Машамиэль одним движением смел с топчана на пол разложенные там книги и уселся, удовлетворенно рыкнув. Шустрый Бес пристроился в уголке на стопке тех же книг.
– Мы к тебе пришли поговорить, – пробасил Машамиэль. Красноречием он никогда не отличался. – Ты это…
– Давай лучше я скажу, – голос у Шустрого Беса был тонкий, под стать фигуре. – Ты знаешь, Дагр, что мы к тебе относимся хорошо, можно сказать, даже уважаем.
Здоровяк согласно закивал.
– Ты на курсе – самый умный и талантливый. Да-да, ходит такое мнение, – подтвердил он в ответ на протестующий жест Даграэля. – И можешь стать одним из лучших экзекуторов. Был даже слушок, что тобой интересовался сам Гейзенель.
Даграэль стоял в углу комнаты (сесть больше было некуда). Ему нравилось жить в столице, учиться, рыться в книгах, узнавать новые или давно забытые факты. Да и что говорить – питаться так. В приюте, он о таком не мог и мечтать. О дальнейшей своей судьбе он пока еще ни разу не задумывался. И то, что его считают умным и перспективным, было для него новостью. Особенно после разговора с наставником.
– Вот это, – продолжал Шустрый Бес, – многим очень не нравится. Царагель, к примеру, просто места себе не находит.
Царагель, высокий красавец-демон, был лидером курса до появления Даграэля.
– Цар слишком много о себе возомнил, – сообщил Машамиэль, – отец у него какая-то шишка в столичном управлении. Он у меня девчонку увел. Вот возьму и вызову его…
Вызовы и следовавшие за ними поединки были у демонов обычным делом. Происходило все просто. На расстоянии пяти шагов проводились две линии. Каждый из поединщиков занимал позицию перед своей линией. Целью было волевым усилием вытолкнуть противника за его линию. Кто это делал первым, тот объявлялся победителем.
– Цар тебя столкнет, даже особо не напрягаясь, – махнул рукой Шустрый Бес. – Тут ведь не физическая сила нужна. Да что я говорю, ты и сам это прекрасно знаешь! Это в древние времена, все решалось мускулами и клыками.
Маш промолчал. Видно было, что он явно жалеет, что эпоха мускулов и клыков ушла в прошлое.
– Чего Цар от меня хочет? – спросил Даграэль у Шустрого Беса.
– Чтобы ты исчез, я полагаю. Вернулся в свое нигде, откуда ты так некстати появился. Это ведь его вроде как планировали сделать ассистентом Гейзенеля. Понимаешь, к чему все идет?
– По своей воле я никуда не уеду! – второй раз за сегодняшний день сказал Даграэль.
– О чем ты? Разве мы об этом говорили? Конечно, ты никуда не поедешь! Нужно подумать, как тебе вести себя здесь.
– Я тоже так думаю, в том смысле, что Дагру бежать не надо. Слишком многого захотели!
– В конце концов, наплевать мне на этого Царагеля, – Даграэль начал выходить из себя. – Мало ли чего он хочет! Что он вообще мне может сделать?!
– Не знаю, – ответил Шустрый Бес. – Это меня и тревожит. Он что-то замышляет. Маш сегодня слышал один странный разговор. Но, к сожалению, мало что понял.
– Царагель стоял с одним демоном, – перебил его Машамиэль. – Я его первый раз видел. Они говорили о тебе.
– Что говорили? – Даграэль почувствовал нарастающую тревогу.
– Ну, понимаешь, я не очень расслышал. Я ведь просто мимо проходил…
– Главное и так понятно, – озабоченно сказал Шустрый Бес. – Царагель что-то замышляет. Тебе следует быть осторожным.
Да что они сговорились? Опять его предупреждают! Как тут все сложно! В приюте конфликты и ссоры между демонами случались нередко. Но там все решалось просто – с помощью кулаков. А здесь – Академия! Столица! Он в сердцах сжал кулак и покрутил им перед собой. Машамиэль посмотрел на него с уважением.
– А может, мне его просто вызвать? – сказал Даграэль. – На поединок по всем правилам. А?
Шустрый Бес задумался надолго. Машамиэль сидел тихо, как мышка, только очень большая. Сразу стало ясно, кто из всех троих присутствовавших в комнате демонов старший.
– Нет, – сказал он, наконец. – Рано. Ты еще не готов. Скажи, сколько у тебя поединков на счету? Вот то-то. А Царагель – боец опытный. Сомнет.
– Подавится.
– Может и так. Но это ничего не изменит. Он еще больше озлобится…
– Хватит про Цара, – прогудел Машамиэль. – Надоело. Предупредили Дагра и все тут.
– Хватит, – согласно кивнул Шустрый Бес. – Мы ведь, Дагр, пришли не только пугать тебя, а пригласить с собой. Через три дня – последний день занятий, потом отдых почти целую неделю. Ты, наверное, собирался все это время с книгами просидеть, верно?
Даграэль кивнул.
– Слушай, Дагр, – неожиданно спросил Машамиэль, – зачем тебе все это? – Он обвел огромной лапой широкий круг. – Не понимаю.
– Ты про книги?
– Ну да.
– Как тебе объяснить, – Даграэль на минуту задумался. – Понимаешь, в книгах вся история, вся жизнь. Из них можно попытаться понять, откуда мы взялись, что делаем, к чему стремимся. Кто мы такие, в конце концов. Почему именно нам предначертано карать и наказывать. Что такое грех, что должен совершить человек, чтобы его душу отправили сюда на муки. Кто именно вершит Высший суд, как он проходит…
– Остановись! – прервал его Шустрый Бес. – Ты задаешь слишком много вопросов.
– Разве есть вопросы, которые нельзя задавать?
– Есть. А то напорешься на то, что ни тебе, ни нам знать не нужно.
Даграэль был поражен. Впервые он услышал, что существует знание, на которое наложен запрет.
– Кто же может сказать, что дозволено изучать, а что нет?
– Наставник, конечно.
Даграэль задумался. В комнате повисло молчание. Машамиэль, не умеющий долго сидеть просто так и думать, подобрал с пола самую большую из книг в темном чешуйчатом переплете.
– Это про что?
– Описание монстров, – рассеянно пояснил Даграэль. – Видишь ли, в древности грешников карали не только огнем и раскаленными углями. Были выведены самые разные чудовища, которые грызли, рвали и заживо поедали грешников. Был такой вид наказания.
– Средневековье! Дикость! – поморщился Шустрый Бес.
– А мне нравится! – повел могучими плечами Машамиэль. – Это же здорово! Чудовища с когтями, пастями и клыками рвут грешников! Крылья у них были? – деловито осведомился он.
– У некоторых.
– Слушай, а сейчас таких монстров не осталось?
Даграэль хотел ответить, но увидев выражение на лице Шустрого Беса, понял, что этот вопрос тоже относится к таким, на которые лучше не отвечать.
– Ну, вот что, монстр, – сказал Шустрый Бес, обращаясь к Машамиэлю, – за всеми этими дурацкими разговорами мы опять забыли, зачем пришли.
– Да, – оживился Машамиэль, – это вы меня с толку сбили. Дагр, мы собираемся в первый свободный день отправиться в Зону Комьюн (zone Commune). Ты ведь раньше там не бывал?
Зоной Комьюн (zone Commune) называлась территория между мирами, где беспрепятственно могли встречаться демоны и анджелы в облике людей, который они принимали, проходя каждый через свои врата. Именно там проходили переговоры между анджелами и демонами, встречались ученые обоих миров. Даграэль много слышал об этом месте, но никогда там не был.
– Нет.
– Пойдем с нами, – Машамиэль подался вперед. Было видно, что данная тема его очень занимает. – Отдохнем! Девчонки там бывают, знаешь какие?! Что наши, что анджельские. Не пожалеешь! А книги свои еще успеешь почитать, никуда они не денутся.
– Наш монстроподобный друг описал ситуацию как нельзя лучше, – усмехнулся Шустрый Бес. – Изучение манускриптов и инкунабул – вещь бесспорно очень интересная и нужная, но паузы, безусловно, необходимы. Тем более что острота восприятия после такой разрядки заметно повышается. У меня там несколько не очень важных, но обязательных дел. А Маш, как всегда, желает просто отдохнуть. Пойдешь?
Даграэль согласился. Он и сам давно хотел побывать в этом загадочном для него месте. Воспитатель в приюте не рассказывал о нем ничего. Зато здесь, в Академии, он наслушался столько разных рассказов, что уже не знал, чему верить. Преподаватели и наставники частое посещение Зоны Комьюн не приветствовали, хотя и препятствий не чинили. В одиночку пойти туда Даграэль не решался, а тут такой удобный случай. Договорились встретиться через три дня рано утром у дверей Академии.
* * * * *
Спуск казался бесконечным. Крутые каменные ступени, истертые и выщербленные вели вниз, вниз. Кое-где глухую тьму рассеивал свет неугасимых факелов, вставленных в грубые железные кольца, чаще же приходилось двигаться наощупь, держась поближе к стене. Спускались медленно. Некоторые студенты держались друг за друга, чтобы не упасть на неровных разной высоты ступенях. Зато Шустрый Бес ловко переступал с одной на другую, несмотря на больную ногу. Даграэль осторожно шел чуть позади от всех. Он обладал неплохим ночным зрением, но здесь, на Великой лестнице, тьма была какая-то особая, густая, даже лучи неугасимых факелов справлялись с ней с трудом.
– Не торопитесь, – проговорил шедший впереди и почти невидимый наставник, проводивший сегодняшнее практическое занятие. Голос его во тьме звучал странно глухо. – Шестой круг уже близко.
Даграэль и сам это чувствовал. Чем ниже они спускались, тем больше ему становилось не по себе. Началось это с полчаса назад и усиливалось с каждым поворотом, каждой новой ступенью. Один пролет лестницы, второй… В глаза ударил яркий свет и одновременно на них обрушился ментальный удар, от которого у Даграэля сердце сначала сжалось, а потом ухнуло куда-то вниз. Украдкой бросив взгляд на остальных членов группы, он с облегчением увидел, что и те испытывают нечто подобное. По внезапно посеревшему лицу Машамиэля катились крупные капли пота. Мургон сделал движение в сторону лестницы, но его удержали.
– Итак, перед вами Шестой круг наказаний, – сухо сказал наставник. Он остановился, обвел взглядом группу. – Сегодняшнее занятие посвящено именно ему. От первых пяти он отличается… никто не хочет сказать, чем?
Куда там! Все молчали, переглядывались, кто-то нервно облизывал губы. Постепенно Даграэль почувствовал, что все взгляды устремлены на него. Что ж…
– Шестой круг, – неуверенно начал он, не узнавая собственного голоса, – первый из по-настоящему суровых. Здесь происходят наказания средней степени тяжести… – проговорил он фразу из учебника, а сам подумал: «Ничего себе средней! Да тут даже воздух пропитан жутью. Что же дальше, на нижних кругах?!»
– Добраться к Шестому кругу можно по Великой лестнице, продолжал Даграэль уже увереннее, – коя принизывает все круги, от низу до верху. К работам в этом круге допускаются наказующие демоны не ниже третьего разряда.
– Неплохо, – удовлетворенно кивнул головой наставник. – А теперь следуйте за мной.
Постепенно пришедшие в себя студенты, наконец, смогли оглядеться. Они стояли на площадке, а там внизу расстилалась бесконечная равнина, каменистая и безжизненная. Тяжелое низкое небо, острый безжалостный свет, бьющий неизвестно откуда, ибо ни солнца, ни других светил здесь и в помине не было. Поначалу Даграэлю казалось, что вокруг, сколько хватает глаз, нет ни души. Он уже хотел обратиться с вопросом к Наставнику, когда разглядел далеко внизу возле груды камней несколько черно-серых фигур. Демоны. Они стояли неподвижно воздев руки над головой. Знакомая классическая поза для совершения Наказания. Но над кем? Ведь вокруг пусто! Или… Какие-то тени с самого края поля зрения. Он стал по-разному фокусировать взгляд – ближе, дальше, вбок и вдруг увидел. Вся равнина была заполнена людьми, полупрозрачные силуэты которых сливались с камнями, песком. Грешники. Да их тут десятки, сотни тысяч! Один из демонов протянул руки вперед, будто отталкивая что-то, и над равниной пронесся то ли вопль, то ли стон, исполненный страдания. За спиной Даграэля кто-то судорожно вздохнул. Их учили, готовили. Они все знали. Каждый из них уже проводил наказания на первом, а то и на втором круге. Но то, с чем они столкнулись здесь, оказалось совершенно иным. Никто из академистов не ожидал таких волн ужаса, отчаяния и безнадежности. Лишь Шустрый Бес как ни в чем ни бывало стоял на самом краю площадки и равнодушно поплевывал вниз. Весь вид его говорил о том, что все окружающее ему не в новинку. Ничего странного в том не было – Шустрый Бес был намного старше всех студентов и в жизни повидал немало. Отчего в таком возрасте он решил пойти учиться на наказующего для всех оставалось загадкой. Удивительным было поведение Царагеля, который посматривал на растерянных студентов с превосходством и пренебрежением.
«Неужели этот щеголь уже бывал в нижних кругах? – подумал Даграэль, – Но когда? А Шустрый Бес – хорош, мог бы и предупредить о том, что здесь ждет!»
Наставник тем временем уже спускался по крутой узенькой лесенке. Студенты потянулись за ним. Дальнейшее случилось очень быстро. Один из демонов, выделявшийся своим ростом даже издали, воздел руки и что-то выкрикнул. Грешные души ответили таким ужасным стоном, что Мургон, уже собравшийся было спускаться, не выдержал. С нечленораздельным криком он повернулся и бросился обратно к Великой лестнице. Оказавшегося на пути Царагеля он оттолкнул с такой силой, что тот отлетел к краю площадки, взмахнул руками пытаясь удержать равновесие. И, возможно, лежать бы ему с переломанными костями, а то и с пробитой головой, если бы оказавшийся поблизости Даграэль не успел перехватить в полушаге от пропасти. Ухватил и удерживал, пока подбежавшие демоны практиканты не оттащили обоих от опасного края.
Царагель судорожно хватал ртом воздух, но дикий страх, колыхавшийся в его глазах, постепенно затихал. Его спрашивали о самочувствии, заглядывали в глаза, а он только кивал, как заведенный, не в силах произнести ни слова.
– Ну, скоро вы там?! – послышался снизу голос наставника, который то ли не заметил происшествия, то ли решил не придавать ему значения. Практиканты потянулись вниз. Царагеля бережно поддерживали под руки двое из тех, кто все время старались держаться возле него.
– Зачем? – тихо проговорил Шустрый Бес, когда они с Даграэлем остались на площадке одни.
– Что – зачем?
– Зачем ты бросился спасать его? Жизнью своей рисковал, ведь могли упасть вниз вместе.
– Как-то не подумал, – признался Даграэль, – все само получилось.
– Плохо. Думать надо всегда. Теперь он тебе этого не простит. Унижение, а он это происшествие расценит именно так, иногда хуже смерти.
– Что же, надо было дать ему упасть и разбиться?
– Может быть. Разве ты забыл, о чем мы говорили вчера? А тут такой случай! Эх!!! – Шустрый Бес в сердцах махнул рукой и стал спускаться.
«А он, пожалуй, прав, – проговорил задумчиво Голос Разума, – упал и упал, наше какое дело? Вот увидишь, это благородство ничем хорошим не кончится».
Даграэль только вздохнул и двинулся следом. Что такого? Ну спас столичного щеголя и ладно. Он попытался понять, зачем это сделал, и не смог. Так получилось. Как будто что-то двигало им помимо его воли. Самое простое объяснение – судьба. Придя к такому умозаключению, Даграэль успокоился, решив, как можно скорее забыть странный инцидент. Ничего плохого ведь не случилось.
Он еще не знал, как ошибается. Впрочем, изменить он все равно ничего бы не смог.
* * * * *
Весь следующий день тянулись однообразные и донельзя скучные лекции по теории ментального поля. Лекторы, как на подбор, оказались косноязычными и, по мнению Даграэля, весьма посредственно знали свой предмет. Ни Шустрого Беса, ни Машамиэля на занятиях не было.
Вечером он выбрался из города и пошел прогуляться по окрестностям. Недавно Даграэль обнаружил неподалеку место, где можно при определенной ловкости перебраться через городскую стену. Кладка там выкрошилась, несколько каменных глыб упали. И не нужно идти пару часов до ближайших городских ворот, которые именовались Полуденными. Эти места Даграэль уже успел полюбить. Было там неподалеку изумительной красоты лавовое озеро. Берега его окружали дикие скалы из ноздреватого черного с фиолетовым отливом камня. Изредка то в одном, то в другом месте взлетали ввысь фонтаны кипящей воды, обрушивались на скалы, стекали в озеро. Вода с яростным шипеньем испарялась, превращаясь в белесый пар, на котором играли желто-красные отблески кипящей лавы. Даграэлю нравилось гулять по этим местам, но такое случалось нечасто…
Зловещие тени пронеслись в нескольких шагах. Пятеро демонов выступили из тумана и преградили дорогу. Один уверенно выступил вперед и остановился, небрежным жестом скрестив руки на груди. Узнав его, Даграэль почему-то даже не удивился. Царагель. Дорогая расшитая золотой нитью одежда. Тонкой выделки сапоги забрызганы местной черно-коричневой грязью. В глазах откровенная ненависть. Прав оказался Шустрый Бес. Не рискнул бы вчера жизнью, спасая этого щеголя, не стоял бы сейчас перед зловещей компанией. Никто не знал, что Даграэль направится именно сюда. Значит за ним следили. "А ведь я с ними не справлюсь," – мелькнула нехорошая мысль. Четыре здоровенных демона. Царагель – не в счет, он руки и одежду пачкать не будет. Если кинутся все сразу… Тело потом можно утопить в лавовом озере без следов.
Не кинулись.
– Ба, да это сам Даграэль! – прервал затянувшуюся паузу Царагель. – Гуляешь?
– Гуляю. Если ты не против.
– А если я против?
– Тогда тебе придется смириться с тем, что я гуляю здесь, не спросив у тебя разрешения.
– Ты мне дерзишь?
Где-то внутри Даграэля нарастали возмущение и злость, и ему уже приходилось немалым усилием воли оставаться подчеркнуто спокойным. Он ничего не ответил, просто стоял и ждал.
– Знаешь, чего я хочу? – осведомился Царагель.
– Конечно, – усмехнулся Даграэль. – Чтобы я по своей воле бросил Академию и уехал из Арганады.
– Не-е-ет! Зачем желать того, чего никогда не будет. Я имею в виду, что по своей воле ты не уберешься отсюда. Я это знаю.
– Тогда зачем ты пришел? С такой свитой? Похоже, ты меня боишься.
– Я никого не боюсь. А пришел я вот зачем. Почему бы нам не решить нашу маленькую проблему простым поединком? Проигравший покинет Академию и уедет из Арганады. Добровольно и навсегда. Что скажешь?
Тут Даграэль удивился по-настоящему. Даже злость пропала. Неужели этот столичный щеголь рискнет всем своим положением и карьерой только ради того, чтобы попытаться убрать его? Странно… Несмотря на сомнения, которые высказывал Шустрый Бес, в своих силах Даграэль был уверен.
– Я согласен, – коротко сказал он.
– Очень хорошо, – моментально подхватил Царагель. – Значит, ты вызываешь меня на поединок, главное условие которого таково – проигравший навсегда покидает столицу.
