– Думаю, ты излишне перестраховываешься, хотя определённая логика в твоих словах есть. Пожалуй, сниму обвес и уберу в сумочку. Запасной магазин в карман рубахи закину, вместо смартфона, а ствол подготовлю к стрельбе и на предохранитель поставлю. Понимаю, что техника безопасности, патрон в стволе и всё такое, но тут без вариантов. С ломиками, даже не знаю… – Михаил замолчал на несколько секунд, потом продолжил. – От их вида нормальный человек шарахаться не должен, ну а если на какой блокпост выйдем, то для бойцов на нём эти железки не угроза. Пока не ушли, глянь тряпку нормальную, чтобы было чем лицо замотать, если пылюга поднимется.
– Вафельное полотенце от рукомойника заберу. Пока не разжился торбой, в твою сумку засунем, – отреагировал на последнюю фразу Максимыч.
– Бытовой вопрос один остался. Хочется пить, но и отлить хочется ещё больше.
– Не проблема вовсе. Где вода знаешь, кружка на полке, а удобства за генератором. Там кабинка биотуалета стоит, на обычный крючок закрывается. Сам туда хочу заглянуть, – сообщил чоповец.
Далее мужчины начали действовать по намеченному плану. Немного пришлось повозиться, когда свои ломики приспосабливали в машине. Наконец, можно было выезжать за ворота, но в последний момент решили, что не помешает установить «сторожок» и на дверь «Бандерольки». Поэтому Михаил поехал сначала к ней. Выбираясь наружу, услышал вопрос Максимыча:
– Валера точно не очухается?
– Не знаю, когда я уходил, вёл себя тихо. Можем проверить, – ответил Михаил.
– Лучше проверить, так будет надёжней. Если обезумевший ещё жив, шум поднимет. Тела перемещать, так понимаю, не будем?
– Нет, хотя те, что у КПП, всё же стоит, если мы вернёмся. На таком тепле они скоро засмердят, – с этими словами Михаил достал фонарик, в правую руку взял гвоздодёр и направился внутрь клиентского зала. Максимыч с ломиком пошёл следом.
Внутри было темно и тихо. Световой луч разрезал узким конусом мрак, дверь подпёртая стулом была по-прежнему закрыта. Не растягивая процесс в томительных колебаниях, Михаил убрал стул и открыл дверь. В нос ударил неприятный запах, картина внутри помещения не поменялась. Два бездыханных тела, переживших странные метаморфозы, лежали на полу. В свете луча фонарика Михаил рассмотрел травму на затылке бывшего коллеги, через которую вытекло много тёмной крови. Разбитая голова одержимого добавки не требовала. Спутник то же взглянул на оба тела. Потом подошёл к буфету, забрал запечатанную литровую бутылку минералки без газа и три пачки крекеров. С нижней полки взял несколько новых пакетов, в один из них сложил всё подобранное. Подойдя к выходу, кивком головы предложил покинуть помещение. Более не задерживаясь, отправились на улицу. Максимыч приспособил контрольную щепку у входной двери и мужчины погрузились в машину. Взятые с собой пакет с крекерами и бутылку минералки Максимыч сразу распечатал.
Михаил, молча, тронулся и направил медленно машину на выезд. Выкатившись за ворота, фургончик остановился. Какое-то время осматривались каждый со своей стороны. В обозримом пространстве опасности не обнаружили. Водитель заглушил двигатель и, не вынимая ключа из замка зажигания, вышел на улицу. Спутник то же выбрался, продолжая оглядываться. Большая часть машин, вынужденных некоторое время назад остановиться из-за тумана, а потом и налетевшей песчаной бури, уехали. Как далеко и насколько успешно, не известно. Те же, что остались стоять на дороге, оказались довольно далеко. Михаил разглядел четыре справа и две слева. Из-за слоя песка, пыли и мусора сразу нельзя было разобрать, что это за авто. Главной же точкой притяжения внимания оказались лес и отсутствие хоть какого-то напоминания об окраине города. Максимыч первым отвлёкся от разглядывания панорамы. Негромко сказав «следи», направился к воротам, шаманить с раскладкой веточек, палочек, камешков и различного мусора в проезде. Предполагалось, что при помощи такой нехитрой «следовой полосы» они смогут заметить в случае возвращения, посещал ли территорию посторонний.
Тем временем Михаил переключился на последовательное изучение обстановки. Повернувшись в сторону складской базы, вёл взгляд, начиная от проезда и далее вправо, вслед уходящего в перспективу забора. Внешнее ограждение территорий, как и пространство между ним и объездной дорогой, забирало влево. Ширина своеобразной полосы отчуждения тоже менялась, но меньше двадцати метров, не составляла. До ближайшего въезда на территорию соседей отсюда было метров 250, а то и больше. Ворот не видно из-за изгиба ограды. Запылённое и присыпанное песком дорожное покрытие сливалось с ландшафтом, выделяясь лишь тем, что на нём отсутствовали трава, кусты и обычные неровности. В голове Михаила всплыла фраза одного из знакомых, применительно к подобному эффекту: «Палитра идентична, но текстура другая». Тут же её сменила более приземлённая мысль: «При недостаточной видимости на скорости по такой «текстуре» можно будет уехать в «идентичную», и не заметишь как…» Сделав себе мысленную зарубку, Михаил перевёл взгляд правее, на две обездвиженные машины. До первой было метров 150. Это оказался запылённый и замусоренный фургончик, типа его Ларгуса. За ним, что-то непонятное. Судя по форме и высоте какой-то небольшой грузовичок или автобус. Не заметив рядом человеческих фигур, посмотрел за дорогу. Там картинка не поменялась. Кусты, чахлые деревья, насыпь, местами просматривающееся железнодорожное полотно. В общем, ничего выдающегося и нового.
Солнце припекало. Воздух был насыщен испарениями влаги, исходящими от толком не оттаявшей земли после зимы. Несколько оттепелей успели согнать снег, но в затенённых и глубоких местах слежавшихся сугробов хватало. По крайней мере, так было, пока не случилось странное событие. Сейчас Михаил видел только большие лужи, в которых изредка попадались на глаза плавающие льдинки. Повернувшись, он посмотрел на объездную дорогу, уходящую вправо от проезда к складу «Бандерольки». В относительной близи ничего достойного внимания, зато на заднем плане стоял незнакомый лес. Чем правее сдвигался взгляд, тем линия из верхушек деревьев становилась выше. Потом образовывался некий провал. Проследив направление железнодорожных путей, отблёскивающих местами на солнце, Михаил понял, что железка идёт к нему и полностью пропадает из вида. Расстояние не позволяло разглядеть, заходят пути в лесной массив или обрываются перед ним. «Навскидку здесь чуть больше километра…» – подумал мужчина и переместил взгляд вправо. На удалении около двухсот метров замерла легковушка, дальше ещё одна, следом за ней, на весьма приличном расстоянии, какой-то фургон и ещё что-то, похожее на автобус. Все в песке и пыли, человеческих фигур рядом нет. Визуальная ширина объездной сужалась тем больше, чем дальше он старался её рассмотреть. Автомобильная двухполоска тоже упиралась в разрыв между деревьями примерно на том же расстоянии, что и железка, и вроде как даже имела продолжение в прямом направлении. В памяти Михаила услужливо всплыла картинка, много раз виденная с этой точки обзора. От поворота на склад «Бандерольки» автодорога шла параллельно ж/д путям примерно 1,3 километра, сворачивала вправо и выходила на перекрёсток с трёхполосным шоссе, идущим из города через путепровод сквозь промзону в область. Выбросив картинки воспоминаний из головы, мужчина сконцентрировался на том, что видит сейчас. Правее от автодорожного полотна лес тянулся довольно далеко, потом верхняя линия деревьев понижалась и пропадала из виду. Внешнее ограждение территорий промзоны заканчивалось, не доходя до деревьев. Получалось, что пропал не только город, но и кусок промзоны, а оставшийся фрагмент забора огораживал только три складские базы. На соседней располагались корпуса бетонных ангаров, таких же, что сейчас были рядом, только вот проезд к ним преграждали закрытые ворота. Две следующие были больше по размерам, но из-за расстояния и ракурса не выходило рассмотреть, открыты сейчас въезды к ним или нет.
От дальнейшего созерцания «нестыковок» отвлёк Максимыч. Подойдя к фургончику, он кивнул, давая понять, что закончил, и сел в машину. Михаил устроился за рулём, запустил мотор, тронулся с места, по привычке, включив правый поворотник. В его и без того тяжёлой голове творился сумбур.
Вылазка
Машина катилась медленно по дороге, оставляя за собой небольшие клубы пыли. Объехав, ближайшую легковушку Михаил притормозил.
– Смотреть будем? – обратился он к спутнику.
– Будем, только я сам. Через грязные стёкла там ничего не видно, дайка твою метёлку.
– Скорее это щётка или смётка. Она в багажном отсеке, в пакете лежит. Достать?
– Не нужно. Не глуши движок, следи просто за обстановкой, – продолжая говорить, Максимыч стал выбираться наружу, потом через боковую дверь фургончика достал нужный инструмент и направился к стоявшему чуть позади автомобилю, основательно запорошенного песком и мелким мусором. Проделав несколько манипуляций щёткой со стёклами легковушки, он достаточно быстро вернулся:
– Поехали. Помогать там некому, если только прибить и поискать что-то полезное.
– Когда ты стал смёткой там по стеклам махать, машину явно качнуло, я по зеркалам заметил.
– Переродившийся в тварь за рулём пристёгнутый сидит. Он дёрнулся, когда меня увидел, – пояснил охранник.
– У следующей притормаживать? – поинтересовался Михаил.
– Не уверен.
– Ты фигуру слева от грузового фургона впереди видишь? У него ещё водительская дверь немного открыта.
– Отсюда, нет. Давай остановимся от него метров за пятьдесят, – предложил Максимыч.
Михаил объехал попутно стоящую легковушку и, не доезжая до грузовика, затормозил. Слева от машины стоял мужчина, перекатываясь с пятки на носок и обратно, повёрнутый корпусом в противоположную сторону. Среднего роста, обычного телосложения, в демисезонном комбинезоне с каким-то логотипом на спине. На голову надета тонкая вязаная шапочка. Услышав звук приближающегося мотора, незнакомец начал разворачиваться, и стало ясно, что это переродившийся. Михаил заглушил движок, поправил, переброшенную за голову лямку сумки, кинул взгляд на соседа. Мужчины молча вышли из авто, вооружились каждый своим инструментом и выдвинулись по дороге вперёд. Существо в человеческом теле направилось навстречу дёрганными, плохо синхронизированными движениями, урча и протягивая руки. Максимыч перехватил поудобнее ломик и сказал: «Я начинаю, ты страхуешь. У тебя гвоздодёр короче, с боку старайся обойти». Отведя руки с инструментом для удара, мужчины приблизились к медленно ковыляющему существу. Когда до обезумевшего оставалось около пяти метров, Максимыч вышел вперёд, привлекая внимание на себя. Михаил не сводил глаз с переродившегося, отслеживая действия спутника. Чоповец подобрался для удара, но тут тварь резко дёрнулась в его сторону. Ломик охранника вместо головы попал по верхней части плеча. Существо качнуло, левая рука обвисла, по инерции оно сделало пару шагов, поворачивая голову в сторону обидчика. Михаил воспользовался моментом. Быстро сократил дистанцию и сильным ударом в затылочную часть проломил твари голову. Обмякшее тело упало на дорогу, подняв пыльное облако. Конвульсивные движения конечностей и вытекающая тёмная кровь из раны сообщили всем заинтересованным, что с этим переродившимся покончено. Максимыч вытер выступившую испарину на лбу, оперся на ломик и, глядя на валяющееся тело, сказал:
– Резкий, падла.
– А сначала шкандыбал как инвалид, – заметил Михаил и спросил. – Как думаешь, есть в кабине ещё кто?
– Пойдем, проверим, – предложил охранник.
Мужчины пошли к приоткрытой водительской двери, обходя её по дуге.
– Максимыч, страхуй, – Михаил левой рукой распахнул дверь, сжимая правой гвоздодёр, и спустя секунду констатировал очевидное: – Никого.
– Кабину глянешь на полезное?
– Ну, раз уж я почти в ней, конечно, – с этими словами Михаил залез внутрь кабины грузовика.
Первым на глаза попался смартфон водителя, вставленный в держатель на панели, включённый в режиме навигатора. Значки сотовой сети и приёма сигнала от спутника были неактивны. В кабине Газона Некст, а именно этой маркой оказался грузовик, особо куда-то складывать полезные в дороге устройства и вещи места не было. Это упростило задачу. Небольшая сумка из брезентовой ткани с клапаном на застёжке лежала на пассажирском сиденье. Разбираться с содержимым Михаил не стал. Подхватив находку за ремень, он протянул её Максимычу, подошедшему к дверному проёму:
– Посмотри сам, что нужно – забирай. Сумка не большая, но вроде годная.
– Сейчас гляну. Есть что ещё?
– Ничего. Ключей нет, наверно, они в кармане у того тела, что сзади валяется, остались, но нам этот агрегат без надобности. В будку фургона хочу заглянуть, – ответил Михаил.
– Хорошее дело. В сумке, кстати, кроме пары бутербродов и начатой бутылочки газировки ничего полезного, – сообщил Максимыч.
Михаил выбрался из кабины, направляясь к машине сзади. Распахнутая дверь фургона представила обзору мужчин его нутро. Там оказались какие-то строительные смеси в мешках на паллетах. Вникать не стали, вернулись в Ларгус.
– У автобуса вроде никто не топчется, – сказал Михаил.
– Да и я не видел, – подтвердил чоповец.
– Проверяем?
– Давай, только осторожно. Подъедешь, за ним встань.
Не спеша и не поднимая много пыли, фургончик подкатился к автобусу, встав сзади метрах в десяти. Сквозь грязные задние стёкла было плохо видно, есть ли кто в салоне. Мужчины, прихватив свои железные аргументы, обошли его слева. В передней части салона угловатыми несуразными движениями пыталось перемещаться существо в человеческом теле. Не сговариваясь, спутники развернулись, возвращаясь в свою машину.
Максимыч прокомментировал увиденное:
– Переродился водитель.
– Да, и похоже, он там один, – согласился, дополняя спутника Михаил.
– Автобус-развозка от предприятия, ехал в город, своих забирать. Я его часто видел.
– Я тоже встречал. Ворота соседей, кстати, закрыты.
– Ага. Есть ли кто там нормальный, не поймёшь. Зато, на следующей базе ворота открыты, до них тут по прямой метров сто. Но я в их проёме никого не вижу и движений не заметил, – сказал Максимыч.
– Поедем дальше? Лес совсем близко, метров 400, – поинтересовался Михаил у спутника.
– Поедем. Только ты туда не заезжай, нужно осмотреться и прикинуть, стоит ли соваться. Не было тут ничего подобного раньше.
Мужчины вернулись в фургончик, водитель сел за руль, запустил мотор. Машинально кинув взгляд в левое зеркало заднего вида, объехал автобус. Неспешно Ларгус добрался до кромки леса. Въезд на последнюю базу, расположенную с этой стороны объездной, был закрыт массивными воротами. С её территории внимание к себе никто не привлёк, поэтому спутники сосредоточились на невиданном ранее. Автомобиль не докатился до необычного стыка двух участков земли метров десять. Михаил заглушил двигатель, взял гвоздодёр и выбрался наружу.
Было тепло, пахнуло свежестью леса и зелени. Глаза рассматривали большой массив смешанного типа деревьев. Лёгкий ветер шевелил растительность. На его незримые прикосновения она отзывалась шелестом листвы и плавными движениями веток и стеблей. На открытых местах буйно росли травы. Справа негромко хлопнула дверь. Максимыч тоже выбрался из машины, чтобы осмотреться. Михаил сосредоточился на срезе почв, похожем на длинную трещину с осыпавшимися краями. Местами её было не разглядеть, а где-то образовалась приличная ступенька. Перевёл взгляд на асфальт. После странного стыка он продолжался, но совсем другого качества. Во-первых, дорога стала трёхполосной. Правый её край упирался в сточную канаву объездной и почву с прошлогодней пожухлой травой. Во-вторых, бросалось в глаза отличие по цвету, структуре и состоянию дорожного покрытия. Непонятно откуда взявшееся шоссе выглядело свежим. Место перехода имело ступеньку, возвышавшуюся с противоположной стороны минимум на пять-шесть сантиметров. Вертикальный срез для колёсной техники, особенно для легковушек, двигающихся на скорости, представлял собой препятствие, которое без последствий вряд ли бы удалось проскочить. В голове Михаила промелькнула мысль: «Штампованные диски от удара о такой «нежданчик» замять может». Вглядываясь в перспективу дороги, он не узнавал её: «Очень странно это всё. Как будто кусок другого незнакомого места рассматриваешь вживую, не покидая своего привычного островка» – подумалось ему. Спутник первым нарушил затянувшееся молчание:
– Как тебе вид, Михаил? – вдогонку охранник приправил вопрос забористым многоступенчатым выражением, где приличным было только «в» и «на».
– Ну, ты завернул. Если ты про местность, не узнаю её.
– Иногда без этого никак, – сказал Максимыч, сняв форменную кепку, приглаживая рукой короткий ёжик седеющих волос на голове.
– Есть такое. Ты направо глянь, как тебе забор обрезанный? – Михаил жестом руки продублировал сказанное.
Стык земель, уходящий вправо, перерезал железобетонное ограждение и всё, что было на его пути. Линии электропередач оказались разомкнуты. Провода крайних к границе опор легли на землю или свисали вниз.
– Посмотрел. Слева не лучше, железка превратилась, чуть ли не в тропу, – отреагировал чоповец.
Михаил повернулся в сторону железнодорожного полотна, и тоже высказал фразу на могучем и великом в непечатном формате. Продолжением путей была просёлочная дорога, уходящая в лес. Скорее даже колея, с пробивающейся по её середине травой.
Голова постоянно напоминала о себе болезненными ощущениями. Тут она потребовала сделать паузу. Михаил повернулся в сторону машины, позвав спутника жестом вернуться в авто. Однако Максимыч сначала подошёл вплотную к стыку автодорог и пальцами потрогал торец среза. Некоторое время что-то разглядывал и только потом вернулся к машине.
– Что там за бутерброды попались? Давай их глянем, – предложил Михаил спутнику.
– Давай.
Мужчины сели в машину, охранник извлёк из сумки, прихваченной в грузовике, два обычных бутерброда и бутыль с газированной водой. Еда немного взбодрила.
– Максимыч, что думаешь об этом?
– Не знаю, с какого конца мысль ловить, да и голова, как чугунная. Пьёшь и не напиваешься. Только ссать потом бегаешь. С едой тоже странно. Организму перекус вроде нормально зашёл, но тошнота периодически накатывает.
– Та же ерунда. Насчёт, отлить, спасибо что напомнил. Кстати, там лето, – сказал Михаил, указывая рукой на лес.
– Да вижу. На этой стороне считай уже тоже. Температура больше двадцати. Это немного проясняет сильный ветер, налетевший после светопреставления в тумане.
– И как же? – спросил Михаил.
– Не знаю, как куски разных территорий друг к другу попали, но то, что у нас было около плюс трёх, а у них, – кивок в сторону леса, – не меньше плюс двадцати пяти, очевидно. Отсюда вышел перепад давления.
– Откуда тогда столько песка на нашу голову прилетело?
– Песок наш, скорее всего. Посмотри, даже за тем забором, что обрезан, торчат большие кучи его и щебня. Видно покрытие площадки погрузочной переделать решили или ещё что строить собрались. По промзоне таких больших песочниц на территориях может быть ни одна и ни две. На ЖБИ сыпучки шло валом, чтобы бетонные плиты и блоки лепить. Ещё они бетономешалками много раствора возили под заказ. Того же песка горы уходили, – высказал свои соображения Максимыч.
– По наличию песка в промзоне, скорее всего, ты прав, непонятно другое. Мы попали в плотный вонючий туман и непостижимым образом оказались рядом с неизвестной местностью. Как это вышло, не знаю. Если в результате непонятного нам процесса склеились две территорий с разными температурами и атмосферным давлением, то почему такие завихрения возникли? По идее воздушный поток хлынул бы в одну сторону по аналогии с водосбросом. За зданиями или препятствиями, понятно, без них бы не обошлось, но то, что происходило в небе, больше походило на шторм, – рассуждал вслух Михаил.
– Намекаешь, что мог быть встречный поток? – спросил чоповец, посмотрев на водителя.
– Да, со всеми вытекающими. Пойду я всё же освобожусь от излишка жидкости в организме.
– И я тоже.
Спустя некоторое время мужчины, стоя рядом с фургончиком, в очередной раз оглядывали окрестности.
– Поедем на заправку? – спросил Михаил спутника.
– Почему туда?
– В магазине при ней что-то получше наших ломиков найти можно, да и много чего ещё. Возможно, кого-нибудь из нормальных людей встретим.
– Давай, а то время тикает. Пока светло, стоит выяснить, что вокруг нас творится, – сказал Максимыч.
Загрузившись в машину, водитель-экспедитор и охранник поехали обратно. На отрезке объездной до поворота на склад «Бандерольки» ничего нового не увидели и проскочили дальше. Несколько раз попадались стоящие машины, засыпанные мусором и песком. Рядом с одной из них, со стороны открытой пассажирской двери, стоял человек, невысокая женщина. Ещё издалека спутники заметили, что она перекатывается с носка на пятку и обратно. Когда подъехали ближе, дама проявила интерес к звуку мотора, развернулась и, дергаными движениями, заковыляла наперерез. Поддав газу, Михаил прибавил ход, чтобы не столкнуться с переродившейся. В зеркало заднего вида он наблюдал, как существо прошло вслед несколько метров и остановилось. Некоторое время спустя, мужчины миновали т-образные перекрёстки, от которых вглубь застройки уходили проезды. Лишь в одном из них на приличном удалении на глаза попался неподвижный автобус.
– Максимыч, от сетевой АЗС до АТП, где ты утром пост сдал, недалеко. После стоит туда заехать, – предложил Михаил, всматриваясь в окружающую обстановку.
– Дельная мысль, – согласился спутник.
К заправке подкатывались не спеша. Михаил скинул скорость до черепашьей, когда АЗС была в ста метрах прямой видимости. Сооружение, как и прочие, оказалось полностью обесточено. Покрытое песком с мусором оно резко контрастировало с тем, что мужчины видели до того, как попали в туман. Под длинным козырьком около трёх из четырёх имеющихся топливораздаточных колонок стояло по машине. Легковой корейский седан, с открытым баком и торчащим из него заправочным пистолетом, располагался ближе всего ко входу в торговый зал АЗС. Дальше от него стоял микроавтобус Форд Транзит. Шланг к его баку протянут не был. Третьим оказался Ларгус фургон с логотипом «Бандеролька» на борту. Крышка лючка доступа к горловине его бензобака тоже была закрыта. Чуть впереди машин стояли две человеческие фигуры, попеременно перекатывающиеся с пятки на носок. Одна из них показалась Михаилу знакомой: «Тот самый парень в кожанке, джинсах и фирменной бейсболке их компании, что встретился на выезде с АТП. Николай, вроде. Не уверен, он из новеньких, был…» – ворохом промелькнули мысли в голове. Вторым, точнее второй, была дама средних лет в добротной демисезонной куртке и джинсах. Судя по угловатым движениям, уже не человек. Сомнений не оставалось, перед ними пара существ алчущих чужой плоти. Сквозь запылённые витрины торгового зала заправки было видно как минимум ещё две фигуры недалеко от входной двери. Положение их тел говорило о том, что они кого-то ели. Максимыч то же впился взглядом в открывшуюся картинку, сказав:
– Заглуши пока. Нужно прикинуть, как быть.
– Ага, – Михаил повернул ключ в замке зажигания и остановил катившуюся на нейтралке машину.
– Вот, что я думаю. Тут вариантов вижу два, если не рассматривать вариант тупо уехать.
– Говори.
– Первый, дурной, но может сработать. Кавалерийский наскок. Влетаем на площадку заправки, разбираем по одной цели. На шум могут отреагировать и выйти переродившиеся изнутри. Дверь открывается наружу и не задержит их. Поэтому с первой парой нужно управиться быстро, чтобы встретить подоспевших из помещения. Далее проверяем зал, – сказал Максимыч.
– А второй? – не скрывая скепсиса, спросил Михаил.
– Подъезжаем к стоящей парочке, провоцируем их двинуться за нами. Оттягиваем их подальше и выводим из списка противников. Потом возвращаемся и встречаем оставшихся.
– Есть вероятность, что на нас вся замеченная четвёрка наведётся. Не получится так, что мы паровозик соберём?
– Согласен. Есть такой риск. С четвёркой тварей не хотелось бы связываться совсем.
– Тогда первый вариант выглядит предпочтительней. Хотя есть не маленький шанс нажить проблем и их может быть больше, чем нам удалось разглядеть.
– Озвучь своё виденье, – попросил охранник.
– Пускай они пока нас тут подождут, а мы сначала в АТП заедем, – предложил Михаил.
