– Не, – отмахивается, – просто… Ну каждый день туда ходить! Учиться бы дома.
– Да вы и так сейчас чуть что – сразу удаленка.
– И что? Можно так всегда. Какая разница?
Иногда собственный ребенок ставит меня в тупик. Но каждый день удаленка – это очень тяжело. Мне нужно на работу, а мои родители целыми днями тоже сидеть с внуком не должны. Тем более в школе хоть какое-то общение. Сын ходит в самую обычную школу – по прописке. В какую-нибудь гимназию мы не прошли, а платно… У меня нет таких денег. Подумываю отдать его в кружки куда-то, но пока не получается.
Да еще вот деньги срочно понадобились. Родителям на санаторий, пока путевка со скидкой. В их возрасте здоровье уже подводит. Так что скоро они поедут отдыхать, а за сыном присмотрит знакомая.
– Вау, – Лешка замирает. Приходится и мне остановиться. – Суперская!
Это не о девушке. Возраст не тот. Лешка буквально пожирает взглядом огромный внедорожник. На дорогах слякоть из-за реагентов, а этот как только что с мойки. Блестит весь. Чистенький такой.
– Вырасту, себе тоже такой куплю! – заявляет сын серьезно.
– Когда ты вырастешь, эта модель уже будет устаревшей, – щелкаю его по носу. – Может, мы уже не на машинах ездить будем, а в капсулах летать, – дразню его.
– Мам, ну что ты как маленькая? – насупился Леша. – Какие капсулы? Еще долго так не будет.
– Откуда ты знаешь? Вдруг будут?
– Я смотрю с дедом передачи. Не будет их, – сын готов стоять на своем. Упертый очень.
– Идем. Я не хочу весь выходной простоять на улице, – тяну его за руку.
Мы идем с сыном в торговый центр. Ребенок у меня вдруг резко решил подрасти, кое-что из одежды уже маленькое. Я ему пообещала, что перед этим погуляем в центре и сходим на мультик. Свое обещание я выполнила. И даже купила большой попкорн и вредную газировку. Отмазок у сына не осталось. Слово нужно держать. Теперь вот в метро и едем за покупками.
Центр все еще нарядный после Нового года. Но уже скоро украшения начнут убирать. Сын вздыхает и идет медленно-медленно. Настоящий мужчина – в магазин не затащить.
Идти приходится осторожно. Чтобы не наступить на лед и не упасть. Уже вечереет. В нашем дворе вообще, наверное, каток.
И хоть иду очень аккуратно, все равно начинаю скользить. Успеваю отпустить руку сына. А сама машу руками, боюсь упасть.
– Ой, мамочки, – пищу, когда качусь вперед. Хороша со стороны, наверное. Корова на льду. Ну почему здесь асфальт под уклоном? Или мне кажется. – Ой!
Меня несет прямо под колеса джипа. Тот выкатывается задним ходом очень медленно, но я-то не торможу! Выставляю вперед себя ладошки. Бум!
Чтобы не свалиться под колеса, пытаюсь хоть за что-то зацепиться. Под руку попадается дворник. Джип, едва меня не раздавив, тормозит. А через секунду я слышу:
– Идиотка! Какого *** под колеса лезешь? – орет в открывшееся окно мужик. Орет матом, совершенно не стесняясь.
– Извините! – мой голос похож на писк.
– Кретинка! Мозги твои где? Сейчас бы раздавил, заодно и посмотрели, есть они или нет!
Мат стоит такой, что уши в трубочку сворачиваются.
– Отломаешь, идиотка! Отцепись уже! – рычит мужик.
Разжимаю руки и отскакиваю в сторону. Джип выезжает и покидает парковку.
– Мам! Все хорошо?! – Лешка ловко проскальзывает этот лед. Кидается меня обнимать.
– Все хорошо, только испугалась, – крепко обнимаю сына.
– Мам, он так орал! – у Лешки глаза как блюдца. – Козел! – грозит уехавшему джипу кулаком.
– Леша! – одергиваю его. – Все хорошо. Идем. И так уже толпу собрали.
– Все равно он вел себя как козел, – насупился сын. – Ты же не специально. Вышел бы помог.
Улыбаюсь. Сын иногда идеалист. Как объяснить ему, что такие вот, на таких тачках, никогда не помогут? Спасибо, что по газам не вдарил.
А то бы размазал меня по этому льду. Уверена, такому бы ничего не сделали. Сама виновата и все. Белый джип с хищными линиями давно скрылся. А я все кручу это происшествие в голове. Меня колотит. Наверное, не столько от страха, сколько от мерзких слов. У мужика богатый матерный словарный запас.
И еще так на меня посмотрел. Будто взглядом убить хотел. Страшный мужик. Не столько на лицо, сколько энергетикой.
Собираю волю в кулак. Нужно попасть в магазины. Потом еще долго некогда будет. Да и сыну нельзя показывать, как напугана. Болтаю с ним. Наконец, мой ребенок, кажется, приходит в себя. Снова принимается рассуждать на разные темы, пока едем в метро. А потом ноет, что уже устал и не хочет ходить по магазинам. Напоминаю о том, что обещал.
Ходим по бутикам, отвлекаемся. Леша нудит, но делать нечего. Покупаю все, что запланировала, и едем домой. Завтра рано вставать.
Я еще пару раз вспоминала то происшествие. Благодарила бога, что обошлось. А потом закрутилась. Все подзабылось. У нас еще коллега собралась на пенсию. Людмила Павловна проработала в этой клининговой фирме много лет. Клиенты ее любили. Женщина спокойная, обстоятельная.
Сказала, что хватит с нее. Пора внуками заниматься. Дочери нужно из декрета выходить да карьеру строить. А какая карьера, когда на руках двое мелких?
Да никакой, уж я-то знаю. Хотела, пыталась. Но не сложилось… Теперь вот убираю чужие квартиры. Поначалу еще немного репетиторствовала, но потом пришлось закончить с этим занятием.
– Танюша, – Людмила Павловна отводит меня в сторонку, – я самых хороших своих клиентов тебе отдам.
Смотрю на нее во все глаза удивленно. Клиенты у нее все сплошь богатеи.
– Да не смотри ты так удивленно, – отмахивается новоиспеченная пенсионерка. Хотя и совсем на нее не похожа. Моложавая, энергичная, ухоженная. Никак не похожа на привычных бабушек. – Ты девушка хорошая. Спокойная. Старательная. А еще не лезешь в постель к чужим мужикам.
Чувствую, как мои глаза становятся большими-большими. Людмила Павловна усмехается и качает головой.
– Вот, – говорит, поднимая указательный палец, – поэтому тебя и рекомендую. Знаю, что передаю их в надежные руки. Платят они щедро. Иногда премия какая-никакая прилетает. А тебе нужно. Сына одна поднимаешь. Твой-то что, объявился?
– Нет, – вздыхаю. – Как за границу укатил, так там и сидит. Про алименты совсем забыл. Давно уже не платит.
– Да и черт с ним, – отмахивается. – Другого себе найдешь. Нормального.
– Да кому я нужна? – горько усмехаюсь. – Не девочка уже. Сын большой. Полно молодых и без прицепов.
– Не говори глупости. Просто своего еще не встретила.
– Да где ж его встретить? Там, где бываю я, мужчины сплошь семейные.
– Судьба такой вариант подкинуть можешь, ни за что не предугадаешь, – добродушно произносит Людмила Павловна.
– Да ну, – пожимаю плечами. – Обойдемся. Лешка растет. Самостоятельный ставится. Уже проще с ним. Родители помогают. Нормально.
– Вот за что ты мне нравишься, так это что не унываешь. В общем, Танюша, наша согласна со мной. Хорошие клиенты тебе переходят. Я там по каждой квартире коротко напишу, что как лучше, чтобы ты быстрее привыкла.
– Спасибо! – от души благодарю ее. Улыбаюсь широко. Можно сказать, что это повышение.
Людмила Павловна сделала мне большое одолжение. Но я все равно все еще мечтаю когда-нибудь вернуться в профессию. Может, не в школу, а в какой-нибудь развивающий центр. Не знаю. Но мечтаю.
Пока Лешка мелкий был, вообще ни на какую работу времени не было. Болячки бесконечные. То одно, то другое. Из простуды в простуду. Родители нас, считай, тянули. Теперь вот я им помогаю как могу.
Позже меня в кабинет зовет наша директор. Она же владелица. Алла Романовна кивает на кресло перед ее столом.
– Садись. Я тут клиентов Людмилы Павловны перераспределяю, – многозначительно поднимает бровь. Стучит ноготками с темно-красным маникюром по столу. – Так вот, по ее настойчивой просьбе тебе отдаю вот этих.
Кладет ладонь на стопку документов.
– Сейчас будешь подписывать новые контракты. Ты девушка неболтливая. Но бумаги о неразглашении все равно подпишешь.
– Ого! – вырывается у меня.
– Таня, – вздыхает начальница, – этих клиентов кому попало я не поручаю. Некоторые из них не хотят иметь постоянную прислугу. Так что у тебя будет другое расписание. К этим сложностям, конечно, прилагается прибавка.
Кто сколько получает у нас, знают только Алла Романовна и бухгалтер. Рассказывать о зарплате у нас запрещено. И правила в фирме довольно жесткие. Но и зарплата вовремя. Пододвигаю к себе новые контракты и подписываю. Даже мысли нет отказаться.
Знаю, что многие бы хотели получить этих клиентов. Немножко страшно от такого доверия.
– Читай внимательно, – кивает Алла Романовна.
Потом убирает документы и отпускает меня. Звоню маме. Ей хоть и не очень нравится моя работа, но говорит, что рада за меня.
Поэтому вечером захожу в кондитерскую и покупаю небольшой тортик. Хочется порадовать себя и родных. Такой дома приготовить очень тяжело. Я смотрела рецепт. Очень сложно. Да и не дешевле выйдет.
Я так радовалась этой прибавке к зарплате. И даже не подозревала, чем в итоге все обернется. Права оказалась Людмила Павловна – судьба любит делать крутые повороты. И в тот день моя совершила «мертвую петлю».
Глава 9
Михаил
Чертовы праздники наконец-то кончились. Никто из клиентов не свернул шею и не сдох в ванне с шампанским – это уже можно считать большой удачей. Откровенно говоря, Новый год я не люблю. Поэтому в квартире нет елки и мишуры.
Новогоднюю ночь я провел в клубе. Ага, в том самом «Кристалле». Сашенька сверкала колечком на пальчике. Как я посмотрю, Андрюху ничему жизнь не учит. Хорошо, что у него адвокаты заботливые и зубастые. Пропишут Сашеньке обязанности и неустойки.
– В такой праздник и один, – Саша грациозно опустилась на светлый кожаный диванчик рядом со мной. – Ах, Миша…
– Ой, не начинай, – кривлюсь. – Обратно не позову все равно, – сразу обрубаю все поползновения.
Новая любовница у меня уже есть. Третья. С подружками в другом клубе гуляет. Еще не хватало ее с собой сюда тащить. Обрадуется еще, потом объясняй, что это вовсе и не то.
– Андрей где? – спрашиваю, смотря на веселящуюся толпу.
– Дорогих гостей обхаживает, – пожимает точеными плечиками Саша. – Между прочим, вот, – протягивает в мою сторону руку.
– Пф, – вздыхаю. – Ну нравится ему жениться. Я такой дурной привычки не имею. Все, иди, – взмахиваю рукой, отсылая ее. – Без Андрея не подходи.
– Хам, – четкая бровь выгибается. – Всегда таким был.
– Слушай, чет ты не жаловалась, когда имел тебя в обмен на цацки. Иди давай, твою цену я отлично знаю.
Краснеет. В глазах злость полыхает. Поджимает губы недовольно, но молча уходит. Бабы… Сплошные с ними проблемы. Возвращаются из курилки два приятеля. У нас в этот раз мужская компания.
Обсуждаем планы, ржем, вспоминая всякие приколы и проколы. Расслабон. А если вдруг приспичит, то найти себе тут красотку на разок вообще не проблема. Девчонок тут полно. Яркие, как тропические рыбки. Только зубы как у пираний. Щелкни пальцами и на коленях сразу окажется пара-тройка на все готовых.
Бросаю взгляд на веселящуюся толпу. В «Кристалле» все слишком, все с размахом. На сцене представление. Звездульки отрабатывают гонорары. Чес у них в новогоднюю ночь. Тут песенку, там две – вот тебе на квартирку денежка. С потолка блестки сыплются, конфетти всякое.
Дед Мороз выперся с табуном зачетных Снегурок. Так что гостям явно не скучно. Андрей еще неплохой такой автомобильчик в розыгрыш новогодний закинул. Квартирку зажал. Жмот.
Полночь встречают боем курантов, хлопками шампанского и громкими криками. С усмешкой смотрю на толпу, которая дружно отсчитывала последние секунды старого года. Ага, как будто сейчас часы отобьют бой и все изменится… Ни хрена не изменится.
В чудеса я давно перестал верить. К чертям собачьим эту веру. Только хуже от нее. Толку верить во всякую фигню? Делать надо. Не вера в чудеса помогала отцу протянуть чуть дольше, а первоклассное лечение и уход. И не чудеса сейчас моей матери помогают, а мои денежки. За хорошее баблишко у нее самый лучший уход, дорогущие лекарства. Только и вот этого всего мало…
Нет чудес в этом мире. Только упертость. Умение пробивать стены. Принимать решения. Идти вперед, когда хочется сдохнуть.
Вдруг на ум приходит красивая и хрупкая девочка с серо-голубыми глазами. Вот эта малышка сумела удивить. Думал, в больницу рванет сразу, а она уперлась. Доучилась. Родила. Впахивала. Чертов засранец Птиц даже не понимает, как ему повезло.
– Эй, – хлопает лапищей по плечу один из приятелей, – ты чего такой мрачный?
– Да чет устал. Спать охота. Старею походу.
– Ага, – поддакивают и ржут. Идиоты.
Треплемся еще какое-то время и к трем ночи я готов свалить. Пишу Лике, чтобы валила сегодня к себе. Нет у меня на нее настроения. Вызываю водилу. Домой. Поспать бы немного. А то уже утром предстоит поездка за город. Нужно мать поздравить с Новым годом. Подарки привезти. Сегодня она спит под успокоительным. Ей волноваться нельзя. Сиделки следят. Эскулапы все лечат и лечат, только не особо толк виден. От некоторых болячек лечения нет…
В этот ранний час улицы Москвы относительно пустые. Водила ставит тачку на парковку и забирает свою.
– С Новым годом, шеф, – салютует на прощание.
– И тебе не хворать, – буркаю в ответ.
Поднимаюсь на свой этаж. Чет лифт у нас какой-то укачивающий стал. Вваливаюсь в квартиру и топаю к дивану. Валюсь на него. Во, теперь дом перестал качаться. Особенно если глаза закрыть. Так совсем хорошо. Проваливаюсь в сон.
– Ай! – резкий вскрик заставляет открыть глаза.
Я сжимаю тонкое женское запястье.
– Сказал же, чтобы домой ехала, – разжимаю пальцы.
– Совсем псих, – Лика потирает покрасневшую кожу. – А если бы сломал?
Вижу, как губы девушки дрожат от обиды.
