– Я могу этим пожертвовать.
– Никаких фото с девушками.
Я вскинул руку в характерном жесте:
– Честное скаутское.
– Ты не был скаутом.
Не был, ведь пока нормальные дети наслаждались детством, я работал, чтобы вытащить свою семью из дерьма: Кубок Стэнли12, стать лучшим игроком в современной НХЛ, следующим Уэйном Гретцки13, и кое-что еще, что не было связано со спортом, однако имело для меня колоссальное значение.
– И как ты понял это, я неправильно завязал галстук?
Уэббер перекинулся парой фраз с пиарщиком. Тот неодобрительно покачал головой.
– Тебе придется залечь на дно, пока общественность не переключится на что-то другое, Теллер передумает ломать твою карьеру, а Маклин снова будет доволен коммерческими делами клуба.
– Может, мне еще пластическую операцию сделать, имя сменить, чтобы наверняка? Я ведь не сделал ничего плохого, а если кто-то считает иначе, ну что ж, значит ему просто нужно потрахаться.
Еще один осуждающий взгляд от тренера.
Черт!
Кажется, на этот раз все серьезно.
Уэббер вздохнул и устало потер переносицу:
– Я озвучил условия, Рэй.
Условия. Вот чем это было. Не совет, не напутствие, а условия, иначе я рискую лишиться всего, ради чего упорно трудился.
– Так уж сложилось, что вокруг меня вьется огромное количество красоток, но это не значит, что я сплю с каждой. Я не собираюсь сидеть в подвале.
Тренер Льюис осторожно расположился напротив и взглянул на меня одним из своих «отцовских» взглядов.
– Об этом никто и не просит, Рэй. Сезон только начался, просто направь свои силы на игру и избавь клуб от скандалов.
Стиснув зубы и кивнув, я вышел из кабинета Уэббера, едва не срывая дверь с петель.
Я не собирался ссориться с дирекцией, может, я и был слегка безразличен к мнению начальства, но точно не отличался отсутствием мозгов. Придется отказаться от минетов на парковках пиццерий, стриптиз-клубов и встреч с болтливыми ревнивыми женщинами, пока не уляжется шумиха. Все просто.
К черту. Сейчас мои мысли должен занимать только хоккей.
Схватив одну из своих тренировочных клюшек, я вышел на лед и окинул взглядом огромное пространство. Самая большая вместимость. Величественный вид. Домашняя арена «Королей Нью-Йорка» – лучшего клуба Восточного побережья, нет, всей Америки. И в этом году я собирался доказать это, мы возьмем Кубок Стэнли, чего бы нам это ни стоило. Клуб уже брал кубок, но тогда я не мог полностью насладиться победой, ведь только пришел из юниоров. В этот раз все иначе. Я капитан «Королей» и готов пожертвовать чем угодно ради того, чтобы привести свою команду к кубку. Ничто не способно остановить меня, Уэббер может засунуть угрозы в свою дряблую задницу, ведь они никогда на меня не действовали. Вот ради чего мне стоит исправить свое положение – моя команда.
Кстати о ней. Парни давно разминались, тренер Льюис оглашал состав на следующую игру. Послезавтра мы играем с «Дьяволами» на нашем льду.
– Первое звено: Блэквуд – Пауэлл – Уилсон, защитники Белл и Северсон, второе: Флеминг – Мэйфилд – Майер…
Я остановился рядом с игроком под номером тринадцать. Еще в прошлом сезоне он играл с «Дьяволами» и был их капитаном, а завтра будет играть против них. Мне казалось это забавным, а вот тринадцатый номер совершенно не разделял моих взглядов. Он в целом мало что мог назвать забавным, только если мы не говорим о его прекрасной молодой жене, которая явно знала, в каком месте у него находится кнопка пуска, ведь стоило Перри Митчелл появиться, тринадцатый номер превращался в мальчишку, который едва умел контролировать свои чувства и эмоции. Однако его не за что было винить, Митчелл была горяча, как знойное лето, но я больше любил зиму.
Я и Макс были не просто друзьями, мы играли вместе еще с юниоров. Но после драфта14 разошлись в разные стороны, меня подписали «Короли Нью-Йорка», а Пауэлла «Атланты Лос-Анджелеса». Однако мы никогда не прекращали общение. Я знал, что рано или поздно мы сыграем с ним в одном клубе.
– Твое лицо выглядит так, словно ты навалил в штаны, – не отводя взгляда от тренера, заметил Пауэлл.
И как только ему удалось увидеть мое лицо?
– Можно и так сказать. Я всего лишь трахнул цыпочку, а оргазм испытала вся Америка. Ее папаша желает пустить меня на корм пумам из сафари-парка, который спонсирует. А Маклин мной недоволен. Просто напоминаю, что в последний раз, когда он был чем-то недоволен, продал акции судостроительной компании, которые держал у себя двадцать лет.
– Я предупреждал тебя, что прежде чем совать член в отверстие, стоит убедиться, что это не осиное гнездо, – послышался грубый низкий голос. Я повернул голову на звук и остановил взгляд на еще одном своем друге.
Даллас «святоша» Белл, по крайне мере, таким он был для нас. Остальные люди считали его неуравновешенным психом. Самый взрывной хоккеист нашей команды мог выплеснуть агрессию не только на льду, но и на пресс-конференции, отвечая на провокационные вопросы прямо и нецензурно. Ох, нет, Даллас именно нарывался. За эту особую манеру быть говнюком с людьми, а также за жестокое обращение с соперниками фанаты прозвали его Дикарем. Именно поэтому чаще всего я призывал его молчать, потому что когда Даллас открывал рот, кто-то рядом с ним начинал плакать и звать мамочку.
– Откуда мне было знать? – огрызнулся я. Эти двое не впервые осуждают меня, но давайте будем честными, один из них женился в двадцать шесть лет, а другой… в общем, не Далласу с его темным прошлым учить меня жизни.
– Не поверю, что дочка сенатора не сказала о том, что она дочка сенатора. Обычно это первое, что вырывается из ртов ей подобных, – фыркнул Зверь.
Я сжал челюсти, чем привлек внимание друга. Пауэлл мгновенно все понял.
– О, так она говорила, но ты увидел ее грудь и превратился в одноклеточное?
Я и до ее груди особо не прислушивался к бессмысленному трепу.
– Должен же я был взглянуть, куда уходят мои налоги.
– Черт возьми, Рэй! – воскликнул Даллас.
– Ладно, я облажался. Но если бы не видео, никто не узнал бы. Думаешь, ему есть дело то того, кто спит с его дочкой? Он трясется за свой рейтинг.
Лицо Пауэлла потемнело от раздражения, и как только тренер закончил со своими наставлениями, слово дали мне. Я выдал по-настоящему воодушевляющую речь, сказал пару слов о предстоящей игре, о важности сезона и закончил все пророчеством кубка в наших руках. Нужна улыбка? Рэй Уилсон покажет лучшую из своего арсенала. Вот что делают короли, они не сгибаются, даже если на них падает каменная плита, главное, чтобы она не оказалась могильной.
Тренировка закончилась, и парни направились в раздевалку. После душа я сидел на скамейке минут тридцать, раздумывая о предстоящем сезоне. Так продолжалось бы и дальше, если бы на экране телефона не высветилось знакомое имя.
Вот что мне нужно.
Я ответил на звонок:
– Детка.
– Я видела видео!
– Моя задница потрясающе выглядит в кадре, не правда ли? – ухмыльнулся я, складывая вещи в спортивную сумку.
– Весьма, но гораздо лучше она смотрелась бы в моей квартире, – обиженно выдала мисс Блу, и я почти был уверен, что она надула пухлые розовые губки, как делала это всегда, зная, что это быстро поднимает мой член. – Кара Теллер, серьезно?
– Не делай вид, будто ревнуешь.
– Не ревную, но она раздражает меня, а еще ее сотня постов в день с фото еды.
Далия Блу… Даже и не знаю, с чего начать. Мы не были парой, не сохраняли верность друг другу, однако часто встречались и спали. Назвать ее другом я тоже не мог, однако она знала гораздо больше моих частых «приятельниц» и пробыла рядом со мной дольше.
Далия продолжала перечислять, почему ей не нравится Кара, мне это надоело.
– Может, встретимся на этой неделе? – спросил я, уже предвкушая ночь горячего секса и отсутствие компромата на меня. С Далией было просто.
– В любой день, Рэй, а сейчас мне пора бежать. – Блу попрощалась и отключилась.
Я собирался убрать телефон в карман, но он снова зазвонил, а на экране появился номер моего агента.
Понедельники, точно.
Пора заняться чем-то полезным.
– Ты нашел, где проходит пикет против понедельника?
– Нет, но я нашел веб-сайт, владельцы которого призывают людей сделать понедельник выходным.
Я одернул чистую футболку и закинул на плечо спортивную сумку.
– Отлично. Я напишу им.
– Завтра, – оборвал меня Франклин.
– Почему не сегодня?
– Сегодня понедельник, и у них выходной.
Я бросил трубку, разочарованный тем, что мне приходится мириться с подобной несправедливостью.
– Вечер уже дерьмо, – фыркнул я, направляясь к выходу из раздевалки и случайно задевая плечом Джека или Малыша, как все в команде любили его называть, – очень перспективного нападающего, которому едва стукнуло двадцать. Он был хорош настолько, что тренер поставил его в первую тройку со мной и Пауэллом.
– Подслушал твой разговор, и у меня есть для тебя интересное предложение, – улыбнулся он. – Если, конечно, вопрос с понедельниками откладывается.
Глава 6
Кирби
– Чем он хоть занимается? – спросила я, останавливаясь у зеркала и поправляя чокер со вставкой «Диор» из золота. Единственная вещь, которая указывала на то, что я собиралась именно на свидание. Потому что в остальном я никак не готовилась. Черный, удобный топ на тонких бретельках, джинсы со вставками из кожи по бокам и мотокуртка. Бёрди же, в отличие от меня, постаралась. В розовом платье мини она смотрелась сексуально.
– Джек?
– Папа Римский!
– Крестит младенцев, проводит обряды изгнания? Я придерживаюсь даосизма15, откуда мне знать?
– Бёрди!
Подруга фыркнула, останавливаясь рядом и поправляя волосы:
– Не знаю. Он такой загадочный.
Он был не только загадочным, но и странным. Ресторан, куда он пригласил Бёрди и ее «плюс один», находился в Верхнем Ист-Сайде, что говорило либо о том, что он намерен впечатлить Радд, что является синонимом к слову «трахнуть», либо о том, что он безумно богатый парень, раскидывающийся деньгами. Ставлю на второе, а потом на первое.
Ресторан предназначался для особой категории людей, и я в эту категорию не входила, ведь он был веганским.
Хостес проследовала в зал к столику, где нас уже должен был ждать Джек и его друг.
Боже, и почему я согласилась на это?
– Ты знаешь, откуда он?
– Из Нью-Йорка.
– Что-то еще он о себе рассказывал? Кроме того, что у него извращенный вкус в еде.
– Нет, но у парня шесть кубиков пресса и, надеюсь, горячий взгляд убийцы. Так что я не хочу набивать свой желудок, я намерена немного поиграть с ним сегодня вечером. О боже, надеюсь, его фамилия Потрошитель.
– Потрошитель – это прозвище. Действительно считаешь это хорошей идеей? Ты ничего не знаешь о нем. Как ты можешь быть уверена, что с ним безопасно?
А вот и ответ на мой вопрос. Я пошла с ней, чтобы проследить за тем, что завтра ее бездыханное тело не выловят в Лоуэр-Бей.
– Ну, он же сидит в «Тиндере». Люди из «Тиндера» не убивают других людей, иначе рейтинг у приложения был бы плохим.
– Бедняги просто не в состоянии написать отрицательный отзыв, потому что сброшены в карьер за городом!
– Кирби, ты ведь отвечаешь за креатив, а не за криминальную хронику, – съязвила подруга, подхватывая меня под руку.
Мы вошли в просторный зал, почти полностью заполненный посетителями. Яркие софиты освещали серые столики в крапинку. Многие предметы интерьера в этом ресторане были изготовлены из переработанных материалов, заведение заботилось об экологии и делало все возможное, чтобы минимизировать вред нашей планете. Надеюсь, салат мне принесут свежий, а не переработанный из остатков.
Бёрди без остановки говорила о красоте этого места, но я не слушала ее, с долей скуки рассматривала неоновые лампы и окна в пол, выходящие прямо на Пятую авеню. В воздухе витал запах шалфея, вареной кукурузы и мяты.
Я с любопытством посмотрела вперед, мгновенно цепенея от волнения. Хостес направлялась к столику, за которым сидел Джек и, черт возьми, лучше бы это был Джек Потрошитель. Я уже видела эти вьющиеся темные волосы, пребывающие в вечном беспорядке.
Схватив Бёрди за локоть, я затащила ее за высокую стойку, в панике осматриваясь по сторонам. Радд пискнула от неожиданности.
– Бёрди, это еще что такое? – гневно зашептала я.
– Джек. – Она вытянула шею и взглянула на парня и ничего не понимающую девушку-хостес, выискивающую нас взглядом. – Боже, вживую он выглядит невероятно. И не урод!
– Так для тебя это лотерея?
– Мне действительно было интересно, что за голова прилагается к такому телу. А в чем проблема? Ты знаешь его?
А кто не знал новичка «Королей», о котором говорили на каждом шагу? Это же Нью-Йорк!
– Это Джек Малыш Блэквуд – нападающий «Нью-Йоркских Королей», – зарычала я ей на ухо. – Дорогая покупка, месяц назад каждый заголовок был о нем, чем ты занималась в это время?!
– Ну прости, что я не слежу за жизнью футбола этой страны. Потные грязные мужики в шлемах, с кровоточащими коленями и локтями, совсем не привлекают меня.
