– Селестина!
– Позволь мне договорить, дорогая Вивьен! – сестра злобно посмотрела на меня, после чего повернулась к Медалин. – Николас выберет меня. Я идеальна для него. Я была рождена, чтобы стать его королевой. И будь уверена, я ей стану. А ты вернёшься домой на юг. Будешь любовницей молодого короля. Слышала, он вожделеет от подобной женской дерзости. Родишь ему тёмненьких бастардов. А потом тебя убьют, потому что король найдёт девушку поэкзотичнее. Такова твоя судьба.
В одно мгновение Медалин достала из под платья маленький кинжал, схватила Селестину за плечо и приставила к её горлу холодную сталь.
Претендентки закричали.
Моё сердце сжалось.
– Как ты станешь королевой, если я прямо сейчас перережу тебе глотку? – Медалин прошептала ей в губы.
– Мы обе знаем, ты не выйдешь живой из бального зала.
Во имя всех святых.
– Моё имя Селестина Гроссо. Я дочь герцога Гроссо, десницы короля Адории и главы королевского совета. Я племянница Вероники Гроссо, правительницы Горных Вершин. Я будущая жена наследного принца династии Дюран.
Её ровный голос внушал страх. В тёмных глазах играли искорки безумия. А от лёгкой улыбки по телу пробежали мурашки. Селестина выглядела спокойной. И это спокойствие было до сумасшествия пугающим.
– Убив меня, ты развяжешь войну между Эдартисом, Адорией и Горными Вершинами. Ты готова взять на себя ответственность за погибших солдат в этой войне? Абсолютно каждый человек в твоей стране будут считать тебя предательницей. Возненавидят твою семью. Они станут изгоями в Эдартисе, потеряют всё своё богатство. Ты готова к этому, Медалин?
Даже с приставленным к горлу кинжалом, Селестина упивалась своей властью, разливая яд красивым голоском. Она смаковала каждое слово, чувствуя собственное превосходство.
Глаза Медалин сузились. Ее хватка ослабла.
Франциска отпустила меня, подошла к подруге и аккуратно забрала кинжал из её рук.
– Я так и думала. – Селестина поправила платье и победоносно улыбнулась. – Кто-нибудь позовите мисс Анабель. Вивьен нужна помощь.
Глава 8
Кровь.
Я была вся в крови
В горячей крови.
Она была повсюду.
Моя ночная рубашка полностью ей пропиталась.
Грязные пятна красного цвета покрыли всё тело.
Я лежала в собственной крови. Задыхаясь, не могла пошевелиться. Руки отекли, ноги свело, а голова раскалывалась.
Смех.
Очень громкий смех.
Женский смех.
Мои глаза были закрыты. Я боялась их открыть. Боялась увидеть того, кто сотворил это со мной.
– Давай же, Вивьен. – раздался женский голос. – Открой глаза и посмотри на меня.
Я узнала этот голос.
– Открывай! Не вынуждай меня их тебе вырывать.
Открыв глаза, я видела лишь тьму. Ночное небо вместо крыши было усыпано яркими звёздами. Лёжа в собственной крови, я чувствовала себя бессильной.
Я умерла?
Я пыталась подняться, сесть, встать, сделать хоть что-то, дабы убедиться в том, что моя жизнь всё ещё продолжалась. Но тело позволило лишь повернуть голову и увидеть её.
Мою мучительницу.
Селестину.
Её чёрное платье прекрасно сочеталось с растрёпанными волосами, создавая образ обезумевшей ведьмы. Но даже выглядя так неопрятно, она не потеряла своей холодной красоты.
Сестра крепко сжимала в руке окровавленный кинжал, по которому стекала свежая кровь. Капли падали на белый мрамор, пачкая его.
Моя кровь.
Улыбаясь, Селестина подошла и грубо сняла с моей головы что-то очень тяжёлое. Я тут же почувствовала облегчение, как будто бы с меня сняли невыносимый груз, ношу, которую я несла всю жизнь. Это была золотая корона, украшенная множеством камней.
Откинув кинжал, сестра взялась за неё и театрально смахнула пыль. Злорадно посмотрев мне в глаза, Селестина гордо надела корону.
– Как тебе? – сестра покрутила головой. – Нравится? Согласись, на мне смотрится гораздо лучше.
Я хотела схватить лежащий рядом кинжал и вырезать её улыбку. Но не могла пошевелиться. Внутри нарастал крик, готовый вырваться наружу. Но я не могла открыть рта.
– Можешь ничего не отвечать. Твои слова мне безразличны.
Отвернувшись, Селестина подошла к возвышению, на котором стояли два трона, собранные из человеческих костей и черепов. На одном из них восседал принц Николас. Его чёрная рубашка была распахнута, тёмные штаны порваны, а ноги были босыми. Из под короны принца выбивались пышные волосы.
Увидев Селестину, Николас зловеще улыбнулся.
– Любимая.
Встав с трона, принц притянул её к себе и жадно поцеловал. Закинув руки на шею Николаса, Селестина ответила на возникшую страсть. Казалось, они были готовы поглотить друг друга.
– Наконец-то! – тяжело дыша, Селестина оборвала связь. – Мы вместе! С этого дня и до последнего! Больше ни одна тварь нам не помешает.
– Но одна тварь ещё жива. – принц посмотрел на меня.
– Пока жива.
Селестина уже собиралась подойти ко мне, но принц схватил её за локоть.
– Позволь мне закончить.
– Как пожелаешь, любовь моя.
Нежно поцеловав Николаса, сестра села на трон и устремила взгляд тёмных глаз на меня.
Принц начал медленно приближаться.
Я попыталась встать, убежать, крикнуть, сделать хоть что-то, дабы спастись. Напрягала все мышцы тела. Но всё было тщетно. Я не смогла. Так и осталась лежать в луже собственной крови с огромным порезом на животе.
Уверенно подняв кинжал, Николас опустился на колени.
Это всё? Вот так яумру? Я не хочу умирать!
Не сдержав потока эмоций, я почувствовала, что плачу. Мой взгляд затуманился, а глаза намокли.
– Вивьен. – Николас аккуратно прикоснулся к моей щеке, вытерев слёзы. – Не стоит.
Почему у него такой приятный голос? Почему такие мягкие и тёплые руки? Как мне смириться с тем, что он меня убьёт?
– Не трать попусту слёзы. – принц нежно прошептал, наклонившись ближе. – Они тебе не помогут.
– Прикончи её! – крикнула Селестина.
Николас не отреагировал. Он продолжил вытирать мои слёзы.
– Убей её! Сейчас же!
Селестина спрыгнула с трона.
– Убить?
Принц встал и в последний раз посмотрел на меня. Во взгляде его медовых глаз я увидела искреннее беспокойство, обволакивающееся тёплой заботой.
– Как я могу убить ту, которую люблю?
Развернувшись, Николас резко кинул кинжал в Селестину. Оружие попало прямо ей в сердце. По чёрному платью разлилось тёмно-красное пятно свежей крови. Округлив глаза, Селестина попыталась заговорить, но из её рта брызнула кровь. Обессилив, сестра упала на холодный пол. Её тело превратилось в чёрный пепел и, поднявшись в воздух, унеслось в высь, прямо в ночное небо.
Глава 9
Мои сны становились всё страшнее .
Раньше мне снились воспоминания о нём. Иногда я просыпалась от кошмаров связанных с ним. Но подобный сон стал первым. Он был настолько ярким, что после пробуждения я несколько секунд ощущала режущую боль в животе. Это был первый раз, когда мне приснился принц Николас. Я не понимала, что хотело сказать моё подсознание.
В последний раз я видела принца на балу претенденток. Претендентки находились во дворце уже неделю, но никому из нас не удалось встретиться с принцем. Николас так и не появился перед нами. Моя теория о его нежелание жениться стала очевидной правдой.
Наши дни проходили в погружение в историю Адории, в уроках этикета, вышивания, танцах, музыки и подобной бессмысленности. Большинству девушек всё нравилось. Они целыми днями смеялись, шутили, пели и танцевали, когда я сидела на подоконнике и игнорировала происходящее. Мне хотелось сорвать с себя пышное платье вместе с тугим корсетом, оседлать лошадь и ускакать на встречу ветру. Я нуждалась в наслаждение свободой леса и в свежем воздухе, а не в едких духах Селестины.
Последствием подножки Катарины во время уроков танцев стал вывих моей левой ноги. Но я была этому даже рада. Холодная мазь, плотная перевязка и идеальная причина моего не участия в следующих занятиях. Всю неделю я пропускала танцы. Вместо них я изучала дворец. Бродила по коридорам и разговаривала со слугами. После того, как дворецкий Себастьян застал меня в попытке разговорить очередную фрейлину, старичок запретил слугам общаться со мной. Сославшись на то, что я отвлекаю их от работы. Но к этому времени я уже успела выяснить, где находился зал переговоров и в каких частях дворца жила королевская семья.
Отец несколько раз приезжал на собрания королевского совета. Но из-за сильной занятости мы успели обменяться лишь короткими приветствиями и прощаниями. Мои планы расспросить отца о бунте так и остались планами.
Я старалась не впадать в отчаяние. Я знала, что со временем мои усилия оправдаются. Мне безумно хотелось начать действовать, но я прекрасно понимала, что для достижения целей нужно было сделать первый шаг.
Я собиралась сделать его прямо сейчас.
Я смотрела на него.
Мой «шанс» сидел на каменной скамье в королевском саду. Опустив голову, принц Николас зарылся руками в растрёпанные волосы и размеряно дышал. Глаза его были закрыты, а плечи расслаблены. Верхние пуговицы белой рубашки оказались расстегнутыми, чёрные брюки помятыми, а ноги босыми. Принц выглядел уставшим, явно не настроенным на разговор. Я всем своим нутром чувствовала его желание расстроиться в одиночестве. Но шанс сделать первый шаг оказался сильнее моих моральных принципов.
Сжав лук, я натянула тетиву и, прицелившись, выстрелила. Стрела попала в ствол дерева чуть выше головы принца. Точно туда, куда я хотела.
Резко подняв голову, Николас изумлённо посмотрел на зелёный наконечник, находившийся около его лица.
– Боюсь, я вновь нарушаю ваше уединение.
Принц в гневе посмотрел на меня, но в ответ получил мою милую улыбку.
Пару минут назад я сидела на кровати в своих покоях и писала письмо тёте Вероники. Мои окна выходили в королевский сад, из-за чего у меня появилась традиция пред сном выходить на балкон и наслаждаться ночной красотой. Так я и поступила.
Взявшись за ажурные перила, я любовалась луной, отражающейся в пруду. Именно около него я увидела принца Николаса.
Идеальная возможность. Идеальный шанс.
Переодевшись в украденные пару дней назад из прачечной мужские штаны и рубашку, я взяла лук со стрелами, которые в тайне от отца привезла из Горных Вершин, и босяком выбежала из покоев. Я бежала так быстро, что чуть не сорвалась с мраморной лестницы. Я боялась не успеть. Боялась, что принц уйдёт. Но увидеть, как нахмуренный взгляд Николаса сменился удивлением, было моей маленькой победой.
– Вы могли попасть мне в голову.
– Поверьте, если бы я хотела вам навредить, то эта стрела торчала бы из вашего глаза, – я сдержанно улыбнулась. – Я никогда не промахиваюсь. У меня был хороший учитель.
– Вы здесь тренируетесь?
– Когда не могу уснуть.
Николас обвёл меня оценивающим взглядом.
Уголки его губ поднялись.
– Мне кажется, я знаю, кому принадлежат эти вещи.
Улыбаясь, принц остановился на моей груди.
Осознав, что рубашка сшита из тонкого полупрозрачного хлопка, я тут же распустила хвост, прикрыв волосами просвечивающую грудь.
