– Мерихим! Центурион, мы забыли Мерихима!
Обернувшись, я увидел ковыляющего за нами демона, который отчаянно махал рукой.
Рокотанк Рубин спрыгнул и помог ему взобраться. В ответ на мое недоумение, почему Мерихим не окликнул нас, Горвал пояснил:
– Я же говорил, он у нас молчун, центурион.
– Может, он все-таки немой?
– Нет. Просто не любит разговаривать…
Ночь продолжила бежать, довольно урча. Я ощущал ее удовлетворение и жажду действия. Словно поняв, что я думаю, она подтвердила:
«В моем мире все близится к закату, юный Ааз. Земля иссохла, небеса потускнели, а сама ткань бытия истончилась до предела. Этот мир словно юное дитя, полное жизни и энергии. Здесь хао течет чистыми потоками, не оскверненными тлением времени. Каждый вздох этой земли наполнен силой, которую мой мир давно утратил. Даже в пылу битвы я чувствую, как пульсирует жизнь, как бурлит первозданная мощь в каждой пылинке».
Пейзаж стремительно менялся: скалистые утесы, похожие на оскаленные зубы гигантского черепа, чередовались со зловещими провалами, из которых вырывались струи едкого газа. Провалы и горы уступали место равнинам, усеянным странными кристаллическими образованиями, переливающимися всеми оттенками крови.
Когда я хотел дать команду Ночи сменить направление и двигаться на север, боевой кристалл связи на моей груди завибрировал и запульсировал тревожным алым светом, в такт сердцебиению. Я активировал его, и раздался яростный голос легата Лилит, словно удар хлыста:
– Центурион Ааз! Вы нарушили прямой приказ! Доложите о причине самовольного оставления позиции!
Как она узнала? Наверное, отслеживает мою позицию по кристаллу связи. Плевать, я не собирался менять план и, крепче сжав кристалл в одной руке, другой направил Ночь. Ее уши дернулись, улавливая мои мысленные команды.
– Центурион! – рявкнула Лилит из кристалла.
– Виноват, легат Лилит, не мог оставаться в стороне. Обнаружил возможность нанести удар по врагу с фланга. Действую по обстановке для достижения задачи прорыва на Демонические игры.
Послышался болезненный стон Лилит, и ее тон резко изменился. На заднем плане я различил звуки ожесточенной битвы: лязг оружия, крики раненых и рев боевых питомцев.
– Принято, центурион. Слушай новый приказ. – Ее голос был напряжен от боли, слова прерывались тяжелым дыханием. – Немедленно выдвигайся в долину Коррва. Туда направляется когорта Пустотного легиона. В долине последние отпрыски великих князей. Защищать их – приоритетная задача. Действуй любыми средствами. Доклад по исполнении. Конец связи.
Отпрыски? Значит, и Деспот там? Услышав это, я сверился с картой и мысленно велел Ночи изменить курс. Она резко развернулась, вздымая облако пепла и обломков костей. Когорта едва сдержала крики, пытаясь удержаться на ее спине.
– Член Азмодана в глотку, центурион! – выругался Славикус, выронив фляжку. – Предупреждать надо!
Видимость в туманных испарениях не превышала нескольких метров, и, когда долина Коррва внезапно раскрылась перед нами, я заорал:
– Держитесь крепче, черти!
Ночь резко затормозила, прижалась к земле, проехав по инерции несколько метров, и замерла на краю обрыва. Всех бойцов мотнуло, но они удержались.
Внизу сотни демониаков окружили горстку демонов, вокруг которых уже громоздились трупы павших легионеров. Не медля ни секунды и оставляя когорту позади, я взмыл в воздух и стремительно рухнул вниз.
Глава 12. Княжеские дети
Внизу багровое небо отражалось в россыпи кристаллов, превращая долину в кровавое море. Посреди этого моря Деспот сразу бросился в глаза – живая крепость посреди хаоса битвы. Но даже эта несокрушимая цитадель, казалось, вот-вот рухнет. Каждый удар сотрясал его могучее тело, а из пасти вырывались все более слабые огненные всполохи.
Рядом с ним сражались два неизвестных мне демона, чья мощь была очевидна даже с высоты. Демоница с рубиново-чешуйчатой кожей двигалась с грацией танцовщицы, уворачиваясь от атак. Ее медные волосы развевались подобно живому пламени, а странные растения-плети вокруг нее хлестали и душили врагов, повинуясь жестам.
Третий демон, хрупкий и бледный, казался неуместным в этой бойне. Но стоило увидеть его в действии, как иллюзия рассеивалась. Его тонкие пальцы с невероятной скоростью активировали загадочные механизмы: вокруг него кружили металлические сферы, испуская лучи энергии, прожигавшие врагов насквозь.
Еще с два десятка демонов прикрывали этих троих, но их быстро выщелкивали.
К моменту, когда я пересек половину долины и добрался до них, все было кончено. Трое оставшихся в живых стояли на коленях. Перед ними возвышался исполинский демониак, смутно напоминавший лофера. От него исходила почти осязаемая аура мощи и злобы, когда он, нависая над Деспотом, что-то рычал.
Меня не заметили: я полностью подавил свое присутствие, скрывшись за пригорком кристаллов. Прежде чем вмешаться, стоило добыть информацию. Я напряг слух, пытаясь расслышать слова демониака:
– …шанс, отпрыски князей! Присоединяйтесь к Владыке Люцию или умрите.
– В задницу Азмодана и тебя, и твоего предателя Люция! – прохрипел Деспот, сплевывая зеленую кровь.
– На тебе ваша родословная оборвется, сын Диабло, – прорычал демониак. – Владыка Люций милостив и готов простить вас, потомков великих князей, если преклоните перед ним колено.
– Пусть вас поглотит бездна! – яростно крикнула прекрасная демоница с рубиновой чешуей.
Демониак молниеносно метнулся вперед, нанося сокрушительный удар. Ее лицо исказилось от боли, а затем разгладилось – она потеряла сознание.
– Центурион Вер'Корвант, – прогремел чей-то голос, – зачем мы с ними вошкаемся?
Я понял, что гигант не рядовой боец, а лидер вражеской когорты.
– Таков приказ генерала Астарота, – счел нужным объяснить Вер'Корвант. – Сломить врага Владыке Люцию интереснее, чем просто убить. Если отпрыски Диабло и Белиала перейдут на нашу сторону, разве это не сломает дух великих князей?
Подчиненные Вер'Корванта разразились одобрительным гулом, явно впечатленные хитростью и амбициями Люция. Среди них выделялась горстка обычных демонов, угрюмо державшихся особняком и не участвовавших в общем воодушевлении. Подавляющее большинство составляли демониаки.
Я внимательно изучал их, и с каждым мгновением крепла уверенность: эти существа не принадлежали Преисподней. В каждом без труда угадывались черты рас Дисгардиума, исковерканные и извращенные до неузнаваемости. Теперь стали понятны слова Диабло, назвавшего их «искаженными отродьями».
– Повторяю в последний раз, – прогремел Вер'Корвант равнодушно, – присягните Люцию или умрите во славу Пустотного легиона.
– Да пошел ты… – прохрипел Деспот.
– Лучше окончательное развоплощение, чем служба предателю, – тихо, но твердо произнес бледный демон.
Демониак оскалился, обнажив ряды острых как бритва зубов, и обернулся к своим войскам:
– Покажите этим высокородным выродкам, кто здесь истинные демоны. Разорвать!
Демониаки взревели, бросаясь к Деспоту и двум другим отпрыскам князей. Медлить было больше нельзя.
Я вошел в убыстрение и устремился к ним. Рука сама потянулась к Первозданному мечу Хаоса, выигранному у Хаккара, и клинок словно ожил в моей руке, вибрируя от предвкушения битвы.
Мир вокруг замедлился, словно погрузившись в вязкий мед. Демониаки двигались как в замедленной съемке, их оскаленные морды застыли в гримасах ярости.
Быстро приблизившись, я замахнулся и нанес удар, с изумлением обнаружив, что во время замаха меч согнулся еще больше, обретая гибкость плети, удлинился на десяток метров и прочертил плоскую призрачную дугу, рассекая застывший воздух.
Ш-шух!
Хлестнувшее тончайшее лезвие легко рассекло броню и вошло в тела демониаков, еще не осознавших своей участи. Я видел, как медленно расходится плоть под ударом клинка, как лениво выступают и начинают разлетаться капли темно-зеленой крови, образуя причудливые узоры в воздухе. Конечности и куски тел начали отделяться, но еще не успели упасть. Лица врагов застыли в недоумении – осознание боли и смерти еще не достигло мозга моих жертв. В этой жуткой замедленной тишине я уже знал: когда вернусь в нормальный ход времени, воздух взорвется криками агонии и шипением испаряющейся крови.
Я крутился волчком, нанося удар за ударом и расчищая пространство вокруг Деспота и его товарищей. Меч, казалось, обладал собственной волей, удлиняясь и сокращаясь по мере необходимости, позволяя мне сметать врагов целыми группами, не задевая тех, кого нужно защитить. В этот момент я очень сильно пожалел, что без полноценного интерфейса не могу изучить свойства оружия. Оно было воистину удивительным.
Внезапно мир резко ускорился, вернувшись в нормальный темп: что-то выбило меня из Ясности, хотя духа хватало. Взмыв вверх, я увидел центуриона Вер'Корванта, державшего в поднятой руке черный камень, источающий ауру подавления. Явно какой-то артефакт.
Я нанес молниеносный удар, намереваясь снести и руку с артефактом, и голову. Демониак пригнулся, уходя от атаки, но его слоновьи уши пострадали – отсеченные обрывки отвалились, хлынула буро-зеленоватая кровь.
– Вон он! Убейте его! – проревел Вер'Корвант, отступая.
Мой меч вновь описал призрачную дугу, и на этот раз центурион не сумел уклониться – голова его отделилась от тела, покатившись по земле.
Подчиняясь последнему приказу погибшего лидера, два десятка демониаков взмыли в воздух и атаковали одновременно. Я легко уклонился, нырнув под них, а затем ответил молниеносной атакой, разрубив почти всех. Внутренности демониаков вывалились на землю, источая зловонный пар.
Внезапно воздух сотряс оглушительный рев. Обернувшись, я увидел мчащуюся к полю битвы Ночь. Похоже, она почувствовала опасность, угрожающую мне, и пришла на помощь.
С ее спины уже спрыгивали мои демоны, и я услышал зычный голос Горвала:
– Когорта, в атаку! За центуриона Ааза! Покажем этим ублюдкам, на что способны настоящие демоны Преисподней!
Мои бойцы с воинственным кличем ринулись в бой, и на пару мгновений я вышел из битвы, решив оценить, на что они способны. Неполная сотня против полутысячи оставшихся демониаков – но моей когорте было плевать. Вряд ли они догадывались о моих способностях, и тем удивительнее было видеть, с каким бесстрашием они идут на превосходящего врага.
Кродис, обычно неповоротливый и ленивый, сейчас двигался с невероятной скоростью, а его огромный молот превращал врагов в кровавое месиво. Жег ужом скользил между врагами, нанося точные удары. Даруикинар поджаривал противников своим пламенем, а Ницал, очаровывая врагов и выкрикивая: «Кончай их!», сеял хаос в рядах противника.
Краснозвездный Славикус, видимо горюя по утраченной фляжке с пойлом, бился остервенело и выкрикивал оскорбления, от которых уши завяли бы даже у Флейгрея с Негой. Фариос прикрывал спину разбушевавшемуся товарищу, не давая демониакам зайти сзади.
Огромный Рубин, словно боевой роботанк, прокладывал путь сквозь ряды врагов, сметая демониаков могучими руками и рыча:
– Только пыль остается от моих врагов!
Агата Торнхарт, мой ординарий, прикрывала спины товарищей, выбивая врагов из арбалета. Опцион Горвал тоже сражался – хоть и осторожно, но эффективно, умело координируя действия когорты.
И всех их, услышав мою мысленную команду, прикрывала Ночь. Огромный зверь обрушился на демониаков с яростной мощью: его тяжелые лапы обрушивались, сминая доспехи и дробя кости, а каждый удар сопровождался хрустом и влажным хлюпаньем. Под натиском неудержимой ярости древнего чудовища поле боя быстро превращалось в кровавое месиво из изуродованных тел.
Заметив, что на Деспота и бледного демона насели со всех сторон, я прокричал:
– Горвал, я сам с ними разберусь, прикройте принцев и принцессу!
Один из демониаков занес огромную секиру над головой Деспота. Времени на раздумья не оставалось, но в этот момент случилось неожиданное. Молчун Мерихим, всегда державшийся в тени, рванул вперед и закрыл собой моего соратника. Лезвие рассекло его тело, и Мерихим, не издав ни звука, рухнул на землю.
Его самопожертвование дало Деспоту время для контратаки, а в рядах моей когорты поднялась новая волна ярости.
– Они убили Молчуна! – взревел Славикус и, напрыгнув на мелкого демониака, оторвал ему голову.
Смерть Мерихима наполнила мое сердце злостью на себя: нашел время прохлаждаться! Я активировал убыстрение и пошел рубить фарш из демониаков. Крики раненых смешивались с боевыми кличами, покрытая кристаллами земля была скользкой от крови и внутренностей.
Когда я в очередной раз замахнулся, вдруг осознал, что бить больше некого. Оставшиеся демониаки в панике бросились бежать, но их быстро настигли и добили мои бойцы.
Поле битвы представляло собой жуткое зрелище. Тела павших демониаков устилали землю, смешиваясь с останками демонов. Воздух был насыщен тяжелым запахом крови и паленой плоти, а в ушах все еще стоял звон от недавних криков и лязга оружия.
Мои уцелевшие демоны методично обыскивали тела павших врагов, собирая трофеи и жадно поглощая освободившееся хао. Я наблюдал за ними с некой отстраненностью, чувствуя странную смесь удовлетворения и опустошения, к которым примешивалось нетерпение: нужно было спешить на помощь основным силам, а мы застряли тут. Но требовалось дать бойцам передышку.
Усилием воли спрятав меч в инвентарь, я направился через все поле боя к Деспоту.
На полпути меня перехватил Горвал, выглядевший потрепанным, но полным энергии.
– Центурион, что делать с добычей? – спросил он, едва сдерживая возбуждение. – Хао так много, что хватит вам на пару красных звезд!
Я на мгновение задумался, взвешивая варианты. Мне это хао погоды не сделает, а вот для них…
– Выдать принцам и принцессе столько, чтобы хватило излечить их раны, – наконец ответил я. – Остальное распределить между бойцами. Раненым дать больше, чтобы тоже восстановились.
– Есть! – Горвал бросился исполнять приказ, а я продолжил свой путь к Деспоту, но не прошел и пары шагов, как опцион снова меня окликнул, протягивая черный камень: – Центурион, тут какой-то артефакт подавления, нашли возле останков командира демониаков.
Кивнув и мысленно хмыкнув, я забрал артефакт Вер'Корванта – надо же, без интерфейса совсем забываю полутать добычу с врагов.
Добравшись до Деспота, я не стал сразу начинать разговор, дав ему очухаться. Деспот кивнул мне, но тоже промолчал. Он тяжело дышал, опираясь на чье-то массивное оружие. Его тело было покрыто ранами, некоторые дымились. Рядом с ним сидели два других великокняжеских отпрыска, выглядевших не лучше.
Пока я размышлял, как начать разговор, краем глаза наблюдал за своей когортой. Щедрая добыча заметно усилила бойцов. Я видел, как радостно они меняли оружие и экипировку, как поглощали хао, преображаясь на глазах: их раны затягивались, тела наливались силой, а в глазах загорался огонь новой мощи. У некоторых даже зажглись новые звезды на рогах.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
