клыков Дьявола, – подытожил Джо, изобразив на карте некое подобие гор. Однако он взял чуть больше крови из пузырька, и рядом получилась противная клякса, которую, к счастью, удалось быстро стереть лежавшей неподалёку тряпкой.

– Ни хрена себе! – присвистнул Псих, осмотрев получившийся маршрут.

– Да уж. Путь немалый, – согласилась с ним Сара.

– Спасибо, Джо. Ты нам очень помог, – протянул руку бармену Грешник, и тот ответил ему крепким рукопожатием.

– Если это можно назвать помощью, – грустно усмехнулся мужчина.

Лидер аккуратно сложил обновленную карту и поспешно убрал её в свой рюкзак, готовясь к скорому уходу.

– Постойте, – внезапно остановил его Джо. – Перед таким долгим путешествием вам, определённо, требуется хороший отдых.

– Знаю, – кивнул Уилл. – Мы как раз собирались заняться поисками места для ночлега.

– Не думаю, что кто-то в общине решится пустить в свой дом чужаков, а спать на улице – не самая лучшая идея.

– Что ты предлагаешь?

– Оставайтесь здесь – в баре, – пожал плечами Джо. – Через какое-то время большая часть посетителей разойдётся по домам, и вы сможете спокойно поспать.

– Мы благодарны тебе за заботу, но всё же…

– Не хотели бы злоупотреблять твоим гостеприимством, – завершил мысль друга железный человек.

– В таком случае – считайте это просто частью платы за ваше ценное сообщение.

При этих словах бармен вновь пошарил под полой своей стойки, а затем достал новую бутылку взамен опустевшей.

– Держите. Это поможет скоротать уходящий вечер. А теперь садитесь за те освободившиеся столики.

– Спасибо, – с присущей ему бестактностью прихватил бутыль зеленоволосый и направился в указанном направлении.

– Ты хороший человек, Джо, – снова пожал ему руку Уилл.

– Не стоит. В конце концов… боюсь, мы видимся в первый и последний раз, – горько усмехнулся бармен. – Послушай, – бросил он вслед уходившему мужчине. – Напоследок – скажи мне хотя бы, как тебя зовут.

– Грешник, – коротко ответил тот, после чего вместе со своей группой подошёл к свободным столикам.

– Грешник… – задумчиво повторил Джо.

Затем он вновь взял свою тряпку и стал протирать рабочее место.

Здешние стулья оказались, на удивление, вполне удобными и достаточно крепко сконструированными, чтобы к их спинке можно было прижаться, не опасаясь за то, что они сразу развалятся под твоим весом. Во всяком случае, именно так казалось людям, в своих долгих странствиях почти позабывшим о таких элементарных атрибутах комфорта. И хотя один стул всё же предательски скрипнул под тяжёлой массой Джепетто, все члены группы с нескрываемым удовольствием расселись по своим местам. Грешник, Зажигалка и Курильщик заняли один стол, а за другим соответственно расположились Джепетто и Псих, поставив на середину бутылку и два стакана. Таким образом, странники, прибывшие издалека, благополучно влились в ряды мертвецов, довольно быстро став почти неотличимыми от местных жителей, что, вероятно, проводили в баре большую часть своего свободного времени.

Тихая мерная беседа плавно дрейфовала между двумя столиками, время от времени меняя тему дискуссии и неуклонно приближая закат, о чём живо свидетельствовали лучики света, падавшие через отверстия в крыше – постепенно меняясь в тонах и направлении. Прочие посетители, в большинстве своём, были весьма немногословны. Очаг их разговоров уже не горел, а тихо тлел, как угли готового полностью потухнуть костра. Лишь изредка оттуда, подобно искрам, доносились грубые выкрики и взрывы нервного, почти истеричного смеха.

Так продолжалось до тех пор, пока в зеленоватый полумрак Сколотого Черепа не вошёл некий человек. Его появление подействовало сродни щедрой порции хвороста, подброшенного на вновь закрасневшиеся угли. Кем бы тот ни был, но мертвецы встретили его явным оживлением – одобрительно шумя и толкая в бок уснувших товарищей. Этот мужчина, чьё лицо укрывал крепко завязанный платок, был среднего роста, одетый в сделанную из кожи демона куртку. Та, в свою очередь, пестрила ненужными и даже нелепыми вырезами, во многих местах украшенная клыками и когтями, вероятно, обладателя кожи. Брюки незнакомца имели такой же занятный покрой, а голову странника укрывала небольшая шляпа, из-под которой разбегались в стороны причудливо стриженые волосы.

В общем и целом, облик подобного индивида можно была описать архаичным, давно вышедшим из обихода словом – модный. Владелец заведения, в свою очередь, приветливо помахал рукой своему гостю, на что тот ответил коротким вежливым кивком, будто они оба были старыми знакомыми. Спокойным уверенным шагом мужчина подошёл к одному из столиков. Трое человек, что сидели за ним, встретили его с неким странным благоговейным трепетом. А один даже предложил свой стул, теперь окончательно уверив чужаков, что этот таинственный персонаж был кем-то вроде местной знаменитости, имеющей почти безграничный лимит уважения.

Ответив на этот, в некоторой степени, комичный реверанс всё тем же учтивым кивком, кумир забрал стул и направился в центр помещения, оставив бедолагу сидеть на полу. Теперь же, под другим ракурсом, наконец стало заметно, что за спиной мужчина носит вовсе не оружие, а некий музыкальный инструмент, отдалённо напоминающий самодельную гитару. Остановившись посреди импровизированной сцены, мужчина в итоге соизволил сесть, взяв в руки свой инструмент, на что толпа ответила очередной порцией одобрительного шума.

– Курт! Курт! Курт! – начали скандировать мертвецы имя своего любимого и, скорее всего, единственного исполнителя, то и дело переходя на оглушительный свист. Однако, судя по всему, в данный момент музыканту подобное внимание только мешало. Словно настоящий волшебник из детских сказок, он махнул правой рукой – после чего весь бар тут же окутала глубокая, почти мистическая тишина. Посмотрев сначала налево, потом направо и убедившись, что все поняли его безмолвный намёк, музыкант приступил к настройке своего инструмента. Справедливости ради, это заняло не более двух минут, и, после небольшой горстки фальшивых нот, прозвучал первый, весьма гармоничный аккорд. А за ним вскоре последовал и другой, вне всяких сомнений, предвещая начало первой песни. Лёгкая волна оживления прокатилась по всему бару, чьи посетители в своём робком шёпоте по этой прелюдии пытались отгадать, какой же мотив последует далее.

Руки Курта то били, то ласкали железные нити, что отзывались то пением, то плачем и постепенно входили в резонанс с биением полыхавшего в груди сердца, озаряя всё вокруг красотой бесконечного благозвучия, к которому затем присоединился и голос, с некоторой хрипотцой, не лишённой своеобразного очарования.

“Скитаясь по свету среди живых,

Ты видишь убогих, ты видишь больных,

И каждый навеки хочет уснуть,

И всяк проклинает свой трудный путь.

А сам ты полон страданий и ран,

Глаза застилает безумный дурман.

Хлебнуть бы последний крови глоток,

Пока судьба не спустила курок.”

То тише, то громче, взмывая вверх и падая вниз по дорожке из нот и октав, музыка и голос звучали, неизменно гармонируя между собой и стремительно приближаясь к апофеозу, что именуется припевом.

“Спроси у мертвецов

Про тени их грехов,

И сладко ли им спать,

И губы целовать.