Страница 4 из 5
Первая мысль: «Это недалеко от моего дома, всего лишь перейти мост», а вот вторая: «Что за бред он несет! Нет! Нет! И еще раз нет!»
Встаю и становлюсь напротив него. Приходится задрать голову вверх, чтобы хоть как-то постараться морально дать ему отпор на равных.
– Я даже разговаривать с тобой не буду. Без моего согласия на перевод ваше дополнительное соглашение не имеет силы. Я подам в суд за незаконный перевод.
Он пытается держать лицо, но я понимаю, что в небольшое замешательство я его все же ввела, от этого чувствую себя увереннее, еще больше задираю подбородок. И хотя он намного выше меня, все же никакого смятения я не чувствую.
– А как же твой долг? – сразу начинает с козырей. И хотя его голос спокоен и звучит уверенно, я-то понимаю, что это единственное, что не позволяет мне уволиться в эту же секунду. Только долг и держит меня на этой работе сейчас. – Помнится, Лев Биньяминович что-то упоминал о ссуде, которую он тебе дал…
Интересно, он уже знает точную сумму моего долга? А когда узнает, что это четыреста тысяч долларов, которые я использовала, чтобы купить нам с сыном отдельную квартиру в сто десять квадратов в новом жилом фонде на берегу Москвы-реки, как он отреагирует? Хотя это и не важно. Главное, мы с Лео живем теперь в отличной квартире, с ремонтом и недалеко от школы.
– И что ты тогда на это скажешь? – продолжает он мягко давить на меня и мое чувство ответственности.
– Да-да, – закатываю демонстративно глаза, зная все последствия моего отказа. – Он мне ее дал, потому что я профессионал своего дела, – уверенно заявляю. – Уже два года я приношу ему высокий доход. Я ему посоветовала вложиться в два очень выгодных стартапа, выкупить акции нескольких компаний по заниженной стоимости, приобрести по привлекательной цене готовый бизнес и сделать его процветающим с минимальными затратами. Он послушался и уже покрыл свои вложения в четыре раза. И доходы его продолжают расти. Я приношу ему хорошую прибыль, поэтому он мне одолжил деньги без процентов. Но это не говорит о том, что я должна работать по его указанию в стане врага, – на эмоциях выпаливаю ему все, что на душе, полностью раскрывая себя. Блин!
Пока я говорила, выражение лица Димы менялось, от воинственно настроенного на тяжелую борьбу до открытой улыбки. Как будто от услышанного я выросла в его глазах и он стал мной гордиться. Но последнее мое высказывание его отрезвило, и он как будто очнулся от забвения. И в недоумении спрашивает:
– А я тебе враг?
Я в шоке, но он действительно удивлен.
Теперь и я в замешательстве.
– А что, друг, что ли?
– Ну, не враг точно.
Уверенность в его взгляде и тоне повергает меня в шок.
Приплыли. Теперь отношения бывших супругов, который не разговаривали ни разу после развода на протяжении восьми лет, да и расстались не очень-то красиво, так называются, «не враги»?
– Ладно, это не имеет значения. В любом случае я к тебе секретарем не пойду работать.
– Если приведешь хоть парочку нормальных доводов, обещаю их рассмотреть. – Дима будто расслабляется, присаживается на мой стол, и наши глаза теперь на одном уровне. Отчего морально как-то даже легче становится.
– Ты правда считаешь, что я с моим уровнем знаний, стажа и связей буду лишь твоим секретарем? – надменно произношу, приподнимая бровь, стараясь максимально произвести впечатление, что я ни на какие уловки не поведусь. – Ты понимаешь, что я не хочу портить свою трудовую и после записи «Руководитель отдела по управлению рисками» вписывать туда – «Секретарь»? Это как минимум глупо.
–У меня нет такой штатной единицы, – с улыбкой в голосе произносит Дима.
Он что, играет со мной? Что он задумал?
– Но я генеральный директор, избранный советом директоров компании, – и это сейчас звучит из его уст как бравада. Он как будто показывает, какую он имеет власть у себя в компании. – И я могу открыть новую штатную единицу. И ради такого профессионала и многообещающего специалиста, как ты, я сделаю это.
Прищуриваюсь и осматриваю его с ног до головы, как будто ищу подставы.
– Ла-а-адно, – тяну я, как будто предварительно соглашаюсь, – а что насчет оклада?
– Такой же, как и был.
–До свиданья, – спокойно, но нагло произношу. – Мой ответ – нет.
Разворачиваюсь и прохожу вновь за свой стол. Демонстративно открываю рабочий сайт и смотрю в монитор, а по факту ничего не вижу. Меня буквально трясет внутри от его присутствия рядом. От откровенного взгляда, рассматривающего меня. Зачем он так? Давно не видел? Да нет. Буквально вчера вечером встречались, и это была вовсе не приятная встреча…
– Ты изменилась, – вдруг произносит он свое умозаключение вслух.
Поднимаю на него взгляд и нагло спрашиваю:
– А что, хотел, чтобы я оставалась той же наивной девчонкой, которую ты, – хочу сказать «выгнал, растоптал», но вовремя сдерживаюсь и говорю совершенно другое, – увез в Италию к родне? Нет, времена идут, люди меняются. Уж кому как не тебе это знать, – намекаю на его поступок восьмилетней давности, который все еще бередит мою душу своей несправедливостью и безнаказанностью.
– Какой оклад ты хочешь? – ухмыляется он, понимая, что проиграл.
– В два раза больше, чем здесь. График – пять через два. Если приведу выгодного клиента – два процента от сделки.
– В полтора раза. Плавающий график. И полпроцента от сделки.
Выслушиваю его и делаю вид, что думаю, а после говорю:
– В два раза больше оклад, график – пять через два и полпроцента от сделки.
Некоторое время он пристально смотрит в мои глаза, ища подвох, а после, протягивает руку:
– Хорошо. Договор подписываем завтра с утра на этих условиях. Жду тебя ровно в девять у себя в кабинете.
Киваю. Смотрю на его руку и понимаю, что должна ее в ответ пожать. Поэтому встаю с кресла, обхожу стол и протягиваю свою, а ощутив его прикосновение, вздрагиваю. Его ладонь широкая, мягкая, теплая и какая-то родная, что ли. Эти ощущения пугают. Резко отдергиваю руку.
– Тогда до завтра. Мне тут дела надо доделать и с шефом переговорить.
За всей бравадой пытаюсь скрыть свои истинные эмоции, свое замешательство и непонятную тоску по нему.
Как давно все было между нами. Кажется, в прошлой жизни. И это все до рождения Лео. У нас были прекрасные отношения, и чувства друг к другу, но все рухнуло и разбилось вдребезги. И теперь нам эту вазу не склеить.
Дима будто тоже почувствовал что-то, украдкой кивнул мне и ушёл в сторону лифта.
Рингтон на входящее сообщение отвлекает от грустных мыслей. Мама.
«Не забудь все то, что я тебе вчера сказала. Уверена, ты сможешь!»
Улыбаюсь самой себе и, нажав на кнопочку аудиозаписи, говорю:
– Мам, я все сделала, как ты и сказала. Он уже с утра тут, представляешь? Хорошо, что мы с тобой все отрепетировали вчера по телефону. Я оклад отбила, выходные – тоже, даже небольшой процент со сделок, хотя вообще на это не рассчитывала. Спасибо за совет. Ты была права, даже если я не могу повлиять на решение боссов, то хотя бы должна попробовать все обернуть в выгодную для себя сторону.
Глава 8
Когда я поняла, что на этой работе меня уже ничего не держит, собралась и ушла домой.
Мне надо подготовиться морально к завтрашнему дню, поэтому сегодня дома буду генералить. Лучшая разрядка для ума – уборка. Как раз у Лео шахматы, а после – плавание, и он будет дома ближе к вечеру.
Но сколько бы я ни натирала полы, ни вытирала пыль и ни мыла окна, мысль о том, что теперь моя работа связана с Дмитрием, не переставала нервировать.
Может, зря я согласилась? Надо продать квартиру и в маленькую переехать? Может, надо было пойти на поклон к мэру и попросить денег? Вот только он не особо меня жалует. И вряд ли дал бы стОлько денег, чтобы я избавилась от долга. Почему я и купила такую роскошную квартиру: хотела доказать отчиму, что тоже что-то могу, без него.
Они вместе с моей мамой уже десять лет, но брак не оформлен. Она продолжает на него работать, жить с ним в одном доме, но все неофициально. А если говорить открыто, она его любовница. А я дочь любовницы. Инфантильная, глупая и легкомысленная, которая уехала в двадцать лет в чужую страну за мужиком, не получив образования. А через два года вернулась, брошенная и разбитая. К тому же еще и беременная. Как такую уважать? Вот и он особо не питает насчет меня никаких иллюзий.
Мама как может мне помогает. И за Лео иногда присматривает, и советы дает. Но с мэром у нас более холодные отношения. Поэтому я не могу свободно посещать их дом, когда вздумается, или звонить по любому поводу и без.
Когда он узнал, что Лев Биньяминович дал мне беспроцентную ссуду, был очень удивлен. Потому что по своим каналам был уже наслышан о моем шефе. И даже заподозрил меня в недвусмысленных отношениях с ним, но я сразу дала понять, что это не так, вот и Диме перечислила все свои заслуги перед начальником.
Мне кажется, с того дня отчим меня хоть немного, но стал уважать. Надеюсь, и маму не пилит за такую дочь больше.
А мама моя очень его любит. От отца моего она не получала ни теплоты, ни ухаживаний, ни комплиментов. Родила меня в восемнадцать, по глупости залетев. Да и отец был молодым, не готов был ради младенца запереть себя в четырех стенах. И в брак с ней не вступил. В итоге мама не была замужем еще ни разу в жизни, но имеет уже взрослую дочь, и мужчину, который ее может всем обеспечить. Но только ее одну.
Я его ни в чем не виню. Сам он мужик советской закалки, взрослый, умный, рассудительный. Чтобы добиться его уважения, надо его заслужить. И эту его позицию я понимаю и принимаю.
И когда Славка предлагал мне с ним замутить, я не захотела. Не потому, что он мне не понравился, а потому, что я не хотела вставать между мамой и ее мужчиной, не хотела портить их отношения.
Ближе к вечеру пришел Лео, и, прекратив уборку, я провела остаток дня с ним. Мне надо набраться сил. А их мне дарует только мой мальчик.
Сижу и думаю, как я буду теперь? Каждый день видеться с Димой, выполнять для него поручения… Смогу ли я оставить наше прошлое и смотреть на бывшего мужа только как на своего начальника? А как же Сильвия? Будет ли она приходить на работу и бесить меня там?
Единственное, что радует, – я смогу закрыть долг в два раза быстрее, чем планировала до этого. Все же хорошую сделку я провела с Димой.
Стараясь настроить себя на позитивный лад с утра, стала готовиться к первому рабочему дню. Отправила сына в школу и поспешила вызвать такси. Ехать буквально пятнадцать минут, на противоположный берег реки.
В фойе многоэтажного офисного здания меня встретила миловидная девушка и провела внутрь без регистрации на ресепшен.
– Я Катя, помогаю по офису. Будут вопросы – задавайте. Димитрий Алексеевич попросил проводить вас в его кабинет, он будет с минуты на минуту, – вежливо сообщает мне девушка.
Что же, пока мне все нравится.
– Наша фирма занимает три этажа в этом здании, – продолжает инструктировать меня Катя. – И еще треть сотрудников находится непосредственно на объекте. Заказчик, как вы, наверное, уже знаете, – это посольство Италии в Москве. Хотят построить жилищный комплекс комфорткласса для своих сотрудников и их семей.
Катя продолжала рассказывать мне все, что я и так уже знала. Эту всю информацию я изучила давно, поэтому и советовала шефу инвестировать в этот проект.
Мне было интересно другое: например, их шеф и его невеста. И вот тут меня ожидал сюрприз, который меня весьма удивил. Надо будет взять на заметку: Кате ничего не говорить, а то весь офис об этом узнает.
Девушка проводила меня до кабинета Димы и удалилась.
Я же прошла вглубь его и стала осматриваться. Все в классической манере, как у большого босса. Широкий темный стол, два кресла для посетителей, шкаф в стороне, панорамные окна с видом на соседнее здание. И если честно, как мне кажется, это все совсем не в духе Димы, но кто знает, возможно, он изменил своим вкусам, а может, еще просто не исправил все тут. Его назначение на должность произошло буквально неделю назад.
Дверь кабинета открывается, и я, ожидая увидеть в дверях хозяина, оборачиваюсь, но застываю на полуслове.
– Так и знала, что найду тебя тут! Мало было мне твоей тени все это время, так ты теперь сама мне будешь мешать!
Поворачиваюсь всем корпусом к новоприбывшей и в такой же манере отвечаю:
– Хватит искать виноватых в своих проблемах, Сильвия. Начни с себя, а не, как капризная девочка, обвиняй всех вокруг. Уже не маленькая, пора повзрослеть.
– Стерва, ненавижу тебя! – выкрикивает она в порыве злости.
Усмехаюсь ей в лицо, стараясь держаться максимально равнодушно, хотя внутри уже вся дрожу.
– Поверь, это взаимно.
Надо прекращать это все, а то скоро меня начнет знобить и я буду заикаться, тогда точно проиграю ей в словесной борьбе.
– Ты от Димитрия родила! – вдруг заявляет она громко, так что я сразу смотрю за ее спину, надеясь, что никто ее не услышал. – Я видела, как ты испугалась, когда мальчишка вышел из машины. Ты сразу на Димитрия посмотрела в страхе, – словно змея шипит Сильвия. – И хоть пацан – твоя копия, по твоим глазам я поняла, что он от моего жениха. Хочешь привязать его к себе ребенком? Какая же ты дрянь!
В животе ощущаю болезненные спазмы, а к горлу подступает тошнота, от того, насколько же она бесстыжая и подлая. Сильвия всегда умела зацепить меня за живое, стараясь расковырять рану и с мясом все вырвать, причинить мне как можно больше боли. Вот и сейчас она обвиняет меня в том, что мне на ум даже не приходило.
– Не суди по себе, – это все, что я могу сказать ей сейчас. Как же я ненавижу в себе эту слабость – неумение ссориться и отстаивать свою позицию, когда меня сильно задевают чужие слова. Я просто не в состоянии достойно ответить на что-то подобное.
– Увольняйся, или мы с Димитрием заберем твоего ребенка и он будет жить с нами. Он итальянец, заберу его в посольство и не буду выпускать, а когда оформлю все документы, отправлю его в Италию, и он будет там жить с бабушкой и тетей, до нашего возвращения с Димитрием!
Нет, нет! Только не это! Я не позволю этому случиться! Нет, никогда!
Я подхожу к ней поближе, становлюсь прямо напротив нее и говорю медленно и четко:
– Если посмеешь ему что-то рассказать о моем сыне, я позабочусь о том, чтобы Дима узнал о твоем маленьком секрете, Сильвия. И тогда вашей свадьбе точно не быть. Готова ли ты рискнуть всем, только из-за мести мне? Напомнить тебе, как ты делилась секретами с его сестрой в нашем доме в Италии? Что, думала, что я не понимаю? А нет, дорогая, я прекрасно слышала, что ты бесплодна. И никогда не сможешь родить ему никого. Так что давай не будем все усложнять и продолжим жить, как жили раньше. Я не говорю, что ты ни черта не беременна сейчас, и не расстраиваю вашу свадьбу, а ты молчишь о моем сыне!
Глава 9
Она замолчала, и единственное, что отражалось в ее глазах, – это страх. Ее секрет узнали, и страшила мысль, что об этом сообщат Дмитрию.
А я теперь полностью уверена в своей правоте. Она подделала данные о ребенке и теперь заставляет Диму жениться на ней. Ну и связями своими она воспользовалась. Ее брат – посол Италии, и, как по волшебству, у них появилось финансирование крупной стройки, а фирма, которую они нанимают для этого, конечно же, та, которую возглавляет Димитрий. Какие они шустрые, однако! Как все продумали. Ай да молодцы!
– Ну ты и дрянь! – наконец выплевывает Сильвия из своего рта очередные обвинения. – Ты подслушивала нас тогда! – вновь хочет вывернуть все наизнанку и обвинить меня во всех грехах, забывая о более весомом своем.
– Не думаю, что случайно подслушанная информация является бóльшим преступлением, нежели умышленный обман, дабы заставить человека жениться на себе.
Глаза Сильвии полны ненависти. Ее раздирает на части желание прибить меня.
– Если ты скажешь ему… если ты… – она начинает угрожать мне, но никак не может придумать рычаг воздействия, – ты пожалеешь об этом, – наконец доводит свою мысль до логического конца.
Я лишь усмехаюсь.
– Все зависит только от тебя. Молчишь о моем сыне – я ничего не говорю о твоем пустом чреве.
Она неуловимо легко кивает мне в ответ и уже хочет уйти, но потом вдруг оборачивается и произносит с лютой ненавистью в голосе:
–Я знала, что ты не сделаешь его счастливым! И сразу невзлюбила тебя, а сейчас просто готова убить. Пропади ты пропадом!
Меня передергивает от ее слов. Все же неприятно слышать, что человек искренне тебя ненавидит и желает тебе смерти. Даже если этот человек – Сильвия.
– Не надо было делать два аборта подряд. В твоих поступках моей вины нет, – безэмоционально говорю я, даже немного жалея ее. Она никогда не познает радость материнства.
– Пусть будет проклят тот день, когда вы познакомились с Димитрием и когда он решил привезти тебя к нам!
Господи, эта женщина никогда не одумается и будет постоянно говорить гадости.
