Интересно, Кристиана догадывалась, насколько горячо выглядела в этот момент?
Со всего размаху я хлопаю ладонью по стене. Какой же я придурок! Конечно, Кристиана знает об этом. Она отлично знает цену своего тела и знает, что с ним делать.
От моего громкого удара девушка вздрагивает и замирает. Я отталкиваю ее от себя. Как бы она не старалась, она не сможет дать мне то, в чем я нуждаюсь.
– Возвращайся к Кэшу, – хрипло произношу я, замечая на ее лице замешательство. – Я не в настроении.
– А как же он? – она вопросительно указывает на мой член.
– Не парься, – я выхожу из душа и, взяв полотенце, обматываю его вокруг бедер.
Спустя минуту я возвращаюсь в спальню. Завтра у меня первый учебный день в «Дирфилде», и в мои планы входит единственный пункт: завалиться на кровать и выспаться.
Но Кэш, как обычно, все нарушает.
– Смотри, какой фокус выкинула Жасмин у нашего дома, – говорит он, когда я направляюсь в гардеробную.
Я усмехаюсь над прозвищем, которым Кэш наградил Кристиану. Оно ей идеально подходит, только есть одно «но»: Жасмин была принцессой, а не шлюхой. От этой мысли вена на моей шее начинает быстро пульсировать, а к горлу подступает желчь.
Вытащив из ящика короткие боксеры, я слышу за спиной шаги. Обернувшись, я вижу Кэша и не могу понять выражение его лица. Брат выглядит задумчивым и в то же время довольным, а в его глазах сверкает озорной блеск. От этого сочетания веет проблемами.
– Узнаешь его? – Кэш протягивает мне телефон и, одевшись, я смотрю на дисплей.
На нем запущено приложение, через которое все члены нашей семьи вместе с главой охраны имеют доступ к видеозаписям наружного наблюдения. Кэш выбирает видео, транслирующее с камеры, расположенной у крыла для персонала. Я смотрю, как тормозит белая Toyota, и из нее выходит девушка, похожая на…
– Это Жасмин, – сообщает Кэш. – А сейчас к ней кое-кто подойдет.
К Кристиане действительно приближается какой-то мужчина, но кепка на голове не дает рассмотреть его лицо. Они разговаривают не больше пяти минут, после чего Кристиана уходит в сторону дома.
Я открываю другую запись с камеры, располагающейся с противоположной стороны здания, и перематываю ее на такое же время, как и на предыдущем видео. С этого ракурса я могу увидеть лицо мужчины. Мои руки моментально начинают чесаться от желания хорошенько ему врезать.
– Это репортер, которого я послал сегодня после аэропорта, – сквозь зубы произношу я.
– И он передал Жасмин деньги. А она…
– Взяла их, – мрачно выдавливаю я.
Дальше я просматриваю запись в ускоренной перемотке, но внезапно видео останавливается, а затем исчезает. Я не понимаю, в чем дело, и запускаю приложение заново. Но почему-то после перезагрузки оно воспроизводит то видео, где Кристиана берет деньги у репортера.
– Похоже, очередной сбой в системе, – говорит Кэш.
– Наверное, – задумчиво соглашаюсь я. – Как ты думаешь, за что репортер отдал ей деньги? Она же не трахалась с ним.
– Мы можем это выяснить прямо сейчас, – отвечает Кэш, и я перевожу на него взгляд. – У нас есть время, чтобы догнать эту сучку.
Глава 6
Неизвестный номер: Твое место в аду, детка.
– Пошел ты, – шиплю я, бросив телефон на пассажирское сиденье.
Мой взгляд возвращается к зеркалу заднего вида, и в темноте леса я могу рассмотреть лишь очертания внедорожника с горящими фарами. Он приближается и, нервно закусив губу, я давлю на газ, стараясь не обращать внимания на поднимающуюся стрелку спидометра. Я еще никогда не развивала столь высокой скорости. От этого нового ощущения моя кровь бурлит в венах, как в адском котле.
Внедорожник перестраивается на встречную полосу. Теперь его фары светятся в моем боковом зеркале. Он равняется со мной, и при таком расстоянии я могу увидеть, как блестит его черный глянцевый кузов. Это Mercedes, и из-за непроницаемого тонированного окна невозможно разглядеть водителя.
Ему хватает несколько секунд, чтобы обогнать меня, а затем занять мою полосу. С диким ревом он вырывается вперед и растворяется во мраке леса, скрывшись за поворотом. Я тут же снижаю скорость, чувствуя, как напряжение медленно покидает мое тело.
Кто-то спешил и из-за этого выехал на встречку, чтобы обогнать меня? Тогда от кого были дурацкие сообщения?
Не успеваю об этом подумать, как со всей силы жму по тормозам. Передние колеса с визгом уходят в занос. По инерции меня отбрасывает в сторону, и если бы не ремень безопасности, я бы неплохо стукнулась об приборную панель. Машина останавливается, и в салоне застывает тишина, перебиваемая бешено стучащим пульсом в висках.
Мои пальцы цепляются в руль мертвой хваткой, а широко распахнутые глаза таращатся в лобовое стекло. За ним кружится в воздухе густая пыль от шин в свете фар. Их лучи падают на Mercedes, который занял обе дорожные полосы и перекрыл мне проезд.
Какого хрена?
Вдруг водительская дверь внедорожника открывается, и на черный асфальт ступает массивный ботинок. За ним следует высокий силуэт человека в джинсах и темной толстовке. Его лицо остается в тени из-за накинутого на голову капюшона.
Срань господня.
Он приближается, и я уже готова переключиться на заднюю передачу, чтобы развернуться и уехать назад. Но неожиданный визг шин заставляет меня вздрогнуть и замереть. Я резко поворачиваю голову, чтобы увидеть, как рядом со мной притормозил еще один внедорожник. Как и первый, он встал посередине дороги, перекрывая мне обратный путь.
Из него выходит человек в темной толстовке, и я пытаюсь нащупать рукой телефон на соседнем сиденье. Но мне не удается найти мобильник. Похоже, он упал на пол при резком торможении. Я наклоняюсь и заглядываю под сиденье. Здесь тоже ничего нет.
– Черт!
Мое сердце от страха громыхает в груди. Все происходящее смахивает на кошмарный сон: я не могу уехать и не могу вызвать помощи. Вокруг ни души: я в гуще соснового леса, а моя машина зажата между двух наглухо тонированных внедорожников. Окружающая обстановка напоминает декорации хорора: деревья погрязли во мгле, как в нефти. Лишь под серебристом светом луны проглядываются их стволы, обросшие мхом, и их искривленные, сломанные ветки.
Подрагивающей рукой я тянусь к бардачку за шокером. Схватив его, я блокирую все дверцы автомобиля. Кем бы они не были, и что они бы не задумали сделать со мной, я не сдамся просто так.
– Жасмин, ты правильно делаешь, что боишься нас, – раздается приглушенный голос снаружи.
Внутри меня все переворачивается.
Жасмин.
Так называл меня Кэш.
А если он здесь, то рядом с ним должен быть…
Сердце выпрыгивает из груди, когда я смотрю, как одним движением руки парень стягивает с головы капюшон. Наши взгляды пересекаются, и мне хочется забиться под сиденье или еще куда-нибудь подальше.
Это Десмонд.
Его прищуренные ледяные глаза пытаются бросить мне вызов. Мои нервы не выдерживают, и я срываюсь:
– Что тебе от меня надо?
Я остаюсь без ответа.
В этот момент Кэш пытается открыть заблокированную дверцу с моей стороны, на что я медленно качаю головой. Нет, никто не откроет мою машину, пока я не позволю…
– Жасмин, открывай дверь и выходи. Иначе я разобью все твои стекла.
Он наклоняется, чтобы увидеть меня и показать свою самоуверенную ухмылку говнюка. Держу пари, что он заметил, как я напугана, и держу пари, что ему это нравится.
– Не бойся, я не кусаюсь, – Кэш улыбается, и его глаза блестят в полумраке. – Жестко.
Мой пульс неистово скачет, а по телу бежит дрожь. Они же не собираются сделать что-то ужасное? Иначе Кэш не стал бы со мной церемониться. Он бы действительно разбил окно и силой вытащил меня из машины.
Мда, Кристи, это самая хреновая обнадеживающая логика.
– Ну-же, Жасмин, – Кэш нетерпеливо стучит пальцем по стеклу. – Я не привык ждать.
Если они меня убьют, то это будет самая нелепая смерть. Смерть ради целых автомобильных окон.
Продолжая сжимать шокер в руке, я отстегиваю ремень безопасности и нажимаю на кнопку разблокировки дверей. Раздается щелчок, и я заставляю себя сделать глубокий вдох и затем осторожно перешагнуть порог машины. Холодный воздух мгновенно обрушивается на мои ноги.
Как только чаксы касаются асфальта, Кэш обхватывает мое запястье и вырывает шокер. Он с глухим ударом приземляется на асфальт. Я кричу, но Кэш дергает меня на себя, и моя спина врезается в его грудь. Одной рукой он зажимает мой рот, а другой обвивает талию и сильно сжимает ее.
– Ты все-таки решила выйти, – зловеще шепчет он в ухо. – Не самое умное решение, Жасмин.
Паника охватывает меня, и изо всех сил я пытаюсь вырваться из его хватки. Я извиваюсь и рычу, но сукин сын достаточно крепко держит меня.
– Прекрати тереться об меня, – выдыхает Кэш. – Если только ты не хочешь, чтобы я оказался в тебе этой ночью.
Его слова и последующий глубокий смешок вызывает у меня приступ злости. Я яростно вгрызаюсь зубами в палец Кэша.
– Блять! – он убирает руку с моего рта, чтобы затем сжать мне шею. – Ты не единственная, кто может кусаться, Жасмин.
– Что вам от меня нужно? – срывающимся голосом спрашиваю я.
– Что нам от тебя нужно? – опасно тихо переспрашивает Десмонд.
Его спокойствие пугает меня похлеще угроз Кэша. Округлившимися глазами я наблюдаю, как он медленно подходит ко мне. Его черные влажные волосы блестят в свете фар. Похоже он совсем недавно принимал душ.
Десмонд делает несколько шагов навстречу ко мне, и его твердая грудь касается моей. Сердце бешено колотится, когда он наклоняется, и его губы останавливаются возле моей мочки уха.
– Ты знаешь, зачем мы здесь, Кристиана, – говорит он грубым ленивым голосом. – Не строй из себя дуру.
Его теплое дыхание скользит по моему лицу, и я напряженно сглатываю, пытаясь взять эмоции под контроль.
– Брат, похоже, ей нравится быть, между нами, – позади меня хмыкает Кэш и крепче сжимает мою талию. – Жасмин, ты хочешь нас двоих сразу?
Десмонд не обращает на него внимания и неотрывно наблюдает за мной, словно хочет загипнотизировать.
– Не хочешь извиниться за свой глупый поступок? – спрашивает меня он.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – отвечаю я.
– У тебя последний шанс, Кристиана. Если ты хорошо извинишься, то тебе не придется раздвигать ноги для моего брата, – Десмонд отстраняется и отходит от меня, склонив голову набок. – Или ты сама этого хочешь, м?
От вспышки злости мой пульс подскакивает, а перед глазами пляшут черные точки. За свои грязные слова Десмонд заслуживает хорошего удара по яйцам, но меня мертвой хваткой держит Кэш. Поэтому мне остается лишь резко дернуться вперед и сплюнуть этому кретину под ноги.
– Не смей так говорить про меня!
За моей спиной рычит Кэш, и через секунду мои ноги больше не касаются земли. Я начинаю визжать. Не обращая внимания на мой крик, Кэш подхватывает меня и без особых усилий перебрасывает через плечо. Я поднимаю голову и в свете фар вижу длинную тень Десмонда, следовавшего за мной.
Раздается звук раскрытой автомобильной дверцы, и Кэш небрежно сбрасывает меня на заднее сиденье внедорожника. Я тут же верещу во все горло:
– Это из-за того, что я взяла деньги у репортера? Я ничего ему не отправляла!
– Я знал, что твой очаровательный ротик способен на многое. В том числе, говорить правильные вещи, – ухмыляется Кэш. – Но уже слишком поздно.
Поздно? Что этот придурок имеет в виду?
Кэш занимает место рядом со мной, и я отодвигаюсь от него на максимально дальнее расстояние. Он немного ниже Десмонда ростом, но его широкоплечая фигура все равно заполняет собой практически все пространство на заднем сиденье.
– Что тебе от меня надо? – нервно спрашиваю я.
Кэш молчит и растягивает рот в широкой клоунской улыбке. Мне становится тошно. Он выглядит, как гребаный социопат, готовый захлопать в ладоши от моего перепуганного вида.
Я цепляюсь в ручку и раскрываю дверь, пытаясь улизнуть из машины. Но одним движением Кэш хватает меня за ворот толстовки и возвращает обратно. В этот момент я слышу, как спереди хлопает дверца. Десмонд садится за руль, и раздается звук блокировки дверей. От волнения внутренности скручиваются в тугой узел. Что они задумали?
– Ты не выйдешь отсюда, пока все не расскажешь.
Обернувшись, Десмонд пристально на меня смотрит, и от его сердитого взгляда мое лицо пылает.
– Я взяла деньги у репортера в обмен на то, что сделаю с тобой снимки, – отвечаю я. – Я сфоткала тебя, когда ты чуть не ударил официанта.
Десмонд продолжает смотреть на меня, и в его глазах ясно читается неприязнь. Он считает меня подлой продажной дрянью. Из-за этого мне хочется бесследно раствориться в воздухе, но я заставляю себя выдержать его чертов осуждающий взгляд.
Я не должна стыдиться своего поступка. Такой надменной и заносчивей заднице, как Десмонд Аматорио, никогда меня не понять.
Ему не приходилось задаваться вопросом, на что потратить последние деньги: на продукты или на аренду квартиры? Ему не приходилось бояться, что завтра он может оказаться на улице. Ему не приходилось ощутить на собственной шкуре, каково это – когда старший брат не может найти работу, а полноценный обед для вас привилегия, которой вы лишились еще два дня назад.
И пускай сейчас у нас с Даниэлем все в порядке, но моя привычка рассчитывать на себя никуда не делась. Если бы не я, и мой заработок в прошлом – неизвестно, где бы мы с братом оказались сейчас.
– Где эти фотографии? – резким голосом спрашивает Десмонд.
– В телефоне. Он упал на пол в моей машине.
После моего ответа Десмонд покидает салон автомобиля. Как только за ним захлопывается дверь, Кэш хватает меня и притягивает к себе на колени.
– Отвали от меня!
Я начинаю молотить по его плечам кулаками, но Кэш обвивает мои запястья и заносит их мне за спину. Он держит их одной рукой, другой сжимая затылок и принуждая смотреть на него.
– Значит, ты тайком пыталась сделать снимки с моим братом? – спрашивает он суровым тоном. – Если ты еще раз выкинешь нечто подобное, мы больше не будем себя сдерживать. Мы будем приходить к тебе, когда захотим. И будем делать с тобой, что захотим. И поверь, это не самое страшно. Знаешь, почему? – с издевкой спрашивает он.
